Just to Get High.

Джаред безумно гордился собой, ведь не каждому новенькому выпадает такой шанс – сыграть главную роль в спектакле, довольно быстро обзавестись хорошими друзьями, не быть избитым, а еще на его выступление придет самый популярный парень города. О чем еще мечтать можно было? Впрочем, возможно Падалеки слишком вжился в роль – у Робина Гуда тоже была весьма завышенная самооценка, он же вроде был сэром Локсли, кажется, или это уже сценаристы фильма додумали? Неважно. Джей находился на сцене, свет притушили, и началось вступление, во время которого Падалеки внимательно изучал взглядом зал в попытках найти Эклса. Своих родителей он отыскал сразу, даже маму Дженсена увидел – она сидела рядом. А вот её сына не было. Обидно, но хорошо, что получилось вжиться в роль еще до этого, как раз его монолог… Эклс явился только под самый конец, застав финальную сцену сражения Робина за сердце прекрасной Мэриан. В этот момент Джаред думал не о том, что ему придется сейчас целоваться с девушкой перед полным залом, а о том, что лучше бы Дженсен вообще не приходил. Хотя, благодаря этому у него получилось лучше изобразить злость и эффектней победить своего оппонента, шерифа. Кулисы, занавес, финал. Все участники постановки счастливо улыбались и кланялись, только Джей мечтал провалиться сквозь сцену или поскорее оказаться дома в запертой комнате и с занавешенным окном, чтобы ничего не напоминало ему об Эклсе. Конечно, этого не произошло, но Падалеки лишний раз убедился, что он неплохой актер. Может ему и правда податься потом в этом направлении? А что, у него довольно милое и смазливое личико, играет на ура, раз уж даже родители и миссис Эклс до сих пор не догадались, насколько фальшивой была радость на его лице. Будет себе второстепенным, а возможно и главным героем какого-нибудь сериала – популярного или не очень неважно, главное, чтобы на жизнь хватало. Его имя будет мелькать в желтой прессе, разоблачающей его очередную интрижку с партнерами по сериалу. Романтика, о чем еще мечтать можно. Да о чем угодно, лишь бы только не о Дженсене, который снова куда-то пропал. Джареду вообще показалось, что Эклса видел только он – ни родители, ни даже мать Дженса не упомянули о нем. Их внимание, как и у всех присутствующих, было приковано к нему самому. Ненадолго, правда, но было все равно приятно и немного успокаивало. Вскоре родители ушли, оставив Джареда на растерзание всех остальных участников спектакля – тем не терпелось поскорее свалить домой к девушке, которая играла Мэриан. Её родители уехали, и они планировали устроить вечеринку, а если простым языком – просто напиться по такому случаю. Джаред должен был там быть главной звездой. Правда, настроения у Падалеки как не было, так и не появилось, поэтому он под шумок быстро улизнул по дороге, направившись в сторону собственного дома. Только тогда он, наконец, снял с лица маску радости, сменив её искренним расстройством и обидой. И меньше всего на свете он сейчас хотел бы встретить Эклса, но по закону подлости именно он его и поймал за руку, когда Джаред почти дошел до крыльца дома. Дженсен тяжело дышал, нервно облизывая губы, и смотрел на Падалеки своими большими насыщенно зелеными глазами, в которых слишком хорошо читалась вина. - Джей, выслушай меня. - Тут и слушать ничего не нужно, Эклс. Падалеки недовольно дернул рукой, желая вырваться, чем вынудил Дженсена чуть сильнее сжать его руку, дав тому понять, что в силе он явно превосходил, и сейчас отпускать Джареда не намерен. - Я очень хотел посмотреть твой спектакль полностью, честно. – Эклс не переставал нервно облизываться и виновато смотреть на собеседника, аккуратно разжав свои пальцы на его руке, выпустил её, спешно спрятав ладони в задние карманы своих джинсов. – Просто… Блин… - он тяжело выдохнул, отвел взгляд в сторону и поджал губы, грустно ухмыльнувшись: – Обстоятельства были против меня, Джей. Прости. Джаред просто стоял и смотрел на парня, не в силах не оторвать от него искренне непонимающего взгляда или сомкнуть губы. Дженсен действительно выглядел сейчас очень искренним и сожалеющим, эмоции так хорошо читались у него на лице. Падалеки был готов поклясться, что так врать просто невозможно, да и такую невероятную смесь эмоций он раньше ни у кого не встречал. Обида сама по себе прошла, ему даже самому стало немного стыдно, что он настолько сильно задел этого парня – тот, наверное, даже когда на свет появлялся, был с ледяным и спокойным лицом, а тут – море эмоций, не подходящих ни под какое описание. Все-таки тесты – вранье, и то, что твердил ему Мик, друг по переписке, тоже. Это не могло быть только желание, увлечение, списываемое на простое и эгоистическое Падалекино «хочу». Это что-то более важное и непонятное. А может и правда только «хочу», но тоже какое-то необыкновенное. Джаред не успел толком помечтать, он прервался, услышав имя Дженсена, и вместе с самим обладателем отреагировал на него, подняв глаза на порог его дома. Там стояла очень симпатичная девушка, скорее всего, ровесница Дженса. Падалеки помнил её еще с игры: волнистые волосы, темно-карие глаза, и даже с обиженной мордашкой, как сейчас, она не становилась хуже. Ему потребовалась пара секунд, чтобы понять, почему она так обиженно смотрела на них, скрестив руки на груди и нетерпеливо притоптывая ногой. Джаред горько усмехнулся, с наигранным дружелюбием похлопав Эксла по плечу – и мысленно снова пришел в восторг от его эмоций на лице. Что-то очень близкое к панике, но одновременно нечто, очень напоминающее искреннее сожаление, и такая безмолвная просьба о прощении – это все отчетливо различимо на его лице, когда он быстро переводит взгляд на Падалеки, снова нервно облизнувшись. - Все в порядке, не парься так, мы же просто друзья, – Джею самому противно от того, что он произнес. Мысленно он уже проклял себя всеми известными словами, поняв что мечтать никогда не вредно, и вряд ли у них с Эклсом вообще что-либо получилось бы. Такой парень как Дженсен вообще вряд ли запал бы на юношу, куда уж там до какого-то мелкого паренька по соседству. – Тебя твоя девушка уже заждалась. Еще увидимся. Падалеки снова хмыкнул, на этот раз слишком горько, поняв, что вот-вот сорвется, поэтому спешно покинул улицу, больше не бросив даже взгляда на Эклса – на лице у того все еще отчетливо читалась просьба о прощении. Торопливо стащив с себя кеды, он поднялся наверх, запираясь в своей комнате. Закрыл окно занавесками, убрал ноутбук с кровати и просто упал на неё спиной, прикрыв руками лицо и зло усмехнувшись собственному идиотскому поведению и не менее идиотским надеждам. Дженсен тяжело выдохнул, устало растрепав свои волосы, не спеша подошел к дому, одарив свою девушку спокойным, но слишком усталым взглядом. Та лишь вопросительно нахмурилась, уткнув руки в бока, и непонимающе покачала головой: - Я что-то не так сделала? Эклс мягко улыбнулся, приобняв её за плечи, и, сгорая от большого внутреннего желания хорошенько врезаться на полной скорости спортивного автомобиля в дерево, тихо прошептал ей: - Нет, ты тут ни при чем, Робин, – Дженс горько усмехнулся. - Это просто я идиот.