Young and desperate

      — А если я перенервничаю и скажу что-нибудь на корейском?       — Ничего страшного не будет. Многие, конечно, знают его, но лучше этим не злоупотреблять, — Чимин двигается по сидению, облокачиваясь о спинку, и добавляет уже на английском: — Чем быстрее вы здесь освоитесь, тем лучше.       Тэхён кивает, хотя сидит прямо за Чимином, и прижимает к груди рюкзак. Тэхён в чужой стране не больше трёх часов, а уже разнервничался. Хочется домой. Или хотя бы позвонить хёну, чтобы он забрал его.       — А у нас будет свободное время? — снова спрашивает девушка с собранными в хвост красными волосами, сидящая справа от Тэхёна. У них был одинаковый рейс, так что Чимин забрал сразу обоих.       — Конечно. Вас до завтра вообще никто трогать не будет. Если хотите, могу ещё раз рассказать вам о месте, в которое везу, — Тэхён знает эту информацию наизусть (он успел вызубрить её ещё до вылета), но из-за волнения наклоняется к середине мест и кивает. Чимин одаривает его широкой улыбкой в отражении зеркала заднего вида. — Хорошо. Итак, — Чимин замолкает, перестраиваясь, — наш Чикагский университет был основан в тысяча восемьсот девяностом году. Он является одним из наиболее известных и престижных высших учебных заведений благодаря своей влиятельности в сферах науки, общества и… м, политики. Так как вы являетесь иностранцами, к тому же азиатами, при поступлении в наш университет вам было предложено стать частью нашего Азиатского Содружества Учащихся (обычно мы сокращаем до простого АСУ) для удобного освоения в незнакомой стране. Можете называть это братством. У нас также есть своя символика и свод правил. О, некоторые ребята ещё ведут какие-то курсы или кружки. Настоятельно рекомендую вступить.       Тэхён кивает, как китайский болванчик, и возвращается на своё место. Он взволнован так сильно, что почти не смотрит в окно, в то время как его соседка с молчаливым удивлением разглядывает проплывающие мимо здания и деревья.       Когда машина заворачивает в студенческий городок, Тэхён впивается пальцами в рюкзак ещё сильнее. А вдруг у него не получится устроиться здесь? Вдруг он забудет английский (что совершенно маловероятно, потому что Тэхён прекрасно сдал TOEFL)?       — Через минуту я остановлю машину у вашего будущего жилья на ближайшие несколько лет, если вы не переедете в другое место. Вы готовы? — девушка издаёт звук, похожий на сомнение, и Чимин глухо смеётся. — Не волнуйтесь, у нас все дружелюбные.       Тэхён и девушка переглядываются, начиная глупо улыбаться, когда замечают похожие эмоции на лицах друг друга. Чимин тем временем останавливается на обочине у большого трёхэтажного дома с вытянутыми окнами и белым сайдингом. Крыльца как такового нет, от двери идут две ступени, но передняя лужайка усеяна плетёными стульями и столиками, на которых располагаются студенты (какая-то часть валяется прямо на траве или ярких пледах). Много студентов. Господи.       Заглушив мотор, Чимин оборачивается, поднимает для поддержки кулак и, пикнув ключом, чтобы открыть багажник, выходит на улицу. Тэхён и девушка, снова переглянувшись, следуют за ним.       — Чимин! На первом этаже в ванной сломался кран, — едва Чимин открывает багажник, к ним подбегает низкая блондинка в свободном комбинезоне. Пока они решают этот вопрос, Тэхён с приоткрытым ртом осматривает свой будущий дом и пятится назад к разговаривающим. — Эй, парень, осторожнее!       Тэхён вздрагивает и чуть не падает, цепляясь за открытую дверцу машины. Рядом раздаётся чей-то высокий смех, и, повернув голову, Тэхён замечает улыбающегося парня — он одет во всё чёрное и держит в руках мотоциклетный шлем. Тэхён медленно сглатывает. Незнакомец безумно красив.       — Тебя как зовут? — положив шлем на седло стоящего рядом мотоцикла, парень подходит ближе и протягивает руку. Тэхён с трудом отводит глаза от притягивающего взгляд лица и пожимает чужую ладонь в ответ.       — Тэхён, — он так отвлекается, что не замечает, как начинает спокойно говорить на английском. — А тебя?       — Я Хосок… кстати, Тэхён, не хочешь вступить в мой клуб? — улыбка на лице Хосока становится хитрой, зазывающей, и Тэхён готов подтвердить своё вступление в неизвестный ему клуб уже сейчас, но внезапно кто-то оборачивает руку вокруг его плеч.       — Ну-ка, нетушки. Тэхён пойдёт ко мне, — Чимин прижимает его ближе, и Тэхёну становится приятно от этого действия: Чимин ведёт себя так, словно они давние друзья. — Даже не подходите к моему ребёнку со своими бессмысленными стихами, которые вы пытаетесь перенести на музыку.       — Ты же тоже любишь музыку, что не так? — Хосок возводит глаза к небу, но у Тэхёна появляется ощущение, что этот диалог у них не впервые.       — То, чем вы с Юнги и Суён занимаетесь, нельзя назвать музыкой. Давай, продолжай делать то, что собирался, и не порти новичкам первое впечатление об АСУ.       — Ладно, но я тему не закрываю, ещё потом обсудим, — смеётся Хосок, салютует девушке, прилетевшей вместе с Тэхёном, и садится на мотоцикл. Чимин продолжает прижимать Тэхёна к себе, пока тот не уезжает, а потом ослабляет хватку и манит пальцем к багажнику.       Тэхён получает свой бордовый чемодан, опускает его на землю и забрасывает на плечо вытащенный из машины рюкзак.       — Только что вы познакомились с одним из кураторов. Всего их пять, остальных увидите чуть позже. Кстати, у нас кураторы выполняют не совсем те функции, что обычные кураторы, но и об этом потом, — Чимин качает головой, реагируя на упорство Хосока, и указывает на каменную дорожку. — Сейчас я устрою вам экскурсию.       Тэхён чувствует дискомфорт, когда его провожают заинтересованные взгляды, и облегчённо выдыхает, оказавшись внутри дома. Здесь людей гораздо меньше, они снуют туда-сюда по своим делам, и Тэхён замечает на себе лишь парочку любопытных взоров, пока Чимин знакомит их с внутренней обстановкой.       Им демонстрируют вместительные кухню, столовую и гостиную. С широкой улыбкой Чимин показывает на вытянутую стеклянную дверь и с радостью сообщает, что там веранда и задний двор. Когда Тэён (так зовут девушку, которая прилетела вместе с Тэхёном) просится выйти на улицу, Чимин строит сожалеющую мину и обещает, что они посмотрят веранду позже.       — Я хочу показать вам ваши комнаты, — говорит он, по-дружески похлопав Тэён по плечу, и указывает на дверь под лестницей. — Тут спуск в подвал, там бойлерная и прачечная. Пошли на второй этаж.       Тэхён молча глазеет, впитывая полученную информацию, и, когда они подходят к тёмной лестнице из дуба, поворачивается боком, чтобы пропустить двух девушек. Они с интересом оглядывают и Тэхёна, и Тэён и, поздоровавшись, скрываются в арке, ведущей в столовую.       — У нас тут постоянно много людей, скоро привыкните, — сверкнув в улыбке белоснежными зубами, Чимин показывает жестом, чтобы ребята шли первые, и кладёт ладони им на поясницы, поторапливая. — Шумновато, конечно, но оно того стоит.       Вскоре лестница заворачивает, и студенты ступают на второй этаж: их встречает небольшая площадка с двухместным диваном, пара горшков с цветами, а дальше коридор заворачивает влево. Тэхён подозревает, что там начинаются жилые комнаты.       — Чимин! — восклицает кто-то, от чего Тэхён вздрагивает. Оказывается, он не заметил, что слева на полу у перил сидят два взрослых студента. Девушка поднимается на ноги и вприпрыжку передвигается к поднявшимся на второй этаж. Парень следует за ней.       — Джихё! — в той же манере отвечает Чимин и зачёсывает её чёлку в другую сторону. Джихё бьёт его по руке и начинает стучать кулаками по груди, приподнимаясь на носках и опускаясь.       — Давай, дорогой, обрадуй меня. Скажи, что это первокурсники, — когда Чимин разводит руками с самодовольной улыбкой, Джихё прижимает ладони к щекам. — Кру-уто. Давайте знакомиться!       — Меня зовут Тэён, — начинает соседка Тэхёна по рейсу, пока он разглядывает новую знакомую: у Джихё длинные русые волосы, струящиеся по открытым топом плечам, косая чёлка и красивые большие глаза.       — А я Тэхён.       — У вас даже имена похожи, как круто, — Джихё пожимает руки двум новеньким и наконец указывает на незнакомца за своей спиной: он почти одного роста с Тэхёном, поправляет рукой лохматые волосы и протягивает в его сторону ладонь. — Это Юкхэй.       — Добро пожаловать, — Юкхэй улыбается и стучит кулаком по кулаку Чимина. Тот от чего-то чуть ли не светится от счастья. — Как вам наш президент?       Тэён приоткрывает рот и поворачивается к Чимину, хлопая длинными ресницами.       — Так это ты президент?!       Тэхён тоже удивлён. Он немного знает о самом АСУ, но о деятельности Чимина Пака в своём университете хорошо осведомлён.       — Да, но не считайте, что я тут самый главный или что-то типа того. Я больше как старший брат, который будет решать все ваши проблемы, — Чимин закусывает нижнюю губу и молча показывает, что чемодан Тэён сейчас упадёт. Та хватает его за ручку и укладывает на бок. — Вы, кстати, сейчас познакомились с моими заместителями.       — Помощниками, — исправляет Джихё, закатывая глаза с перестань так говорить улыбкой. — Ты делаешь большую часть работы.       — Неправда.       — Хватит уже об этом спорить, — насмешливо выдыхает Юкхэй, помахав кому-то на первом этаже. — Ребят, вы знаете, что у нас есть кураторы?       — Мы видели одного на улице. Хосок, кажется, — Тэхён чешет лоб, пытаясь вспомнить, и Джихё дружелюбно улыбается ему.       — Мы с Юкхэем тоже кураторы. Может, кто-то из вас нам попадётся.       — То есть, Юнги они ещё не видели? — сверкает глазами Юкхэй и обменивается с Чимином непонятной улыбкой. Когда Тэхён хмурит брови, задумываясь, Чимин тихо смеётся. — Он у нас очень интересный экземпляр.       — Советую надеяться, чтобы вас курировал кто-то из нас. Ну или Хосок на крайняк, — говорит Юкхэй и цыкает, потому что Джихё толкает его в рёбра острым локтем.       — Нормальный он парень, хватит перваков дезинформировать. У нас вообще все хорошие.       — Ладно, это они сами решат. А мы пойдём пожалуй. Им нужно отдохнуть после перелёта, — быстро закрывает тему Чимин и поднимает чемодан Тэён, несмотря на ранние возражения. — Напомните, у нас все мероприятия завтра, да? — спрашивает Чимин, отклонившись назад, но не поворачиваясь, когда они почти скрываются за углом.       — Так точно, капитан. Там по списку человека три осталось, кто ещё должен заселиться.       Кивнув, Чимин указывает подбородком в сторону длинного коридора и идёт первым, иногда останавливаясь, чтобы вглядеться в маленькие ламинированные карточки на стенах. Тэхён шагает следом, катя за собой чемодан, и разглядывает по сути скучный коридор: здесь одни лишь двери да высокие тумбочки с комнатными цветами и чёрными стационарными телефонами.       — О. Тэхён, тебе сюда. Кстати, твой сосед уже заселился, вижу, что плюс стоит, — пожав Тэхёну руку, Чимин удаляется вместе с помахавшей на прощание Тэён.       Проводив их взглядом, Тэхён делает глубокий вздох, собираясь с духом как перед прыжком в воду, и берётся за ручку. Чтобы повернуть её, требуется несколько секунд.       Когда Тэхён заходит внутрь, первое, что он видит — лежащего на животе парня, скрестившего в воздухе ноги.       — Привет? — подкатив чемодан к шкафу, Тэхён неловко мнётся у двери, но парень ему не отвечает. Когда он начинает качать головой и двигать плечами, до Тэхёна доходит, что тот, скорее всего, в наушниках. Бросив рюкзак на левую кровать, Тэхён медленно подходит к своему соседу и касается указательным пальцем выставленного плеча.       — Господи! — незнакомец подпрыгивает на месте, переворачиваясь на спину, и вытаскивает из уха беспроводной наушник. Его ноги всё ещё согнуты и подняты в воздух, когда он огромными глазами смотрит на Тэхёна. Тот нервно улыбается и поднимает вверх руку. — Ты что здесь делаешь?       — Я… твой сосед? — Тэхён неловко указывает себе за спину, намекая на рюкзак и чемодан, и, проследив за его движением, парень расслабляется. Пересев на край кровати, он вытаскивает второй наушник и выжидательно смотрит на нового знакомого. — Меня зовут Тэхён. Привет.       — Привет. Я Чонгук, — у Чонгука ярко-малиновые волосы, маленькие кольца в ушах и застенчивая улыбка. — Я вчера заселился. Ты что будешь изучать?       — Лингвистику. А ты?       — Английский язык и литературу. Хочу стать писателем.       — Ого, это круто. А я не знаю, кем хочу быть, — Тэхён плюхается на свой голый матрас и опирается на руки. Пока он разглядывает комнату (ничего необычного: две кровати, длинный стол между ними со стульями, столько же шкафов и прикроватных тумбочек. Над столом раздвижное окно), Чонгук разглядывает его, подперев подбородок ладонью.       — Ещё успеешь.       После этого между ними возникает неловкое молчание. Такое, какое появляется всякий раз при новых знакомствах.       — Не пойдёшь курить? — решает спустя несколько секунд Тэхён, надеясь найти хоть какую-то точку соприкосновения со своим соседом. Чонгук прослеживает, как он вытаскивает из бокового кармана рюкзака чёрную пачку сигарет и зажигалку, суживает глаза, задумываясь, а потом безразлично пожимает плечами.       — Я не курю, но могу сходить с тобой за компанию.       — Тогда погнали.       Парни выходят из комнаты, и Тэхён смиренно ждёт, переминаясь с ноги на ногу, пока Чонгук закроет дверь на ключ. Чонгук говорит, что нужно будет обратиться к кому-нибудь из старших и попросить второй ключ, который им почему-то не выдали, и Тэхён кивает.       — Я прилетел ночью, если честно, ещё весь дом не успел посмотреть, но вроде тут есть задний дворик или что-то типа того, — Чонгук утыкается в телефон, когда они спускаются на первый этаж, и не глядя указывает Тэхёну в сторону арки, ведущей в гостиную. — Хотя можем спросить у кого-нибудь, вдруг тут есть специальное место.       — Давай, — соглашается Тэхён, осматривая коридор, и замечает одиноко стоящую девушку, роящуюся в чёрной сумке. Незнакомка гораздо ниже их, периодически дёргает головой, чтобы смахнуть с глаз падающие волосы, подстриженные под каре, и Тэхён решает подойти. Кивнув Чонгуку в сторону девушки, он пересекает пространство и останавливается. Незнакомка не обращает на него внимания, продолжая копаться в сумке. — Привет. Не знаешь, где здесь можно покурить?       — Господи, — девушка поднимает голову и от облегчения прикрывает глаза. Открыв их, она улыбается Тэхёну и указывает за его спину. — На веранде есть несколько пепельниц. Можно с вами? Я, кажется, свои потеряла, — и бросает намекающий взгляд на пачку в чужих руках.       — Конечно. Я Тэхён, а это Чонгук.       — Меня зовут Еын.       Они выходят на улицу, и Тэхён издаёт удивлённое ого, потому что ступает на нагретый солнцем камень. На веранде два небольших стола, деревянные скамейки со спинкой, а ограждает пространство белый заборчик. Еын запрыгивает на него, хватаясь за балку, Чонгук садится на одну из двух ступень, ведущих на сочную траву, а Тэхён подходит к только что обретённой знакомой.       — О, у тебя без кнопки. Слава богу, — Еын улыбается, растягивая накрашенные блеском губы в улыбке, и вытаскивает из пачки сигарету. Вопросительно подняв бровь, Тэхён прикуривает Еын и опирается задом о край стола. — Не люблю просто, когда табак с чем-то мешают.       Тэхён пожимает плечами, затягиваясь, и наблюдает, как за спиной Еын двое парней играют в одних пляжных шортах в футбол. Кто-то вскрикивает, скорее всего, подбадривая, и Тэхён морщится из-за резкого звука.       — Вы что изучаете? — спрашивает Еын, разглядывая тлеющую сигарету, и Чонгук разворачивается на ступенях, опираясь о стену дома спиной. После того, как парни рассказывают о своих направлениях, Еын, при затяжке втянув щёки, усмехается. — Понятно. У меня информатика. Мы совсем из разных профилей.       — Значит, будем редко пересекаться в университете, — отвечает Тэхён, потянувшись стряхнуть пепел.       — Что мешает нам встречаться во внеурочное время? — со смешком спрашивает Еын, и ойкает. Вытащив из внутреннего кармана джинсовой куртки телефон, Еын снимает блокировку и во что-то вчитывается. — М, мне пора, — потушив сигарету о пепельницу, встроенную прямо в перила, Еын спрыгивает на камень, и спрашивает: — Я могу пойти с вами на собрание завтра? Моя соседка ещё не приехала, а одной идти как-то не хочется…       — Без проблем, — Тэхён и Чонгук, переглянувшись, пожимают плечами, а Чонгук берёт в руки свой телефон. Тэхён мысленно отмечает, что ему срочно нужно приобрести американскую сим-карту. — Запиши мой номер, вдруг потеряемся. Мы из двести седьмой комнаты, если что.       Послушно забив продиктованные цифры в контакты телефона, Еын прощается и возвращается в дом. После её ухода Тэхён докуривает сигарету в одиночку, облокотившись на перила. Ему снова неловко быть с Чонгуком, потому что он ничего о нём не знает, а спрашивать ещё более неловко, чем просто молчать.       — Есть планы на оставшееся время? — Чонгук поднимается со ступеней, когда Тэхён тушит сигарету о пепельницу и выкидывает окурок в стоящее рядом мусорное ведро. Когда Тэхён собирается пожать плечами и ответить, что в планах только разбор чемодана и рюкзака, с другой стороны дома появляется Джихё с папкой бумаг в руках. Заметив парней на веранде, Джихё на секунду притормаживает, а потом огибает площадку, чтобы оказаться прямо перед ними.       — Привет, Тэхён. Чонгук, верно? — немного подняв голову, спрашивает Джихё и раскрывает папку. Чонгук часто кивает, и Джихё мягко улыбается. — Вам Юкхэй забыл выдать второй ключ. Чимин сейчас где-то в районе гостиной первого этажа, он хотел вас найти.       — Окей, спасибо, — Тэхён по привычке кланяется, и Джихё хмыкает, но по-доброму, прикоснувшись кончиками пальцев к губам. Следующая фраза обращена к Чонгуку: — Погнали?       Чимин находится легко и быстро, но не в гостиной, а в прихожей. Он стоит, упёршись локтем в стену, и внимательно слушает что-то тихо говорящую девушку, которая, к удивлению, не азиатка. Чимин хмурится, но не перебивает и лишь смотрит сверху на то, как девушка наматывает на указательный палец тёмную прядь.       Чонгук не хочет прерывать их разговор, но Тэхён, к сожалению, его мысли читать не умеет, поэтому продолжает идти, останавливаясь только тогда, когда Чимин и девушка прерываются, обращая на него внимание.       — Прошу прощения, что мешаю, но Джихё сказала забрать у тебя ключ в нашу комнату, — в глазах Чимина на секунду мелькает какая-то непонятная эмоция, но потом он снова широко улыбается, щуря глаза.       — Конечно. Слава богу, я взял его с собой. Иначе пришлось бы тащиться обратно в кабинет, — Чимин хмыкает и залезает ладонью в задний карман джинсов. Вытащив оттуда новенький и блестящий ключ с отлитой на нём цифрой «двести семь», Чимин передаёт его Тэхёну. После этого воцаряется тишина, и Чимин поводит головой, почесав бровь. — Это Лола, ребят. Лола, это Тэхён и, м, прости, как тебя зовут? Мы ещё не встречались?       — Чонгук, — он пожимает руку Чимина и стеснительно отступает на шаг. — Приятно познакомиться.       — Это взаимно, — Лола оглядывает Тэхёна и Чонгука любопытным взглядом, морща нос, а потом неожиданно приобнимает Чимина за талию и жмётся к его груди. — Ещё я его девушка, но он почему-то забывает говорить об этом.       — Не люблю хвастаться, как мне повезло, — Чимин целует Лолу в лоб и обхватывает её смуглые плечи правой рукой. — И, между прочим, нам уже пора. Кхм, ребят, — Чимин бросает на Лолу вопросительный взгляд, и та без слов пожимает плечами. — Мы сейчас с друзьями встречаемся за обедом. Хотите с нами?       — Можно, — соглашается Чонгук, и кажется, что ему вообще всё равно, что делать. Тэхён выглядит так, будто сомневается, но в итоге кивает и просит подождать, пока он примет душ и переоденется. Чимин предлагает ему остаться и отоспаться после перелёта, но тот отклоняет предложение, аргументируя тем, что ещё успеется.       В автомобиле, ожидая Тэхёна, Чонгук садится сзади Чимина и утыкается в телефон, но постоянно отвлекается на то, что происходит впереди: Чимин и Лола наклонились друг к другу и о чём-то шепчутся. Причём Чимин постоянно касается щеки Лолы увешанной множественными браслетами рукой, гладит по покрасневшей коже, а Лола оборачивается к Чонгуку, поймав его задумчивый взгляд.       Смутившись, Чонгук приваливается к дверце машины и упирается виском в стекло, наблюдая через окно за проходящими мимо студентами. Он боится, что если повернётся, то снова начнёт пялиться на Чимина.       Потому что с того самого момента, как тот пожал ему руку, Чонгук потерялся. Потерялся, пропал и утонул в собственных чувствах, затопивших его сердце. Он знает Чимина не больше десяти минут, а уже хочет пасть на колени и сложить оружие в несуществующей борьбе.       Настоящие люди не бывают такими прекрасными.       Тэхён возвращается через двадцать минут с влажными сосульками на голове, в бордовой толстовке и светлых джинсах. Плюхнувшись рядом, он хлопает дверью, тут же дёргаясь от резкого звука, и елозит по сидению. Мельком взглянув назад, Чимин отодвигается от Лолы и заводит мотор.       — Ты уверен, что не хочешь отдохнуть? — спрашивает он у Тэхёна, выезжая с лужайки, и направляется в сторону другой части студенческого городка. Тэхён мотает головой, встряхивая волосы ладонью.       — Есть я хочу сильнее, чем спать, — хмыкает он и незаметно зевает, прикрывая рот кулаком.       Лола наклоняется к акустике и начинает крутить какие-то кнопки, чтобы настроить радио. Когда из колонок раздаётся танцевальная композиция, знакомая Тэхёну, Лола возвращается обратно и пристёгивается. Чонгук следует её примеру, щёлкает ремнём и подпирает щёку рукой, смотря в окно. Пока они едут до места, в котором будут обедать, никто не разговаривает, и поездка проходит в тишине.       Когда Чимин поворачивает руль, чтобы машина мягко вошла рядом с бордюром и остановилась на парковке перед одноэтажным зданием, Тэхён примечает, что оно почти такое же, как у него дома в Тэгу. Почему-то он думал, что в Америке всё по-другому.       …       Ладно, в Америке всё определённо по-другому.       Скорее всего, это кафе оформлено под какие-то старые года США, потому что тут яркие цвета, много клетки, музыкальных автоматов (раньше Тэхён видел такие только в иностранных фильмах), а официантки разъезжают на роликах.       — Вау, — говорит Чонгук, огромными глазами разглядывая барную стойку, края которой переливаются разноцветными огоньками. Чимин останавливается рядом с ним и улыбается, заметив ещё и приоткрывшийся рот.       — Ага. Ехать сюда, конечно, далеко, но оно того стоит. Мне здесь очень нравится, — подталкивает он Чонгука и Тэхёна, взяв Лолу за руку. — Навевает воспоминания о прошлом.       — Я думал, такое только в кино бывает, — удивлённо говорит Тэхён, послушно идя вперёд. Чонгук рядом кивает, смущённо улыбнувшись поздоровавшейся с ними официантке в голубом сарафане-форме.       — Это что-то типа реставрации закрывшегося «By Jonah's». В одном из таких познакомились мои родители, — Чимин приближает Лолу к себе и смотрит на неё сверху. — А мы здесь познакомились, да?       — Опять эти гетеросексуальные слюни. Фу, — говорит смутно знакомый голос, и Тэхён прекращает вертеть головой, замечая, что они остановились у большого столика. За ним сидит Хосок, какая-то прижимающаяся к нему девушка и взрослый парень с чёрными волосами.       — А сам-то, — парирует Чимин и показывает Тэхёну, чтобы он начал садится. Длинное кресло расположено полукругом, так что Тэхён передвигается, пока не оказывается посередине, прижатый к незнакомцу. Тот выглядит как-то незаинтересованно, поэтому Тэхён удивляется, когда он вдруг кривит губы в ухмылке.       — Смотрите, кто-то снова пытается изобразить из себя гетеро, — его голос тяжёлый, но слегка шепелявый. Чимин, сидящий у края стола напротив Хосока, качает головой и раздаёт меню, полученные из рук официантки.       — Спасибо, что совершенно не позорите меня перед первокурсниками, — со вздохом говорит он, поправляя на запястье звенящие браслеты, и открывает первую страницу меню. После его слов Тэхён начинает чувствовать на себе оценивающие взгляды.       Когда Чимин озвучивает их имена, в глазах Хосока мелькает узнавание, и он заговорщически ухмыляется.       — Я помню тебя. Подумал над моим предложением?       — Отвали ты от него, ради бога. Тэхён не будет вступать в ваш клуб, — Чимин шутливо замахивается на Хосока, переключает внимание на Лолу и, толкнув её плечом, указывает на какое-то сфотографированное блюдо.       — Ох, он ещё не видел, как читает Суён, — ухмылка Хосока становится шире, а Тэхён, как и Чонгук, смущённо помалкивает, рассматривая вместе с ним меню.       — Да ну тебя. Я тоже могу попросить какую-нибудь девочку из своей группы помочь ему передумать.       — А кто сказал, что его именно девчонка сможет склонить на чью-то сторону? — как будто не причём спрашивает незнакомец, читая описание сэндвича с тунцом. Тэхён, находящийся так близко к парню, что касается его плеча своим, замирает. Что? Кажется, именно такой вопрос появляется на лице Чимина, потому что парень с радостью отвечает, подавшись к столу и тем самым подвинув Тэхёна. — Почему вы всегда заранее считаете, что все вокруг сраные гетеро?       — Не заводись, Юнги, — закатывает глаза стройная брюнетка рядом с Хосоком (тот закинул руку на спинку дивана позади неё, что каким-то образом расстраивает Тэхёна). — Тебя никто не ущемляет.       — Да меня бесит, что на дворе двадцать первый век, а все до сих пор делают вид, что существует только один вид сексуальной ориентации.       Чимин вздёргивает правую бровь и направляет на Юнги взгляд через весь стол. От этого взгляда у сидящего рядом Тэхёна появляются мурашки.       — Сколько раз я ещё должен повторить тебе, что эта тема закрыта? — Чимин ведёт себя очень сдержанно, тон его голоса почти не меняется, но всем всё равно становится неуютно.       — Столько, пока сам кое-что не поймёшь, — в противовес сухо отвечает Юнги и отклоняется назад, укладывая затылок на спинку дивана. Заметив, что к ним направляется официантка, Юнги прикрывает глаза и тычет средним пальцем в бок Тэхёна. — Закажи мне что-нибудь, мелкий.       Каждый озвучивает то, что хочет, а потом Тэхён с нахмуренным лицом оборачивается к Юнги. Тот, будто почувствовав на себе возмущённый взгляд, открывает глаза и выжидательно приподнимает брови с лёгкой улыбкой.       — Я не мелкий. Между нами не особо большая разница в возрасте.       — Но она всё же есть. Для меня ты ещё школьник, прости.       — Ничего страшного, меня взрослые дяди не интересуют, — Тэхён разворачивается и ощущает, как Чонгук слева от него заходится в смехе. Чимин украдкой посылает Тэхёну поддерживающую улыбку, и тот против воли улыбается, несмотря на то, что его назвали мелким. — И вам с Хосоком действительно нужно будет что-то гораздо более убедительное, чем читка Суён.       — Если хочешь, — говорит Юнги со странной интонацией, и внезапно на поясницу Тэхёна ложится растопыренная ладонь, двинувшаяся вниз, — можешь проверить насколько хорошо со своим языком обращаюсь я.       Тэхён шутку не оценивает и переглядывается с фыркнувшим Хосоком, неожиданно вспомнив слова Юкхэя о том, что Юнги очень интересный экземпляр.       Это уж точно.       — Сколько здесь еду примерно готовят? — интересуется Тэхён, обращаясь к Хосоку, и тот задумывается. Ладонь Юнги тем временем блуждает невесомыми волнами по его пояснице, и Тэхён начинает отодвигаться, скрючиваясь.       — Весь заказ минут пятнадцать, а что?       — Ты чего так разнервничался? — доносится сзади с хриплым смехом, и Тэхён наконец освобождается от крупных пальцев, вызывающих мурашки. Чонгук заглядывает за плечо пододвинувшегося к нему Тэхёна, и Юнги кивает ему, мол, всё под контролем. — Или тебя вообще трогать нельзя?       — Трогай сколько хочешь, — в шутку огрызается Тэхён и откидывается назад так, что оказывается рядом с Юнги. Тот поворачивает голову и с насмешливой улыбкой смотрит прямо на него. Тэхён тем временем отмечает, что у Юнги маленькие и припухшие глаза. Кажется, кто-то совсем не заботится о здоровом сне.       — Это призыв к прямому действию? — с приторной улыбкой спрашивает Юнги, и в этот момент Хосок изображает тошнотный порыв. Тэхён благодарен за это, потому что Юнги поднимается со спинки и наставляет на Хосока узловатый палец. Тэхён видит, что его запястье испачкано чёрным маркером. — Молчи.       — Ну всё, ребят, зверь пошёл в охоту-       Не договорив, Хосок высоко взвизгивает и скрючивается, прячась за так и незнакомой Тэхёну девушкой, а Юнги привстаёт и пытается дотянуться, но его отталкивают. Чимин наблюдает за этим с другой стороны с непонятным выражением лица и ладонью, застывшей в воздухе.       — Если что, основная часть учащихся в нашем университете абсолютно адекватная, — шепчет он, наклонившись к Чонгуку, и остаётся в таком положении, пока официантка выгружает с большого подноса заказанные блюда.       Чонгук молча кивает, растерянный близостью и запахом чужого одеколона. От Чимина пахнет чем-то свежим, но не резким, и Чонгук позволяет себе слабость и опускает взгляд, чтобы проследить за линией выставленной ключицы из-под ворота белой футболки. Господи Боже.       Как можно было так по-детски втрескаться в одну лишь внешность и широкую улыбку? Чонгук был уверен, что давно прошёл тот период, когда влюблялся в людей лишь за их внешность. Он даже не знает самого Чимина, а уже конкретно залипает. Чонгук залипает на парня, у которого есть девушка. И ведь учёба ещё даже не началась.       Да, кратко говоря, это Господи Боже.