Влюбись в меня, если посмеешь.

      Ранним утром, пока все ещё спали после буйной ночки, отходя от алкоголя, который вчера лился рекой в открытые рты ребят с затуманенным взглядом, самые первые лучики солнца уже пробрались в комнату, остановившись на лице одной милой небезызвестной блондинки, тем самым пытаясь разбудить ее. Данная процедура проходила медленно, но верно, с каждой минутой приближая время пробуждения девушки.       — Э-э-эй, нар-о-о-од, выключите кто-нибудь... это солнце, — заплетающимся языком промямлила Люсьена, все еще покоясь на деревянном паркете.       — Ага, счаз, только пульт дай, — не менее заплетающимся языком произнёс Драгнил, приоткрыв один глаз буквально на секунду, после чего, снова закрыв его, перевалился на другой бок и захрапел.       По прошествии минут, эдак, пяти, кареглазой красавице надоело «включенное солнце», и она пошатываясь поднялась на ноги. Проковыляв к зеркалу, девушка наконец окончательно разлепила свои очи, всматриваясь в своё отражение. Мда, похоже, мы поторопились называть сию особу «красавицей». Это нечто выглядело словно чудовище, которому до красавицы, как пешком до луны. Лилово-красные синяки под глазами, поверх которых размазалась тушь кривыми линиями; заспанные, ещё не до конца протрезвевшие глаза, засохшие бледные губы, которые слегка потрескались; переходя к рассмотрению волос, можно было с точностью заявить, что разглядывать это «чудо» можно часами, гадая о том, что же это такое.       — Ох, мать, жуть-то какая! — прошептала себе под нос блондинка. — А голова-то как раскалывается... - все так же тихо скулила девушка.       Не задерживаясь более у зеркала, Сердоболия прошествовала на кухню, где должны были лежать таблетки аспирина в аптечке, находящейся в одном из шкафчиков, прикреплённых на стены. Как и ожидалось, она нашла чудо-таблеточки именно там, где и предполагалось, и незамедлительно положила их в рот, отправляя их в желудок, попутно заливая водой.       «Так-с, с этим разобрались. Теперь надо решать остальные проблемы», — пронеслось в златовласой голове.       «И начнём, пожалуй, с того, что же вчера произошло», — девушка возвела глаза к потолку, уходя глубоко в свои мысли. Flashback       — Н-н-а-а-ацу-у-у, а ты че так... ик ...ой, э-э-э-э-м... ахах... длинный аххаха... — заплетающимся языком произносила девушка осматривая любимый клетчатый шарф Нацу, — Ты... ик ...тако-о-ой смищной... пхахаха, — заливистый смех разнесся по комнате и его подхватило эхо, — Потанцу... ик ...й со мной, Нацушко-о-о. Позязя. — продолжала мямлить блондинка, тыча указательным пальцем правой руки в шарф, и держа его левой.       Не получив ответа на свою просьбу, Люси огорчилась.       — Ну На-а-а-ацу. Ну ты и бя... ик ...ка. Иди-ка, ик, сюда, — после этих слов девушка обняла тонкую мягкую тканевую полосу, и начала кружиться в вальсе. Однако, потому как она была, кхм, как бы так сказать... не совсем в трезвом состоянии, то вскоре наступила на кончик шарфа ее друга и полетела носом вниз, при том ругая «Нацу» отборным матом. Приземлившись на шарф, Хартфелия распласталась «звёздочкой» на нем, все так же костеря несчастную вещь.       — Ты плохой, Нацу, — наконец-то без заиканий изрекла Люси, — Надо тебя проуч... ик ...ить, — ну вот, сглазили. Ну в общем, с этими словами, кареглазая взяла многострадальный шарф и потащила его к баночкам с красками, не пойми откуда взявшимися. Секунда, две, три... Девушка хватает кисти, и, по прошествии минуты на ткани уже вовсю красуется коряво нарисованный единорог и радужной гривой, слегка с потекшими глазами и серо-буро-малиновым румянцем на пол хари, иначе не скажешь...       Но и на этом Хартфелия решила не останавливаться. Она стала кружиться вокруг своей оси, при этом не забыв крепко сжать в руке шарф. За что только он не цеплялся: стакан с водой, стул, бутыль с коньяком, и даже невесть откуда появившаяся раскладушка стала его жертвой. После, девушка перевесила его через перекладину, расположившуюся в дверном проёме, превратив ткань как бы в лиану. Сама же Люси изображала Тарзана, причём явно подвыпившего и летающим над своими «джунглями», сбивая столы и стулья на своём пути. Спустя минут семнадцать, девушке это осточертело, и она вновь принялась крушить и ломать вещи воображаемым Нацу. В конце концов шарф своим концом зацепился за люстру и никак не хотел отцепляться, будто бы схватившись за спасительную веточку, в надежде на то, что к девушке все-таки вернётся хоть какая-то доля здравого смысла, и она отпустит его, дабы не оторвать несчастный светильник. Однако Хартфелия была настолько пьяна, что даже факт того, что она уже разгромила пол квартиры и может разгромить оставшуюся ее часть, девушку на отрезвлял. Пытающаяся освободить «Нацу» из плена «дракона», блондинка потерпела полный разгром, в прямом смысле этого слова. Поначалу шарф начал трещать по швам, приказав долго жить, однако и люстра не вытерпела столь внезапного нападения, после чего, собственно, Люси и начала падать, увлекая за собой ни в чем неповинную лампу, которая, к слову, до следующего дня уже не доживет, потому как разобьётся при первом же знакомстве с полом. Однако, Хартфелии невероятно повезло, и люстра упала неподалёку от неё, не задев саму златовласку. Поднявшись на локтях, блондинка попыталась было встать, однако выпитый алкоголь дал о себе знать, из-за чего, собственно, и было совершено второе падение. Во второй раз девушке все же посчастливилось встать без особых разрушений, после чего она на ватных ногах отправилась в комнату. Ей посчастливилось войти туда, где преспокойно дрых Драгнил, и улечься на паркете, неподалёку от парня, который лежал в обнимку с фикусом, то и дело похрюкивая. End of flashback       «Ох, ма-а-а-ать! Что ж он со мной теперь сделае-е-ет... Это ж его любимый шарф...», — нервно соображая и перекручивая ещё раз все события минувшей ночи, сжимала кулаки блондиночка.       «Что-что? Убьёт, поджарит и съест. Что за детский сад?! Ты же знаешь, что за эту вещь он готов на клочья любого порвать?», — выдало сознание, закатывая глаза.       «Ну, может, я буду исключеньем?», — судорожно предположила девушка, однако ее сознание конкретно обломало свою хозяйку.       «Ну да, как же. Любимый шарф или же какая-то блондинка, являющаяся подругой. Так уж и быть, лучшей», —дополнило сознание, видя, что девушке и без того плохо. Однако на этом оно явно не собиралось останавливаться, — «Вещь, напоминающая об отце. Любимом отце. Или же блондинка. Подруга. Которая его переодически раздражает и подкалывает? Действительно, почему бы не отдать кандидатуру второму варианту?», — сознание язвительно вскинуло бровь вверх, — «Что делать будешь?»       «Что делать? Что же делать? Что мне делать?!», — судорожно повторяла Хартфелия, пытаясь что-нибудь да сообразить, однако идеи не шли в голову, а мысли так и путались.       «Да что-что?! Ну ребёнок, в самом деле! Расхлёбывать кашу, которую заварила», — счётчик с нервами сознания девушки явно шёл на спад.       «Точно! Сейчас все исправлю, и будет шарф, как новенький!»       «Ну наконец-то», — вымолвило сознание, после чего испарилось, словно его и не было.       Сама же девушка направилась к последнему ее местопребыванию с шарфом. И да, она не ошиблась, пройдя в гостиную комнату. Именно там, где она вчера грохнулась несколько раз, висел на люстре, которая, как ни странно, выжила после того, как на ей повисели, любимый шарф паренька. Выглядел он, как вы уже, возможно, догадались, не лучшим образом: единорог, который и до этого выглядел не ахти, конкретно так потек, и теперь в данном шедевре можно было едва различить что-то радужное, про остальное я уж вообще молчу. Так же на вещи Люси заметила разрез. Ах да, это ж она сама его порвала при крайне неудачной попытке снять его с лампы.       «Твою ж! Это же как надо было напиться, что бы вытворить такое? Страннно, что я ещё хоть что-то помню»       Девушка еле-еле нашла уцелевший после вчерашнего веселья стул, после чего поспешила поставить его почти под люстрой. Кое-как дотянувшись кончиками пальцев до запутавшихся концов, девушка неспешно принялась развязывать их, и, минуты три спустя, данная операция все же увенчалась успехом.       «Для начала надо бы его зашить, иначе порвётся ещё сильней при стирке», — и с этими мыслями, девушка уселась зашивать шарф, испорченный ею накануне. Данная процедура отняла у неё не очень много времени, и вот, наконец-то целый шарф покоился у девушки на коленях, будто и не рвался вовсе.       «Да ты просто молодец!», — саркастически воскликнуло вновь появившееся сознание девушки.       «Что тебе не нравится? Я же все сшила так, что никто ничего не заметит», — возмутилась блондинка.       «Вот именно! Ты сшила все! В прямом смысле все!», — сознание уже не на шутку разошлось.       «В смысле?», — все ещё недоумевала Люси.       «Ну а ты присмотрись чуть внимательнее», — молвило сознание, после чего уставилось на безуспешные попытки девушки оторвать шарф от джинс, — «Ты его к своим штанам пришила, дура!»       «Твою ж... Придется делать все заново», — итак Люсьене пришлось распарывать свою безупречную работу, а после заново перешивать, однако на сей раз без приключений. ***       Следующей на очереди была стирка. Хоть Хартфелия и понимала, что на это у неё уйдёт порядка получаса, однако она так же рассчитала, что на свой сон Драгнил потратил ещё часа полтора-два, поэтому блондинка особо и не спешила.       Дойдя до ванной, Люси поставила тазик в ванну, набрав предварительно в неё тёплой воды, кинула туда вещь и засыпала отбеливатель. Проделав данный ряд не особо сложных, как ей показалось, процедур, блондинка вышла из комнаты, решив, что здесь она пока что не нужна, оставив шарф «отмокать».       Направившись к гостиной комнате, девушка, проходя мимо одной из дверей, не удержалась и вошла вовнутрь. В данной комнате расположились Жерар и Эльза, которые мило посапывали. К слову, синеволосый был одет, как подобает, в присущем ему костюме, в то время как на аловолосой присутствовал купальник, и ничего более.       «Ладно, их я трогать не стану, а то потом ещё убьют ненароком», — подумала блондинка, и направилась к другой комнате, вспоминая по ходу ночные приключения Эльзы, которые, как ни странно, запомнились ей больше всех. Flashback       Бар Кость Пчелы.       В круглосуточной забегаловке веселятся десять с хреном человек, часть из которых были стеклы, как трезвышко, а другая часть трезва, как стёклышко. К последней относились Нацу, Грей, Люси, Эльза, Гажил и Леви. Пьяная же в зюзю Дождия, гонялась за Греем, с криками: «милый Гре-е-ей! Давайте уединимся», чем, собственно и пугала эксгибициониста, правда, вскоре, синеволосая спилась окончательно, и уже вовсю сопела в уголочке. Естественно, без помощи Каны там не обошлось.       — Эй, уголёк, смахнемся? — размахивая штанами, произнёс Грей.       — А почему бы и нет, генерал-отморозок? — в том же духе ответил Драгнил.       Правда, длилась эта перебранка недолго, так как была остановлена Эльзой, которая, многозначительно подняв бровь, продолжала кушать свой любимый тортик, навевая страх.       — Ну что ты, Эльзочка. Ты все не так поняла! Мы с Нацу очень-очень хорошие друзья, — но, видя, что Титания ему не особо-то и верит, Фуллбастеру пришлось идти на крайние меры. Он, крепко обнявшись с Нацу, был готов сделать все что угодно. Да даже полез бы целоваться к Драгнилу, лишь бы ему верили.       — Да-да-да. Мы очень-очень-очень хорошие друзья, — отвечая на объятья Грея, поддакивал Драгнил.       — Мы лучшие друзья! Мы не ссоримся, — буквально в один голос пропели они, одарив друг друга злым взором, однако последнее их действо ускользнуло от взора Алой.       — Молодцы! Я знала, что вы подружитесь! — улыбнулась красноволосая, после чего, отвернувшись, продолжила вкушать свой торт.       — Ну что, друг Грей, — нарочито громко сказал Нацу, — Айда на бочках кататься! — и, с этим криком, парень ринулся к бочкам, расположившимся в самом дальнем углу заведения.       Состряпав на скорую руку данное средство передвижения, Драгнил, как первоиспытатель, уселся на своё творение и поехал. Поначалу на его лице можно было разглядеть довольную лыбу, однако вскоре от неё не осталось ни следа, а на ее месте красовалась зелено-синяя масса чего-то непонятного. «Ща блевану» – вот, что можно было услышать от розоволосого в тот момент.       Следующим на очереди был Грей, в кои-то веки одетый. Встав ногами на бочку и приняв устойчивое положение, он оттолкнулся и... И вот мы видим едущего на бочках Фуллбастера в одних семейниках.       — Грей! Одежда! — пронзительно закричала Люси.       — Ох, мать. Когда успел, — послужило ей ответом.       — Эльза, разними их уже, — тараторила блондинка.       — Веселитесь? — в зале мгновенно замолчали, — Тогда и я с вами, — и вот, Скарлетт, на которую была вся надежда кареглазой, неслась во весь опор на бочках, повидавших немало.       — Люська, а ты чего с ними не веселишься? — спросила подошедшая Леви.       — Дык я же в юбке... — отвечала ее собеседница.       — Да-а-а, - протянула та, — а сейчас кто-то в юбке как раз навернулся, — указала миниатюрная девушка на Алую, которая летела вверх тормашками на пол. End of flashback       За такими мыслями, девушка добралась до следующей комнаты. Приоткрыв дверь и дав сухому, пропитанному алкоголем воздуху выйти наружу, блондинка вошла.       «Вот тут-то я сдерживаться не стану, буга-га-га»       Дело в том, что она наткнулась на комнату, где развалившись звездочкой, спали полуобнаженный Грей, и Гажил без верхней части одежды.       «Похоже, эксгибиционизм - штука заразная», — подумалось Люсьене, — «Итак, начнём мы пожалуй вот с чего...» ***       «Уф, какие они тяжелые... А ещё меня упрекали, козлы. Ну да ладно, я вам уж устрою «сладкое» пробуждение», — думаю, стоит вам описать картину, которая открывалась взору белокурой девушки на данный момент: на полу лежало два тела, крепко, но в то же время и нежно обнимающихся. Фуллбастер, явно не без чужой помощи, умудрился закинуть ногу на Гажила. При том у Грея губы были в ярко-розовой помаде, а на щеке у Редфокса красовались пятна такого же цвета, что, однозначно, наталкивало на разные мыслишки, причём пошленькие. Но и этого блондинке показалось мало. Взяв, буквально из ниоткуда появившийся телефон, девушка провела пальцем по экрану, разблокировав мобильный, после чего открыла камеру. Запечатлев это милое, как ей казалось, зрелище, практически со всех ракурсов, Люси, недолго думая, выложила это в общий чат школы. По прошествии пяти минут, набралось порядка тридцати просмотров.       «Ух ё-ё-ё. Они меня точно прибьют. Ну да ладно, зато весело», — Хартфелия уже мысленно представляла, какой горб она станет заказывать.       В следующей же комнате ей повстречались Бикслоу и Фрид, мирно посапывающие и ничего не подозревающие, из чего кареглазая сделала вывод, что праздновали они вчера полным коллективом. А если так, то в квартире должны находиться ещё Мира, Лиссана, Эльфман, Эвергрин, Лексус, Леви, Дождия, возможно даже что и Макаров не стал исключением всему этому балагану, отправившись бухнуть со своими «детишками». Собственно, девушка даже и не удивилась бы, если б увидала директора в одной из комнат, в обнимку с дорогой бутылью коньяка, ну или на крайняк с бочкой рома. А ещё, скорее всего, с ними была...       — Ух епт... — шепотом выругалась блондинка. Походу, хозяин данных апартаментов, то бишь Нацу, недосчитается нескольких бутылок с алкоголем и бочек с ромом. Хотя нет, даже не так. Будет большой удачей, если он вообще найдёт хоть что-нибудь из алкогольных напитков, ведь с ними вчера так же была и... — Кана!.. Все, писец запасам Нацу.       Ну да ладно. Это уже не наши проблемы. Что ж, тогда вернёмся к Фриду с Бухлоу. Эти двое, как и было сказано ранее, посапывали себе тихо-мирно, и даже не подозревали о том, что их вскоре ждёт. ***       Вышла Люси из комнаты спустя минут десять трудной работы, однако оно того стоило. Бедных парней беспощадно связали верёвкой. Рука Джастина покоилась на штанах Бикса, у ширинки, в то время как рука синеволосого лежала на пятой точке первого. Однако и это не самое главное: губы парней соприкасались, хоть и не сильно, однако заметно. И это зрелище блондинка не смогла не запечатлеть. Выложив очередную фотографию в беседу, девушка направилась к следующей комнате, и каково же было ее удивление, когда она нашла там на полу маленькую девочкус синими волосами, заплетенными в два хвостика, которая, по идее, не должна была быть с ними, и тем более пить.       «Вот только тогда откуда она здесь?», — прозвучал вопрос в подсознании блондинки. Решив не тревожить милое создание, кареглазая тихонько выскользнула из комнаты, и ретировалась в следующую, где ей предстала такая картина: Эвергрин лежала на обнаженном торсе крепкого рослого парня, обнимая его. Его руки покоились на ее талии, будто не желая отпускать.       «Ух, такой момент. Жалко не сфотографировать. Когда они вновь начнут доказывать, что они не пара, я просто покажу им это», — проговорила кареглазая про себя, выходя из комнаты, не забыв предварительно заснять эту мило посапывающую парочку.       В следующей же комнате спали Макаров и Кана, раздельно, однако при этом обнимая одну и ту же большую, вернее просто огромную бочку, судя по запаху, рома. Блондинку мучал лишь один вопрос: где они ее надыбали? Но и к этому она решила вернуться позже и выспросить, у этих двоих все в мельчайших подробностях. Однако и этим дело не кончалось. Кана была в привычной для себя одежде, то бишь в верхе от купальника и чёрных бриджах, а вот старичок...       Директора их школы явно не обошёл стороной вирус под названием «эксгибиционизм», а потому пред блондинкой на данный момент предстал пьяный вдрызг, отсыпающийся старикашка лет 80, с седой бородой и редкими волосинками на голове, сидящий в обнимку с бочкой алкоголя, которую он делил с юной собутыльницей в одних трусах. Понимаете, какое это зрелище? Вот и кареглазой стало стыдно, и она, сфотографировав эту картину, вылетела из комнаты, легонько хлопнув дверью. «Останется на память», — подумала девушка. ***       Проходя мимо гостиной, она заметила сопящих на диване обеих Штраус, МакГарден и Локсар, которая, похрюкивая во сне, бурчала что-то нечленораздельное про «милого Грея». Данная картина ничем не привлекла нашего юного фотографа, поэтому Люсьена направилась обратно в ванну. Дойдя до нужной комнаты, она вошла, но тут же поняла, что ошиблась дверью.       Зашла-то она в туалет, но не это больше удивило ее. Кареглазая увидала на толчке спящего мирным сном младенца Дреяра-младшего, которого она меньше всего ожидала здесь увидеть, — «Что ж, сделаем из тебя Пикачу», — достав чёрный фломастер, воскликнуло сознание блондинки. Однако, как оказалось, изобразить на лице спящего Лексуса Пикачу, не так-то и просто. Да и в лице, Пика ничем особым не выделялся, а потому было принято решение девушкой сделать из него Наруту. Вооружившись фломастером и картинкой с Наруто, Хартфелия принялась творить. Сначала у неё выходило не ахти, однако, ближе к концу, в лице блондина можно различить Узумаки, когда тот в режиме отшельника. Запечатлев сие веселое зрелище, девушка выложила его в гоупповой чат, после чего удалилась в противоположную комнату, где ей предстояла недолгая работёнка.       «Ох, а от Лексуса мне влетит с двойной силой», — мыслила блондинка.       Войдя в помещение, которое являлось ванной комнатой, кареглазая девица подошла поближе к тазу с водой не пойми какого цвета. Засучив рукава, девушка принялась за стирку вещи, и вот, спустя несколько минут перед ней предстал уже чистый и целый шарф, который прямо-таки блистал своей белизной. После, Люси повесила вещь сушиться, в надежде, что с ней ничего не случится. Просто, зная о своём везении, блондинка не прочь была бы как-нибудь подстраховаться.       «Ну хоть тут не накосячила», — обрадовалось вновь пришедшее сознание.       «Угу», — послужило тому ответом, — «А теперь пора поднимать остальных. Не одной же мне отдуваться за уборкой. Тем более дом не мой» ***       Зайдя в гостиную, которая являлась центром данной квартиры, блондинка, набрав в легкие побольше воздуха, что есть мочи заорала:       — Ребя-я-я-ят! Подъё-ём!       Девушки, что находились ближе всего к эпицентру звуковой волны, вскочили тут же, не раздумывая. Однако, учитывая их мягкий характер, можно сделать вывод о том, что Хартфелия осталась жива. В комнатах было слышно хуже, однако ультразвук смог пробраться и туда. Громче всех было в комнате у Марвел, Каны с Макаровым и, как ни странно, у Дреяра-младшего, в толчке. У Фрида с Бикслоу, Эльфмана и Ёлы и у Грея с Гажилом слышимость была ещё хуже, однако, имея чуткий слух, они уловили звуки поднимающей их сирены. Что же касается Жерара и Эльзы, то их решили не будить, но оно и понятно. Наверняка, никто не захочет бегать от разъярённого аловолосого демона. О Драгниле можно было сказать лишь то, что он до сих пор спит без задних ног. Однако, стоит поглядеть на пробуждение ребят из двух комнат подробнее, не зря ведь Люська корячилась.       Заглянув в комнату к Биксу и Джастину, можно было понять, что они не отошли ещё ни ото сна, ни от вчерашней пьянки. Однако их крики не заставили себя долго ждать. Почувствовав, что его губы касаются чьих-то других, Фрид резко открыл глаза, однако резкая боль пронзила голову, и посему веки были опущены, а спустя несколько секунд они стали аккуратно открываться. Вначале фанатик Лексуса не мог понять, кто же предстал перед ним, ибо картинка была расплывчива, и глаза никак не хотели фокусироваться, однако чуть погодя он смог разглядеть этого человека. И им, к удивлению Фрида, оказался Бухлоу.       — Ммм-мм-ммоу-мэ-э-э, — промычал Джастин, начав брыкаться. Каково же было его удивление, когда он обнаружил свою руку на ширинке друга, а его на своей жопе. Но апогеем стало то, что он не смог убрать свою ладонь с достоинства парня. Тут-того него дошло, что они связаны. Промычав снова что-то невнятное, зеленоволосый прикусил губу Бикслоу.       — Мммм? — вопросительно промычал тот, однако открыв глаза, заорал, что есть мочи, и, естественно, на этот крик начал подтягиваться народ. Сделав такие же открытия, что и Фрид, связанный с ним парень начал рыпаться, но все безуспешно. Так продолжалось до тех пор, пока отходящие от смеха ребята не пришли им на помощь.       — Ахахах... Ну вы и даёте. Предупреждать о таком надо, — откровенно ржа над ребятами, приговаривал Дреяр-младший.       — Лексус... — плакал во всю Джастин.       — Эу, Дреяр, — окликнула блондина Кана, — Че это ты на Наруту похож?       — Э? На какого ещё Наруту? — поначалу Лексус не догонял, однако, благодаря зеркалу, предоставленному Каной, блондин быстро все понял, и с криками, полными матов, побежал смывать сие творение со своего лица.       А Хартфелия тем временем... А что, собственно, Хартфелия?.. А она тихонько, что б никто не заметил, снимала на камеру, посмеиваясь в кулачок.       И вот, из другой комнаты, послышались чьи-то вопли вперемешку с отборным матом. Все присутствующие плавно перетекли к источнику звуков. Увидев данную картину, то бишь отскочивших в разные углы друг от друга парней, а так же помаду на губах Грея и такую же на щеках Гажила, почти все ребята рассмеялись, и лишь Люси услышала тихое рычание:       — Сопер-р-р-рник, — шипела Дождия, скребя ногтями по дверной арке и оставляя на ней следы. Думаю, не стоит говорить, что все действа Редфокса и Фуллбастера были засняты на телефон.       Но, как ни странно, даже это не разбудило Драгнила, который, как и прежде сидел в обнимку с фикусом, посапывая, почмокивая, и изредка похрюкивая.       — Нацу... Нацу... Нацу, вставай. Время уже не раннее, — будила белокурая девушка парня.       — Да ладно тебе, Люсенька, давай насладимся ещё парой минуток вместе... — пролепетал розоволосый, обнимая полюбившееся растение все крепче, и потянувшись к нему губами.       — Тц, дурак. Я ЗДЕСЬ, ПРИДУРОК, — крикнула блондинка на ухо бедному Нацу, и шлепнула ему с размаху по голове крепкой и толстой книгой. У самой же девушки шёл пар из ушей, а лицо было красным, как вареный рак, то ли от смущения, то ли от злости.       — Ну Лю-ю-ю-юсь, ты чего дерёшься?.. — парень, разлепив глаза, как дурак, уставился на ни в чем неповинный фикус, однако вскоре понял, в чем он ошибся, после чего перевёл взгляд, полный испуга, на покрасневшую ещё сильнее, но теперь точно от злости, Люську.       — Ах ты ж, поскуда такая, а ну-ка иди сюда. Я те устрою сладкую жизнь. Смотаться решил? Не проканает! Ни с места! На куски порежу! — такие крики были слышны и комнаты, а когда испуганные ребята прилежали туда, то их взгляду открылась бегающая за Нацу девушка, с ножом в руке.       — Эй, Люська, полегче. Ты ж его так и убить можешь. — промолвила миниатюрная девушка с голубыми волосами.       — Ты права! — резко остановившись, воскликнула виновница торжества, — Так уж и быть, на первый раз отделается испугом. Но в следующий раз... секир башка, понял?!       Нацу закивал головой, как болванчик. ***       Когда все спускались в гостиную, к Драгнилу подошёл Грей и стал расспрашивать о произошедшем. Услыхав эту историю, он прыснул в кулак, что, однако, не укрылось от злобной Люси.       — Значит так, да?! Ну держитесь, сцуки. Лежать-бояться! — орала Хартфелия, в потпытках догнать хотя б одного из парней.       — В этот раз они сами виноваты, — пожала плечами Леви.       Прохожие на улице, слышав крики и отборную ругань матом, крестились, стараясь обойти это место стороной. ***       Спустя минут пятнадцать беспрерывной беготни, Люси остыла чутка, Нацу ушёл принимать душ, а Макаров так и вовсе свалил домой, ссылаясь на головную боль, то и дело кряхтя «Какие детишки неугомонные пошли». А Скарлетт и Фернандес до сих пор спали, видя который уже по счёту сон, и не подозревая, какой беспредел творится в квартирке.       — Итак, в этом мы разобрались. Но я никак не могу понять, кто разрисовал меня? - в воздухе повисло молчание. Никто не решался ответить на вопрос Дреяра. Люси едва сдерживала смех, что б не спалиться, но вскоре она заметила на себе пристальный взгляд Лексуса, и тут же попыталась сделать покерфейс, что у неё получилось, однако блондин все уже и так понял, — Это была ты, — утверждая произнёс парень, глядя на Хартфелию. Та сглотнула, — И это ты поиздевалась над ребятами? — нависая над девушкой, словно грозовое облако, спросил он. Она едва заметно кивнула, — Что ж, ты превзошла мои ожидания, — произнёс Дреяр, и заржал во весь голос, — И фотографии с ними я смотрел, и... — он не успел закончить, как его перебили.       — В смысле?! — в один голос заорало три недо-эксгибициониста и их предводитель – Грей.       — Ну вот, — протянув телефон с открытой беседой и посмеиваясь, сказал Лексус. Ребята просмотрели одно фото, затем второе... и тут их привлекла третья, не просмотренное ранее фото. Нажав на него, они увидели то, от чего откровенно хотелось ржать не переставая. Синхронно глянув на блондинку, ребята увидели ее мотания головой в сторону, но им захотелось свершить правосудие, поэтому...       — Эм, Лексус? — позвал блондина самый смелый из их компашки – Бухлоу.       — Что? — вопросительно вскинул бровь тот.       — Вот, — все, плакала жизнь девушки... все сидящие за Дреяром дружно заглянули в экран мобильника. Смех залил всю комнату. Не смеялось только два человека. Дреяр, как хищник, увидевший свою добычу, уставился на Люси, которая своим видом представляла бедное животное, загнанное в угол. Вставший Лексус напугал всех присутствующих, а затем удивил тем, что просто взял и ушёл из виду.       Тем временем в комнату вбежал Драгнил с повязанным вокруг шеи шарфом, и благодарящий Люську за его чистоту, ведь парень был уверен в том, что именно она отстирала его вещь.       — Д-да не за что, — нервно посмеиваясь и вспоминая события минувшей ночи, произнесла девушка, надеясь на то, что никто не видел того, что она вытворяла вчера с несчастной вещью. Но она даже и представить себе не могла, что Лексус, который на тот момент выпил меньше всех, заснял это на видео. Вскоре, оттуда, куда ушёл Лексус, а в последствии и Нацу, послышалось злобное рычание...       — Лю-ю-ю-ю-ю-юси! Ты че с моим шарфом вытворяла, дура!