Как Маша к готам ходила

Утро встретило радостным щебетанием птиц и неудобной позой. За ночь я забралась на бедного парня сверху, видно в поисках тепла и спрятала нос во впадинке между шеей и плечом. Стоило пошевелиться, как тут же меня Шурик перевернул на спину и, улегшись сверху, потерся всем телом.  — Фу, — скинула я парня с себя. — Пора заняться делом, тем более, ни чая, ни кофе нам никто не принесет. Справив в кустиках малую нужду, мы, как две собаки, пошли искать следы вчерашних девиц, тем более, промозглое утро способствовало активным действиям. Возможно, нам просто повезло, или мы действительно шикарные следопыты, но, примерно через час, наткнулись на лагерь. Хорошо еще, что они не выставили дозорные посты, а, возможно, знали, что вряд ли их будет кто-то серьезно искать. Договорившись с Шуриком, мы решили разделиться и обползти лагерь с двух сторон и через час встретиться на том же месте. Правда, парень сначала возражал, но у меня был весомый аргумент, которым я его убедила, — поцеловала в щеку и пообещала после операции поцелуй в губы. Люди действительно были похожи на сатанистов, но какие-то странные. Шутки Саши про феминисток попали практически в цель. Все в лагере оказались сплошь девушки — молодые и красивые. Каждая из них занималась своим делом. Кто-то готовил еду, кто-то что-то мастерил. По периметру стояли простые маленькие походные палатки. А практически в центре одна большая, как штаб. Рядом же с ней стояло что-то типа трона и ритуального стола с нарисованными по центру неизвестными мне знаками. Ни Маришку, ни Сергея я среди девушек не заметила, как не пыталась, а вскоре вышло данное мне время и пришлось возвращаться обратно. Ждавший уже парень чуть не задушил в своих объятиях.  — Ты чего опоздала? Я уж думал, тебя схватили, — объяснил он свои действия.  — Ну, извини. Ты что-нибудь стоящего узнал? — перевела я разговор.  — Все девушки. Около сорока человек. Сергея, скорее всего, держат в центральной палатке. И та штука в центре, я так полагаю, не подиум для показа модной одежды, — отчитался по-военному Саня.  — Это и мне понятно, — вздыхаю. — Скажи, что делать будем? Наших сил для укрощения этих фурий явно маловато.  — Сначала завтракать, — командует парень. — А все остальное потом, — и достает из-за спины черный пакет.  — Откуда это у тебя? — спрашиваю изумленно.  — Да так, ограбил наших амазонок немного. — Туманно объясняет он.  — Постой, ты хочешь сказать, что залез в одну из палаток? — доходит до меня. — С ума сошел, что ли? А если б тебя поймали?  — Ну не поймали же, — посмеивается парень. — Ты лучше посмотри, что там внутри. В пакете оказалось четыре бутылочки, воды по пол-литра, пачка печенюшек, две больших шоколадки, три Ролтона и небольшая пачка колбасы в вакуумной упаковке.  — А неплохой набор, — милостиво согласилась я. — Жаль только, хлеба в этом наборе нет.  — Ничего, будем заедать печеньем или жевать сухую лапшу, — предложил альтернативу Шурик. После еды все уже не казалось таким мрачным, и даже в голову пришли кое-какие светлые мысли.  — Надо, — говорит Саша. — Залезть на высокое дерево и попробовать найти связь. Если дозвонимся отцу, то, считай, часть дела сделана.  — Ага, а как он нас найдет? Лес же большой, и мы сами точно не знаем, где находимся, — засомневалась я.  — Не беспокойся, у отца есть связи и крутые специалисты. Те быстро вычислят наше местоположение по сигналу телефона, — убедил меня Саша и полез на дерево. Пока его ждала, раз пять доставала свой мобильник, проверяла, вдруг связь и снизу можно поймать. Предположительно через полчаса появился мой напарник.  — Ну как, получилось? — первым делом спросила, как только он спустился на землю.  — Получилось, — кивнул тот, отряхиваясь от прилипшей к одежде еловой коры и иголок. На радостях я бросилась к парню обниматься и смачно чмокнула в губы. Саша сначала замер, а потом, притянув к себе, медленно поцеловал сам. Он пах елью, солнцем и надеждой. После рассказал, как сильно ругался отец на нашу самостоятельность и грозил обоих выпороть ремнем. Велел ждать и ничего не предпринимать. Время тянулось ужасно медленно. Заняться было нечем, мы просто валялись в траве и наблюдали за лагерем. Уже наступил вечер, и мы снова успели изрядно проголодаться, но помощи со стороны так и не было. Однако, наши соседи, наоборот, к вечеру очень уж активизировались. Было зажжено тринадцать ритуальных костров, все девушки одели черные балахоны на голое тело и стали танцевать под бой барабана странный танец.  — Ущипни меня, — прошу лежащего рядом в засаде Сашу. — Мне кажется, я сплю, и мне снится дурной сон.  — Успокойся, значит, он мне тоже снится. Вот скажи, как ты у себя под носом проворонила рождение верховной жрицы? — спросил Сашка, не сводя взгляда с поляны.  — В смысле? Какая жрица? — не поняла я.  — На поляну посмотри, — и кивнул в сторону разворачивающегося действа. Действительно, в центре всей этой шайки выделялась верховная жрица с короной из перьев на голове, и это была моя подружка собственной персоной. За всем мельтешением толпы было плохо видно, как вывели из палатки парня. Если учесть, что будущая жертва не сопротивлялась, значит, он явно был одурманен. Князь был абсолютно голый, по его телу черной краской были написаны знаки. Его уложили на стол, привязали руки и ноги к углям стола, словно распяли. И теперь нам стало видно, что жертва возбуждена.  — Черт, кажется, все намного хуже, — выругался рядом Шурик. — Где же отец? Мы не можем допустить, чтоб его тут зарезали, как жертвенного барана. Тем временем на поляне замолчала музыка, и верховная жрица обнажилась. Марина что-то говорила, но нам было плохо слышно, понятно только, что принесут в жертву своей богине Бафомет самого красивого мужчину. На эти слова все одобрительно закричали, а Маринка залезла сверху на парня, и начался дикий танец жизни, вероятно, последний у Сергея, если мы не вмешаемся, конечно. Сколько она так скакала, время я не засекала, а только глаз оторвать от сего зрелища было просто невозможно — так по-первобытному красиво и в тоже время ужасно. Тем временем одна из прислужниц принесла на блюде Марине огромный такой тесак и она, подняв его высоко над головой, сначала показала всем сестрам, те заулюлюкали, а потом направила острием вниз.  — Стойте! — Закричал кто-то, и от неожиданности даже я вздрогнула. Это, конечно же, вылез вперед Саша («Вот дурак!»). — Одумайтесь, девушки! Тоже мне, нашел время взывать к совести.  — Убить его! — приказала теперь уже бывшая подруга.  — Ну уж нет, голубушка, — зло пробормотала себе под нос. — Только через мой труп! — и побежала спасать своего придурка. Ну, что сказать, боя не получилось, одновременно со мной на поляну высыпались люди, вооруженные до зубов и одетые, как японские ниндзя.  — Сдавайтесь! — крикнул один из них. — Сопротивление бесполезно!  — О, богиня Бафомет, помоги мне! — вдруг взмолилась жрица и, перерезав себе ладонь ножом, покапала кровью на знак, нарисованный на ритуальном столе. Знак озарился светом и кровь исчезла.  — Богиня приняла мою жертву! — закричала довольная Маринка и наконец-то слезла с бедного парня. — Сестры, готовьтесь к бою! Одновременно произошло сразу несколько вещей. В воздухе появилась огромная щель и из нее полезли разные зубастые серые твари. Все вновь прибывшие окружили нас с Шуриком в кольцо и обнажили мечи. «Ну ничего себе, битва намечается!». Твари тем временем нападать не спешили и с одинаковым гастрономическим интересом посматривали как на нас, так и на группку вооруженных девушек. Возможно, их богине было все равно, чьи души ей принесут верные псы, так как стоило Маринке крикнуть боевой клич, как часть тварей бросилась на них, а часть на нас. Я еще успела заметить, как первые девушки были разорваны тварями, а потом мне закрыли глаза.  — Не смотри, — приказал незнакомец голосом Виктора, значит, он тоже был здесь. — Слушай битву. И я слушала звон металла, отрывистое дыхание людей, рыки голодных тварей, предсмертные хрипы и металлический запах крови, забивающий ноздри.  — А теперь дыши полной грудью, — опять направлял меня Виктор. — Собирай всю силу в легкие. Вот так, молодец. А теперь быстрее дыши, еще быстрее. Заводись, почувствуй, как горят твои легкие. Давай, девочка, не останавливайся, спаси нас всех. Выдох, выдох, выдох, а теперь большой вдох и кричи. Рука исчезает с моих глаз, и я кричу, что есть мочи. Все наши бойцы, как по команде, упали на землю, твари были не столь сообразительны и мгновенно поплатились за это. Девушек я не видела, меня кто-то держал за плечи и поворачивал по кругу. Сколько это продолжалось, не знаю, только опять я смогла остановиться только тогда, когда закрыли мне рот рукой. Падаю. И вроде бы я в сознании и слышу голоса вокруг, но смысл слов протекает мимо, не касаясь разума. Мне хорошо, я лежу на чьих-то коленях, и меня ласково гладят по волосам. Открываю глаза, так и есть, это опять Саша, невдалеке раздает указания Виктор, я везде узнаю его мощную фигуру. Пытаюсь приподняться и посмотреть на дело рук своих или, вернее сказать, рта. Кругом лежат кровавые серые ошметки, поваленные дерева.  — Что, деревья — это тоже я? — поднимаю в изумлении брови.  — Издержки дара, — пожимает плечами парень. — На этой поляне теперь долго ничего расти не будет от негативной энергетики.  — А где девушки? Среди них кто-нибудь остался жив? — вспоминаю я про горе сатанисток.  — Практически нет, — мотает головой Шурик. — Но наш местный красавчик остался цел, правда, еще под кайфом.  — И что теперь будет? — смотрю в глаза Саше, ведь, скорее всего, он знает гораздо больше меня про все эти потусторонние дела.  — Ничего необычного. Группа моего отца подчистит концы, разберётся с оставшимися в живых, — нехотя отвечает парень.  — В этом состоит ваша работа, да? — доходит вдруг до меня.  — Да, теперь и твоя, тоже, — ему не нравится наш разговор, и он ложится на землю, подложив руки под голову, уставившись в звездное небо.  — Скажи, зачем ты повел нас всех тогда на кладбище? — вдруг вспомнила я то, что давно хотела узнать.  — А ты не поняла? — и, повернувшись ко мне, долго смотрит в глаза. Мотаю головой и жду ответа, на что Саша закатывает глаза и, сорвав травинку, покусывая ее, отвечает.  — У меня тогда еще ничего не получалась, не мог я чувствовать магию, а на тебя мне произвести впечатление хотелось. Вот и замутил все это. Ты ж с этого Сергея глаз не сводила, а от меня как от мухи отмахивалась.  — Да, кто бы мог подумать, что твои действия пойдут на руку таким, как Маринка, — продолжаю я мысль.  — Для меня это вообще было неожиданно и то, что получится вызвать духов и ты окажешься хранительницей, и мы сможем устранить поклонниц жены Сатаны, но это все неглавное. Ты разве не слышала, что я тебе сказал? — опять мне заглядывает в глаза Шурик.  — Я тебя люблю, — говорит он прямым текстом, а я, промолчав, просто целую его в губы. Ещё не любовь, но мои чувства к нему где-то совсем рядом.