Ради общего дела

Чонгук затащил Тэхена в ванную, подвел к раковине, сам встал сзади, прижимаясь всем телом и принялся тщательно мыть парню руки. — Я в общем могу и сам, — заметил Тэ, впрочем, не особо сопротивляясь. — Даже не дашь мне позаботиться о тебе? — обиженно спросил Гук. — Я просто не привык, — ответил Тэхен, меняя позиции и намыливая руки Чона. — Хотя бы два дня я хочу провести в гармонии и покое с тобой и моими родными, так что не думай ни о чем, забыл, кто в наших отношениях рулевой? — Забудешь тут, — усмехнулся Тэ, поправив парню челку, — Пойдем, нас матушка зовет. За столом было шумно и весело, к семье присоединился Чонхен — старший брат Чонгука, и они оживленно болтали и смеялись, очевидно очень соскучившись друг по другу. — Я читал статьи на днях, там вас уже поженили, — заметил Чонхен, отправляя в рот кусочек мяса. Тэхен внезапно поперхнулся водой, которую пил и закашлялся, прикрывая рот салфеткой. — Ты в порядке, хен? — спросил Чонгук, похлопывая его по спине и заботливо вытирая губы. — Да, не переживай, — ответил тот, уткнувшись покрасневшим лицом в тарелку. — У нас могут быть проблемы с промо, из-за большого количества молодых талантливых дебютантов, да и старые конкуренты тоже не дремлют, — пояснил Гук, — Поэтому агентство разработало для нас принципиально новый план по повышению внимания к себе. — И в этот план входят якобы случайные фото, которые гуляют сейчас в интернете? — уточнил Чонхен. — И не только, наш Юнги вообще теперь ходит только в микрошортах, запустили циклы новых передач и много еще чего, как бы грустно это ни звучало, но сейчас мы вынуждены делать ставки не только на талант, но и на внешность. — Юнги? Микрошорты? — воскликнул Чонхен, — Я просто обязан нарисовать арт на эту тему. — Шикарная идея, — вклинился Тэ, — Правда вряд ли он сильно обрадуется. — Вы же не испытываете дискомфорт от того, что вынуждены следовать этому плану? — спросила мама. — Вовсе нет, — бодро отозвался Чонгук, — У нас должно быть много взаимодействий с Тэхеном, но поскольку у нас и так довольно близкие отношения, это совсем не сложно. — Мне несколько сложно делать все это на камеру, потому что отношения с Гуки — нечто слишком личное для меня, — высказал свою точку зрения Ким, — Но в данном случае на кону наша карьера, так что придется смириться. — Ты такой замечательный хен для нашего сына, — сказал отец, мы рады, что он под твоей неустанной опекой. — Спасибо, но вы преувеличиваете, правда, — тихо ответил Тэхен, краснея еще сильнее. — Ничего подобного, — пропел Чонгук, — Ты и впрямь замечательный, — и тихонько погладил Тэ по коленке. После обеда ребята поднялись наверх, чтобы переодеться в комнате Гука и отправиться на пляж. Макнэ распахнул дверь, тихонько проталкивая Тэхена внутрь, а потом схватил его поперек талии и повалил на кровать, нависая сверху. — О нет, опять твои игры, — застонал Тэ, предпринимая попытки выбраться. — Просто полежи со мной пять минут, хен, — тихо попросил Чонгук, — Мне так хорошо сейчас, все элементы счастья сошлись сегодня в одной точке. Моя семья, родной город, отчий дом, запах моря, целых два выходных и ты. — Я же каждый день с тобой. — Да, ты мой личный кусочек счастья, который всегда рядом, — сказал Гук, по детски улыбаясь. — Иди сюда, дитя, — ответил Тэ и, затащив парня поближе к спинке, крепко обнял, изображая причудливые узоры пальцами на его широкой спине. Тэхен не помнил, когда он в последний раз мог себе позволить вот так спокойно отдохнуть, никуда не торопясь и не думая об очередном камбэке, чартах, записи песен, тренировках и прочих бытовых для него вещах. И сейчас, лежа на этой мягкой кровати и прижимая к себе теплое тело такого родного человека, он думал, что больше ничего и не надо в жизни. Тэ чуть повернул голову и опять почувствовал нежный запах лаванды, так странно не вяжущийся с этим физически сильным парнем, но так удачно подчеркивающий его все еще детскую натуру. Тэхен провел губами по чонгукову лбу, оставляя на нем невесомые поцелуи. Почему в этот момент он чувствовал, как сердце заныло внутри грудной клетки? Может от того, что в суматохе дней он иногда забывал, насколько сильно дорожит этим мальчишкой, а теперь мог позволить себе насладиться его обществом сполна? Гук засунул руку под тэхенову майку и стал лениво поглаживать его живот и грудь. Медленно водить пальцами, то вверх, то вниз, очерчивая каждую мышцу. — Почему твое сердце стучит так громко, хен? — нарушил молчание Чонгук. — Не знаю, — на автомате слукавил тот, — Наверное потому, что мы до этого поднимались по лестнице. — Обманщик, — укоризненно сказал Гук, — Если бы оно билось так от одного пролета лестницы, на выступлениях ты бы сдулся в первую минуту. Ну и не говори, я все равно знаю, — поддразнил он, хитро улыбаясь. — Какой у нас на сегодня план? — сменил тему Тэхен. — Давай поспим часок, а потом пойдем гулять по берегу. — Отлично, ты взял мою пижаму? — Конечно, она в сумке. Ребята быстро переоделись, заползли под одеяло и уснули через минуту. Чонгук на своей детской подушечке, а Тэхен на его широкой груди.

***

Погода в Пусане стояла жаркая, поэтому ребята, взяв с собой полотенца, фотокамеру и огромный пакет с едой, которую заботливо приготовила мама Чонгука, бодро шли по берегу, надеясь осесть в каком-нибудь тихом местечке и искупаться. Людей на пляже почти не наблюдалось, наверное потому, что было рабочее время, поэтому парням не пришлось долго искать место для «стоянки». Они положили свои вещи на песок в поле видимости и, быстро раздевшись, побежали к морю. Вода была довольно теплой, потому что жара с начала лета не уходила из Пусана, и парни принялись резвиться и брызгать друг в друга. Чонгук зацепился за Тэхена, и повис на нем, как обезьянка, требуя покатать. — Хотя бы в воде ты сможешь это сделать, хен, здесь я совсем не тяжелый, — заметил он, обвивая Тэ руками и ногами. — Пф, я и на суше могу, тоже мне нашел слабака, — фыркнул Тэхен и резко нырнул, не дав мальчишке опомниться. Когда он снова всплыл на поверхность, все еще прижимая к себе Чонгука, то с удовольствием отметил, каким возмущенным и растерянным было его лицо. Парень принялся отплевываться и протирать глаза. — Предупреждать надо! — почти обиженно бросил он. Тэхен на это лишь громко рассмеялся. Гук был похож на милого мокрого котенка, которого хотелось завернуть в полотенце и погладить, поэтому Тэ, все еще не выпуская его из рук, двинулся к берегу. Он вынес макнэ из моря и присел на песок, заворачивая, как куколку. — Вот, теперь наш малыш будет сухой, — приговаривал он, протирая чонгуковы волосы. — Будешь звать меня малышом, укушу, — очень серьезно предупредил Чон, гордо глядя Тэхену в глаза. — Хорошо, малыш, — ответил, тот, и незамедлительно ощутил, как острые зубы впиваются ему в шею. Тэхен взвизгнул и схватился за травмированное место. Он явно не ожидал такого внезапного нападения, поэтому, теперь растерянно потирал красное пятно с явными следами зубов. Чонгук довольно заулыбался, чувствуя себя отмщенным, но потом все-таки сжалился над хеном, и, видимо думая, что так будет гораздо лучше, хорошенько облизал место укуса. Тэхен устало вздохнул, поставив в уме галочку, чтобы отомстить наглому макнэ, когда он потеряет бдительность. Ребята как следует покушали, нахваливая стряпню чонгуковой мамы и двинулись дальше по берегу, постоянно останавливаясь, чтобы сделать фото или видео. Пока Тэхен снимал что-то на телефон, Чонгук исподтишка фотографировал его для своей коллекции. Он всегда восхищался утонченной красотой своего хена, его длинными пальцами, милой улыбкой, совершенными чертами лица. По мнению Гука, Тэхен был похож на аристократа, даже если на него натянуть мешок из-под картошки. Поэтому он тайно собирал его снимки в толстый альбом, который бережно хранил в недрах своего шкафа и пересматривал, пока никто не видел.

***

К сожалению, все хорошее имеет свойство очень быстро заканчиваться, вот и этот день пролетел почти незаметно, и настало время идти домой. Матушка позвонила, сказав, что вся семья ждет ребят к ужину, и они двинулись обратно. После трех часов оживленных разговоров за трапезой, Тэхен наспех помылся и упал на кровать. Несмотря на то, что по сравнению с его «звездными» буднями, этот день прошел спокойно, он все равно чувствовал себя немного уставшим. Наверное, всему виной накопившийся каждодневный стресс. Тем не менее, он не хотел засыпать без Чонгука, который все еще разговаривал с отцом в соседней комнате, поэтому он обнял его детскую подушечку и стал ждать. Благо, одиночество продлилось недолго, и уже через пятнадцать минут в комнату вошел Гук и плюхнулся рядом, прикрыв глаза. Тэхен вдруг вспомнил, что хотел отомстить макнэ за укус, который до сих пор побаливал, и, убедившись, что тот ничего не видит, стал медленно приближаться. Как индеец, выслеживающий свою добычу, Тэ кинулся на ничего не подозревающего парня и впился ему в район ключицы. — Ай, — вскрикнул тот, резко открывая глаза, — Ты чего, хен? — Ты соленый, — в свою очередь констатировал Тэхен, — Это моя сладкая месть за сегодня. — Ну конечно соленый, я же родился в Пусане, — сказал Чонгук, заламывая тэхеновы руки над головой и наваливаясь на него всем телом, — Если хотел поцелуй, так бы и сказал, я не жадный, — томно прошептал он. — Не… — но парень не успел договорить, так как Чон уже впечатался в него губами и творил какие-то немыслимые вещи своим шаловливым языком. Тэхен на всякий случай попытался вырваться, но эти попытки как и всегда были подавлены, лишь запястья заныли еще сильнее, от железной чонгуковой хватки. Тогда он решил, что сразит «противника» с помощью неожиданного маневра, поэтому резко оттолкнулся от матраса и перевернулся, оказавшись сверху Гука. Тот растерялся на долю секунды, и отпустил тэхеновы руки, а ему того и надо было. — Ты хотел поиграть, — угрожающе сказал он, — Отлично, раздевайся! — и рывком содрал с Чонгука майку.