Мистер Чон

Будильник. Наверное, его история должна была начаться с этого самого идиотского человеческого изобретения. Но роптать Чимина не учили. Проще встать пораньше и лениво раскачаться перед новым днём, чем как угорелому носиться по дому и собираться за пять минут до непосредственного начала пар, как делали некоторые небезызвестные личности. Первое, что (кого) увидел Чимин, едва выйдя из комнаты, был его лучший друг, неутомимый Ким Тэхен, лежащий вниз головой на диване и уткнувшийся в книгу. Серая обложка уже настолько осточертела, что Чимин зарекся никогда в жизни не надевать этот цвет никуда ни под каким предлогом. - Тэ, ты опять не спал всю ночь? - Ответ был налицо, точнее, на лице, помятом и лихорадочно сверкающем красными глазами, - Ты весь день будешь никакой. - Отстань, - отмахнулся Тэхён, не отрываясь от любимых глав. Наверное он уже мог их наизусть рассказать, столько раз перечитывал. - Ты студент факультета биотехнологий, лучший на курсе, практически гений, - Чимин не сдержал тяжелого вздоха, - И «50 оттенков серого»? Это книга для тупых домохозяек, которым не хватает острых ощущений! Тэхен ожидаемо оторвался от книги и состроил самое скептическое лицо, на какое был способен, - он все ещё болезненно воспринимал критику его стремноватых литературных предпочтений. Чимин знал, что упоминание домохозяек в качестве аргумента - вопиющее читерство, но эта книга... Просто, серьезно? - Чимс, ты зануда, - Ким уже отложил томик и врубил утренние новости, - Ты просто не понимаешь. - И не дай господь однажды понять. - Девственники, такие скучные, - нарочито небрежно вздохнул Тэхён (знал же, засранец, куда давить, чтоб заболело) и отправился готовить завтрак, оставив друга наедине с телевизором. Новости Чимин не любил с детства, но выбранная профессия обязывала, так что он подавил в себе желание переключить канал и вперился в экран. Скучный голос диктора вещал что-то о политике, об экономической ситуации в стране (будто со вчерашнего дня что-то изменилось), потом упомянули какой-то важный для страны, но далекий от понимания простых смертных, светский раут, а после началась рубрика об акулах бизнеса. Мозг зацепился вдруг за интересное, и Чимин прислушался. «Недавно бизнес-сообщество пошатнулось новым открытием. Амбициозный и харизматичный игрок на бирже, инвестор со стремительно набирающими оборотами бизнеса, непредсказуемый игрок, Чон Чонгук выкупил 20% акций крупнейшего конгломерата Hyundai. Перестановка сил в совете директоров компании заметно изменилась. О последствиях подобной акции можно только гадать. Это не первое крупное вложение юного бизнесмена. 27-летний предприниматель уже приобрёл весомый пакет акций другой крупной машиностроительной компании, но не дал никаких комментариев насчёт своих дальнейших планов. Что затевает этот недоступный СМИ Чон Чонгук? Как собирается распорядиться возникшей властью? Ответов на этот и многие другие вопросы наши репортеры пока не получили. Оставайтесь с нами и следите за развитием событий...». Внимание Чимина отвлекло бульканье кофеварки. Как бы не был интересен этот эксцентричный мистер Чон, кофе однозначно стоял выше в списке жизненных приоритетов. Через полчаса - после утренней растяжки и скорого завтрака - Чимин уже натягивал лоферы в прихожей и был готов выскочить за дверь, как внезапно довольная физиономия Тэхёна преградила пути отхода. - Ты выбрал тему статьи для финального задания в универе? - Беспечно поинтересовался он, но в темных глазах плясали хитринки. Не к добру. - Ну... Хмм, есть задумки, - практически правдоподобно соврал Чимин, пряча взгляд, - А что? - Остался всего месяц, ты же знаешь, что от этого зависит твой рейтинг и рекомендации при выпуске? - Если ты хочешь, чтобы я начал паниковать, то у тебя почти получилось, - тяжело сглотнул Чимин и закинул сумку с учебниками на плечо, желая быстрее сбежать от неприятного допроса, - Буду поздно, после практики ещё потусуюсь в библиотеке. - Не забывай отдыхать. - Да, мам. День в Сеульском университете протекал, ну... рутинно. Зануды-преподаватели соревновались в количестве усыплённых во время лекций студентов, а сами учащиеся шумно обсуждали эффективность их методов после занятий; столовая все также являла собой сердце кампуса - там никогда не пустовали ни столики, ни тарелки, ни углы, где многочисленные парочки... ну, обжимались и ворковали без устали, не обращая на остальную толпу никакого внимания. Чимин на этом празднике жизни ощущал себя белой вороной. Журналистский факультет, оплот богемы и толерантных нравов, настраивал на игривый лад даже самых стойких, но только не его. Чимину искренне нравились лекции и он конспектировал их с дотошной тщательностью. Приносил из дома нормальную, здоровую пищу, потому что та, что создавалась в кулуарах универских столовых, рисковала остаться на его боках навечно. Во время перерывов он готовился к семинарам, а если семинаров не наблюдалось - повторял лекции. У него не было друзей на факультете, да что там, он и с одногруппниками-то особо не общался. Не тусил в компаниях, не обнимался и не целовался в десна с какой-нибудь симпатичной девчонкой. Развязная студенческая жизнь обтекала его надежный кокон, свитый из застенчивости и скромности, и даже когда к нему в лоб обращалась очередная одногруппница, купившаяся на дежурное дружелюбие, Чимин тупо сбегал. Обходился как-то без флирта семнадцать лет жизни, так нечего и начинать. Единственными его близкими друзьями оставались Тэхен, который был диким за себя и за Чимина, и глупостей творил на двоих, и Хосок - любимый преподаватель на танцевальном факультативе. Это хобби всегда помогало Чимину снять стресс и выплеснуть свои внутренние, скрытые эмоции. Желание быть в центре внимания, быть любимым, быть не тем умником в очках с толстой оправой, к которому все привыкли обращаться как к единственному, кто записывает лекции и делает домашку, а кем-то другим. Не собой. Дженни, главная красавица их факультета, наигранно робко стояла перед ним, и, кажется, намеревалась устроить своими длиннющими ресницами микро-торнадо. - Чимина-а-а, - слащавым голосом протянула девушка и от этого звука аж передернуло, - А ты записывал лекцию профессора Сынхо? Он так быстро диктует, я за ним не успеваю. Конечно, она не успевала. Как можно вообще конспектировать лекцию не имея при себе ни ручки, ни блокнота? - Да, к-конечно. Вот, держи, - количество сказанных слов на сегодня привесило все допустимые значения. Чимин мысленно похвалил себя. Протянутую тетрадку выхватили из рук с излишним энтузиазмом, но Дженни почему-то не спешила уходить. Она несмело улыбнулась. - Наверное, твой выпускной проект сразит всех наповал, - сказала она наконец - Мы все ждём твоей презентации! Знаешь, я больше чем уверена, что моя статья по сравнению с твоей будет просто глупой пародией на интервью. У Чимина нервно дернулся глаз. Видимо, этот день все же пройдёт под девизом «Доведи ближнего своего до ручки», а иначе зачем каждый встречный норовил напомнить ему о его не начатом даже проекте? - А ты кого выбрала? - Поспешил он перевести тему в безопасное русло. - Ой, у моей мамы есть знакомая, - защебетала девушка, - А у неё ещё знакомая... В общем, мне утвердили на первой стадии встречу с прокурором Сеула... Правда, не знаю потяну ли я... Спрятав подальше зеленую мерзкую зависть, Чимин улыбнулся. - Вау, думаю, ты сможешь! Это же так интересно! Это серьёзная заявка на лучшую статью. Ты сможешь столько всего у него узнать! - Нет, Пак совсем не завидовал, нет-нет. - Я постараюсь, но куда мне до тебя. Чимин кивнул и, вежливо попрощавшись, натурально слинял, оправдываясь тем что у него последняя пара (правда) и ещё куча дел (ложь). Все эти разговоры уже не вызывали никаких чувств, кроме раздражения и ощущения собственной никчемности. Какой он журналист, если не мог даже второсортную знаменитость для студенческого интервью подыскать? Можно было, конечно, попробовать снова связаться с представительством ЮНИСЕФ в Корее или докопаться до кого-нибудь в сеульском офисе Greenpeace, но ещё неделю назад его мягко послали играть в куличики в песочнице. Затея была провальной с самого начала. Без как-либо знаменитых родственников, пусть даже в третьем колене, без внушительного портфолио, без рекомендаций от крупных СМИ, путь в кабинет любого влиятельного и интересного человека был ему заказан. А потом работодатели хором требуют от них, вчерашних студентов, и публикаций, и опыта, и уверенности и ещё каких-то заоблачных возможностей. Это расстраивало и разочаровывало одновременно. И угнетало. Даже в танцевальном классе Хосока Чимин не смог расслабиться и вынырнуть из самобичевания, за что и получил смачный шлёпок под зад. Дружеский и несильный, но обидный до жути, хоть плачь. Так хорошо начавшийся день по итогам скатился в дерьмо. Стрелки часов всего-то показывали без пяти семь вечера - детское время, а Чимину уже хотелось запереться в своей комнате и погрустить под одеялом. Может даже с запретным для привыкшего к диетам организма пончиком в прикуску. Однако стоило Чимину щелкнуть ключом в замке своего жилища, как прыгающий чуть ли не до потолка Тэхен налетел на него со всей дури и радостно затараторил. - Чимс, Чиминни, супербро! Я гребаный герой! Я спас Вселенную! - Не сомневаюсь, - пробормотал Чимин, скидывая ботинки и заталкивая ноги в мягкие тапочки. Кажется, вечер самокритики откладывался на неопределенный срок. - Ох, Чимин, дурашка, ты не понял! - Я вообще редко тебя понимаю, - отмахнулся он от друга и прошёл в комнату. Открывшаяся взору свалка сбила градус настроения до нуля. Кажется, этим огромным пестрым пятном была одежда. Их одежда - почему-то в свалке вещей оказалась и добрая половина гардероба Чимина, и даже чужое шмотье, потому что рубашки цвета фуксии, живописно свисавшей с подоконника, в этой квартире отродясь не было. Класс. Чимин разрывался между необходимостью сразу же начать уборку и желанием разузнать, кто же притащил к ним эту пошлую тряпку в его отсутсвие. - У тебя был творческий порыв или что? - Поинтерсовался он у Тэхена, указывая на беспорядок. - О, ты даже не представляешь, - вытягивая гласные отозвался человек-хаос и, подобравшись ближе, приобнял Чимина за плечо, - Я выбрал, в чем ты пойдёшь на интервью века! Потребовалось несколько секунд, чтобы сложить один и один. А потом в мозгу стало пусто как в барабане. Пока Чимин рыбкой глотал воздух от такой внезапной информации, Ким схватил с пола чёрную шелковую рубашку и свои зауженные брюки от Gucci и замахал ими перед лицом Чимина как какими-то флагами. - Надевай! - скомандовал он, все ещё по-хитрому улыбаясь. - Помнишь, что мы решили насчёт твоих сомнительных авантюр? - Чимин все ещё не был уверен, что происходящее - не игра его возбужденного воображения, но одежду принял, - Не знаю, готов ли я сейчас к каким-то подвигам. - Поверь, ты готов и ты хочешь этого, и если я скажу, у кого ты возьмёшь интервью и через что мне пришлось пройти ради тебя сегодня, ты грохнешься в обморок! - Сомневаюсь... - Чон Чонгук! - Заорал Тэхен ему в самое ухо и пустился в пляс по комнате. Чимин только и успел, что поймать собственную челюсть и не дать ей упасть на пол. Нет, это точно-точно был сон - такой сюр определённо не мог случиться в его жизни. Сомневаться в словах друга, конечно, было глупо - тот попросту не умел врать, но интервью с самым замкнутым, странным и непредсказуемым бизнесменом года? Чимин что, в прошлой жизни Корею спас? - Ты уверен, что мы говорим об одном и том же Чон Чонгуке? - Ему срочно надо понять, благодарить друга или расстраиваться. - 27 лет, не женат, дерзкий и холодный, ебёт все бизнес-сообщества внезапными решениями? И тут Чимин не выдержал - он закричал что есть мочи и принялся нарезать круги вслед за Тэхеном, потому что, в самом деле, эмоции били через край. Господи, неужели его лучший друг, который обычно крайне бесполезный в серьезных делах («Ким, без обид, но по жизни ты хлебушек») только что предложил Чимину лучшее решение его проблемы с проектом? - Когда? Тэ, когда? Как? Что и где? - Мыслей вдруг стало так много, они заполонили голову и, черт, как же классно было ощущать эту бурную мозговую активность. - В девять вечера сегодня, - Тэхен враз подобрался и стал донельзя серьезным, - У тебя полтора часа. Ехать близко, конечно, но все равно шевели булками. Уже ровно в восемь сорок пять Чимин стоял в холле компании Чон Энтерпрайзес, чувствуя себя посреди абсолютно белого и лаконичного интерьера без единой лишней детали, как в кабинете у врача. Неуютно, одним словом. Вокруг туда-сюда сновали работники, красивые и стильные девушки в платьях-футлярах разных цветов. И все как одна - модели. От такого блистательного окружения Чимин сильнее обычного ощутил гнёт собственных комплексов. Сразу показалось, что все обязательно смотрят на него и видят каждый недостаток: в лице, в фигуре, даже в дорогой тэхеновой одежде. Он даже успел пожалеть, что не остался дома и не выбрал себе для проекта какого-нибудь реликтового профессора с кафедры. Все спокойнее было бы. Ожидание растягивалось и Чимин нервно теребил свой блокнот, в котором ещё в такси наметал штук десять подходящих вопросов. Вряд ли они могли претендовать на гениальность, но даже самый прошаренный журналист не смог бы найти и сгенерировать ничего лучше за такое короткое время. Этим, по крайней мере, можно было себя утешить. Но не настолько, чтобы нервозная тошнота не подкатывала к горлу. Чем дольше на Чимина не обращали внимания, тем сильнее ему хотелось плюнуть на все и сбежать. - Простите, но вы кого-то ждёте? - одна из «моделей» наконец обратилась к нему, как показалось, оценивающе разглядывая. - Я... Я..., - начал заикаться Чимин, но все же собрался, - Я к мистеру Чону. Мы договорились об интервью. Девушка удивленно выгнула бровь, но подошла к телефону у стойки и набрала кого-то. А вернулась гораздо более приветливой. - Пройдемте за мной, вас ожидают. Пока они шли по коридорам, минуя офисные закутки, с Чимина семь потов сошло, а когда девушка остановилась перед массивными чёрным дверям с серебристым еле заметным рисунком в виде витиеватых линий, нервозность вдруг отступила, а на ее место пришло ребяческое веселье. Будто вид этих дверей что-то внутри сломал. Усмехаясь под нос Чимин незаметно пометил в блокноте: «мистер Чон - показушник». - Проходите, - девушка вежливо приоткрыла дверь и поспешила уйти. По крайней мере цокот ее шпилек слишком прибавил в скорости. Или Чимину показалось. Сделав поглубже вдох, Чимин вошёл внутрь. Большое помещение тонуло в полумраке. Диоды на потолке, казалось, имели только одну функцию - придавать кабинету таинственности. Сквозь огромные панорамные окна мерцал огнями центр города, почти сливаясь с безоблачным звездным небом. От вида дух захватывало. Так высоко Чимин ещё никогда не был. Да он даже на самолете никогда не летал, а так хотелось... - Ваш друг так старался выбить вам это интервью, а готовы потратить десять минут на молчание? - Раздалось из другого конца кабинета, - Какая напрасная трата времени. От неожиданности Чимин вздрогнул и, резко развернувшись на голос, конечно же, потерял равновесие. Вполне в его духе. Грациозно и эффектно разрушить весь свой серьезный образ? Да, пожалуйста, с легкостью. Удачно скоординировавшись, Пак приземлился на колени (хотя бы не плашмя) и от смущения ещё больше пригнул голову, лишь бы не было видно тут же заалевших щёк. Какой же он жалкий. Но чего Чимин точно не ожидал, так это поспешных шагов, и вот он упирается взглядом в носки чужих ботинок. Чтобы уж совсем не падать ниже собственного достоинства (лучше бы он до первого этажа летел, подальше от позора), Чимин все же решил, что будет лучше подняться и поднял голову. Чужая широкая ладонь участливо тянулась к нему, но взгляд чёрных глаз пригвоздил к месту. - И это гроза мира журналистики, бесстрашный и гениальный, лучший и самый перспективный Пак Чимин? - С доброй усмешкой (насколько она могла быть такой, ведь улыбались одни губы) обратился к нему мужчина, - Вы собираетесь подниматься? Интервью удобнее проводить сидя в кресле. Повелительный тон возымел своё действие, и Чимин все же встал, медленно поднимая взгляд. Длинные ноги, красивые запястья рук, широкие плечи, родинка на шее, тонкие поджатые губы и холодные, цепкие глаза, распинающие душу. Стало зябко, будто в комнату ворвался сквозняк, и Чимин ощутил, как предплечья покрываются гусиной кожей. Чон Чонгук (а кто же это еще мог быть, в самом деле) своей аурой пугал и немного притягивал. Правы были все эти репортеры, наперебой рассказывающие про одиозную харизму, убийственную властность, загадочность, и применяя ещё кучу метафор и сравнений. Теперь Чимин их понимал - ощутить чужую энергетику собственной кожей оказалось куда более экстремально, чем он мог себе представить. Но и приятно и любопытно - тоже. Неловкое начало их встречи могло все испортить, но Чимин не намерен был упускать подвернувшуюся удачу. Пусть даже от чужого присутствия сердце билось как ненормальное. - Пак Чимин, рад встрече с вами, - Быстро вернув себе профессиональный вид, он протянул руку в приветствии. - Чон Чонгук.