отрывочное

      лицо Намо не выражает ничего.       но Феанор может поклясться, что та искра, что он видит в его глазах, ловит будто бы боковым зрением, кажется, даже просто чувствует кожей — презрение.       даже владыка Мандоса его презирает. прекрасно.       это ли то, как ты хотел остаться в вечности, а, величайший из нолдор?       — едва ли у тебя хотя бы когда-то появится шанс отсюда выбраться.       но голос его — спокойный. ни единой лишней эмоции, ни капли сопереживания или, напротив, раздражения, ничего. просто констатация факта, с которой, хочешь или нет, придётся смириться.       Феанор сжимает ладони в кулаки.       он не знает, что ему делать.       гордыня внутри разъедает. хочется вот сейчас же развернуться, взмахнув полами одеяния, вылететь из зала, уйти как можно дальше, туда, где на него не будут осуждающе смотреть, и забыть. остаться самим собой.       но.       «я с ними даже не попрощался».       — что-то ещё, Феанаро?       кажется ли, нет, но Намо приподнимает бровь. выжидающе. давай, так и говорит всем своим видом, что ещё глупое и бессмысленное ты хочешь узнать, моё время многого стоит.       экая странная штука, конечно…       «при жизни я никогда так не сомневался».       интересно, Намо смотрит так внимательно потому, что уже давным-давно залез Феанору в голову и просто наблюдает за его метаниями?..       — нет, ничего.       это стоит усилия. Намо хмыкает.       или так только кажется.       как же с ним сложно.       — хорошо.       Феанор кивает. безропотно, послушно, ломая себя пополам. кивает — и смотрит в пол, пережидая бурю неприязни к самому себе.       шуршание одежд Намо прямо рядом. разве телесная форма валар так может..?       задержать дыхание. возможно, он сейчас что-то скажет, возможно, это как-то поможет, возможно…       — неси ответственность за свои поступки, Феанаро.       резкий выдох.       когда Феанор понимает, что он один в зале, он закрывает руками лицо и мелко дрожит.