Базовая потребность Стивена Гранта Роджерса

Потребность в Баки.

Десять лет назад. К такому не мог быть готов сам Капитан Америка, будь он хоть десять раз легендарным спасителем мира от великого зла двадцатого века. Когда смутно осознающий действительность Баки сказал, что хочет кое-что прихватить с места стоянки, Стив думал, что это вещь. Сумка, одежда, винтовка. В конце концов подобранный с помойки черный потрепанный кот, столь же одинокий и ненужный этому веку, как два молодых ветерана Второй Мировой. Стив совершенно точно не был готов к жестокой шокирующей действительности: что этим "кое-что" окажется сам Брок Рамлоу - гидровец, предатель, подлый ублюдок, игравший на два фронта, раз за разом прямо смотревший "честным преданным взглядом" в глаза своему Капитану и молчавший, молчавший, молчавший. Су... Капитан Америка осуждает такие выражения и сам же в первую очередь должен следовать своим принципам. Стив почти ощущал напряженный зуд в лежащих на руле ладонях. Придушить Рамлоу прямо здесь и сейчас хотелось немилосердно. Стив уверен, что воды, проведя четыре дня в самой горячей точке раскаленной африканской пустыни, ему бы хотелось меньше, чем сомкнуть обе руки на нежной шее Рамлоу и насладиться предсмертными хрипами ублю... Капитан Америка так не выражается. * * * Наши дни. Стив с восхищением касается губами правой коленной чашечки, обводит её языком. Баки сильнее сжимает пальцами края ванной, шире раздвигает ноги, прогибается всем телом, чутко реагируя на почти невинную ласку. На глазах Баки черная повязка, он улыбается, с предвкушающим интересом ожидая новых действий Стива. Стив позволяет себе застыть на десяток секунд, наслаждаясь давно удовлетворенным единственным и самым сильным в своей жизни вожделением, огромной любовью, неизлечимой даже смертью их обоих болезненной зависимостью, острой потребностью друг в друге и наконец высшим спокойствием и чувством хорошей стабильности, несколько лет назад прочно пустившими корни в сознание Стива. Обладанием. * * * Десять лет назад. - Зачем он тебе? Баки не отвечает, только напрягается весь так, будто готов прямо сейчас отражать жесткую атаку равного по всем параметрам или превосходящего противника. Стив не собирается атаковать Баки. То есть конкретно сейчас ему бы очень хотелось атаковать, но не Баки, а беспринципного лишенного человеческих ценностей гада, за которого его Баки готов сцепиться сразу после жаркой торопливой близости прямо на соседнем с водительским переднем сидении люксового внедорожника. Молчание Баки сообщает Стиву куда больше любых слов. Стив делает глубокий вдох, медленно выдыхает, мысленно считает до десяти и в обратном порядке, поставив своей целью максимально возможное для ситуации спокойствие, и заводит автомобиль. Всю дорогу до канадско-американской границы в салоне висит тяжелая гнетущая тишина. * * * Наши дни. У Баки сейчас плотно прилегающая черная повязка на глазах и чувственно приоткрытый в беззвучной мольбе о большем рот. Перед ним таким совершенно невозможно устоять. Стив планировал действовать медленно и исключительно ласково. Стив срывается. Наползает сверху и жадно впивается губами между шеей и металлическим плечом, пропихивая два пальца левой руки в чувственный рот. Баки покорно принимает, позволяет пальцам Стива заполнить свой чувствительный рот до упора губами в костяшки, возбужденно гнется под Стивом, расплескивая за края ванной теплую прозрачную воду без каких-либо ароматных творений гениев химической промышленности. Стив берет пальцами рот Баки, целуя и кусая его шею, как дикий зверь, не человек и не идеализированный герой с фотокарточек, черно-белых фильмов и агитационных плакатов в поддержку военной кампании против Гитлера, коим его до сих пор считает значительная часть американской общественности. * * * Десять лет назад. Стив снова очень серьезно размышляет об убийстве живого человека без предварительного суда и следствия, когда они, едва преодолев канадскую границу, официально уже находясь в Штатах, останавливаются на ночевку в приграничном мотеле. К злой досаде Стива и счастью Брока Рамлоу, Баки избирает для сна одну постель с Рамлоу и добраться до него нет ни малейшей возможности, не побеспокоив при этом Баки. * * * Наши дни. Баки обнимает Стива руками за шею и притягивает близко-близко, так, что их лбы соприкасаются, готовый принять всё, что Стив ему даст. - Я люблю тебя, мелкий. Стив со слезами на глазах, которых Баки из-за повязки не видит, шепчет ответное, думая о словах, не способных выразить всю силу, глубину и бесконечную палитру оттенков его чувства. * * * Десять лет назад. К прибытию в Башню Стив осознает, что никогда никого не ненавидел так сильно, как посягающего на его утерянное в заснеженной пропасти семьдесят лет назад и чудом обретенное вновь самое ценное сокровище. * * * Наши дни. Стив подхватывает Баки под бедра, закидывает себе на плечи исцелованные мускулистые ноги и принимает в рот, надевается губами на внушительный стояк Баки, обласкивает языком головку, основание, каждую венку, каждый квадратный миллиметр. Баки стонет под ним беспрерывно, подаваясь бедрами навстречу. * * * Десять лет назад. В новой обстановке Баки автоматически переходит в предбоевой режим. Человеческой частью сознания понимая, что угрозы нет - Башня Старка признана самым передовым в плане охранных систем зданием в США - Зимний Солдат бдит и не отходит от Рамлоу ни на шаг. Стив в свою очередь ни на шаг не отходит от Баки, не желая оставлять своё наивное счастье наедине с отпетым мерзавцем, который может сделать с Баки что-нибудь ужасное, оставь их Стив наедине. Спать приходится втроем под остроумные смешки Старка и выразительные взгляды Романофф. К третьему месяцу только сна в одной постели Стиву надоедает ходить хронически неудовлетворенным, регулярным наблюдателем, как его Большая и Светлая трахается по утрам с предпочитающим отдаваться коварным бывшим гидровцем. Стив решает забить клин на присутствие в их постели довеса и в одно утро решительно подминает едва проснувшегося, тепленького, возбужденного и жаждущего Баки под себя, прежде чем тот успевает дотянуться до Рамлоу. * * * Наши дни. Баки вцепляется в Стива, как клещ. Крепко держится за Стива руками, скрещивает ноги на пояснице Стива и принимает сантиметр за сантиметром всю немаленькую возбужденную плоть Стива в себя, шумно дыша ярким зацелованным ртом в губы Стива. Девять лет назад. К первому году совместной жизни слишком современной семьей по-шведски - на троих - Стив не может не признать, что присутствие Брока благотворно влияет на Баки. Присутствие их обоих, - поправляет себя Стив. Предатель давно прижился в их апартаментах, в их постели. Его больше не хочется придушить до физически ощутимого зуда в ладонях. Они даже начали перебрасываться короткими ничего не значащими фразами вроде "Как Баки?", "Где Баки?" и "Кэп, передай соль". * * * Наши дни. Стив, размашисто двигая бедрами, вбиваясь в требовательного возлюбленного, как тот любит, впивается губами в шею Баки, отодвинув длинные мокрые волосы и смотрит прямо перед собой - на привалившегося к дверному косяку наглого, нехило вымахавшего на старковских кормах солюбовника. Брок активно удовлетворяет себя рукой на их живописную картину и, поймав взгляд Стива, весело подмигивает, с намеком толкаясь языком в щеку, намекая на... О, Космос.... сегодня. Стив кончает от этой мысли. Баки догоняет его, помогая себе правой рукой, и срывает повязку, ловит застывший на одной точке взгляд Стива и оборачивается в ту же сторону. На возбужденном Броке с рукой в штанах скрещивается огонь двух раздевающе-раскладывающих взглядов. - В спальню. - оперативно принимает решение Стив.