Спасти брак или 36 вопросов, чтобы снова влюбиться

Pov Eva. - Хорошо, вопрос тридцать второй: По-вашему, какая тема слишком серьёзна, чтобы шутить об этом. - Думаю, ты согласишься, что тема нашего развода, - ответил Крис и я неспешно кивнула. - Но, знаешь, через много лет мы уже не будем так болезненно её воспринимать, всё... забудется. - Да, возможно, ты и права. - Ладно, перейдём к тридцать третьему вопросу: Если бы вы должны... - начала читать я, но остановилась, услышав пронзительный плач близнецов. - Прости, я должна их успокоить. - Конечно. Я отложила ноутбук в сторону, и направилась в детскую. Как бы я не мечтала, близнецы проспали меньше часа. Так что взяв одного из сыновей на руки, я стала его укачивать. Их обоих мне на руки не поднять, и неудобно и небезопасно, так что приходится укачивать их по очереди. Успокоив первого сына, я взяла второго на руки, даже не заметив того, что в комнату вошёл Крис. - Я могу помочь, если хочешь, - неловко произнёс он и я, кивнув, аккуратно отдала ему в руки плачущего ребёнка. Сначала он просто держал его, но потом, чуть осмелев, начал покачивать сына на руках, мурлыча ему какую-то незнакомую мне мелодию. Малыш вскоре успокоился, но Шистад не торопился класть его обратно в кроватку. - Мэтью, - буквально прошептал он и легко поцеловал спящего сына в лобик. - Он так похож на тебя, - улыбнулась я, подойдя ближе к Крису и положив руку ему на плечо. Оба сына внешне были очень похожи на Криса, но один из них, которого Крис сейчас так трепетно держит на руках и называет Мэтью, больше похож на своего отца. Мэтью внешне - точная копия Криса. Мимика и характер он тоже взял от своего отца. Именно поэтому Шистад чаще возится с ним, чем со вторым сыном. Хотя, я стараюсь не выделять кого-то из близнецов, ведь со временем им и так придётся привыкнуть к тому, что у них всё общее. Марк внешне тоже очень похож на Криса, только вот оттенок волос у него, как у меня, да и по характеру он спокойный и тихий. Я всегда улыбаюсь, наблюдая за такими разными сыновьями. Раньше я всё никак не могла их отличить, но со временем поняла их характер и теперь не могу представиться, как их можно спутать. - Спасибо тебе за них, - он повернулся ко мне, улыбнувшись. - Давай, я уложу его спать, - я протянула руки, чтобы взять сына у Криса. - Можно я сам, - неуверенно произнёс он и я кивнула. Неведомое волшебство происходило в этой комнате. Я и не думала, что близнецы так сплотят нас с Крисом. Всё казалось таким нереальным, то, как он держал сына на руках, с какой любовью смотрел на него. Совсем не хотелось прерывать этот момент. Хочется остановить время, повернуть его вспять, чтобы ещё несколько минуток полюбоваться картиной крепкой связи отца и сына. - Ты не против, чтобы мы ответили на оставшиеся вопросы здесь, в детской, - Крис только хотел положить сына в кроватку, но потом резко передумал, оборачиваясь ко мне. - Эм, да, конечно, я сейчас принесу ноутбук, - он резко выдернул меня из мыслей и я, протараторив, пошла за ноутбуком в гостиную, вернувшись через несколько секунд. После рождения близнецов я поставила в детской диванчик, чтобы спать рядом с малышами первое время. Я всегда хотела, чтобы у них была отдельная комната, поэтому не стала переносить их кроватки в свою спальню, а, так скажем, сменила свою удобную кровать на этот менее удобный диванчик. - Хорошо, кажется, мы остановились на тридцать третьем вопросе: Если бы вы должны были умереть сегодня до конца дня, ни с кем не поговорив, о чём несказанном вы бы больше всего жалели? Почему вы ещё не сказали этого? - Я бы, наверное, ни о чём не жалел, так как вообще не припоминаю того, что хотел бы сказать что-нибудь кому-нибудь. - Если честно, есть одна вещь, которую я никогда тебе не говорила, - призналась я, не решаясь поднять на него взгляд. - Наш развод. Я считала твоё решение - самой страшной ошибкой, всё порывалась тебе сказать о том, что люблю тебя, но гордость не позволяла мне этого сделать... - Я тоже люблю тебя, - он мягко улыбнулся. - Но просто уже не так, как раньше, по иному... Я испытываю благодарность за сыновей, я люблю тебя, как мать своих детей. - Да, я понимаю, - тяжёлый ком застрял в горле и я, еле сдержав слёзы, опустила взгляд на экран ноутбука. Я только что призналась ему в том, что любила его всё это время, а он... он лишь благодарен мне за близнецов? И если до этого момента внутри меня теплилась надежда на воссоединение нашей семьи, то сейчас она погасла окончательно, оставляя внутри меня бездонную пустоту, которую сможет заполнить лишь моя любовь к сыновьям. - Вопрос тридцать четвёртый: Ваш дом со всем имуществом загорелся. После спасения ваших близких, а также домашних животных у вас есть время, чтобы забежать в дом и спасти ещё что-то от пламени. Что бы вы взяли? Почему? - проглотив неприятный комок, я взяла себя в руки и прочитала следующий вопрос. Я не буду показывать перед ним свою слабость. - Помнишь мой двадцатый день рождения? - я неспешно кивнула на его вопрос. - Я отлично помню подарок, который ты мне тогда подарила - плед. - С вышитой на нём нашей совместной фотографией... - Да, я бы не оставил эту вещь в горящем доме, даже если бы внутри остались все деньги и прочие драгоценные вещи. - А я бы забрала свою первую игрушку, - он непонимающе посмотрел на меня. И я, подойдя к кровати Марка, аккуратно взяла небольшого мишку, которого моя мама купила мне ещё при рождении, а сейчас он принадлежит моему маленькому сыну. - Вот эту игрушку. Она так дорога мне, что я не смогла расстаться с ней даже спустя столько лет. - Видишь того слоника, которого я подарил близнецам почти сразу после их рождения? - Это любимая игрушка Мэтью, он никогда не засыпает без неё. - Представляешь, это тоже моя первая игрушка. - Поверить не могу... - я взяла этого слона в руки и, подойдя, села обратно на диван рядом с Шистадом. - Оказывается, наши сыновья унаследовали от нас больше, чем я думала. - И это не может не радовать, - Мэтью в этот момент начал просыпаться и недовольно хныкать, словно прося своего любимого слоника. Крис улыбнулся и отдал игрушку в руки малыша, и вскоре сын вновь погрузился в сон, крепко сжимая в руках своего любимого слоника. - Вопрос тридцать пятый: Смерть кого из членов вашей семьи расстроила бы вас больше всего? Почему? - Что за глупые вопросы!? - воскликнул парень но сразу же затих, переведя взгляд на малыша Мэтти, который спал у него на руках. - Они специально так составлены, - тихо ответила я. - И всё же, не увиливай от ответа. - Мамы, - сухо ответил он, продолжив. - Я думаю, что потеря мамы будет для меня наиболее болезненной. Надеюсь, это произойдёт очень нескоро. - Честно признаться, я тоже считаю этот вопрос чересчур резким. И всё же, я бы не смогла пережить смерть одного из близнецов. Они ещё такие малыши и я уверена, у них впереди очень интересная и долгая жизнь. - Ладно, не будем зацикливаться на этом ужасном вопросе, читай следующий. - Хорошо, ты готов услышать последний вопрос? - неуверенно произнесла я. - Как никогда, - от него так и веяло энергией и энтузиазмом, но я точно знаю, что этот вопрос изменит нас навсегда. - Вопрос тридцать шестой: Поделитесь личной проблемой и спросите партнёра, как он бы справился с ней. Затем спросите, что он думает о ваших чувствах по поводу этой проблемы. - И всё? Всего лишь-то, и это они называют кульминационным вопросом? - фыркнул он, заставив меня улыбнуться. - Все вопросы так однообразны, что, кажется, мы говорим одни и те же ответы на большинство из них. - И всё-таки, я жду от тебя откровений. Колись, что за личная проблема тебя тревожит? - Ты уверена, что хочешь услышать это? Думаю, это будет не самый приятный разговор. - Я готова. - Хорошо, я до сих пор мучаю себя тем, правильно ли поступил, разрушив наш брак. С каждым днём это решение кажется мне всё более идиотским, а после того, как мы стали отвечать на вопросы, это чувство усилилось. - Да ты смеёшься надо мной. - Думаешь, мне сейчас легко? Я вижу, что мы оба не остыли друг к другу, но я всё также продолжаю держать дистанцию, ты же просто не противоречишь мне. - Иногда я удивляюсь, почему когда-то я полюбила тебя. Ты ведёшь себя как самый настоящий трус! - Да что ты можешь знать об этом, если до этого дня сама не принимала никаких попыток спасти наши отношения. Я думал, что после всего стал тебе противен, что ты ненавидишь меня, а ты оказывается просто ждёшь моих действий, - гневно выкрикнул он, совершенно забывая о том, что в комнате сейчас находимся не только мы вдвоём, но и два спящих ребёнка. - Я не понимаю, почему все проблемы всегда должна решать я!? Да разве я заслужила подобного к себе отношения, разве все годы вместе совсем для тебя ничего не значат? - в тон ему выкрикнула я. - Знаешь что, я лучше больше никогда не заговорю с тобой, чем позволю тебе так нагло манипулировать моими чувствами и действиями. - Если так, тогда убирайся из этого дома, и больше никогда не приходи сюда. - Ты не можешь просто выдворить меня из своей жизни, не забывай, что близнецы и мои сыновья тоже, и я не позволю тебе лишить меня права присутствовать в их жизни. - Хорошо, ты можешь видеть близнецов, но отныне меня для тебя больше не существует, - безразлично бросила я, еле сдерживая подступившие в глазам слёзы. - Теперь - убирайся. На вопросы мы ответили, так что у нас больше нет причин разговаривать. - Только, сама не пожалей о своих словах, Мун, - бесцветно бросил напоследок он, положив сына в кроватку и покинув комнату, закрыв за собой. Как только я услышала хлопок входной двери, то вмиг стала крушить всё все вокруг, заливаясь горькими слезами, сильно крича от безысходности и окутывающей всё тело нестерпимой боли. За что он так поступает со мной? В сознание меня привёл лишь плачь близнецов, и я поняла, ради кого должна взять себя в руки. Они не должны видеть свою маму в таком состоянии. Я обещаю, что Крис больше никогда не сможет вывести меня из себя. Я уверена, со временем боль стихнет и я смогу жить спокойно со своими мальчиками, зная, что Шистад больше не причинит той боли, которую когда-либо причинил.