Primera opcion

Ты проводишь всю ночь в одиночестве и немного волнуешься, когда слышишь, как Джеймс ходит по дому, но твоя гордость сдерживает тебя от желания найти его. Ты знаешь, что ты была немного строга к нему, но он тоже не имел права указывать тебе, что делать или какие наркотики не принимать. Ты взрослая женщина и ты можешь делать все, что пожелаешь. Правда в том, что ты ведешь себя как бунтарка, даже если не признаешь этого. Совмести немного халатности и проблем с отцом, и ты получишь такую же женщину, как и ты сама. Тратишь свою молодость на бесконечные вечеринки и опасные увлечения. Ты жаждешь, чтобы кто-то позаботился о тебе, и сейчас, когда это именно то, что делает Джеймс, ты не можешь этого вынести. Ты решаешь, что лучше для вас обоих побыть в одиночестве, поэтому ты пытаешься поспать. Завтра будет другой день.

***

Джеймс думает так же, но он не может спать, слишком беспокоится о твоем благополучии. Он не может думать о том, что тебе больно, потому что его сердце начинает болеть, и он чувствует себя еще хуже, зная, что ты причиняешь себе боль сама. Может быть, Джеймс не имел права рыться в твоих вещах, но когда он позвонил твоей матери, она настояла на том, чтобы Вальдес позаботился о тебе, но работа, которую ему поручили, оказалась немного труднее, тем более когда ты ведешь себя как какое-то отродье. Когда часы показывают шесть, Джеймс встает с кровати. Какой смысл оставаться в постели, если не можешь спать? Джеймс занимает себя уборкой и приготовлением завтрака для вас двоих, так как вчера вечером вы не ужинали. В то время как Джеймс поджаривает хлеб, он слышит душ наверху, и это незадолго до того, как ты входишь на кухню с нейтральным выражением лица. Джеймс не может прочитать тебя, и он ненавидит это. — Привет, — ты первая, кто начинает разговор. Ты думала об этом, пока принимала душ. Ты не любишь это слово, но ты знаешь, что вела себя как отродье. — Мы можем поговорить? — он кивает и предлагает тебе присесть. Ты замечаешь, что на твоей стороне стола есть тарелка, и слегка улыбаешься. Он просто так не откажется от тебя. — Так, — начинаешь ты через некоторое время, — я приготовила речь, но я не могу ничего вспомнить из нее… Я просто… Прости меня, Джеймс. Я не хотела быть такой стервой по отношению к тебе. Я… Мне страшно. И ты знаешь, как плохо я себя веду, когда мне говорят, что делать, — ты заканчиваешь шуткой и улыбкой, но улыбка не достигает твоих глаз. Ты точно можешь сказать, что Джеймс удивлен. Он не ожидал от тебя извинений, но вскоре он тоже улыбается и садится, взяв твою руку в успокаивающем жесте. — И ты меня прости. Несмотря на все то, что ты думаешь, я действительно забочусь о тебе, Т/И. Я не хочу, чтобы что-то плохое случилось с тобой… — признание ранит, и ты убираешь свою руку, но сразу же жалеешь, как только теряешь контакт с ним. — Что произошло с нами? — Ты ушел, Джеймс, — ты снова жалеешь, обвиняя его, потому что ты виновна точно так же, как и он. — Но это не значит, что я… — он остановил себя до того, как успел сказать это. Это не значит, что я перестал любить тебя. Он не знает, любовь ли это. Может да, а может нет. — Слушай, я сожалею о том, что случилось вчера, — начинает он снова, надеясь, что ты не обратила особого внимания на то, что он сказал ранее. — Ты теперь женщина; ты можешь принимать решения самостоятельно. Но ты знаешь, что кокс делает с людьми. Ты сама это видела. Я не хочу найти тебя с передозом. Ты хочешь сказать ему, что ты не похожа на тех наркоманов, которым нужно пять граммов в день, что ты можешь остановиться, когда захочешь, но это только сделает тебя еще большим наркоманом в его глазах. — Я не говорю тебе, что перестану принимать. Потому что это так не работает, — наконец говоришь ты после нескольких минут тишины. Он вздыхает. — Да, я знаю. Это не то, что я прошу тебя сделать. Просто… пойди мне навстречу. Представь, что мы снова друзья. Я говорил тебе, что я всегда буду рядом, и я собираюсь сдержать обещание. Когда Джеймс говорит притвориться, что вы друзья, ты чувствуешь укол в груди. Если бы не ты, тебе бы не пришлось этого делать. — Спасибо, — честно говоришь ты и снова берешь его руку в свою, чувствуя себя немного лучше после разговора с ним. Он ласково проводит большим пальцем длинные штрихи по тыльной стороне твоей ладони, но внезапно вы чувствуете себя не комфортно; момент становится интимным. — Съешь что-нибудь, — говорит он, вставая из-за стола и подавая тебе завтрак. Вы решаете, что не будете говорить о напряженности между вами, по крайней мере, в ближайшее время.

***

Впервые за много лет ты чувствуешь себя комфортно рядом с Джеймсом. Будто ничего вовсе и не случалось. Но затем кое-что происходит. Джеймс слышит что-то. Правда в том, что ты не слышишь ни единого постороннего звука, но он все равно отправляет тебя наверх. — Если что-то случится… просто спусти курок, — он вкладывает в твою руку пистолет и немного сжимает ее. — Я скоро вернусь. Что-то говорит тебе, что Джеймс не вернется, но ты все еще не знаешь, в чем дело, поэтому стараешься не беспокоиться. Однако, когда ты добираешься до своей комнаты, ты, наконец, видишь это. Трое мужчин снаружи, и у них оружие будет побольше твоего. Твое сердце начинает биться чаще, когда ты слышишь выстрелы. Они внутри. Ты знаешь это. Единственное, о чем ты сейчас думаешь, это Джеймс. А что если его ранят? Что делать, если он уже мертв? Ты не можешь оставаться вот так, ждать, пока они придут за тобой и заберут. Это странно, думаешь ты, как за такое короткое время они нашли тебя. Как это случилось? Кто сказал им, что ты здесь? И что они сделают с тобой? Другой выстрел. Ты принимаешь решение. Ты не можешь оставить Джеймса одного. Затем ты слышишь его крик и бежишь вниз. То, что ты видишь, шокирует тебя. Два трупа возле двери и Джеймс, пытающийся отбиться от человека, которого ты не узнаешь. Никто из них тебя не видит, и ты целишься в незнакомца, сомневаясь, что стрелять в него — правильное решение. Но когда ты видишь, что Джеймс явно проигрывает ему, ты стреляешь. Твой выстрел не идеален, и пуля попадает в плечо, но это дает твоему другу время взять в руки его собственный пистолет и прикончить врага. Джеймс не хочет рассказывать тебе новости, которые узнал. Он точно знает, кто предатель. Однако у него нет времени, чтобы сказать тебе вообще что-либо, так как ты прыгаешь на него, целуя его изо всех сил. — Я думала, что потеряю тебя, — ты пытаешься оправдать свои действия, но Джеймс вовсе не возражает, потому что он продолжает то, что ты прервала, улыбаясь тебе. — Я всегда буду рядом, рядом с тобой.