Таланты и поклонники

— Нам влетит. Вот точно говорю — нас поймают, — бормотал Лань Цзин И, тем не менее, даже не пытаясь отодвинуться от крохотного окошка в стене. — Конечно, поймают, если ты так и будешь шуметь, — Цзинь Лин коротко ткнул его в бок. Цзин И оскалился, но примолк, когда Лань Сы Чжуй, до этого молчавший, облил обоих недовольным взглядом. Они еще немного потолкались, пытаясь занять место поудобнее, а потом до них донеслось шуршание покрышек по гравию, и все остальное было забыто, включая угрозу быть пойманными в то время, когда они должны быть на занятиях. Можно подумать, кто-то сегодня вообще думает о занятиях. То, что только у их «несвятой троицы» хватило смелости сбежать, это уже другой вопрос. Но они должны были быть первыми, кто это увидит. Первая машина внушала уважение своими габаритами, но была не особо интересна. И так было понятно, что это охрана. А вот вторая, черная с красными всполохами по бокам, хищная красавица заставила восхищенно вздохнуть. — Когда я стану знаменитым, у меня будет такая же, только золотая, — прослеживая взглядом ее плавные линии, выдал Цзинь Лин. — Попроси дядюшку, он тебе и так подарит, — съехидничал Лань Цзин И. Цзинь Лин уже собрался «ласково» ответить, но тут машина остановилась, дверь открылась, и из салона вышел молодой мужчина. В черной разлетающейся одежде, с собранными в высокий хвост волосами, перевязанными длинной красной лентой. Высокий, гибкий, очень красивый. Хулиганская улыбка, сияющие глаза — Вэй У Сянь, Магистр И Лин, в живую был еще более привлекательным, чем в своих клипах на экране. — Он классный, — восторженно выдохнул Лань Цзин И, и остальные только глубокомысленно и согласно вздохнули. Вэй У Сянь действительно был классным. Даже несмотря на все те слухи, сплетни и скандалы, которые сопровождали его везде, где бы он не появился. Хотя самый знаменитый танцор и не мог быть другим априори. Впрочем, приехал он не один. И при появлении его спутника Цзинь Лин, кажется, даже пискнул. Потому что одно дело — знать, что твой родной, между прочим, дядя, — названый брат мега-звезды, совсем другое — увидеть их вживую рядом и вдруг понять, что это твой ДЯДЯ. Пусть тот и рычит на любого, кто осмелится попросить автограф. — Эй, юная госпожа, а он у тебя и правда красавчик, — Лань Цзин И толкнул его в бок. — Убью, — пообещал Цзинь Лин, и Лань Сы Чжуй шикнул на них обоих. Время обсудить увиденное у них будет, а вот если они попадутся… Попадаться отчаянно не хотелось никому. Хотя бы потому что старания прикинуться пай-мальчиками, которые они предпринимали весь последний месяц, пойдут псам под хвост. И тогда не видать им участия в фестивале, как своих ушей. — Тогда, может, пойдем? — предложил Лань Цзин И. Лань Сы Чжуй кивнул, выразительно покосившись в сторону двери. Смотреть больше и правда было особо не на что: гости уже ступили под защиту козырька, уйдя из поля зрения. Путаясь в одеждах, шипя и ругаясь сквозь зубы, они выбрались из крохотной комнаты, приспособленной под кладовку, тихо спустились по лестнице и кинулись к учебным корпусам, на ходу вспоминая заготовленную легенду, которая должна была послужить оправданием их опоздания. На удивление, та вполне прокатила, хотя по глазам остальных было понятно, что никто им не поверил. Все оставшееся время до официального окончания занятия они просидели, как на иголках. И как только время вышло — вымелись из класса, пока никто не успел пристать с вопросами. Впрочем, сегодня никому до них не было дела. Университет гудел, как улей. Шутка ли, к ним приехали два самых знаменитых танцора в стиле «нео», стремительно набиравшем популярность в том числе благодаря своему основателю. В место, где этот стиль не то, чтобы отторгался, но не считался чем-то серьезным. Классика и еще раз классика. Традиции — основа Университета Искусств Гу Су семьи Лань. А уж Вэй У Сянь… Что-то там, в небесах явно перевернулось, раз это вообще стало возможно. Хотя ходили слухи, что когда-то будущий Магистр И Лин даже учился здесь, в Гу Су, но в слухи эти мало кто верил. Представить себе Вэй У Сяня среди строгости и классики Университета Искусств Облачных Глубин было практически невозможно. Зато в Пристани Лотоса, где, по слухам, нравы и порядки были куда проще, — очень даже. — Я стащил нам по пирожку, — Лань Цзин И появился последним, плюхнул в кружок на траву свой тощий рюкзак, и только потом опустился следом. — Фух. В столовке полный хаос. — Хаос — второе имя Вэй У Сяня, если верить Учителю, — Цзинь Лин тут же полез внутрь рюкзака. — Ого, тебе удалось взять с вишней. Точно хаос, они же первыми разлетаются. — Это первый день. До фестиваля неделя, за это время все уляжется, — Лань Сы Чжуй с достоинством кивнул, принимая свою порцию. — Даже завтра здесь будет тише. — Как думаете, как ректору удалось уговорить на это? — Лань Цзин И, впившийся в свой пирожок, говорил невнятно, но в общем понятно. — Уговорить кого? Учителя или самого Вэй У Сяня? — Цзинь Лин сосредоточенно обкусывал края пирожка, оставляя сочную начинку на сладкое. — Обоих. Старик вообще с современными стилями не дружит. В этом году ежегодный фестиваль принимаем мы. Он, наверное, распланировал уже все. С нашим оркестром и своей любимой симфонией. А тут Магистр И Лин, с «ужасной музыкой, пошлыми движениями и вызывающей улыбкой». — То, что хочет ректор — он получает, — Лань Сы Чжуй аккуратно вытер пальцы салфеткой и опрокинулся спиной на траву. — Спасибо, это было вкусно. — Говорят, что это хочет не столько он, сколько проректор. А ректор всегда исполняет его желания. — Лань Ван Цзи? Захотел, чтобы к нам приехал Вэй У Сянь? — Цзинь Лин даже жевать перестал. Но потом категорично выдал: — Врут. Лань Ван Цзи просто не может такого хотеть. Только не он. Они же… они же… как на разных полюсах, вот. Музыкальный гений струн и… — И самый знаменитый танцор современности, — за него закончил Лань Сы Чжуй, улыбаясь каким-то своим мыслям. — С миллионной армией фанатов. Как и твой дядя, между прочим. Цзинь Лин засопел. — Про моего дядю не говорят таких гадостей! И вообще… мы про ректора говорили. — Говорили, — Лань Сы Чжуй дотянулся до него и щелкнул по обиженно сморщенному носу. — Не дуйся, тебе не идет. Кстати, говорят, ректор хочет, чтобы Вэй У Сянь поставил с кем-то из учеников совместный номер. — Да ладно… За неделю? Эй, постойте-ка… с кем-то из нас? — Лань Цзин И торопливо запихал остатки пирожка в рот, вытер руки о брюки и придвинулся к Лань Сы Чжую. — С этого места поподробней. — Это только слухи, — тот ткнул его кулаком в плечо, чтобы не нависал. — Это что-то вроде совместного проекта, чтобы показать, что наш Университет вовсе не порос мхом, как остальные считают. И что мы не скучные. Всех подробностей я не знаю, но вроде вопрос решенный. — И когда ты об этом узнал? — Цзинь Лин грозно сдвинул брови, подаваясь вперед. — И почему мы об этом слышим только сейчас? — Да, почему? — Лань Цзин И с точностью скопировал его выражение. — И что еще ты не сказал? — Боитесь, что не успеете припудрить носики, юные госпожи? — Лань Сы Чжуй спрятал улыбку в уголках губ. — Не бойтесь, это все равно случится не раньше, чем вы сдадите ректору свои номера. А это уже завтра. — Ох, точно… — Лань Цзин И тут же отшатнулся и вскочил на ноги, судорожно собираясь. — Мне надо еще одну связку повторить. Все время путаюсь в последовательности. И с утра надо еще дуэтный прогнать. Цзинь Лин? — Перед смертью не надышишься, — помахал тот, с задумчивым видом накручивая на палец прядь волос. — Но с утра я твой. — Тогда я пошел, — Лань Цзин И закинул свой уже пустой рюкзачок на плечо и устремился к корпусам. Несколько минут после его ухода оставшиеся сосредоточенно молчали, а потом Цзинь Лин вытянулся на траве рядом с лежащим Лань Сы Чжуем и, отстраненно глядя в небо, дотянулся до его руки, сплетая пальцы. Тот в ответ их несильно пожал и погладил костяшки. — Ты переживаешь, — Цзинь Лин не спрашивал и даже не особо надеялся на ответ. Лань Сы Чжуй вздохнул как-то печально. — Хань Гуан Цзюнь был в последние дни очень напряженным. А сегодня я еще не видел его после завтрака. Мне кажется, что это связано с приездом Магистра И Лин, но не могу понять почему. А, значит, не могу ему ничем помочь. — Как ты вообще различаешь хоть какие-то эмоции на его лице? — Цзинь Лин этой его способности даже, наверное, немного побаивался. Для него лицо Лань Ван Цзи всегда было одинаковым. Лань Сы Чжуй только хмыкнул. Эта песня будет вечной. Хотя это был его тайный повод для собственной маленькой и такой же тайной гордости. Только он и Лань Си Чэнь могли похвастаться тем, что понимают эмоции Лань Ван Цзи. — Неважно. Это — неважно. Я просто боюсь за него. В последнее время он играет слишком тоскливую музыку. Цзинь Лин вздохнул и повернулся на бок, лицом к Лань Сы Чжую, откровенно разглядывая его точеный профиль. — Ты его так любишь? — он очень надеялся, что в его голосе не звучит ревность, которая стиснула сердце. — Он меня спас. И заботился обо мне все это время, — Лань Сы Чжуй повернулся к нему, вскинул бровь. — Конечно, я люблю его. Как отца. А ты милый, когда ревнуешь. — И вовсе я не ревную! — Цзинь Лин тут же вскинулся, отшатнулся, садясь на траве и гневно сопя. Он вовсе не хотел, чтобы его считали слабым. И вообще… — И когда сердишься вот так — тоже, — Лань Сы Чжуй сел рядом, дернул его за кончик волос, и мягко поцеловал в уголок губ. — Очень милый. Цзинь Лин нахмурился, но злиться больше не мог. Лань Сы Чжуй, его Лань Юань, так редко касался его таким образом, что поневоле румянец вспыхнул на щеках. А еще он говорил такие комплименты, от которых было и приятно, и смешно, и немного стыдно. — Ты меня тоже ребенком считаешь? — он очень хотел хоть раз проявить инициативу сам. И чтобы Лань Юань поцеловал его по-настоящему, а не дразнил. Но на это у него самого наглости не хватало, а Лань Юань, по-видимому, действительно считал, что он еще не дорос до таких взрослых вещей. Хотя разница у них и не такая уж большая. — Иногда ты и правда ведешь себя как ребенок. А иногда — что было бы лучше, если бы и правда был ребенком. Но маленький мальчик мне бы вряд ли понравился. Так что ты определенно уже большой, — Лань Сы Чжуй мягко улыбнулся, и у Цзинь Лина заполыхали даже уши, а сердце пустилось вскачь от этого «понравился». Раньше Лань Юань никогда не говорил такого. Они вообще как-то больше языком тела общались, да улыбками. А улыбался Лань Юань красиво. — Ты ведь уже знаешь, кого выберут для этого совместного номера? — говорить о чувствах было хоть и приятно, но слишком смущающе. Так что Цзинь Лин перевел тему в более безопасное русло. — Выбирать будет Магистр И Лин, — Лань Сы Чжуй пожал плечами. — И никто не знает, что у него в голове. Я думаю, что он уже все продумал, и теперь будет просто искать тех, кто лучше всего подойдет под его задумку. — Логично, — Цзинь Лин нехотя кивнул. Думать о том, что он может под эту задумку не подойти — было неприятно. — Только, боюсь, у нас он никого не найдет. У нас стили совершенно разные. — Если бы это было невозможно — ректор не стал бы это начинать. Так что не переживай. Ты ему понравишься. — И ты. И Цзин И, — Цзинь Лин повернулся к нему и замер, оказавшись слишком близко. Хлопнул ресницами, взглядом скользнул по лицу, завис на мгновение на приоткрытых губах, и вдруг выдохнул. — Можно, я тебя поцелую? Спросил, полыхнул румянцем, смущенно опустив глаза, но отодвигаться не стал, и брать свои слова обратно тоже. — А смелости хватит? — Лань Сы Чжуй вскинул бровь, и Цзинь Лин тут же вскинулся, в очередной раз понимая, что его взяли на слабо. Подался вперед, обхватил руками и охнул, когда от его порывистого движения Лань Сы Чжуй не удержался и опрокинулся на спину, утягивая его за собой. — Прости, — пробормотал Цзинь Лин, слишком остро чувствуя жар чужого тела под собой, а потом подтянулся и чмокнул в губы. Попытался отстраниться, но был пойман теплыми сильными руками Лань Сы Чжуя. — Ну кто же так целуется? — шепнул тот, почему-то ничуть не обидно. А затем мысли из головы исчезли вообще, спугнутые первым настоящим, взрослым поцелуем. Таким откровенным, долгим и мокрым, но от которого сердце заколотилось уже где-то в горле, а руки вдруг стали слабыми. И когда этот поцелуй закончился, все, на что хватило Цзинь Лина — это облизнуться и опустить голову Лань Сы Чжую на грудь. — Спасибо. Я знаю, что почти ничего не умею, но я обязательно научусь. — Опыт приходит с практикой, — Лань Сы Чжуй, вместо того чтобы столкнуть его, запустил пальцы в его волосы. — Но нам пора, пока кто-нибудь не начал задавать Цзин И неудобных вопросов. Цзинь Лин вздохнул, но, вынужденный согласиться, скатился с него. Без тепла чужого тела стало холодно, и он невольно поежился. — Ты прав. И мне нужно будет навестить дядю. Он заботился обо мне, присылал подарки и все время беспокоился. — Ты поэтому стал танцором? Чтобы быть как он? — Я просто больше ничего другого не умею. Да и знаю, что мама была бы рада. Да и папа, наверное, тоже. Думаешь, ему понравится то, что я делаю? Ведь это совсем не похоже на то, что делает он. — Думаю, понравится. Он второй по популярности после Магистра И Лина. Говорят, Цзян Чэну пророчили славу в бальных танцах, но он сбежал оттуда, как только представилась возможность. После того, как Вэй У Сянь вернулся, они теперь иногда даже выступают вместе. — Хочешь сказать, что дядя тоже участвовать будет? — Ну, не просто же так прокатиться он приехал, — Лань Сы Чжуй поднялся на ноги и протянул руку Цзинь Лину. Тот вскинул голову, явно недовольный тем, что ему предлагают помощь, но, встретив взгляд Лань Сы Чжуя, отвел глаза. — Я не маленький, — буркнул он, но руку все-таки принял. — А кто сказал, что я предлагаю тебе помощь? — Лань Сы Чжуй спрятал за ресницами взрослую усмешку и дернул Цзинь Лина на себя. Тот, не ожидавший такого подвоха, влетел прямо в его руки. — Попался. Цзинь Лин замер крольчонком, глядя на него чуть испуганно. Ну, наверное, даже имел на это право. До сих пор все их… отношения сводились к сплетенным пальцам, легким, почти целомудренным касаниям, так что для одного дня Цзинь Лину хватило бы и первого поцелуя. Но он становился таким открытым, почти беззащитным в такие моменты, что удержаться было невозможно. К тому же он так мило смущался и так откровенно напрашивался на ласку, что не подарить ее было нереально. — Лань Юань? — Цзинь Лин шевельнулся в крепких руках, но выбраться даже не попытался, несмотря на алеющие щеки и даже уши. — Расслабься, — Лань Сы Чжуй выдохнул и, чмокнув в хорошенький носик, отпустил. — Все будет хорошо. Навести дядю, он точно будет рад тебя видеть. — Главное, не просить у него, чтобы он взял автограф у Магистра И Лина. Иначе дуться будет еще год, — Цзинь Лин вздохнул и отступил, почувствовав, что снова свободен. — А ты куда? — Мне тоже нужно позаниматься. А потом загляну к ректору, может, ему нужна моя помощь, — Лань Сы Чжуй поправил его одежду, тепло улыбнулся и неторопливо направился в сторону учебных корпусов. По правде говоря, ему очень хотелось увидеть Хань Гуан Цзюня, но попадаться тому на глаза сейчас — вряд ли хорошая идея. В отличие от остальных, Лань Сы Чжуй знал точно, что когда-то Вэй У Сянь, будущий Магистр И Лин, действительно провел несколько месяцев в Гу Су. Но почему ушел и что тогда происходило между ним и Лань Ван Цзи, уже являвшимся гениальным исполнителем и композитором — не имел понятия. Но то, что что-то там все-таки было — догадывался. Иначе почему бы Лань Ван Цзи так смотреть на дорогу?