Репетиция

Songfic: Автоматические удовлетворители — Соловей (верс. 1995)

"Белья не носил, но хуй мыл регулярно" (С) Евгений "Титя" Титов о Свине

Один раз вечером все трое, Свин, Титя и Ослик, были дома у Свина и играли в его комнате. Но они не репетировали, а просто импровизировали, скорее намечали какие-то песни и мотивы. Концертов пока нет. Можно сочинять новое. Можно тренировать старое. Можно просто пить. Мама уехала по делам, так что Андрей сам изловил живого соловья и из него сварил друзьям обед. Вдруг выключился свет. Свин, как ответственный мальчик, пошёл к соседям, и оказалось, что света нет во всём доме. То есть они сами не могли что-то сделать. — Ну чего, по пещерам? свет, может, только завтра дадут. Не судьба нам сегодня. — А мы при свечах, с буржуйской романтикой. — А усилитель? Без усилителя херня. — Тоже верно… ну хоть так посидим, а то домой западло. Тить, ты как? К себе?

***

Титов тоже захотел остаться и решили они оба правильно. Ленинградская интеллигенция сидела и лежала на свинском лежбище и на полу полуголые, друг друга с трудом видя. Уличный фонарь работал. Андрей видел, что Ослик в одних джинсах то сядет на пол, то в задумчивости ходит по комнате. Титя в чёрной майке и в трусах лежал на постели, в бледном свету, а Свин в тельнике и без трусов сидел рядом, подобрав ноги. Уже без халата. Он хотел сделать это с кем-то из друзей, оба его привлекали, и Свинья стал сначала заламывать Ослика в шутку – прыгал на спину, кричал «Дельтаплаааан!», а тот не давался, отбрыкивался. Свин понял: Дима догадался, к чему эти игры, но не хотел подчиняться ему. А Титя сидел и никого не трогал, смеялся над ними, Андрей смотрел на него, худого-худого, в чёрной майке и с острыми тёмными волосами, и тут понял, что хочет, и сейчас нужно взять именно Женьку, потому что давно хотел и Женька тоже хотел белья не носишь но хуй моешь регулярно я вижу закройте по-быстрому рот ты нахал и я нахал. А Ослик потом и вовсе решил уйти к себе, он понял, что Свин выходит на охоту. Во мраке он надел футболку задом наперёд, обулся с фонариком и ушёл к себе. Свинья вернулся. Титя ждал его - встал и подошёл к окну, в слабом свете фонаря щекотал струны гитары. Как поётся? Весны пока ещё нет, но есть большой минет.

***

ты нахал и i'm нахал Андрей посмотрел так — без света видно стало — и Женька давно хотел и не скрывал, что хотел но раньше почему-то не было, а теперь руки простираю в темноте. Резко схватил за бедра прижал к себе и стал горячо и грубо целовать, рук у него не две, а четыре или шесть, может, он и за бедра Женьку держит и за волосы, и рёбра ему сжал, спустил трусы и трётся членом о его член, почему раньше так не было это же очевидно. Андрей задрал свой тельник и майку Тити, прижался ещё сильнее, у Жени рёбрышки, у Свина тёплый представительный животик. Свин очень сильно тискал друга, долго, до боли даже, тёр его член, а свой не трогал, хотел сильно-сильно накалиться, тогда он быстрее кончит и ярче . Темно и ничего не видно и Титя только чувствует Андрей горячий и член у него большой и дышит жарко. Свин был горячий и сильный, он заставил Титю просто упасть на спину, сам сел на него, прижал к полу, сам стал себя удовлетворять тоже быстро и сильно, Женя помогал ему руками, Андрей стонал оттого, что никак не мог кончить, от рук друга он возбуждался ещё сильнее, наконец он с облегчением кончил прямо на Женю, на его живот и грудь. Свинья повалился на Титю и лежал, не двигаясь. Очень тяжело. Темно, еле видно, как белеет кожа Андрея, полоски на его тельнике. Их члены, уже неэрегированные, снова прижимались. Жарко и тяжело. Скоро Свин слез с Жени - лежать на острых рёбрышках больно. Сел рядом, Титя положил голову ему на колени. Темно и почти ничего не видно. Было так хорошо и будет ещё лучше зря Ослик ушёл.

***

Титя целовал его в прикушенные губы, сам уже забрался верхом — роскошный Свин, В животе щекочет. Женька худой, прохладный, вваленные щеки — Андрей гладил его лицо, играл с волосами — то прядь в жгутик закрутит, то уберет все ото лба, то закроет глаза друга его же волосами. — Чего ж ты раньше так не..? — Раньше свет мешал. Свин свесил голову с кровати, Титя целовал его лицо, закрытые глаза. Свет дали. Зря ослик ушел. Почему? Да поиграли бы... Вокал и бас — как тут играть? Хотя не поэтому зря, конечно. Завтра Свин сам позвонил ослику. Свин лучше бы полежал под высоким напряжением в халате и почитал книги, но репетировать надо. — В четверг в семь, давай? — Да, мне Титя сказал...я приеду в шесть.