Летная болезнь, все из-за нее!

Пролетающие облака и огромная высота не очень интересовала Соника, особенно сейчас. Даже пролетающий клин пестрых птиц, и огромное золотое колесо, заходящее за воды океана, оставались незамеченными ежом. Дорога до острова во времени не была долгой, но из-за автопилота, самолёт летел немного медленнее, что чуть ли не сводило с ума. - Да сколько можно?! - не смотря на то, что прошло всего пять минут, да и Торнадо уже приближался к острову, Соник нетерпеливо топал ногой, постоянно возмущаясь. В такие моменты, когда тебе нужно срочно где-то быть, любая вещь, не зависящая от тебя, действительно может потрепать нервы. Спустя вечность, равную очередной минуте, самолет все-таки коснулся земли, и, в это же мгновение из Торнадо, выпрыгнуло что-то синее и круглое, да, к тому же, и очень быстрое. Долетев до ступеней, это «что-то» превратилось в Соника, который еще не осознавал, что тот делает. Он стоял пару секунд и высматривал больного. Долго Наклза искать в этот раз не пришлось: ехидна сидел, подперев рукой голову, и, как показалось ежу, спал. Но, стоило подойти ближе, и тот открыл глаза. Сначала, Наклз изучающе взглянул на ежа, а когда понял, кто его навестил, то чуть не вскочил на месте, от неожиданности. Было видно, что он хотел что-то сказать Сонику, но ни одного звука из его широко раскрытого рта не поступало. В своё время, Соник осматривал Наклза: не было похоже, что он заболел, разве что взгляд немного ошарашенный. Да и красный, но тут уже постаралась природа. - Но нужно ещё и проверить, - заключил уже вслух ёж. - Чего? - недоумевала ехидна. Но ему не ответили, а вместо этого Соник начал бегать вокруг, совершая странные действия. - Пульс нормальный, - сказал тот, держа запястье ехидны, но спустя время сказал, - А нет, учащенный. - Ч-что ты!.. - возмущался Наклз, но его не слушали, - Ай!! - Отлично, рефлексы есть, - сказал Соник, встряхивая руку, - Это говорят, нужно делать молотком, но у меня его с собой нет. Зато наверняка! - Да что происходит?! - злился ехидна, потирая коленку. Он бы и дальше возмущался, если бы лоб ежа не коснулся его лба. Такое маленькое расстояние покоробило ехидну, отчего тот резко замолчал. В свою очередь, Соник так же смутился и, на долю секунды, совершенно забыл, зачем тот приехал. Однако, взяв себя в руки, еж все-таки заставил себя вспомнить о деле, ради которого он вообще прибыл на этот остров. - Жара нет, - выдохнул Соник и, улыбнувшись, отстранился, - И хорошо. - Может, все же объяснишь, что происходит? - спросил Наклз после неловкого молчания. Эти странные действия и Соник, который их совершал, совсем путали ехидну. - Ты не знал? Тейлз сказал, мне, что у тебя лётная болезнь. - Лётная болезнь? - переспросил Наклз и добавил про себя, - "Разве это не выдумка?" - Да, та, что у меня, я полагаю? – еж не переставал сомневаться в том, болеет ли он, но приводя себя в пример, Соник считал, что это объяснит ехидне, что за болезнь еж имел в виду. - "Она у него действительно была?" - продолжал сомневаться Наклз, но ничего не говорил вслух. - Жалоб нет? – сел в это время рядом Соник. Наклз отрицательно покачал головой, - Отлично. Тогда, я ещё посижу тут, ты не против? - Конечно, - наконец ответил тот и опомнился, - А где Тейлз? - Он сам заболел и не смог прилететь, - ответил с неким расстройством ёж. - А как ты добрался сюда? - удивился Наклз, - В прошлый раз, когда Тейлз был здесь, я заметил, что тот сильно все переделал в самолете. Или я чего-то не понимаю? - В Торнадо установлен автопилот. Тейлз настроил его перед вылетом, - объяснил Соник. - Теперь стало яснее, - задумался ехидна, но тут же удивленно спросил, - А обратно? - А обратно мне лететь ещё через двадцать минут. Не переживай, они пролетят незаметно. Казалось, ответ ежа огорчил ехидну, но тот ничего в свою очередь не сказал. Это происходит снова. Снова Соник улетит, оставляя Наклза жалеть обо всем и сразу. Возможно, он мог бы что-то исправить, но не видел смысла. Он понимал, что, скорее всего все его слова только усугубят ситуацию. Сонику повезет больше: от неприятных мыслей этого дня его спасет шумная городская жизнь, различные новые места, друзья со своими проблемами. Наклзу будет хуже, ведь рядом с ним есть только лес, алтарь, да бескрайний небесный свод. Нет, это неплохо, просто нельзя вечно искать утешений в том, что ты, казалось, изрешетил вдоль и поперек. Так они просидели около десяти минут. Иногда ёж украдкой смотрел на Наклза, но быстро переводил взгляд на что-то другое, пытаясь не попасться. Сонику казалось, что только одно присутствие уже плохо сказывается на ехидне. Может, он действительно был все еще зол за ту перепалку? Наверное, ежу не стоило прилетать, он чувствовал себя здесь незваным гостем. Это было обидно, ведь Соник действительно волновался за ехидну, а в ответ получил очередную злость и ненавистный холод. - Точно все хорошо? - только ещё раз спросил Соник. Он действительно пытался понять, что же так тревожило Наклза. Тот лишь кивнул, не смотря на своего собеседника. - Хорошо, - ёж встал со ступенек и повернулся к ехидне, который наконец-то взглянул на него. В его глазах читалось недопонимание, и Соник объяснил, - Подожду оставшееся время в Торнадо, скоро уже лететь… Пока? Наклза словно ударили током: вот и все. Ехидна знал, что и он, и Соник останутся навсегда в этих отношениях: грусть при встрече, очередное молчание, тоска при расставании и снова бесконечная пустота в сердце, ожидающая снова увидеться. За эту неделю, Наклз прочувствовал каждый этап и пережил его несколько раз в своей голове. Почему же все кончается именно так? - Ладно, до встречи, - Соник хотел было отвернуться, но остановился, заметив то, что в его запястье буквально вцепилась рука ехидны, - Что случилось? Какое-то время они молчали. Наклз не спешил что-то говорить, Соник - отдергивать руку. Наконец, ехидна поднял взгляд на ежа и тот смог увидеть в его глазах такую необъяснимую грусть, смешанную со страхом, что, как ему казалось, он видел где-то раньше. По спине пробежал знакомый холодок и Соник наконец вспомнил, что в день рождения Наклза еж чувствовал этот взгляд на себе, однако считал, что ехидна просто злился на него. - Я соврал, - сказал ехидна, заставляя своего собеседника опомниться. - Соврал? – недоуменно переспросил Соник - Я действительно болен. У меня раскалывается голова и все мои мысли только об одном. Сколько прошло: день, два, неделя, после того, как вы прилетали? Вру, я знаю, прошло восемь дней, не считая этот. Потому что я могу лишь отсчитывать дни и сколько их прошло с определённого момента, да мыслить. Я не уверен, понимаешь ли ты, что значит думать долгое время о ком-то, но в эти восемь дней я только этим и занимался. Из-за этих слов, Соник невольно вспомнил, как думал о ехидне с самого приезда ребят домой. Поняв это, ёж неловко ответил: - Мне кажется, я знаю. - Вот как, - ещё более поникнув, сказал Наклз, - В любом случае, я болен. Но это не физически. Мне больно в душе. После твоих слов в том лесу, я подумал, что те, даже самые слабые ростки чувств, такому как я, нужно сразу же уничтожать, втаптывать их в землю. После этих слов, рука, сжимающая ладонь Соника, ослабла, и теперь еж мог понять, что ему совсем не хотелось, чтобы Наклз перестал держать его за руку. Схватившись за ускользающие пальцы в перчатках, Соник быстро отвел взгляд, ибо не хотел встречаться с недоуменным выражением лица ехидны. - Прости, - виновато произнёс ёж, то ли отвечая на прошлые слова Наклза, то ли за то, что так и не решился расцепить рук. - Ничего страшного, - отвечала ехидна, так же неизвестно на что именно. Какое-то время, они продолжали так стоять, не решаясь продолжить разговор. Соник понимал, что время на исходе, и что самолет вот-вот начнет готовиться к вылету, но еж не хотел оставлять все так. Он еще не совсем понимал, что было тогда, что происходит сейчас и что ему делать потом, да и в его голове не было точной формулировки, что происходило между ними. Но еж знал, что стоит объяснить это Наклзу, даже если это будет трудно объяснить самому себе. В итоге, Соник вздохнул и неуверенно начал. - Наклз, мне кажется, что я тоже болею. Ехидна еще больше удивился словам ежа, но решил промолчать. - Ну, то есть, у меня тоже все мысли только об одном. И еще я так же считал проходящие дни. И очень тяжело на сердце. И, как говорил Тейлз: апатия, усталость и безразличие к моим словам. - К твоим словам? – непонимающе переспросил Наклз. - К моим… Ох, тогда сюда стоит еще добавить полную неразбериху в голове. Полная неразбериха… - Ладно я понял, - прервал Соника ехидна. Он начинал догадываться, что имел в виду еж, - И ты не знаешь, что это такое? - Ну… - замялся еж. Он действительно не совсем понимал, с чем столкнулся, однако его успокаивало, что у Наклза были точно такие же симптомы. - А ты уверен, что это болезнь? – как бы подсказывая, спросил ехидна. - Уверен? Ну… нет? Хотя она и называется «летная болезнь», мне кажется, что это не совсем то, - честно отвечал Соник. - Тогда что же это? Еж задумался. Он наверняка слышал об этом раньше. Мысли об одном и том же, постоянная грусть при разлуке, беспокойство за кого-то. Это напоминает какую-то мыльную оперу, которую когда-то Соник увидел по телевизору, один раз побывав в гостях у Крим и ее матери, Ваниллы. Скучная неразбериха, честно говоря, зато какое название, в духе «Любовь до гроба, навеки, навсегда»! И тут, ежа словно током ударило. Любовь… - Лю… - начал было Соник, но тут же осекся. Выражение лица с каждой секундой становилось все более смущенным, а на щеках появился румянец. Он бы честно хотел удивиться, но все было настолько понятным и логичным, что все вопросы, стоявшие у него в голове, мигом получили свой ответ. Заметив перемену в лице ежа, ехидна смог заключить, что до Соника наконец дошло. И именно поэтому, Наклз спросил: - Наверное, это и называлось той летной болезнью? - Да… Да! Наклз, я… Ты? То же самое? - сбивчиво спросил еж, путая все слова. Однако ехидна все равно понимал, что тот имел в виду. Но ответить ежу оказалось сложнее, чем Наклз предполагал. - Да. Я тоже, ты тоже, мы, - ехидна поразился тому, как его идеально построенные мысли в итоге превратились в несуразицу. Не менее поражало, как он мог сказать это с абсолютно серьезным лицом. Правда, потом он сразу же рассмеялся, а вслед за ним - и Соник. - Наклз, ты мне нравишься, - наконец сказал еж, отойдя от смеха, продолжая улыбаться. - Ты тоже мне нравишься, Соник, - так же согласился Наклз. В этот же момент, тот чуть не упал на ступеньки алтаря из-за ежа, который от радости буквально повис на ехидне. Они продолжали глупо смеятся, даже не успевая толком ничего сказать, словно их кто-то заколдовал. Наконец, отдышавшись от хохота, Наклз на мгновение задумался. - Мы же теперь вместе? – наконец спросил ехидна. - Да, я думаю. Ты не против? - Нет, конечно! Я хотел сказать, может мы, ну... – начал тот, водя взглядом по полу, - П..., - запнулся сразу же ехидна. Действительно, сегодня с диалогами у него задалось. - Прекратим обниматься? - спросил еж. - Нет-нет, хотя, если хочешь, - неуверенно пробормотал Наклз, однако потом продолжил обычным тоном, - Я хотел спросить, может быть, мы поцелуемся? Еж удивился, но попытался скрыть это: - А? А почему б-бы и нет? - вспыхнул Соник, смотря куда-то в небо. Вопрос был неожиданным, но, честно говоря, еж был не против. Правда, он ни с кем не целовался, но раз ехидна предложил, то значит, тот имел какой-никакой опыт в этом. По крайней мере, Соник на это надеялся. - Да? Хорошо, - ответил Наклз. Правда, он не ожидал того, что еж согласится, - Тогда… Они оба закрыли глаза и неловко потянулись вперёд. Было очень волнительно и казалось, что сейчас любая мелочь способна разрушить момент. Именно поэтому, в эти пару секунд они буквально не реагировали на обстановку вокруг, на садящееся солнце, что слепило лучами, проскочившими мимо веток леса, и на гул самолета, доносившийся эхом до алтаря… - Время! - громко воскликнул Соник, испугав и так встревоженного Наклза, заставивляя его отскочить назад. - Что? - только и смог вымолвить ошарашенный ехидна, глядя на не менее испуганного ежа. - Самолёт! - сказал тот и его слова не нуждались в объяснении. Они, не говоря ничего друг другу, понеслись сквозь деревья. Как можно было вообще забыть об этом?! Добежав до Торнадо, что только начинал разгоняться, Соник облегчённо воскликнул. - Есть! Еж запрыгнул на хвост самолета и повернулся, чтобы попрощаться с ехидной. Тот стоял у начала леса. Еж помахал ему рукой и Наклз сделал тоже самое. Все хорошо заканчивалось, правда, жаль, что еж улетал так скоро. Но, это его не особо волновало, он не хотел, чтобы из-за него Соник чувствовал себя некомфортно. Интересно, когда он еще прилетит? Но, ладно, ему стоит идти обратно к мастер-изумруду. Наклз знал, что он умеет ждать столько, сколько ему потребуется. - Боже мой, не делай такое лицо, - голос ежа, словно гром, неожиданно ударил в уши ехидны. Резко очнувшись, Наклз заметил перед собой Соника, недовольно скрестившего руки на груди. Позади, в закат улетал Торнадо, оставляя белую дорогу вслед за собой. - Ты! Самолёт! Он же улетает! - недоумевал ехидна, тыча пальцем то в ежа, то в удалявшийся самолет. - Знаю. - Но как ты вернёшься теперь домой? - продолжал беспокоиться Наклз. - Останусь тут. Рано или поздно, за мной прилетят, - так же беззаботно отвечал еж. - Ты надо мной издеваешься... - заключил ехидна. - Ну а так бы ты здесь сидел один и грустил. Пошли. - По твоей логике, даже если ты улетишь потом, я буду сидеть и грустить, - снова ворчал Наклз, хотя, было видно, что он был очень рад происходящему. - Потом и придумаем как-нибудь. А пока... Соник закрыл глаза и потянулся к ехидне. Мгновение и... Еж понял, что Наклз, как и он сам, совершенно не умеет целоваться.