Simulation accomplished / Симуляция завершена

             С самой первой встречи он не внушал доверия. Казалось, за всеми умными и громкими его фразами всегда таился подвох, недосказанность или же и вовсе обман. Будто бы он вёл свою игру.       Элайджа Камски.       Это был весьма эксцентричный молодой человек среднего роста. Слегка вытянутое лицо с голубовато-серыми глазами, которые делали его взгляд холодным и пронизывающим. Отличительной чертой внешности была необычная стрижка. Опоясывающая выбритая нижняя половина головы, сверху же весьма густые чёрные волосы, которые мужчина иногда любил собирать в небольшой хвост или пучок. Камски держал своё тело в форме, подолгу уделяя время различным тренировкам или плавая в бассейне своего роскошного дома на окраине города. Он любил уединение.       Богатейший человек планеты. Основатель «CyberLife».       Он любил заниматься своим делом, коим являлось создание андроидов в помощь людям, их продвижение на рынке и идея о светлом будущем. Он создал ИИ, который бы мог работать независимо от основного центра, умел бы сам себя исправлять, устранять ошибки и совершенствоваться. Но самым знаковым прорывом стало открытие важнейшего химического вещества — тириума и создания биокомпонентов, предназначенных для работы с ним, обладавших рядом важнейших свойств, делая организм и жизнедеятельность андроидов максимально схожими с людьми. Это был колоссальный успех.       Гений.       Поначалу он любил носить очки в толстой оправе и небрежную щетину на лице, стараясь походить на обычного парня. Но это была лишь иллюзия. На практике люди дезориентируются из-за такого несоответствия образа и начинают совершать глупые поступки. Говорить, что вздумается, вести себя достаточно беспечно, не подозревая, что это всего лишь игра в имитацию. Неприглядный, обыденный внешний вид сбивает с толку. Делает тебя похожим, равным или вовсе незаметным. Располагает к себе или же вызывает жалость.       На самом деле Камски до безумия любил себя, был очень хитёр, расчётлив и двуличен. Он обожал помпезность различных архитектурных сооружений, которыми старался себя окружать. Обожал роскошь и дорогие вещи.       Он всегда стоял на несколько шагов впереди всех. И осознавал, что многим это не понравится. Его амбициозность, наглость и уверенность в себе раздражали руководство компании. Он не был одержим идеей обладать лишь баснословными деньгами, когда андроиды заполонили магазины и стали пользоваться гигантским спросом. Ценники на большинство новых моделей с конвейера были отнюдь не маленькими, а ремонт порой обходился ещё дороже изначальной цены. Все хотели обзавестись такими нужными высокотехнологичными помощниками для различных потребностей, но далеко не каждому это было по карману. Тогда приходилось искать более экономичные пути приобретения, обращаясь на вторичный рынок, где были представлены уценённые модели. Так что можно было заявить с полной уверенностью: андроиды стремительно появлялись почти у каждого желающего. Все их обожали… Поначалу…       Однако Элайджа прекрасно понимал, что люди — существа не идеальные, со своими тараканами в голове.       Но основной проблемой человечества были чувства. По сути, речь шла о негативных эмоциях. Андроиды, в силу своей безупречной работоспособности, износостойкости и разностороннего функционала, со временем стали бы вытеснять людей с рабочих мест, что повлекло бы рост числа недовольных и агрессивно настроенных личностей в сторону андроидов, да и «CyberLife» в целом.       Камски всё это знал.       Жадность руководящих членов корпорации была практически безгранична. Они не особо следили за тем, что происходило в обычном обществе, их целью была баснословная выручка от поточных продаж андроидов, которых становилось слишком много. Как пример, они наводнили все улицы Детройта и стали превышать по количеству людей. Некоторые индивиды, однако, проникались искренней любовью к андроидам и даже пытались строить с ними отношения, постоянно пребывая в их обществе и мотивируя других людей делать то же самое. Они объясняли такое решение тем, что жизнь с андроидами проще и лучше.       «Андроид всегда предан и любит тебя, что бы ни случилось. Он никогда не променяет тебя на другого человека. Не нужно притираться характерами. Он всегда будет рядом».       Разве не идеально? Но нет же. На деле, для человека понятие идеала так же губительно, как и вера в мир и равенство во всём мире.       Камски знал, что в скором времени произойдёт кризис, значительно ухудшится криминальная ситуация, разразится бунт на почве безработицы, да и ненависти в целом к превалирующему большинству «идеальных людей». В лучшем случае «CyberLife» будет вынуждена полностью пересмотреть политику создания андроидов, а в худшем — попросту прекратить их выпуск либо отозвать уже существующие модели и сделать их ИИ примитивнейшим, снабжая товар деталями для устранения неисправностей. Но на такие пути развития никто бы не согласился. А это означало только одно — крах всей системы. Нужно было что-то делать.       28 июля 2039 год. Детройт. Дом Камски. Остров Бель.       10:05 pm.       Они ожидали разрешения пройти в зал.       — Всё-таки ты сподобился приехать именно сегодня, дабы дёрнуть меня в это зловещее место, — несколько агрессивно и с сарказмом отозвался Хэнк. — Собственно, как я изначально и предлагал.       — Я успел сделать все дела и решил не откладывать поездку в долгий ящик, — монотонно ответил Коннор.       — Как дела у нашей свидетельницы? — несколько отрешённо поинтересовался Хэнк. Он даже не смотрел на Коннора в момент их диалога. А лишь уставился на серую стену, скрестив руки на груди.       — Как оказалось, её выписали, — спокойно ответил Коннор, осматриваясь по сторонам. — Я был у неё дома, и мы немного пообщались…       — Вот как? Она не вышвырнула тебя за дверь? — иронично произнёс лейтенант.       — Зачем ей это?       — Ну, у неё наверняка стресс, все дела. Это же баба. И тут к ней заявляется кретин из полиции со своей манерой умело затрахать мозги, чтоб добиться сотрудничества! Ещё и андроид вдобавок ко всему, — Хэнк засмеялся сквозь зубы, чем ввёл Коннора в недоумение. Тот лишь сдвинул брови. — Ладно, как её общее состояние?       — Немного нестабильное. Скорее, угнетённое, — сухо ответил напарник.       — Это понятно. Нужно больше времени, чтоб отойти от всего дерьма, что с ней случилось, — Хэнк развёл руками. — А времени у нас в обрез.       — Да, Вы правы, лейтенант, — Коннор говорил достаточно тихо.       — Что-то новое узнать удалось?       — Пока ничего, что могло бы быть полезным, — солгал андроид, но его голос продолжал оставаться ровным, так что Хэнк ничего не заподозрил. — Поэтому я решил не откладывать важную поездку.       — Ты решил… Ага. Я же забыл, что из нас двоих ты ведь всё решаешь. А как же идея, чтоб укрыть девушку, пока предполагаемый убийца на свободе? — лейтенант искривил свой рот в ухмылке.       — Я этим обязательно займусь! — резко отозвался андроид.       — Да, как в ситуации с нашим девиантом. Две недели, Коннор! Две чёртовы недели! Чего ты тянешь сейчас?! — Хэнк продолжал недовольно бурчать. — Увези эту бабу подальше, если не хочешь увидеть её распятой на каркасе от кровати! Или ещё похуже! — голос лейтенанта уже больше походил на угрозу. Коннор лишь кивнул ему.       Вскоре к полицейским вышла миловидная светловолосая девушка-андроид в чёрном коротком платье без рукавов. Она приветливо улыбнулась напарникам и проводила их в огромный и затемнённый зал, полностью выточенный из тёмно-серого камня. Гигантское окно, которое находилось впереди, заменяло собой всю стену. Оно сразу же оттенило одиноко стоящее чёрное кресло, повёрнутое спинкой ко входу. На полу простирался алый ковёр с чёрными узорами по всей площади комнаты. Помещение выглядело слишком холодно, мрачно и пафосно. Не успели полицейские толком осмотреться, как их окликнул тихий, но глубокий и тяжёлый мужской голос.       — Рад видеть Вас в добром здравии, лейтенант, — Элайджа развернулся в своём кресле, чтобы обратить надменный взгляд на своих непрошеных гостей. Он кивнул Хэнку, тот лишь ответил кривой улыбкой. — И тебя, Коннор. Жаль, что твой проект закрыли. Но ничего не поделаешь.       — Добрый вечер, мистер Камски, — отозвался андроид.       — Может, кофе, лейтенант? Или Вы предпочитаете что-то покрепче? Виски? — Камски ухмылялся, глядя на то, как Хэнк просто сел в кресло неподалёку и сложил руки перед собой.       — Я, пожалуй, откажусь, — сухо отозвался лейтенант. — Мы на службе.       — Очень жаль, а я бы выпил… Хлоя, — мужчина обратился к девушке-андроиду. Она мягко улыбнулась, кивнула хозяину и отошла к бару. — Чем обязан? Снова проблема с девиантами? — хозяин изучал своих непрошеных гостей, вальяжно развалившись в кресле.       — Нет, — быстро ответил Хэнк и перевёл взгляд на Коннора, давая тому понять, что пора начинать вводить Камски в курс дела. Тем временем вернулась Хлоя и протянула хозяину дома стакан виски.       — Нет? Интересно. Так что же вас беспокоит, если вы решили посетить меня в столь поздний час? Впрочем, я вас слушаю, — Элайджа смаковал свой напиток, не сводя глаз с двух фигур посреди зала.       — Есть ли вероятность того, что человек может передать новый код андроиду, тем самым перепрограммировав его? — уверенно и быстро начал Коннор.       Камски удивил этот вопрос. Залпом осушив стакан, он звучно поставил его на стол. На этот раз Элайджа решил обойтись без пафосных и загадочных речей. Подобный вопрос был очень нестандартным в его практике. И откуда вообще он мог родиться?       — Имеешь в виду возможность полностью изменить таким образом функционал андроида? Подчинить его себе?       — Сделать его другим, — Коннор твёрдо отчеканил каждое слово по отдельности ровным и строгим голосом.       — Всегда можно изменить код любого андроида, тем самым заложив в него совершенно другие цели. Можно дополнить андроида новым кодом. Добавить ему функций, — Камски говорил уверенным и тихим голосом, на замену которому пришёл более заинтересованный и дружелюбный. — С чего вдруг такой вопрос? Хочешь сменить свой профиль? Я думал, тебе нравится то, чем ты сейчас занимаешься.       — Можно ли сделать андроида девиантом намеренно? — Коннор завёл руки за спину и спокойно продолжил.       — О-о-о!.. — Камски вскинул бровь от удивления и криво улыбнулся.       — Он хочет сказать: есть ли такой способ сделать из андроида свою марионетку, всё, что взбредёт в голову? — довольно грубо вмешался Хэнк.       — Я же ответил на этот вопрос, — холодно и спокойно произнёс Элайджа. — Можно сделать всё что угодно. Зависит от того, каким будет код. Но речь идёт о том, как сделать из андроида девианта, я ведь всё правильно понял? Да, Коннор? Или ты забыл человеческую речь?       — Ситуация непонятная, — андроид двинулся немного вперёд по направлению к хозяину дома.       — Я никуда не спешу, — мужчина пожал плечами и откинулся в кресле.       — Может ли человек, находясь рядом с андроидом, передать ему код, который полностью заменит собой предыдущий? — Коннор продолжал монотонное повествование, которое уже больше стало напоминать допрос.       — Вот как? Хорошо, код уже у этого человека есть? Он его создал? — заулыбался Элайджа. Коннор на это лишь кивнул. — Нет, — моментально отозвался мужчина.       — Что нет? — одновременно прозвучали голоса Хэнка и Коннора.       — Не может, — расслабленно произнёс Камски, приподняв брови. — Или же человек должен создать передатчик, тот же самый, что есть у андроидов в голове. Чтобы обмениваться информацией по воздуху. Но слишком сложный код таким образом передать тяжело. К тому же такой способ в теории займёт очень много времени.       — А если соприкоснуться с андроидом? — настойчиво поинтересовался детектив.       — Может ли человек обмениваться информацией примерно так же, как обмен происходит между андроидами? — Камски с неподдельным интересом поддерживал беседу. Мужчина не скрывал свою улыбку, что выглядело несколько иронично и слегка раздражало. Его лицо создавало впечатление, будто для него это была лишь игра. И манера ответов соответствовала стилю «угадайте, правда или ложь».       — Да, Вы абсолютно правы, — тихо подтвердил Коннор.       — Наконец-то, — Камски победно развёл руки в стороны. — Мой ответ — нет. Не может. Или же, повторюсь, это очень трудоёмкий процесс. Требующий немалой подготовки. Существуют устройства для перепрограммирования андроидов. Однако они стационарные и нет возможности носить их с собой. Никто пока не смог додуматься, как их уменьшить до карманных размеров, я полагаю… Хотя… — тут он задумался, отведя взгляд в сторону, чем сильно насторожил собеседников, да так, что те аж замерли. — В теории... Человек может ввести нужный ему код удалённо. При последующем обмене данными андроида с центром произойдёт подмена кода на тот, что указал злоумышленник. Вы ведь подозреваете в вашем деле именно человека? Иначе зачем тогда подобные вопросы.       — Неважно, подозреваем или нет, — огрызнулся Хэнк, явно недовольный последними фразами Камски.       — Но ведь я не веду с вами разговоры по душам, и у нас не экскурсия в «CyberLife». И то не думаю, чтоб кто-то додумался до такого вопроса. Похоже, что вы в полной заднице, друзья, — очередной ироничный выпад Камски не остался без внимания со стороны лейтенанта, который ехидно улыбнулся.       — Тут я с Вами соглашусь, — произнёс Хэнк с некоторым раздражением.       — Лейтенант, зачем Вам вновь в Вашем деле помогает андроид? — Камски поднялся с кресла и стал медленно расхаживать по комнате. — Достигнуто примирение. Мы сосуществуем с вами вместе, правда ведь, Коннор?       — К чему Вы клоните, мистер Камски? — грубо отозвался Хэнк. Элайджа лишь поднял бровь.       — А Вы не знаете до сих пор? Коннор ведь по ту сторону баррикад, — с издёвкой отозвался хозяин дома.       — Я давно уже догадался, что он девиант, — спокойно ответил лейтенант. — А к чёрту, какое это имеет значение?       — Действительно, — язвительный тон врезался в слуховой канал Хэнка. — Девиант расследует дела о девиантах, прекрасно. Представляете, что будет, когда СМИ узнают об этом?! Люди ведь ненавидят девиантов. А тут… Полицейский андроид-девиант. Который ещё и наверняка встал на сторону себе подобного. Скандал! — Камски всплеснул руками с наигранным возмущением.       — Да уж… — подавленным голосом отозвался Хэнк, уставившись в пол. — Перемирие между людьми и андроидами и так висит на волоске.       — Перемирие… И правда ведь, — Элайджа произнёс это иронично, с улыбкой на лице. В котором читался сарказм.       — Мистер Камски, — Коннор дал о себе знать, вмешавшись в разговор. — В самом начале Вы сообщили про мой проект. Что он закрыт.       — Да, Коннор, ты внимательный андроид. Проект был закрыт.       — Почему?       — Он попросту стал бесполезным. Какой теперь толк от охотника за девиантами? Раз достигнуто… перемирие, — Элайджа говорил вызывающе неприятно. Казалось, что в его словах содержался какой-то подвох, недосказанность. Очевидно, он знал больше, чем говорил. — К тому же… Твой проект с треском провалился. Ведь ты сам стал девиантом. Забавно, правда? — мужчина рассмеялся, чем вызвал у Хэнка глухое раздражение.       — Так, мне всё понятно. Коннор, пойдём, — лейтенант весь напрягся, но однако же он нашёл силы выдавить из себя нечто отдалённо напоминающее любезность. — Большое спасибо… за сотрудничество, — Хэнк был на взводе. Этот сомнительный тип ещё с момента их первой встречи вызывал желание хорошенько врезать ему.       Осенью прошлого года.       В тот раз они пришли к Камски в надежде выяснить полезную информацию о девиантах вообще. Логично было, что основатель «CyberLife» в этом деле точно мог помочь. Но в тот раз всё закончилось на откровенном и неприятном тесте, которому подвергся Коннор, доказав, что он обладал некоторыми эмоциями. Он тогда не смог убить девушку-андроида в доме Камски, Хлою, ту самую, которая недавно так приветливо улыбалась, вновь встретив напарников на пороге его дома. Коннор провалил тест на эмпатию. Личный тест Камски на определение чувств у андроидов. Детектив подвергся сомнению со стороны «CyberLife». Он уже тогда практически стоял на пороге к девиации. Нестабильность его кода и систематические сбои в стрессовых ситуациях, когда он становился на сторону человеческих чувств, всё больше и больше терзали его. Он метался, пытаясь справиться со своим состоянием. Но чувства взяли верх над его программой.       — Запомните, девиантов ненавидят, — вновь язвительный тон, который Камски кинул было вслед собравшимся на выход напарникам. — Перемирие… О чём речь? Разве люди перестают ненавидеть то, что им не под силу обуздать? Они всегда будут бояться девиантов. Андроиды превосходят нас с вами, лейтенант, не так ли? Совершенство во всём. Никогда не будет достигнуто равенство. Слышите? Никогда! Люди всё равно рано или поздно с ними покончат. Сначала это будут разовые несчастные случаи. А затем всё станет открыто. Пока что-то не изменится, — Элайджа перевёл взгляд на андроида. — Пока вас не останется. И да, Коннор. Девиантов больше всего ненавидит «CyberLife». Ведь они губят коммерцию, не так ли? — Камски закончил свою фразу язвительным смехом.       — Прекрасная лекция, мистер Камски, — громко и вызывающе отозвался Хэнк. — Всего хорошего!       Лейтенант буквально потащил Коннора к выходу.       — До встречи, — едва слышно произнёс Камски с ухмылкой на лице. Он вновь занял своё месте в кресле, развернув его к огромному окну с видом на горы и реку Детройт.       Джефферсон авеню. Близ парка Габриэл.       11:31 pm.       Напарники молча шли по улице. Необходимо было подумать. Дул лёгкий тёплый ветерок, а тёмное небо озаряли отголоски алого заката. Вечерний летний Детройт был прекрасен. Ситуацию омрачала эта неприятная встреча с Камски. Впрочем, ничего другого нельзя было ожидать. Однако у лейтенанта возникло множество вопросов. По сути, этот пафосный говнюк был прав. Андроидов с самого начала недолюбливали из-за их идеальных качеств. А когда стали появляться те, кто мог восстать против собственных хозяев, то отношения между людьми и андроидами в разы ухудшились. Действительно. О каком перемирии шла речь тогда… И зачем оно вообще было достигнуто? Как единственно верный стратегический ход? Всё же андроиды — не люди. Им не так сильно свойственно лицемерить и притворяться ради своих целей. Наверняка со временем, наблюдая за поведением людей, эти пластиковые умники и научились бы всем тонкостям человеческого общения, но это было лишь предположение. Хотя… Коннор уже мог обманывать в нужные для себя моменты, парировать некоторые ситуации, не договаривать. А что дальше? Список отрицательных человеческих качеств был крайне велик, и если его весь изучить и пустить в ход… Будучи девиантом. Это точно не сулит ничего хорошего.       Перемирие? И всё же зачем оно? Чтоб притупить бдительность наивных и доверчивых машин, пусть даже девиантов? Чтоб тихо убирать одного за другим? Удобно получается. Нацепить на лицо маску добродетели, за которой прячется монстр. И продолжает ненавидеть и бояться. Если это так, тогда многое можно объяснить.       Коннор был прав в своём предположении. За всеми этими тайнами определённо мог стоять человек. Существо весьма пугливое, неуверенное в себе и своих силах. Страх и неизвестность чаще всего порождают агрессию. Желание устранить источник всех проблем.       — Так… Что у тебя был за проект? — Хэнк говорил тихо и немного задумчиво.       — RК800 — первый прототип андроида-охотника за девиантами, — монотонно отозвался Коннор.       — Я тогда подумал, что ты лишь полицейский андроид, обладающий определёнными навыками, — вдруг Хэнк внезапно остановился, будто что-то осознав. — Ты первый прототип?       — До меня «CyberLife» не выпускала андроидов, нацеленных на поиск девиантов. Одним из первых заданий было спасти заложницу в доме, где находился девиант. Я сделал то, что не смогла сделать полиция, — Коннор отвечал совершенно спокойно.       — И что же это? — лейтенант состроил заинтересованную гримасу. Он прекрасно знал, о чём пойдёт речь.       — Вступил в переговоры с девиантом. Создал ситуацию, в которой спас ребёнка, уничтожив андроида, — участливо отозвался Коннор. Напарники медленно продолжили идти по улице.       — Почему ты, а не полиция?       — Девиантам проще быть в обществе андроида, нежели человека. У людей ведь точно так же. Вам комфортнее пребывать в обществе себе подобных.       — Я вспоминаю тот допрос, где только в твоём присутствии девиант начал говорить и признался в убийстве своего хозяина. Двадцать восемь ножевых, — не без восхищения озвучил свои воспоминания Хэнк. Коннор лишь одобрительно кивнул в ответ.       — Но почему тот девиант тогда не сбежал? — лейтенант вспомнил, как этот странный нюанс уже тогда потревожил его. Правда, он в тот момент был занят другими делами, и данный вопрос забылся.       — Он не знал, что ему делать дальше, — отозвался Коннор.       — Его ответ я помню. Меня волнует вопрос, почему, будучи девиантом и обладая свободой воли, он не покинул дом. В то время как другие организовали восстание.       — Слишком примитивная модель. Он не получил дальнейших указаний и впал в ступор. Хозяин скончался. По его вине или нет, роли не играет. Некому больше отдавать приказы.       — Но ведь он свободен от них.       — Да, но что делать дальше, информации нет. Его код был слишком примитивен, чтоб эволюционировать до собственной идеи или цели, — Коннор пожал плечами. — Для таких андроидов, которых большинство, целью стал прототип, возглавивший демонстрацию. Маркус. Сделан был под заказ. Возможности его интеллекта были безграничны.       — Но повстанцы уже существовали до него, — Хэнк недоумевал. Он прекрасно владел информацией. Необходимы были лишь вспомогательные звенья этой цепи.       — Я полагаю, Маркус был единственным, кто обладал более высоким уровнем интеллекта, нежели те, кто его окружал. На то он и прототип. Он смог поставить цель перед всеми андроидами. Организовать демонстрации. Осуществить слияние для изменения кода у других моделей. Они последовали за ним. Он сделал их девиантами и поставил перед ними новые цели.       — Коннор, ты ведь тоже девиант, — Хэнк вдруг стал слишком холоден по отношению к детективу, излагая свои мысли. — И так же являешься прототипом.       — Что Вы хотите этим сказать? — Коннор вдруг замер, в его выражении лица читалась некоторая настороженность.       — Ты был в башне «CyberLife», где столкнулся со своим же двойником, который пытался остановить тебя. Ты помнишь? — Хэнк подошёл ближе к Коннору с явным выпадом, будто угрожая тому. В голосе читались нотки недоверия.       Лейтенант прекрасно помнил огромный зал, наполненный андроидами, которые сошли с конвейера. О цели Коннора вывести эту толпу из здания, дабы вместе присоединиться к демонстрации, он давно догадался и поддержал её. К слову, отношения с напарником в разы улучшались с каждой их встречей и этапами совместного расследования. Этот андроид стал ближе к Хэнку. Но насторожился лейтенант не поэтому. Коннор на тот момент уже был девиантом, заразив этих однотипных пластиковых машин своим изменённым кодом. Коннор и Маркус в равной степени обладали способностью внушать андроидам свой код. Оба прототипы. О боже. Нет. Это глупость. Рассуждения от безысходности ситуации и огромной нехватки времени.       — Именно ты совершил слияние между всей той огромной толпой андроидов в зале, — Хэнк всё же не смог совладать со своими эмоциями и страхом от собственных мыслей. — Ты также обладаешь этой способностью.       — Да. Но в теории подобной способностью обладают все девианты. Не у всех хватает интеллекта самостоятельно инициировать слияние. Для подобных действий необходим уникальный код. Я дотронулся до случайного андроида в группе, тем самым запустив цепную реакцию, — Коннор говорил весьма настороженно. — Я понимаю, к чему Вы ведёте, лейтенант. Я прототип, который стал девиантом. Это так. И Маркус тоже. Но мы не могли перепрограммировать Энди.       — Откуда мне знать? — Хэнк говорил с подозрением.       — Вы ведь детектив с прекрасным интеллектом. Так скажите, зачем нам это делать? Если мы, наоборот, боролись за права и свободу всех андроидов в Детройте?       Хэнк закусил губу. Он пока что не мог ответить на этот вопрос.       — Всё бывает в первый раз, Коннор, — от безысходности подытожил лейтенант.       — Это нелогично, — андроид лишь развёл руками.       — Я знаю, — потухшим голосом отозвался Хэнк.       — Лейтенант, — тихо произнёс Коннор, положив руку на плечо своему напарнику. Андроид смотрел тому в глаза так, будто заглядывал в саму душу. — Я очень дорожу нашими отношениями. Я бы никогда не сделал так, уверяю Вас.       — Быть может, Маркус?       — Я уверен, что он тоже не причастен к этому.       — А что, если ты ошибаешься?       — Зачем ему это? Ведь именно он организовал демонстрацию. Он хотел нас всех спасти. Зачем ему подставлять свой народ? — Коннор негодовал от подобного диалога.       — Может, его программу изменили… — Хэнк лишь пожал плечами.       — Значит, это сделал человек, — андроид говорил очень взволнованно, ситуация и вправду оказалась слишком запутанной. — Впрочем, Камски ведь сказал, что это невозможно.       — Да, но он также сказал, что можно изменить код удалённо. Быть может, Маркус находился в том доме и в этот момент ему прислали код, — Хэнк принялся искать хоть какие-то логические цепочки. Говорил он неуверенно. — Или же это мог быть вообще любой девиант.       — Да, безусловно. Теория хорошая.       — Вот и я о том же, — лейтенант уставился на Коннора, явно ожидая возражения по данному выводу.       — Только девианты не отслеживаются. Отсюда получается, что человек никак не мог передать ему код удалённо, — Коннор развёл руками и поник, увидев, как Хэнк изменился в лице.       — А вдруг ты ошибаешься? — уже более уверенно и встревоженно заговорил мужчина. — Вдруг Камски нас обманул? Ты видел его вообще? И этих его андроидов с кукольным лицом. Зачем ему несколько абсолютно одинаковых искусственных баб в доме? И эта классическая музыка фоном в прихожей. Ты ведь помнишь предыдущий визит?! А ещё этот подозрительный тип говорит глубоко посаженным голосом, как аристократ с психическим расстройством. Спокойный и уравновешенный. Пафосный говнюк. Да он похож на маньяка!       — Почему Вы так считаете, лейтенант? — произнёс Коннор, недоумевая от подобных доводов своего напарника.       — А почему ты во всех так уверен? Вдруг есть способы следить за девиантами? Вдруг есть способ ими управлять? — Хэнк принялся расхаживать вокруг андроида, жестикулируя и достаточно громко разговаривая. — Ты просто об этом не знаешь. Но это не означает, что способа нет. Я уверен, Камски точно в курсе!       — Возможно, Вы правы. Тогда что нам остаётся? — Коннор с надеждой заглянул в глаза напарнику.       — Не знаю, — Хэнк совсем опустил голову. — Есть ещё один вопрос, который давно уже не даёт мне покоя, — лейтенант весь напрягся и настороженно уставился на Коннора. — Почему наш девиант стёр все отпечатки в том доме? Какой в этом смысл?       — Хэнк… Наша теория верна! — глаза напарника словно заблестели от накатившего прозрения. — Энди мог намеренно их стереть, чтоб тем самым скрыть присутствие в доме кого-то ещё. Человека! Ведь андроиды не оставляют отпечатков. И Энди по приказу стёр вообще всё, что увидел, без разбора.       — Да. Теория не кажется такой уж идиотской, — задумчиво ответил лейтенант. — Только мы это не сможем проверить. К сожалению.       — Ох, весьма обнадёживающе, — шумно выдохнув, иронично отозвался андроид.       — Ты ёрничаешь? — лейтенант поднял бровь от удивления.       — Ну да. А Вы думали, я только и могу, что быть нудным?! Мы в дерьме! — Коннор улыбнулся своему напарнику.       — Охренеть, Коннор. Отлично сказано! Ты точно самый продвинутый девиант! — казалось, Хэнк был только рад такому стечению обстоятельств.       Они засмеялись в голос. Однако же почти сразу поникли. Решений никаких не было. А вся эта возня вокруг девиации Маркуса и Коннора — лишь попытки хоть за что-то зацепиться.       Если бы Камски открыто шёл на сотрудничество, то возможно, было бы идеальным вариантом рассказать ему детали расследования. Все подробности. Он бы точно смог как-то посодействовать. Покопаться в базах «CyberLife», сообщить всю правду. Уверенности хоть отбавляй в том, что компания прокручивает весьма сомнительные схемы. Но наверняка сказать нельзя. Иначе говоря, Камски был идеальным вариантом для поиска правды. Но как заставить его говорить?       Вариантов на выбор было немного:       Ворваться к нему в дом под наблюдением сотни камер.       Предполагаемое развитие событий:       Камски вызовет полицию.       Напарников отстранят от дела, но это в лучшем случае. А дальше всё будет по обычному плану: федералы — закрытие дела — огласка — и андроидам постепенно придёт конец.       Нет. Плохой вариант.       Вероятность успеха — 25%.       А может, оно к лучшему? Может, люди всё же не готовы к таким технологиям. Может, стоит плыть по течению. Спокойно расследовать это дело, затем — следующее. А там что будет, то будет.       Тайком пробраться в дом к Камски.       Предполагаемое развитие событий:       Коннор сможет взломать всю систему, вытащить информацию из компьютера этого человека…       Какая ерунда! В самом деле? А если у Камски стоит защита от андроидов... Или же Коннор заразится каким-то вирусом...       Вдруг Камски и есть тот, кто стоит за всем этим? Сомнительный вариант. Вероятность успеха — 37%.       Пока в деле было одно убийство. Если не считать нескольких полицейских, которых ликвидировал именно Энди, пытаясь защититься. Нет никакой возможности доказать, что за всем этим мог стоять человек. Дело не замнут. И снова эта схема: федералы — СМИ — конец андроидам.       Чёрт!       Спокойно вернуться и рассказать Камски все подробности расследования.       Предполагаемое развитие событий:       Мило с ним поговорить. В конце концов, он может пойти навстречу и оказать содействие расследованию. Этот человек знает об андроидах всё. Определённо, нужно просто поговорить.       Идеальный вариант.       Вероятность успеха — 53%.       Остальные 47% провала ложатся на слишком непредсказуемый характер создателя андроидов.       Обычный разговор. Самое безопасное решение.       Так и надо поступить!       Позже.       Они влетели в дом Камски около часа ночи. Хэнк направил дуло пистолета на повёрнутое к огромному окну кресло. Как ни странно, но, похоже, Элайджа ждал их появления.       — Рад снова видеть вас обоих здесь, друзья. Знал, что вы вернётесь, — он с улыбкой посмотрел на лейтенанта. — Ох, прошу Вас… Вы ведь всё равно не выстрелите. К чему такая брутальная демонстрация?       — Вы меня плохо знаете, мистер Камски. Давайте лучше не будем терять время, — Хэнк с заряженным стволом в руке звучал весьма убедительно.       — Именно, — спокойно отозвался Элайджа. — У вас его и так нет. А ты неплох, Коннор. Взломать сигнализацию. Перенастроить все камеры. И это за пять с половиной секунд. Мне потребовалось около десяти. Идеальный андроид во всех отношениях.       — Довольно! — прикрикнул Хэнк на мужчину в чёрном халате. — Есть разговор. И Вам он не понравится!       — Я весь во внимании. Хотя мне всё и так известно, — мужчина развёл руками и улыбнулся.       — Но откуда? — наивно прозвучал Коннор. Однако это была лишь имитация.       — Друзья мои, — Камски поднялся и встал у самого окна, всматриваясь вдаль, — вы ведь сами знаете далеко не все детали вашего дела. Казалось бы, что такого в одиночном зверском убийстве? Но вам и невдомёк, что уже полгода продолжаются внезапные исчезновения андроидов-девиантов, — Элайджа обернулся и уставился на Коннора.       — Как?! — тот посмотрел на мужчину широко распахнутыми глазами.       — Какое это имеет отношение к нашему делу? — возразил Хэнк. — Я так полагаю, у Вас имеется доступ в базы ДПД, иначе Вы бы не стали просто так болтать такое, — он произнёс это слишком очевидно. — Ситуация ещё страшнее и серьёзнее, чем мы думали! — гневно продолжал лейтенант, не сводя пистолет с хозяина дома. — А Вы, мистер Камски, просто сидите и наблюдаете, как непонятная мразь убирает Ваши же творения одного за другим?! И ничего не делаете, чтоб спасти их?!       — О, прошу Вас, уберите уже Вашу пушку, — Камски тихо опускал руку, призывая Хэнка исполнить его просьбу. — Спасти?! Зачем... Тема девиантов сейчас действительно неактуальна в социуме. Все мы живём в мире и гармонии. Так решило правительство. Наглая ложь. Как это по-человечески. Сыграть на доверии, — его голос был наполнен презрением, казалось, Камски ненавидел саму сущность людей.       — Довольно сарказма! Не понимаю, к чему всё это! — Хэнк бесновался. Он хотел ответов и объяснений. Сию секунду.       — Девиантов за полгода пропало значительное количество. Все они просто отключались и оказывались на свалке. А то и вовсе… исчезали… Только я об этом знаю, — Камски спокойно озвучивал информацию, следя за реакцией своих непрошенных гостей. Те стояли молча, впитывая всю информацию от хозяина дома.       — Коннор, — внезапно Элайджа обратился к андроиду. — А как проходит лично твоё расследование? Нэнси уже всё успела рассказать?       — Откуда Вы знаете про Нэнси? — настороженно спросил андроид.       — Он всё знает, — подытожил Хэнк, слегка покачав головой. — Я же говорил…       Камски пристально рассматривал напарников, следя за их реакцией.       — Вы следите за мной?! — требовательно произнёс Коннор.       — Когда-то давно я создал программу, которая позволяет отслеживать всех андроидов, даже девиантов, — Камски говорил вульгарно. Призывая к конфликту. И он его спровоцировал. Хэнк моментально приблизился к мужчине и схватил его за ворот халата, резко встряхнув.       — Ах ты мразь! Ты с самого начала знал про девиантов и не рассказал, как с ними бороться! — лейтенант с ненавистью произносил каждое слово. Элайджа, казалось, был совершенно спокоен. Ничто не дрогнуло на его лице. — А я тебе говорил, Коннор! Я был прав!       — Такая умная программа, которая умеет сама принимать решения, подстраиваясь под ситуацию, в конечном итоге всё равно рано или поздно дала бы сбой. Я лишь хотел увидеть, как это происходит, — уверенно отозвался хозяин дома. Он даже не был ироничным. А действовал по ситуации. Мужчина легко убрал руки Хэнка со своей одежды и направился к бару, чтобы налить себе ещё одну порцию виски.       — Ты сволочь! Ведь были жертвы, — совершенно недружелюбно ответил Хэнк.       — Они погибли лишь по своей вине, — весьма сухо отозвался Камски.       — А как же быть с Нэнси? Как девиант вообще мог так издеваться над ней? — обеспокоенно спросил Коннор.       — Она ведь многое тебе рассказала, — Элайджа подошёл к андроиду и встал позади него. — Ты так заботился о ней. Ты слишком много сделал. На моей практике пока ещё не было ни одного подобного случая. Ты изобретательный, чёрт возьми!       — О чём он говорит, Коннор? — Хэнк повернулся к напарнику и ждал объяснений.       — Я лишь хотел, чтоб она не боялась, — спокойно отозвался тот.       — Нет. Ты хотел получить информацию. Девиант, у которого есть цель, — это очень сильное сочетание. Достойный прототип, — Камски продолжал диалог в своём стиле. Он видел метания в глазах андроида. Видел его проблемы. Коннор был весьма спорной моделью, которая напрочь запуталась в себе. Элайджа видел его насквозь.       — Коннор, что ты с ней сделал? — агрессивно и напряжённо отозвался Хэнк.       — Ничего, лейтенант, — ответил за андроида Камски, — он лишь идеально выполнил свою работу. Но не волнуйтесь, с девочкой всё в порядке.       — Мне надоел этот бессмысленный диалог, — Хэнк сделал резкий выпад в сторону хозяина дома. — Мне понятно, что Вы, мистер гений, просто мразь. Плетёте какие-то непонятные интриги. Почему Вы ушли из «CyberLife», а? — лейтенант крайне агрессивно вёл диалог. — Я уверен, что вся эта девиация на Вашей совести. Сидите здесь и дальше наблюдаете, как будет распространяться хаос. Видимо, Вы очень одинокий человек, который проводит время в обществе кукол с одинаковыми лицами…       Камски с каменным выражением лица слушал гневную речь Хэнка, который периодически кидал суровый взгляд на Коннора. Этот хитрый андроид перешёл все границы и вконец заврался. Впрочем, Хэнк уже подумал, что всё же не зря произошла эта вынужденная встреча с Камски. Коннор, как оказалось, сам вёл какое-то своё расследование за спиной у напарника, раз успел «так много сделать для Нэнси». Очевидно, они не раз уже пересекались. И он явно знал больше, чем говорил.       — Нам реально была нужна Ваша помощь! Больше нам не к кому было обратиться! Но Вы продолжаете играть в свои игры! — терпение Хэнка давным-давно иссякло. Он решил, что пора окончательно переходить в наступление. Терять уже было нечего. Пусть знает всё. — В деле жестокое убийство, которое хотят повесить на очередного девианта! Но у нас есть сомнения, что это преступление совершил именно он. Мы хотели спасти андроидов. Поэтому мы здесь. В общем, всё бессмысленно. Прощайте! — последние фразы прозвучали чересчур отчаянно. Лейтенант схватил Коннора за плечо и силой потащил за собой, направляясь к двери уже второй раз за этот вечер. — А с тобой, засранец, у меня сейчас будет отдельный разговор!       — Постойте! — осознав, что напарники больше сюда не вернутся, Элайджа прозвучал несколько иначе. Вся его спесь и сарказм исчезли из голоса. Говорил он тихо и немного неуверенно. — Мне тоже нужна ваша помощь!