In my mind

В Италии жарко, невыносимо жарко, что даже открытое настежь окно не спасает от духоты. Холодный душ помогает ненадолго и Мукуро ложится в постель прямо так, не вытеревшись и не высушив голову. В комнате полумрак, из динамиков музыкального центра льётся голос полный отчаяния, боли и грусти, а мелодия будто создана, чтобы бальзамом растекаться по разбитому сердцу. Кажется солист поёт о несбывшихся мечтах, о потерянной любви или о чем-то столь же грустном. Суть давно растворилась в тягучих нотах. В мыслях Мукуро только один человек, которому он мог бы посвятить все песни этого плейлиста — высокий блондин, что заливается смехом так же ярко, как светит солнце в полдень. Мукуро никогда не был близок с Дино настолько, чтобы ощутить мурашки от случайных прикосновений, чтобы запах одеколона мог остаться на одежде, чтобы чувства могли быть замечены. Это вызывает щемящее чувство в груди. Будто… он не знал с чем это можно сравнить. Он ещё никогда такого не чувствовал. И из-за всего этого Мукуро снова и снова представлял, что босс Каваллоне принадлежит ему одному. В его мыслях неуклюжий блондин уже давно испытывал ответные чувства, но не мог их проявить из-за большой разницы в возрасте, из-за мафии и из-за много чего ещё. Это все становилось неважно, когда фантазии начинали оживать. Иногда, чаще всего в выходные, Дино приходил к нему. Это обязательно бывали такие же душные вечера или ночи, как сегодня, и Мукуро лежал на разобранной постели абсолютно голый, точно так же, как сейчас. Дино старался быть бесшумным, незаметным. Но у него это никогда не получалось (Мукуро всегда делает вид, что не подозревает о наличии зрителя). Он стоял в дверях, наблюдая как тонкие пальцы скользят по полувозбуждённому органу, как с приоткрытых губ срывается тяжелое дыхание. В эти моменты Дино всегда гадал о чем думает его возлюбленный, может даже немного ревновал к воображаемому себе. Вторая рука проходит по соскам, дразня, но не лаская. Дино всегда бы так делал и Рокудо очень хочет делать все так же, как он. Чтобы он, наблюдая там со своего места, мог видеть как важно все, что происходит между ними. Мукуро расставляет ноги шире, чтобы ни одна сцена представления не ускользнула от цепких глаз зрителя. Он вводит в себя смазанные пальцы, сразу два, что доставляет ощутимый дискомфорт. Дино это не нравится. Он бы был с ним нежен. Довёл бы до исступления поглаживаниями, легкими движениями, наполненными любовью и заботой. Боль колет изнутри словно заряд тока. Мукуро списывает это на резкие действия и продолжает. Образы рассеиваются всего на секунду, но в следующее мгновение чужие губы накрывают его. Поцелуй получается немного резким, смазанным. Его Дино, тот который точно-точно его, кладёт свою руку поверх руки Мукуро, останавливая, не давая больше причинять вреда. И тот слушается. Он чувствует в себе чужие пальцы, когда полностью сосредотачивается на ощущениях внизу. Стоит приложить всего чуточку усилий. Лёгкий трепет зарождается в груди и пускает табун мурашек по рукам. Пальцы Дино надавливают и поглаживают в идеально правильных местах, заставляя Мукуро давиться стонами и быстрее надрачивает член. И все же руки слишком мало. Пальцы приходится заменить чем-то большим. «Подделкой» — шепчет тихий голос внутри. Из-за резких движений не получается вставить игрушку с первого раза, она, словно чтобы специально подразнить, проезжается между ягодиц. (Мукуро представляет как Дино специально делает это, играясь с ним). Когда, наконец, удаётся вставить в себя заранее нагретый смазанный фаллос, то фантазия продолжается захватывает власть над реальностью. Тихий стон срывается с губ Дино, когда он вставляет головку в узкую, девственную дырочку. Мыслей в голове не остаётся и это определенно ещё один плюс секса. Дино входит медленно, давая привыкнуть к размерам и стенки дырочки туго обхватывают его. Слишком хорошо, чтобы долго сдерживаться. Только он не был бы собой, если бы позволил эмоциям захватить верх. Входит медленно, до упора, давая полностью прочувствовать размеры, привыкнуть. Всего несколько мгновений и Дино начинает двигаться. Сначала плавно, разрабатывая, все наращивая амплитуду. Игрушка скользит внутри резко, быстро, доставляя удовольствие граничащее с болью и Мукуро всеми силами пытается убедить себя, что стонет не он, что не он двигает резиновый член. Почти получается и он даже почти чувствует короткий поцелуй перед самой кульминацией. Яркая вспышка, сильный спазм, и стон откуда-то издалека. Почти поверил, что стонал Дино.

***

Хуже всего сразу после оргазма. Когда рядом валяется испачканный искусственный член, в комнате неприятно тихо, а полумрак превращается в гнетущую темноту. В такие моменты отвращение неприятным комом оседает в горле. Светлый образ запятнан и будто стал ещё дальше. В мыслях Мукуро Дино по-доброму улыбается и улыбка сияет с такой теплотой, что в ней хочется раствориться. Мукуро бы отдал все, что у него есть, лишь бы быть к этому свету чуточку ближе. Потому что ночью в однушке на окраине города ужасно холодно и одиноко.