moonlight

      Томас сидел в своей комнате и переваривал произошедшее. Ньют ничего не помнил, значит, и он должен забыть. Но разве это так легко? Они же поцеловались! Разве такое забывается? Томас считал это незаконным. Да, именно так. Незаконно быть таким красивым, целовать его, а на следующее утро забывать. Это выше всякого понимания. Парень мерил комнату шагами и размышлял об этом, иногда бормоча какие-то ругательства под нос. Тихая обстановка и напряжённое молчание, висящее ореолом над головой брюнета, было в миг растоптано дорогими ботинками Минхо. — Ты не поверишь! Просто не поверишь, — на повышенных тонах начал азиат, размахивая руками, перед непонимающим лицом Томаса, — мы всю ночь разговаривали с Терезой! Она просто потрясающая, я никогда прежде не встречал таких девушек.       Минхо продолжал расписывать все прелести подруги Ньюта, а Томас всеми силами пытался разобрать нескончаемую и быструю речь лучшего друга, соединяя слова в более-менее сносные предложения, несущие хотя бы каплю смысла. — Притормози, рыбка моя, — с хмурыми бровями и поднятыми ладонями попросил брюнет, затыкая Минхо, — у вас что-то было? — Святая Мария-Антуанетта, — наигранно прикрыл рот руками Минхо, показывая своё негодование, — тебе бы мозгов немного, ночная рептилия. Конечно нет, просто узнавали друг-друга.       Томас сложил руки на груди. За «рептилию» стоило дать тычка, но он держался. Странно, что его друг-казанова был так счастлив от обычных разговоров. Как-то не в его характере, если быть честными. Видимо, действительно влюбился — чего, кстати, Томас и боялся. Ему было достаточно своего потрёпанного сердца, он просто не вынесет депрессии Минхо. Он же творческая натура, а у них с этим ещё хуже. Парень тяжело вздохнул. — И что будешь делать дальше? — устало спросил Томас, присаживаясь в кресло. Минхо встал около него с улыбкой до ушей. — Познавать искусство истинной любви, друг мой, — воодушевлённо высказался азиат и опустился в соседнее кресло, немного двигая его, чтобы быть лицом к лицу с Томасом. Второй странно хихикнул. Минхо всегда есть Минхо. — Можешь считать, что своё благословение я даю, — с высоко поднятым подбородком ответил брюнет. Минхо засмеялся. — Только его и ждал, — азиат встал, — что же, пойду домой. Увидимся вечером, Тереза сказала, что сегодня у неё дома какое-то собрание. Мы с тобой приглашены, — тут Томас измученно промычал, — я знал, что ты будешь рад. Целую, люблю, обнимаю, — выкрикнул Минхо и скрылся за дверью, когда брюнет кинул в него какую-то книгу, попавшуюся под руку. Временами, он невыносим.

~

Ньют сидел в своём кабинете, исписывая новые листы, которые только-только взял у Ариса. Он вырисовывал буквы, описывая всё, что узнал от Алби и Томаса, пока воспоминания были свежи и память хранила каждую деталь. Когда с отчётом было покончено, блондин поднял руки над головой и потянулся. Он посмотрел на свою правую ладонь, замечая небольшую мозоль на среднем пальце, заработанную частым письмом. Посмотрев на часы, парень решил, что неплохо было бы зайти к подруге. Он встал, подхватил куртку с вешалки на стене и открыл дверь. Выйти не дало одно большое препятствие, именуемое Терезой. Друзья столкнулись чуть ли не лбами и пока Ньют приходил в себя, девушка отодвинула его и вошла внутрь. Блондин выдохнул, мысленно сосчитал до десяти и тоже зашёл обратно, закрывая дверь. Тереза сидела в зале, нервно теребя подол тёмно-синей накидки. — Что-то произошло? — вкрадчиво спросил Ньют, присаживаясь рядом. Вид подруги и правда вызывал вопросы. Она повернулась к нему лицом. — Кажется, с деревом Гарриет происходит что-то неладное, — выложила Тереза на выдохе. Она знала, что Ньют очень эмоционально отреагирует и подорвётся помогать, не разобравшись толком, но сказать было нужно. — А как же Соня? Она не может исправить это? — спросил блондин, рефлекторно проводя рукой по волосам. Девушка покачала головой. — Пыталась, но это бесполезно. Они думают, что кто-то отравляет дерево, — Ньют подскочил. Кому это нужно? Охотникам? Они не имеют ничего против дриад, а тем более Гарриет! Тереза тоже встала. — Успокойся, Ньют, — девушка провела рукой по напряжённому плечу парня, — сегодня вечером все вместе решим, что делать с этим. Блондин выдохнул. Один он в поле не воин. Они точно придумают что-нибудь. Ньют придумает что-нибудь.