Вся моя любовь

      Кастиэль припарковался ниже по улице, чтобы не привлекать лишнего внимания. Двигатель стих, улица погрузилась в полную тишину прохладной осенней ночи. Где-то вдалеке в единственном доме все еще горел свет. Кастиэль покосился на часы на запястье и задумчиво постучал пальцами по рулю. Ему совершенно не нужно было, чтобы кто-нибудь его заметил. Но неспящий дом был и вправду далеко, так что Кастиэль выдохнул и решительно выбрался из машины, аккуратно захлопнув дверь.       Он сунул свободную руку в карман бежевого плаща, во второй сжимая небольшую черную сумку, и пошел вперед, воровато оглядываясь по сторонам. Ночной ветер теребил полы плаща, и Кастиэль зябко повел плечами, зашагал еще быстрее.       Он остановился напротив полуразрушенного двухэтажного дома, окруженного пустыми участками с обеих сторон. Крыша у дома давно провалилась, некогда белые стены даже после многих лет сохранили остатки копоти. Окна ощетинивались разбитыми стеклами, крыльцо давно прогнило, а неугомонный ветерок теребил изорванные грязные шторы.       Кастиэль еще раз оглянулся. Улица была пустынна и тиха, поэтому он пошел по заросшей сорняком и давно потрескавшейся дорожке к дому. Он привычно переступил провалившуюся от времени вторую ступеньку и толкнул незапертую обугленную дверь. Та приветливо скрипнула и распахнулась, обдавая Кастиэля запахом затхлости и пыли. Но этот запах был роднее и желаннее всех остальных.       Кастиэль прошел по темному коридору и оказался в просторной гостиной. Вокруг были следы пожара: и копоть на сожженных обоях, и горелые остатки мебели, и пятна на потолке, и прожженные дыры в полу. Кастиэль счастливо улыбнулся и негромко сказал:       - Выходи. Я кое-что принес для тебя.       Воздух в углу гостиной сгустился, замерцал, а еще спустя несколько мгновений навстречу Кастиэлю шагнул Дин.       - Приятель, - Дин недовольно сложил руки на груди, оглядывая Кастиэля с головы до ног. – Тебя не было почти две недели. Я думал, ты бросил меня. Грубо. Даже никакой записки с сожалениями о моем разбитом сердце.       - Прости, - искренне сказал Кастиэль. – Меня не отпускали из офиса. Но я заглажу свою вину, - он поднял руку, в которой держал сумку.       - И что это? – небрежно спросил Дин, хоть Кастиэль видел, что его глаза заинтересованно сверкнули.       Кастиэль поставил сумку на пол и потянул за молнию. Он достал ноутбук и покрутил им перед Дином.       - Ночь кино, - только и сказал Кастиэль.       Дин недоверчиво моргнул, а после засветился счастливой улыбкой и потер руки.       - Хорошо, хорошо, - пробормотал он. – Извинения приняты, Кас. Ты знаешь меня как свои пять пальцев.       Дин нетерпеливо притопывал ногой в предвкушении, пока Кастиэль обустраивал место для просмотра. Кастиэль достал из спрятанного за останками дивана пакета широкий плед, который расстелил на полу, и несколько объемных подушек, поставил на пол перед импровизированным ложем загружающийся ноутбук.       - Поверить не могу, что они сняли продолжение, - ворчал Дин, пока Кас искал среди документов скачанный фильм. – В мое время такого бы не допустили.       - Первый эпизод в твои годы тоже был продолжением известной истории, - возразил Кастиэль.       - Чувак, - поморщился Дин с откровенным недовольством. – Это не продолжение. Это приквел. Все-то тебе нужно объяснять, фрик.       Кастиэль не ответил на эту подколку, только улыбнулся и откинулся на подушки, сняв плащ и закатав рукава рубашки до локтей. Дин устроился совсем рядом и настроился на недовольство, когда на экране высветилась заставка самой последней части «Звездных войн»: он поджал губы, сложил руки на груди и вызывающе поднял бровь.       Время за просмотром пролетело незаметно. Дин постоянно вставлял едкие комментарии по поводу сюжета или игры актеров, отвешивал шуточки и закатывал глаза в деланном раздражении, хоть Кастиэль и видел: Дин счастлив окунуться в мир кино после долгого перерыва. Сам Кастиэль больше наблюдал не за развитием действий на экране. Он все поглядывал на Дина, чье лицо озарялось улыбкой или привередливо хмурилось в определенные моменты.       - Останешься сегодня? – спросил Дин, когда пробежала последняя строчка титров, а экран потух.       Кастиэль покачал головой и отвел взгляд.       - Мне нужно быть завтра в офисе.       - Трудоголик, - подначил его Дин беззлобно. – Тебе бы расслабиться, знаешь. Найти себе симпатичного парня, который вытрахал бы из тебя весь этот рабочий настрой. Ох, детка, если бы я только мог, ты бы даже не подумал об офисе, поверь.       - Я верю, - улыбнулся Кастиэль с сожалением. – Знаю, что не подумал бы.       - Ну, ладно, - Дин поднялся на ноги и оперся плечом о почерневшую стену, глядя, как Кастиэль собирает вещи обратно в пакет, чтобы те не запылились в его отсутствие. – И когда ты придешь в следующий раз?       - Скоро, - Кастиэль сунул ноутбук обратно в сумку и выпрямился, глядя на Дина. – Совсем скоро, Дин. У меня для тебя есть сюрприз.       - Да? – Дин заинтересованно поднял бровь. – Я думал, кино было твоим сюрпризом.       - Нет. Этот сюрприз будет масштабнее. Я уверен, тебе понравится.       - М-м, - Дин жадным взглядом окинул Кастиэля с головы до ног и медленно облизнул губы. Кастиэля на мгновение кольнуло желанием. – Буду держать пальцы крестиком, чтобы ты оправдал мои надежды.       - Оправдаю. Не сомневайся.       Кастиэль выглянул из-за приоткрытой двери на улицу. Было еще совсем темно в столь ранний утренний час. Ни одна машина не проехала, ни один прохожего не было видно. Кастиэль запахнул плащ и поспешно направился обратно к машине.       Он улыбался, когда выруливал в обратную сторону, и думал, что совсем скоро все встанет на свои места.       

***

      Кастиэль знал точно, в какой момент его жизнь распалась на «до» и «после». Это случилось, когда ему было двадцать. Волей судьбы его занесло в Лоуренс, что всего в часе езды от Канзас-сити с учетом пробок. Если быть совсем точным, его затащил туда Бальтазар, который утверждал, что в Лоуренсе в кампусе Канзасского университета у него есть знакомые девушки, с которыми им абсолютно точно нужно пообщаться. Помимо девушек они нашли сомнительную компанию из нескольких парней, увязавшихся следом.       После приличного количества алкоголя было непонятно, кто именно из девушек рассказал городскую байку о доме Винчестеров. В Кастиэле был уже приличный алкогольный коктейль, но смысл доходил до него четко. Еще в семидесятые там жила семья: муж с женой и двое их сыновей. В одну из ночей дом вспыхнул по непонятной причине. Выбраться смог только старший сын, которому было четыре года. Он пытался вытащить младшего полугодовалого брата, но так и не успел. Скорбел весь город: семья была славной и счастливой. Старшего мальчика забрал к себе на воспитание друг семьи. Парень вырос и через много лет вернулся в собственный дом. Он отстроил его своими руками, восстановил практически из руин, убил на это много времени и денег, но к своему двадцатипятилетию переехал туда со всеми вещами и зажил припеваючи. А меньше чем через год дом снова вспыхнул и снова по загадочным обстоятельствам. Парень выбраться так и не смог, сгорел заживо. Пожарные сказали, что он задохнулся во сне, задремав на диване после рабочего дня с бутылкой пива в руке.       Девушки щебетали о том, что душа парня, имевшего такую судьбу, до сих пор живет там и иногда мелькает в разбитых местной детворой окнах. Они даже нашли в интернете фотографию погибшего парня и несколько статей в местных газетах. Разумеется, после такой истории компания захотела проверить правдивость слухов. Кастиэль отнесся к этому скептически: в сверхъестественное он не верил и идти в остатки сгоревшего дома желания не имел. Но жребий идти выпал именно ему, а новые знакомые ясно дали понять, что отказа не примут, поигрывая внушительной мускулатурой и стреляя грозными взглядами.       Так Кастиэль и оказался на пороге доме и впервые встретился с Дином Винчестером. Дином Винчестером, который только посмеялся над его испуганным лицом и выдохнул короткое: «Бу», после чего Кастиэль вопреки всему здравому смыслу и собственной рациональности бросился из проклятого дома под заливистый веселый смех.       Списал он все, конечно, на игры разума и галлюцинации после хорошей пьянки, но сомнения раздирали его изнутри. Через неделю Кастиэль вернулся в Лоуренс и снова направился к окутанному мистикой дому, чтобы еще раз себе доказать: призраков не бывает. Призрак Дина Винчестера, впрочем, не разделял энтузиазма, а только задорно махал ему с очаровательной улыбкой и забавлялся тем, что проходил сквозь остолбеневшего Кастиэля туда-сюда, оставляя после себя покалывающий холод.       Кастиэль даже записался к психотерапевту, который не смог ему ничем помочь. Тогда Кастиэль притащил с собой Бальтараза в Лоуренс под каким-то нелепым предлогом и привел его в дом, но Дин Винчестер так и не появился, хотя они прождали его час, пропитанный скептицизмом Бальтазара и его намеками на сумасшествие Кастиэля.       В третий раз Кастиэль поехал в Лоуренс уже принципиально, чтобы убедиться в собственной вменяемости. Дин Винчестер порыва не оценил и шутил без перерыва, что Кастиэль – единственный его симпатичный посетитель за несколько лет и посоветовал заглядывать почаще, потому что он «всегда был слаб на очаровательные синие глаза и пленительные улыбки».       В следующие несколько поездок Кастиэль выяснил, что Дин в курсе собственной смерти и что он не знает, как так вышло и почему его дух все еще бродит по дому. Что Дин любит пироги с любой начинкой и что он большой фанат ковбойской тематики, а еще что Дин отлично помнит первый пожар, маленького брата в своих руках и как он пытался вынести его. Что Дина гложет вина за смерть брата и что он большой любитель пошлых шуток и откровенного флирта.       Время шло незаметно. Кастиэль жил обычной жизнью: ходил в колледж, делал домашние задания и сдавал тесты, подрабатывал в небольшом магазинчике при заправке неподалеку от общежитий. А в любой свободный день рвался в Лоуренс к новому знакомому. Бальтазар пару раз поинтересовался у него, чего это он вдруг зачастил в тихую провинцию, и получил скользкий туманный ответ, после чего списал влечение к городку на таинственную незнакомку, в которую Кастиэль был тайно влюблен.       Кастиэль против такой версии не возражал. Потому что влюблен он был, но не в незнакомку, а в мертвого парня, чья душа не могла найти пристанище. В самого веселого, остроумного, доброго, храброго, сильного парня, которого он когда-либо встречал в своей жизни. В мертвого – вот что было ключевым.       Годы летели как кометы. Дин был привязан к дому и не мог покинуть его, а Кастиэль все продолжал мотаться к нему каждую неделю, привозил книги, которые читал вслух, или ноутбук, на котором они запойно смотрели все фильмы, пропущенные Дином с момента смерти. Дин все смеялся, что удачно стал призраком: он мог и после смерти продолжать смотреть любимые сериалы.       Колледж остался за плечами, на горизонте засветилась маяком работа в хорошей компании, которую Кастиэль принял. Дин радовался его успехам как своим. Жалел только, что не может похлопать по плечу, обнять или выпить с Кастиэлем за его успех. А потом Кастиэль одним уютным совместным вечером проговорился о чувствах и сбежал, боясь смотреть Дину в глаза после своего нелепого признания. Он почти месяц не приезжал в Лоуренс, с головой погрузившись в работу, а после не выдержал и рванул туда. И понял, что и не жил этот месяц без Дина.       Дин его обсмеял и сказал, что Кастиэль на удивление туг на считывание чужих эмоций. Дин с широкой улыбкой и без капли стеснения сообщил, что он-то Кастиэля любит уже пару лет как, только ждал все время, пока до Кастиэля дойдет.       И вновь каждый визит в Лоуренс стал сладким и запоминающимся. Они не могли прикоснуться друг к другу, не могли обменяться даже невинным поцелуем, не могли провести время вместе где-нибудь в баре или в кино, не могли выйти в свет и заявить всему миру о своих чувствах. Все, что им оставалось – это полуразрушенный и никому не нужный старый дом, обгоревшие стены, тайные встречи и украденные у нормальной жизни короткие часы, которые они проводили за неспешными разговорами или уютным молчанием.       Жизнь Кастиэля застопорилась, замкнулась на Дине Винчестере, как-то незаметно ставшим центром его вселенной. Близких друзей у Кастиэля не было, лишь приятели по колледжу – скорее, невольное общение, чем искренние чувства. Семья, хоть и большая, была недружной и не общалась между собой, а работа была чем-то из разряда вынужденной необходимости, чем любимым оплачиваемым хобби. Единственным местом, где Кастиэль ощущал себя живым и счастливым, был лишь забытый всем миром сгоревший дом.       Время потекло еще быстрее, когда Кастиэль осознал ценность каждого момента. Дин все оставался двадцатипятилетним парнем, не изменившимся ни капли со своей смерти: он все так же сиял своей красотой и молодостью, притягивал взгляд хитрыми зелеными глазами в обрамлении длинных ресниц, рассыпанными по коже веснушками и полными, изгибающимися в улыбке губами. Кастиэля же годы не щадили: он взрослел, возраст накладывал отпечаток на его внешность. Они с Дином никогда не задавались вопросом, что они будут делать дальше, ни разу не поднимали эту тему, хоть она и висела тяжелым невидимым молотом над ними. Они просто были рядом, радовались проведенному вместе времени и отбрасывали все мысли куда подальше.       А потом однажды утром Кастиэль посмотрел на себя в зеркало, и по его коже побежал холодок. Вокруг рта прорисовывались морщины, они собирались паутинкой у уголков глаз и разбегались к вискам. Мелькали первые седые волоски в темной растрепанной шевелюре, а зрение уже не было таким острым. Осознание собственного возраста обрушилось на него снежной лавиной и погребло под страхом за будущее. За Дина. Кастиэль вдруг понял, что ему осталось не так уж и много времени, что людская жизнь – слишком коротка и быстротечна, что вскоре он умрет от старости или болезни и оставит Дина в затхлом месте в полном одиночестве, забытого всеми вокруг. Никто не будет больше развлекать Дина нелепыми шутками и непониманием сарказма, не будет никто приносить ему новые фильмы и рассказывать новости из большого мира, не будет тишина дома нарушаться смехом и озаряться улыбкой его прежнего обитателя.       Осознание этого было болезненным и острым. А решение пришло само по себе и вдруг показалось таким очевидным, что Кастиэль удивился, как оно сразу не вспыхнуло в его голове.       

***

      - Я извелся, - искренне признался Дин. – Эта неделя была самой долгой. Ну, выкладывай, что там у тебя за сюрприз?       Кастиэль улыбнулся этой живой нетерпеливости. Он неторопливо прошел в дом и достал из кармана прозрачный пакетик, протянул руку. Дин недоуменно уставился на его ладонь.       - Ты притащил мне экстази? – поднял брови Дин, разглядывая крошечную белую таблетку в пакетике. – Не хочу тебя огорчать, но я не большой фанат. В основном потому что я лет пятнадцать как мертв, если ты не заметил.       - Это не экстази, - усмехнулся Кастиэль и вытащил таблетку, сжал ее между указательным и большим пальцем. – Это то, что позволит мне остаться рядом с тобой.       Дин изумленно вытаращился на Кастиэля. Он молчал несколько долгих секунд, а после неуверенно переспросил:       - В смысле… что ты имеешь в виду?       - Я размышлял над тем, как нам быть дальше, - Кастиэль задумчиво разглядывал белый кружок в пальцах. – Я старею, Дин. Время утекает. Однажды я уйду и не вернусь. Больше всего на свете я не хочу оставить тебя в одиночестве навсегда. Это единственный выход.       Дин слушал его с открытым ртом, а потом недоверчиво улыбнулся.       - Смешная шутка, Кас, - фальшиво засмеялся он и покачал головой. – Я тебе даже поверил на мгновение…       - Это не шутка.       Смех Дина оборвался. Тишина дома давила. Дин сжал кулаки.       - Нет, - твердо сказал он, глядя Кастиэлю в глаза. – Ни за что. Ты не будешь этого делать.       - Я не спрашиваю твоего разрешения, Дин, - улыбнулся ему Кастиэль. – Я все решил.       - Что ты решил?! – взорвался Дин. – Убить себя на моих глазах? Застрять в этом чертовом корыте и променять на это настоящую жизнь? Да ты чокнулся!       Кастиэль тяжело вздохнул. Он и не думал, что Дин примет это с легкостью.       - Я все равно сделаю это. С твоим одобрением или без.       - Ты свихнулся! Совсем плохо там в твоем офисе? Тебя нагрузили работой и твой мозг поехал, да? - продолжал бушевать распалившийся Дин. Но, видя спокойного Кастиэля, никак не реагировавшего на его слова, он резко прервался, сделал глубокий вдох, прикрыв глаза в попытке успокоиться. А после он подошел ближе и поймал взгляд Кастиэля. – А что если это не сработает? – проникновенно и негромко спросил он. - Что-то я не вижу здесь маму, отца или Сэма. Если вдруг ты просто умрешь, что будет тогда? Мы ведь все равно не встретимся, а твоя жизнь оборвется зря.       - Не попробуем – не узнаем, - просто ответил ему Кастиэль и быстро сунул таблетку в рот. - Я не вижу своей жизни без тебя.       - Кас!       Дин рванулся ему навстречу в попытке остановить, но он был лишь бесплотным духом, пусть и страстно желающим помочь. Его руки прошли сквозь лицо Кастиэля и безвольно упали, когда ничего не произошло.       - Какого хрена… - растерянно выдохнул Дин, огромными глазами глядя, как Кастиэль без труда сглатывает таблетку. – Какого хрена, чувак…       Кастиэль мог только улыбаться ему. Мир был все еще четким и ясным, а Дин рядом – потрясенным и испуганным.       - Я убью тебя, - в ужасе произнес Дин и вцепился в собственные волосы с сумасшедшим взглядом, принялся метаться по комнате. – Какого ж хрена ты творишь, я просто убью тебя!       - Технически я уже это сделал, - резонно заметил Кастиэль.       Дин резко остановился. Его глаза были полны паники.       - Два пальца в рот, - приказал он Кастиэлю нетерпящим возражений тоном. – Прямо сейчас. Ты еще успеешь, она не растворилась. Выблюй ее, пока не стало поздно! Отделаешься легко.       Кастиэль покачал головой. Дин зарычал от досады, его глаза наполнились слезами от бессильной злобы. Видеть его таким было больно, но необходимо.       - Зачем, Кас? – хрипло спросил Дин, не рассчитывая на ответ. – Зачем, зачем, зачем? Какого хрена…       Настал тот момент, когда зрение поплыло. Кастиэль качнулся в сторону и уперся ладонью в стену. Копоть размазалась по коже, оставила неприятное ощущение испачканности.       - Кас!       Голос Дина, взволнованный и тревожный, звучал где-то совсем рядом. Внутренности скрутило спазмом. Кастиэль попытался сделать вдох, но почему-то не получилось.       - Кас! Мать твою…       Дин бился рядом. Отстраненно Кастиэль чувствовал привычное холодное покалывание: это Дин пытался помочь.       - Да что же это… Кас!       Ноги отказывались слушаться и держаться прямо. Колени внезапно встретились с полом, но боли не было, больше вообще никаких чувств не было. Только покой.       - Кастиэль!       О, это было уже серьезно. Заваливаясь на спину, Кастиэль мысленно улыбался. Если Дин зовет его по полному имени, значит, случилось что-то серьезное. Но что могло случиться? Разве происходило что-то важное? Кастиэль не помнил. Он хотел только немного отдохнуть. Совсем чуть-чуть.       - Кас!       Лицо Дина маячило где-то сверху расплывчатым пятном. Кастиэль хотел бы к нему прикоснуться, но он помнил, что у него не получится. Да и тело не слушалось: пальцы только едва заметно дрогнули, когда Кастиэль попытался поднять руку.       - Дин… - выдохнул Кастиэль сдавленно. Слова казались громкими, но вышло едва различимо.       - Да. Да, я здесь, я рядом. Слышишь меня? Пожалуйста, не отключайся. Будь со мной, ладно?       Глупый, подумал Кастиэль с нежностью, прежде чем сознание окончательно погасло. Кастиэль и так всегда был с ним.       

***

      Дин петь не умел. Фальшивил ужасно, но никогда этого не смущался и вовсю горланил любимые песни.       Его голос, хриплый и срывающийся, был той путеводной нитью, за которую ухватился Кастиэль в непроглядной вязкой тьме забытия.       - Приливы заставили пламя потускнеть, теперь же рука тверда, а пальцы готовы ткать новое. Конец это или только начало…       Кастиэль слушал его и думал, что так, наверно, звучат песни ангелов на небесах. В личном раю Кастиэля они бы точно звучали только голосом Дина.       - Вся моя любовь, вся моя любовь, вся моя любовь к тебе…*       Сознание вспыхнуло яркой искрой, и ощущения навалились разом. И теплая рука, обнимающая его за плечи, и что-то твердое под головой, и холод пола в ногах и пояснице, и голос Дина.       - Дин…       - Кас?       Кастиэль открыл глаза. Дин нависал над ним сверху и заглядывал в лицо с робким недоверием. Кастиэль понял, что он лежит на его коленях, пока Дин баюкает его словно ребенка.       - Дин.       - Черт возьми! – выдохнул Дин рвано. – Черт тебя возьми…       И вдруг наклонился ниже, вцепился в полы плаща, рванул вверх и прижался губами к губам. Кастиэль изумленно промычал что-то, потрясенный ощущениями. Дин отстранился и снова тряхнул его за плащ, на этот раз куда яростнее и ощутимее.       - Идиот! – заорал Дин ему в лицо. – Какой же ты кретин эгоистичный! Думаешь, я тут наслаждался тем, как ты умираешь? Думаешь, мне было здорово наблюдать, как ты перестаешь дышать, и не иметь возможности помочь?! Чертов мудак! Самовлюбленный придурок…       Дин не договорил. Он уронил голову и прижался лбом ко лбу Кастиэля с тихим всхлипом, обнял его за плечи крепко и отчаянно. Кастиэль ощутил горячую влагу на своем лице, капнувшую со щеки Дина.       - Дин… Как это возможно?       Дин тяжело сглотнул и отпустил его, помог подняться на ноги. Губы Дина все еще дрожали, но слез больше не было. Кастиэль неуверенно оглядел себя. Он совершенно не изменился, даже плащ не испачкался в пыли после пребывания на полу. Для уверенности Кастиэль ущипнул себя за запястье, но ощутил вполне реальную легкую боль.       - Что произошло? – спросил он у взявшего себя в руки мрачного Дина.       - Ты умер, - невесело усмехнулся тот.       - Но я не чувствую себя мертвым, - возразил Кас.       - А ты обернись.       Кастиэль медленно повернулся и замер. Видеть себя со стороны было дико. Он сам лежал на полу в изломанной позе. Глаза его были закрыты, лицо полностью расслабленно, а грудь не вздымалась в признаках дыхания. Кастиэль на слабых ногах подошел ближе и протянул руку, но пальцы всего лишь прошли сквозь его собственное лицо. Кастиэль резко отпрянул назад и упал прямо в объятия подоспевшего Дина.       - Это… я? – хрипло спросил Кастиэль, цепляясь за его предплечья.       - Ты, кто же еще решил бы покончить с собой в заброшенном доме, наглотавшись таблеток, - иронично сказал Дин и помог поймать равновесие.       - Поэтому я чувствую твои прикосновения?       - Думаю, поэтому.       - Понятно.       Они замолчали, глядя на тело Кастиэля перед собой.       - Ну и что теперь делать? – спросил Дин спустя вечность. – Твое тело будет, эм… разлагаться? Прямо здесь?       - Я оставил Бальтазару сообщение о том, куда я уехал и зачем, - отстраненно проинформировал Кастиэль. – Он должен будет вскоре приехать за телом.       - Продуманно, - оценил Дин.       И снова их окутала тишина. Время ощущалось совершенно иначе. Кастиэль не понимал, сколько они так стояли, только светлеющее небо в окне сообщало, что уже утро.       Бальтазар появился внезапно. Он вбежал в дом с парой человек в медицинской униформе и бросился к телу с громким вскриком. Его тут же оттеснили медбратья. Они проверили пульс и покачали головами, неторопливо вышли из дома и закурили, пока водитель скорой помощи готовил носилки. Они погрузили тело в машину, забрали притихшего и потрясенного Бальтазара с собой и скрылись в свежей утренней дымке.       Дин и Кастиэль проводили их взглядами, стоя на пороге. Солнце медленно карабкалось по небосклону и начинало новый день, где-то в деревьях щебетали последние пташки. Ветер гонял по дорожкам сухие желтые листья, а на востоке плыли темные грозовые облака, обещающие скорый дождь.       - Мы возненавидим друг друга за вечность, - сказал Дин ровно.       - Я так не думаю, - покачал головой Кастиэль.       - Однажды темы для разговоров кончатся.       - Однажды, но не теперь.       - Ну, чувак, ты только что умер у меня на глазах ради меня же. Дай мне хоть немного повозмущаться глупостью твоего поступка, - проворчал Дин.       - Это был самый мудрый поступок за всю мою жизнь, - ответил Кастиэль.       - Бла-бла-бла, - закатил глаза Дин.       Но вопреки собственным словам нашел руку Кастиэля и сжал ее в своей, переплетя их пальцы.       - Спасибо, - только и сказал Дин. – Не стоило, но спасибо.       Солнце забралось совсем высоко. По улице бодро прошагал почтальон с огромной сумкой через плечо. Мимо окруженного мрачными слухами дома он поспешил пройти как можно скорее, отведя взгляд. Проехала парочка машин, появились первые прохожие, торопящиеся на работу, и первые родители, ведущие сонных сопротивляющихся детей в школу неподалеку. Лоуренс жил своей жизнью, размеренной и неторопливой.       - Они не видят нас? – спросил Кастиэль, провожая взглядом бегущую вприпрыжку рыжеволосую девочку лет десяти.       - Только пока мы сами не захотим им показаться.       Дин вдруг улыбнулся хитро и повернул голову.       - Эй, Кас, - позвал он полным обещания голосом.       - Да? – отозвался Кастиэль и посмотрел на него.       - Раз уж мы теперь можем прикасаться друг к другу, может, займемся чем-то куда более интересным, чем созерцание рассвета? Рассветов будет еще много, поверь.       Кастиэль только рассмеялся и послушно последовал за Дином, когда тот потянул его за руку обратно в дом. *Led Zeppelin - All My Love