Музей

- А на этой картине вы видите легендарную командующую своего времени. - Бодро начала экскурсовод, указывая ладонью на картину, где была изображена молодая девушка с парными мечами за спиной. – Лекса из Лесного клана, она объединила двенадцать кланов под свою власть, создав коалицию. Она была убита в расцвете лет своим ближайшим помощником, пуля предназначалась ее возлюбленной, но по трагической случайности попала в командующую. Портрет был нарисован за неделю до ее гибели, ее же возлюбленной. Как видите, талант девушки был впечатляющий. Экскурсовод продолжала мило говорить заученный текст, с удовольствием находя в глазах посетителей отклик и интерес. Эта картина находится в музее всего неделю, но за неделю количество посещений увеличилось. Они дольше обычного провели возле этой картины и, наконец, двинулись дальше. Никто не заметил, как нарисованные зеленые глаза слегка дрогнули в облегчении. Семь вечера. Музей уже закрылся и только охранник делал свой ленивый обход. В восемь, час, четыре и крайний раз перед открытием. И снова он проходил по отделу постапокалиптической сотни, светя фонариком в картины, выискивая нарушителей, точно по часам. Этому отделу повезло больше, их охранник был пунктуальный. А обитателей остальных отделов заставляли играть в незапланированные прятки. Прошло уже много лет после первого апокалипсиса, цивилизация медленными шажками возвращалась к старому времени, оставив в прошлом темное время. Потихоньку они вставали с колен, заново учась жить в новом мире, снова с технологиями, кои их когда-то погубили. Новые, жестокие законы четко следили за разработками Виртуального интеллекта, ставя запрет на создании Искусственного. Повторения никто не хотел. Свет фонарика прошелся по портрету Лексы, на время замерев, пока охранник вглядывался в черты девушки. Действительно, художник испытывал явно сильные чувства к землянке, и сумел соединить хладнокровие воина и чуткость самой девушки на картине. Не зря полотно было популярно. Немного помечтав о прошлом мире, охранник, наконец, ушел, закрывая за собой решетку в этот отдел, что означало, что у обитателей сегодня праздник и до утра их никто не потревожит. Енот, изображенный на гобелене сверху над решеткой, напряженно прислушивался к утихающим шагам и вскоре подал знак остальным обитателям. Нарисованные люди стали вылазить из картин, довольно потягиваясь и разбредаясь по своим делам. Картина, где простоял охранник, зашевелилась и сначала показалась голова, которая напряженно осмотрелась, а только потом Лекса покинула свою клетку. Размяв затекшие мышцы, она приветливо кивнула еноту-стражу, который теперь их покой охранял. Сняв мечи и плащ, девушка закинула их обратно в картину и быстрым шагом направилась вглубь отдела, прекрасно зная, кого обнаружит около необходимой ей картины. Коллинз. Только упоминание этого имени заставляло Лексу сжимать кулаки, ревность, ядовитым огнем, лилась на сердце при виде первого бывшего Кларк. После смерти он ничего не помнил и не понимал, почему каждый раз к картине Кларк приходит Лекса, а сама девушка не хочет видеть бывшего любовника. Заметив Лексу, блондинка заулыбалась, и быстро попрощавшись с парнем, кинулась на шею командиру. Их маленькая игра, Кларк не предупреждала никогда, просто прыгала на командира, проверяя ее реакцию, и если бы она хромала, то блондинка больно бы стукнулась спиной, что Лекса допустить не могла. Всего неделя, их первая неделя вместе, после долгих лет разлуки. Кларк особо постаралась спрятать портрет Лексы, чтобы его не уничтожили, и, попав в музей, несколько лет ждала, пока найдут картину с изображением легендарной командующей. - Опаздываем? – игриво начала Кларк, приглаживая одежду на плечах Лексы. - Охранник сегодня решил на меня посмотреть, но решетка закрыта, вся ночь наша. - Отличная новость, тогда вперед в зал, где пир, я дико голодная. Девушки не обращали внимание на Финна, который стоял словно побитая собака рядом с пустой рамкой. Они держались за руки, желая заполнить каждый миг этой ночи собой, но у Кларк на эту ночь были еще планы. Не просто так ее картина висит в главном зале, и возле небольшого столика с кофе. Некоторые шишки музея любили обсуждать здесь планы на будущее, и Кларк узнала, что нашли еще одну ее картину в раскопках Аркадии. Она помнит чье это изображение и хотела порадовать Лексу, ведь портретов землян очень мало, а общие картины пира небесных и лесных были не тем, чем надо. По отделу в основном ходили небесные и Лекса вполне могла ощущать себя неуютно, а теперь и у нее будет близкий друг из прошлого. Хотя Кларк было не вдомек, что единственное общество, коим хочет наслаждаться Лекса – ее. Война закончена и нет больше лидеров. Есть только Лекса и Кларк, живущие после своей смерти в картинах. В Зеленом зале уже закончилась подготовка и стояли столы с разнообразной едой, как эксперт, Кларк тащила на буксире Лексу, которая нервно оглядываясь, всматриваясь в отличительные черты лесных, но не находя ни одного знакомого лица. - Держи, - в живот командиру врезалась тарелка, наваленная до краев едой. – И это, - следом пошло вино и еще одна тарелка, на этот раз, принадлежащая Кларк. Она уже успела перекинуться словами с Рэйвен и Беллами, которые вновь устроили марафон пьянства. Лекса, как бобик на привязи, ходила за Кларк, которая более разбиралась в обстановке отдела, в прошлый раз они отдыхали возле озера, куда блондинка вновь притащила ее. - В чем плюс всего этого, можно жрать и не толстеть. – уже набитым ртом говорит Кларк, ощущая ладонь Лексы на своем колене. – Ты тоже ешь, у нас вся вечность впереди, тем более эта ночь наша. - Он опять крутится возле тебя, - с легким недовольством говорит Лекса, приступая к еде. - Последнее, что помнит Финн, как я сказала, что люблю его и воткнула нож в его сердце, - пожала плечами Гриффин. – Ты тоже не все помнишь, лишь неясные образы из-за того, что чип продолжал жить. - Да, я запомнила тебя иной, а теперь твои волосы короче. – улыбнулась Лекса и все же прижалась губами к шее собеседницы, ласково целуя. – И ты старше. - На момент создание портрета, - поправила Кларк, склонив голову на бок, дав больше пространства. – Умерла я намного позже. - Но ты помнишь. - Я создала все картины, что находятся здесь, почему помню я, знать не могу. – грустно сказала девушка, и отложила тарелку, чтобы перебраться на колени землянки. – Я надеялась, что увижу тебя. Первой здесь очутилась Рэйвен, потом Блейки, а лишь потом я. Коллекция пополнялась медленно, музей больше ста лет и это сто лет я ждала тебя, только здесь мы живем, нас отправляют на выставки, Октавии вон пару месяцев не было, пока она колесила по миру. Но не помнит этого, оживаем мы лишь здесь. - Как такое вообще получилось? Как ты смогла нарисовать картину так, чтобы она потом ожила с сознанием человека, изображенного на ней? - Я продала душу Дьяволу, любовь моя. – Кларк показала язык, видя сначала суеверный ужас в глазах Лексы, а потом безграничную нежность. – Я же сказала, что мы увидимся вновь. Разговор прервал долгий поцелуй, инициатива, которого исходила от Кларк, ее ладони проскользнули под футболку Лексы, поглаживая напряженные мышцы. Спустя столько лет она, наконец, добралась до столь обожаемого тела, но не могла договориться с наглыми стервами из отдела Ренессанса, чтобы те хоть на одну ночь, для начала, одолжили им картину с мягкой кроватью. Кларк уже жалела, что не добавила хоть куда-нибудь кровать, или на крайний случай какое-нибудь ложе со шкурами. А заняться любовью первый раз после такой разлуки на полу ей казалось кощунством. - У меня сюрприз для тебя, - оторвавшись от сладких губ, прошептала Кларк. – После полуночи я… Лекса… Ну сказать то дай. Землянка уложила Кларк на пол, продолжая нежно целовать, а ее руки покоились на талии девушки, Лекса не настаивала на близости, она была рада просто наслаждаться присутствием блондинки. Но Гриффин все-таки вырвалась из рук землянки, сначала пытаясь посмотреть грозно, но увидев безграничную нежность, сама обняла Лексу. За час до открытия Кларк смогла затащить Лексу в комнату, чтобы показать новую картину, которая скоро присоединится к их отделу. Честно говоря, Гриффин впервые волновалась, она не запомнила генерала четко, подолгу выскребая из памяти мелкие детали, и надеялась, что передала правильно все. Лекса во все глаза смотрела на картину, на того человека который был там изображен. Она еще не ожила в полной мере, но заторможенные движения были. - Я думала, этой ночью она уже сможет выйти, но нет, – грустно сказала Кларк. – Похоже только завтра. Ее я последнюю нарисовала, был еще Линкольн, но его не смогли сохранить. Мне тяжело было вспомнить ее, и я надеюсь, что все-таки смогла, Лекса? – в голосе девушки был слышан страх. - Такой же, как я ее и запомнила, - хрипло прошептала землянка, положив ладонь на полотно. – Аня. – позвала она, и улыбнулась, увидев реакцию. – Ты еще при жизни нарисовала? Ты же не знала… - Я хотела, чтобы потомки знали не только небесных, но и земных воинов, а сейчас рада, что решила тогда так. Сейчас у тебя будет Аня. - У меня есть ты. – вяло возразила Лекса, ощущая прилив радости. - Да, я есть, но тебе нужен кто-то из твоего окружения, и я счастлива, что они нашли Аню. Кларк уперлась лбом между лопаток землянки и обняла за талию. Так они стояли долго, прежде чем Гриффин услышала, - «мы вернемся завтра», - обращенное к генералу. Музей скоро откроется и им снова придется изображать из себя бездушные картины, а люди снова будут любоваться ими, не подозревая, что каждую ночь они живут своей жизнью.