Ошибочное первое впечатление можно всегда изменить в лучшую сторону.

Рассвет бликами отражался в еще неиспарившейся росе, поблескивая мелкими бисеринками в траве газона. То, что Москву решили «озеленить», Карину совершенно не удивило, однако, все равно эта была крайне хорошая новость, ибо она сама всегда была экологичным человеком. Ну, например, она всегда выкидывала мусор в мусорный бак, если, конечно, ей было не лень куда-то тащиться. Была Карина еще типичным ЗОЖом или, по крайней мере, девушка пыталась изо всех сил доказать всем своим знакомым, но после того наиглупейшего случая в Макдаке, где она спалилась по полной программе, это, увы, удавалось ей тяжело. Но еще более тяжелее было жить под одной крышей с яойщицей. Нет, ничего против она яоя никогда не имела, даже сама иногда посматривала, но… постоянно, в смысле, каждый день слушать очередные новинки данного жанра в аниме и манге ее конкретно бесило. Карина была реалистом со взглядом на мир из серии «Что не видно, того нет», старалась всегда игнорировать вечные подколы про очередную парочку парней на ее любимых лекциях, однако, иногда соседка уж слишком сильно выходила за рамки приличия… и говорила даже на парах… Карина же залипала на пары, как задрот на очередную катку в Доте, да так, что на паре по химии у нее даже слюнки изо рта текли от «осознавания» знаний. А тут, блин, соседка со своим яоем. Вот девушка и кипятилась потихоньку. Собственно, это сейчас и произошло снова. Единственное, соседка подкараулила ее снова в Макдаке, а не прицепилась на уроке, однако, радости от этого у Карины явно не прибавилось, особенно когда ей мешали набирать калории вредной пищей. Убийственный взгляд не останавливал Юлю, а именно так звали злополучную яойщицу, которая опять что-то трезвонила об данном «невероятно интересном и неожиданном жанре», вовсе не замечая, что Карина начала скалиться. — …Вот он такой няшенька, ну реально… — искрилась вся Юля, но тут резко остановилась, кажется, что-то вспомнив, — Ах, точно! Недавно же новое аниме вышло! Ты просто обязана его посмотреть! — Что, опять что ли яой? — скривила бровь Карина, принимая скептическую мину на лице, — Серьезно? — Да… кхм, то есть нет! — тут же осеклась смущенная Юля, что покраснела от чего-то еще сильнее, — В смысле там есть, конечно, пару моментов… — Ой, да ты даже в Тоторо яой намеки находила, знаю я тебя, — саркастически хмыкнула другая, подпирая рукой голову, видимо, ожидая очередного долгого рассказа. — Нет, ну ты посмотри! — вступилась Юля. — Аниме называется Королевский репетитор. Там столько кавайных мальчиков! Вот, сейчас покажу… — девушка быстро что-то запечатала на телефоне и через несколько секунд уже показывала кадры и арты из этого аниме своему диванному критику. Внимательно и все также со вскинутой бровью Карина пересмотрела все картинки, что предложила ее соседка, после чего, пафасно потерев несуществующую бороду, вынесла свой вердикт: — Прямо как бабы, честно, нарисованы, — позлорадствовала та, — И лоля рядом с ними. Хоть старший более-менее, а так… — Какая ты все-таки противная бываешь, — обреченно вздохнула Юля, смотря на ту, — Неужели ты просто не можешь расслабиться и посмотреть на красивых парней? — Нет, почему, могу, — пожала плечами Карина, но затем снова гаденько улыбнулась, — Только жалко я их не вижу. — Ты че серьезно?!..

***

Чтобы Карина до этого не плела, все это оказалось несусветной чушью, ибо, как только Юля прекратила громко храпеть во время послеобеденного сна, а сама девушка наконец-то закончила повторять конспекты, то она достала наушники и уселась смотреть аниме, что предложила ей соседка. Карина даже сама толком не поняла зачем это делает, но какое-то любопытство все же в ней открылось и девушка уже вечером досматривала последние серии. И… это действительно оказалось не так плохо, как она думала до этого. Аниме отлично подойдет для просмотра в какой-нибудь разряженной обстановке и в уставшем настроении, ведь все в этом произведении только и вопило о том, что оно предназначено для расслабления, в том числе и незамысловатый сюжет сея творения. (P.S. а заказать автору данного фика свою рекламу вы можете в его ЛС на этом же сайте) Однако, похоже, сама девушка только захотела поспать, немного отдохнув. Что она в принципе и сделала, откидываясь на подушку и завертываясь в теплое одеяло…

***

После просмотра тринадцатого сна девушке надоело находиться в спящем состоянии, но когда та пробудилась… то впала в шок. Даже не открыв глаз, Карина поняла, что находится в каком-то другом месте, ибо ее комната шаталась из стороны в сторону, словно хайп у начинающего ютубера. Открыв же свои наипрекраснейшие разноцветные очи, она убедилась в этом. Это была не комната общежития. ЭТО БЫЛА КАРЕТА, ВАШУ МАТЬ! Вскочив и повертев голову в разные стороны, девушка, почувствовав странную боль, снова слегка обратно, матерясь и потирая гудящую голову. Но в следующую секунду боль пропала, а на место нее пришло озарение — Карина была не в своем теле. Стоило посмотреть хотя бы на более длинные элегантные белые руки, с такими же длинными фалангами пальцев и ухоженными ногтями. Но все-таки самым главным потрясением и доказательством стало нечто еще страннее — в ее болевшую до селе секунды головушку стукнула чужая память, причем в прямом смысле этих слов. Нет, ну вот представьте, сидите вы на скамеечке в парке, все про себя знаете. И кто вы такой, и что вы знаете, и что вы делаете, что вы делали, и с кем вы спали, и какую оценку по алгебре в десятом классе за год получили… Вот сидите вы, никого не трогаете, а тут бац — подходит к вам другая какая-то фигателина и заявляет, что она ваша вторая личность. А съезжать не хочет, прямо как нежеланная девушка с квартирки бедного парня. И вы теперь знаете не только кто вы, но и кто она, и как говорит, и что ест, и с кем ест… С одной стороны монеты это, конечно, было круто и паранормально, но Карина теперь являлась вовсе ни Кариной, видимо, а какой-то там Викторией Виттгенштайн… СТОЯТЬ, ЧЕГО? Девушка неестественно выпучила глаза, а затем они решили на полном серьезе посмотреть на мозг, ибо у нормального человека глаза не могли закатиться настолько сильно. Теперь она дочь Хайне, офигеть. А еще едет к нему в тот самый злополучный дворец с бра… Ох, блин, она ж их в живую увидит и будет просто космическая возможность их нафоткать, а потом скинуть это все Юле… однако, телефона родимого нигдe нe оказалось… — Ну… теперь уж точно каменный век, ужас, че я буду без него делать-то? — задумалась рыжая, но она же без него как-то жила до этого момента. — Так. Решено, то что нужно сделать — сделаем, а потом меня все скорее всего отпустит… Ну, по-крайней мере так меня научили те самые фанфики про попаданцев, а я надеюсь, что и тут будет также… Последняя фраза двадцатилетней девушки звучала менее оптимистично, но она была в конце концов реалистом, так что вступилась за себя, подумав, что с ней такое частенько бывает. Поднявшись с широкого сидения, где Виктория устроилась посапывая, девушка взглянула в окошко. Город. Видимо, она скоро уже подъедет к месту назначения. Чтобы скоротать время, Карине оставалось только порыться в своей новой памяти, что хоть как-то ей может помочь. У Виктории никого нет, не считая отца, даже ухажера. Нет, у нее было крайне много разнообразных мужчин, но она всех отшивала, как говориться в народе, она любила холостую жизнь и ценила ее свободу. С этим Карина была полностью согласна, ибо сама придерживалась такого порядку в личной жизни. Однако, Виттгенштайн частенько напоминала ее саму в своих действиях: была груба, резка, эгоистична и с одной стороны, конечно, ленива, но любила читать и знала много наук на отлично. Карина, сопоставив себя и эту личность в общих чертах, не нашла сильных различий. Разве что люди и язык были совершенно другие, но как и все остальные воспоминания и с этим не возникло проблем — девушка могла спокойно говорить и на русском, и на немецком, что от родни в своем мире не знала. Следующей новостью для Карины от ее новой памяти и тела стало ничто иное, как странный внешний вид, что сейчас на ней был «применен». Она была похожа на… парня?.. Чтобы ответить на этот возникший вопрос, ей вновь пришлось обратиться к своей новой памяти: — Подождите, я чего… — ошарашенно проговорила рыжая, — Должна буду быть… МУЖЧИНОЙ?! Хотя в этом она не должна была удивляться, ведь даже «помощниками репетиторов» во дворец могли брать только мужчин, ибо женщин всегда в это время считали чем-то вроде хранителями очага и не воспринимали на умственной работе почти никак, поэтому неудивительно, что ее «папочка» придумал такой ловкий ход. В принципе, сама девушка была не против такой актерской игры, даже уже привыкла к неприятному чувству, стягивающему пышные груди, однако, Виктория все же не могла понять одно: — Зачем мне столько макияжа на лице? — завопила чуть ли не на всю страну рыжая, из-за чего кучера, что вел эту карету, резко передернуло. — Нет, ну нафига? Принцы сами, бл*ть, на баб смахивают! Нафига мне-то столько силикона каждый день накладывать будут? Но длинные волосы все же решили оставить, завязав сзади шелковой лентой — и на том спасибо. Мысли переодетой девушки прервала останавливающаяся карета. Вновь посмотрев в окно, Виктория увидела его — огромный замок размером, как ей показалось, похлеще, чем Красная площадь в ее любимой Москве. Как именно она там будет ориентироваться девушка не представляла, но от мысли, что ей придется столько туда-сюда ходить, настроение скатилось на «нет». Двери наконец-то открыл кучер, и девушка, хоть и в прикиде парня, смогла выйти на улицу. Первое определение этого места, что она поняла было коротким, но важным фактором. Ветрено. СЛИШКОМ ВЕТРЕНО. Как и почему прически в таком месте у героев были НАСТОЛЬКО идеальными оставалось для Карины загадкой, но ее собственные волосы, видимо, напитавшись «волшебными свойствами сея дворца», сами никак не поддавались законам физики и совершенно спокойно продолжали висеть сзади. Зато кожа все ПРЕКРАСНО чувствовала. Новоприбывшей оставалось только тихонечко материться на своем родном русском, пока ноги вели ее к главным воротам. Около них, кстати, как и обычно стояли знакомые стражники. Похоже, в этом аниме о таком явлении как «смена караула» тоже не знали. — Ох, так вы и есть сын профессора, — пристально с интересом рассматривали меня Людвиг и Максима… Максуил… Макс, короче, ибо сложные имена даже в собственном сознании Карина подумать правильно не могла, ну, или дело было в самом авторе, но в принципе сейчас это было без разницы. — Ты такой высокий в отличие от твоего отца, мы даже удивленны! — Ну, рост 169 не является уж слишком большим для парня, — вставила свои пять копеек Виктория и гаденько ухмыльнулась, окончательно позабыв, что играет роль противоположного пола. — Согласны, — одновременно кивнули стражники, весело рассмеявшись, — Особенно такая внешность… — парни запнулись и от чего-то покраснели, а Виктория опять была готова материться, вежь нужно было не отличаться от своей роли, а тут даже с такими тоннами макияжа все равно видно, что она девушка. — Извините, мы что-то явно не о том подумали, — прокашлялся Людвиг. — Можете проходить, — снова старался сиять и улыбаться Максим, — Вас уже ждут. Кивнув, рыжая направилась внутрь дворца, гадая как именно она сможет того отыскать в этом месте. Вспоминая аниме, нужно было подняться на второй этаж и идти только прямо, но насчет других ходов, что могли не показать, девушка явно не подумала, поэтому быстро заблудилась. — И куда же мне идти?.. — раздосадованно выдохнула пародия на парня, но проблема решилась сама собой в роли бегущего куда-то «папаши». Увидев собственную дочурку, миниатюрный мужчина резко затормозил и внимательно прошелся взглядом по лицу новоприбывшей. Это длилось несколько секунд, но зато после этого Хайне смог вынести общий вердикт: — Ты на бабу немного смахиваешь, сынок… — Я в курсе! — тут же отозвалась громко и досадно от объекта, — Но нафига столько много такой дичи на меня наложили, если все равно бесполезно? — Будем надеется, что принцы окажутся менее разборчивыми… — пожал плечами тот. — Ты хотел сказать «тупыми»? — Ну, это как расценить, — вновь пожал «папочка» плечиками и семильными шагами направился в глубь коридора, конечно, насколько возможными эти шаги могли получиться «большими» еще могло возникнуть сомнение, однако, девушке пришлось пойти следом.