Глава четвертая. «Kiss me»
26 сентября 2018 г., 18:38
Сегодня школа была на взводе, наблюдая за жаркой ссорой Стивинсона и Дуглас:
— Ты целовался с ней!
— Я даже оправдываться не буду. Ты мне просто надоела. Кора, между нами всё кончено!
— Но мы же такая хорошая пара! Я люблю тебя, а ты выбраешь ее? — произнесла блондинка, сквозь слезы.
— Я тебе все сказал, — спокойно ответил брюнет и ушел.
***
Днем ранее
Начался сильный дождь, но их губы все же соприкаснулись. Все, о чем Тара могла только мечтать, случилось в один миг: первый поцелуй под дождем с любимым парнем. Он положил руки ей на талию, а она обвила своими руками его шею. Стивинсон решил не давать себе воли, пока у них с Галлагер не будет все серьезно. Их страсный поцелуй снова был прерван блондином, идущим недалеко от них: — Голубки, — шуточно начал говорить Купер, — вам пора расставаться. Тара засмущалась и отстранилась от Ньюта на пол метра. — Мы проводим тебя, нам уже пора, правда, друг? — намекающе спросил Чарли. — Конечно, идем, — ответил брюнет. Проводив девушку до самого дома, парни, попрощавшись с ней, пошли на прогулку. — Стивинсон, что ты делаешь, черт возьми? Тебе нельзя с ней! — Знаю, знаю, но сердцу не прикажешь. — А как же твой отец? Ты же понимаешь, что он с тобой сделает, когда узнает про Галлагеров? Проигнорированный вопрос Чарли, стал точкой в этой теме. Они пошли в лес, чтобы снова «побаловаться» своими способностями. — Смотри лес не подожги, — сказал Купер, постуча Ньюту по плечу. Лес находился на окраине города. Зайдя в его глубь, блондин начал обращаться: его тело покрывалось шерстью, из пальцев начали расти острые длинные когти; сквозь губы виднелись клыки на верхней и на нижней челюсти; а зрачки приобрели кровавый цвет. — Эффектно, эффекно, — высказался парень, наблюдавший со стороны. Но он тоже решил не медлить: не жалея одежды, буквально за секунду тело Ньюта покрылось ярким пламенем; из нижней челюсти прорезались клыки; глаза были наполнены злостью, а зрачки стали переливаться огненным цветом. — Может у меня и нет острых когтей и клыков на верхней челюсти, я умею вот так, — выкрикнул Стивинсон и направил сеть пламени на своего приятеля. Но Чарли это не напугало. Он увернулся от потока, благодаря невероятной скорости. — А ты молодец, освоил новую способность, — оценил блондин.В это время:
— Тара, иди за стол, пора ужинать! — радостно восклицала миссис Галлагер. Присев за стол, она уплетала еду за щеки на «раз-два». Счастье переполняло ее. Девушка хотела поскорей все рассказать своей маме. — Мам, ты чего поёшь? Почему такая радостная? И где отец? — Ах, он сегодня на ночной смене. А я… Я нашла себе подругу! Она такая хорошая! — Классно. И кто же она? — Давай ты сама с ней познакомишься завтра вечером? Я пригласила ее поужинать. Рассказывать русоволосая ничего не стала. Решила оставить эту информацию только для Кейт. «Может еще все изменится». Ночью, Галлагер разбудили звуки за окном. Ей было страшно к нему подходить после случая с оборотнем. Найдя в себе силы, сонная девушка медленно подбрела к окну. Открыв его, она увидела стоящего на дороге Стивинсона, который был одет в мягкую, на вид, пижамку. — Тара, прости, за то, что разбудил. Можно мне войти? — А что на счет двери? — Родителей твоих будить не охото. Ну так что, разрешишь составить тебе компанию? — Конечно, — ответила ничего непонимающая девушка. По старым кирпичам, немного выдвинутым из стены дома, он забрался к ней в комнату. — Что-то мне не спится. Чарли пошел к Кейт, а больше я ни с кем не хочу проводить время. Голубоглазой нечего было сказать. Она видела парня сквозь сон. Усевшись на кровать, Галлагер просто-напросто закрыла глаза и замолчала. Парень присел к ней и обнял, положив ее голову себе на колени. Без сомнений, вся эта ситуация нравилась Таре, но сон просто не давал ей этим насладиться. Она совсем забыла, как уснула и, проснувшись, увидела Стивинсона, сидевшего за столом. — С добрым утром, художница! — нежно прошептал брюнет. — Ты что, был всю ночь со мной? Я совсем не помню, как заснула. — Я же обещал, что устрою слежку за незнакомцем. — Спасибо, Ньют. Русоволосая отвела взгляд в сторону и быстрым шагом ушла из комнаты. Парень не стал идти за ней, потому что не хотел встретиться с Вероникой, ведь мало ли что она себе надумает… Он решил заправить кровать и прибраться на столе. Через несколько минут обратно в комнатку зашла как-будто совершенно другая девушка. За это время Тара успела сходить в душ, подобрать одежду в школу, накраситься и привести волосы в порядок. — Сядь на кровать, — тихо указала голубоглазая. Брюнет переместился, подчинившись Галлагер. Она модельной походкой, как ее учила Кейт, медленно подошла к парню, уселась к нему на колени и поцеловала его, ведь чувствовала, что он теперь только ее и ей все дозволено. Несколько минут страсный поцелуй связывал пару, просто горющую от желания овладеть друг другом. Теперь Стивинсон мог дать волю своим рукам. Проводя ими по всему телу девушки, он устремил их к ягодицам русоволосой. Крик миссис Галлагер с первого этажа напугал голубоглазую, ведь она не хотела, чтобы ее мама именно сейчас увидела их вместе. — Ньют, встретимся в школе! — испуганно прошептала Тара и повела кареглазого к окну. — Тара, до встречи, — ответил парень и снова поцеловал Галлагер в щеку. На завтрак русоволосую ожидали горячие шоколадные вафли. Быстренько съев все, что лежало у нее в тарелке и выпив чай, девушка поспешила в школу, чтобы скорее рассказать все своей подруге. По дороге она встретила Лиама, который ждал Даниэля, но голубоглазая успела только минуту поболтать с парнем, как у нее зазвонил телефон. — Тара, скорее беги в школу, это очень срочно! — кричала Кейт в трубку. Русоволосая рванула, забыв про друзей. Забежав на первый этаж, никого не оказалось, но она услышала, что на втором этаже что-то происходит. Как только Галлагер забралась по летнице, Нолан утянула ее в толпу школьников, которые наблюдали за жаркой ссорой Стивинсона и Дуглас. Кто-то снимал все происходящее на камеру, а кто-то посмеивался. — Ты целовался с ней! — Я даже оправдываться не буду. Ты мне просто надоела. Кора, между нами всё кончено! — Но мы же такая хорошая пара! Я люблю тебя, а ты выбраешь ее? — произнесла блондинка, сквозь слезы. — Я тебе все сказал, — спокойно ответил брюнет и ушел. За плачущей блондинкой, уходившей из коридора, последовали Кэтрин и Вивиан. Проходя мимо Тары, злая Дуглас выкрикнула: — Галлагер, тебе не жить! Голубоглазая не могла пошевелисться. Она ничего не могла понять. — Тара, с тобой что? — спросила Кейт. — Они что, расстались? Что вообще происходит? — Кора как-то узнала, что ты целовалась с Ньютом. И он бросил ее, видимо, потому что влюбился в тебя. Ну разве не классно?! — Я его люблю, но теперь меня будет мучать то, что я разрушила пару. — Ты что несешь? У вас с ним был поцелуй! О чем ты тогда думала? — Пойдем, я тебе все расскажу. Нолан и Галлагер поспешили в уборную, чтобы все обсудить. Рассказав всю увлекательную историю про вечер и утро, проведенное с Ньютом, Тара хотела узнать, что думает он ней подруга. — Я так рада за тебя! — Вскликнула Кейт, обняв подругу. В этот момент из кабинки вышла Дуглас, которая слышала весь разговор. — Да как ты можешь? Как тебе совесть позволяет забирать любовь? — сказала блондинка, вытирая тушь, которая растеклась по всему лицу. Голубоглазой стало жаль девушку, но в тот момент она могла лишь попытаться успокоить ее. — Кора, прости… Я не хотела сделать тебе больно, — начала русоволосая. — Отстань, я тебя ненавижу! — выкрикнула Дуглас и ушла из уборной. Галлагер не сдержалась и кинулась в слезы. Нолан говорила ей, что теперь Ньют только ее, а про блондинку скоро все забудут. Выйдя в коридор, переполненный школьниками, девкшка столкнулась с брюнетом, который успел взять ее за руку. Смотря в ее зареваные глаза, он начал распрашивать, что случилось: — Тара, почему ты плачешь? Кто тебя обидел? Русоволосая хотела остаться одна, поэтому проигнорировав парня, пошла домой, как ей посоветовала подруга. Дома никого не было, а то пришлось бы все объяснять родителям. Уткнувшись лицом в подушку, Галлагер начала плакать еще сильней. Покрича во весь голос, ее пробрала злость. Подойдя к письменному столу, она разорвала все свои работы в клочья. Решив снова вернуться на кровать, она увидела, что на подушке остался отпечаток кометики. Пойдя в ванну, чтобы умыть лицо, Тара решила принять душ. Девушка проводила пальцами по волосам и даже не замечала, что моется под холодной водой. Никто в тот момент не мог поддржать ее. Как вдруг, кто-то постучал в дверь. Русоволосая не хотела ни кому открывать, поэтому продолжала стоять под холодными струйками воды. Но гость не уходил. Видимо он знал, что голубоглазая дома. Она быстро накинула на себя полотенце и спустилась вниз. К ней пришла Джуди: — Я войду? — Конечно. — Я почувствовала, что сейчас ты нуждаешься в поддержке. Ты разбита, — говорила гостья, сидя за кухонным столом. — Джуди, подожди меня, мне нужно одеться. Пока Мэйд ждала Галлагер, она успела рассмотреть весь первый этаж. Хоть это и было неприлично, но любопытство взяло свое. Выйдя в домашней зеленой футболке и черных шортах, Тара устремилась к холодильнику, чтобы не оставить девушку без угощения. — Ну рассказывай, как это ты почувствовала, что мне плохо и зачем пришла? Я же тебе все испортила… — Не злись на меня, пожалуйста. Я тогда была в плохом настроении и… На самом деле я пришла, чтобы извиниться. — Хорошо, а зачем ты следила за мной все это время? — У меня нет друзей, а тут — новенькая в городе. Вот я и решила узнать тебя получше. Понимаю, это нехорошо… — Ладно тебе, ты когда-нибудь пробовала шоколадные вафли? Угощайся, мама каждый день такие печет, — проговорила голубоглазая, пододвинув тарелку с вафлями к Джуди. — Спасибо, очень аппетитно выглядят. Расскажи, что случилось в школе? — Я пришла и увидела… Стоп! Откуда ты знаешь, что это было в школе? — Ну в это время все учатся, а ты дома. Видимо тебе пришлось уйти из нее. Рассказав всю историю, произошедшую за два дня, она налила горячего чая. — Ты не разрушила их пару, ведь его сердце и так занято тобой. Таре тоже хотелось так думать. Узнав друг друга получше, поговорив о жизни в общем, девушки сдружились. На часах было 14:00, Мэйд ушла с предлогом, что ей нужно сделать одно важное дело. Весь день голубоглазая не отвечала на звонки. Отключив телефон, она легла вздремнуть. Звук ключей в дверном проеме раздался на весь дом. Пришла Вероника и ее новая подруга. Девушка побежала вниз, чтобы принять гостью. Она увидела на пороге разувающуюся женщину, которая посмотрев на Тару, замерла. Еще несколько секунд взгляд незнакомки оставался на голубоглазой. — Дочь, знакомься. Это — Лили Мэйд, моя подруга. — Здравствуйте, тихо произнесла русоволосая, опустив голову. Галлагер решила не оповещать маму о том, что она прогуляла школу. Лили принесла очень вкусный на вид торт. Пока женщины накрывали на стол, голубоглазая приводила себя в порядок. А позже пришел и Тед, отпросившись с работы пораньше. Наконец, все сели и начали знакомство. Они пили чай и кушали разные вкусности. Девушку заинтересовала Мэйд, поэтому она решила начать диалог: — А где ваш муж? Или вы не замужем? — Его не стало 14 лет назад, — сказала Лили и начала вытирать слезы. — Извините, я не хотела… Я…- Чувство вины перед окружающим миром просто съедало ее изнутри. Не выдержав, Тара вышла из-за стола и молча убежала. «Какая же я дура, дура, дура! Вечно всем всё порчу!» Вероника устремилась за ней в комнату. Застав русоволосую с книгой в руках, она встревоженно спросила: — Что случилось, доченька? Ты в последнее время какая-то странная… Может что-то в школе происходит? Ты только скажи! — Мам, со мной все хорошо, просто мне стало очень стыдно перед миссис Мэйд. Ничего, если я пропущу ужин? — Ну если тебе будет так лучше, то… Конечно. Вероника спустилась вниз к гостье, а девушка продолжала листать бестиарий. В тот момент что-то тянуло ее к нему. Она переместилась на кровать, продолжая перелистывать эту старую тяжелую книгу. Ее клонило в сон, но она продолжала читать. Все-таки, не сумев себя больше контролировать, Галлагер легла вздремнуть. Ей снова не удалось выспаться, ведь ее пробудил стук в окно. За ним был Стивинсон. Парень сразу обнял Тару, как только вошел в комнату. Пара стояла в обнимку молча. Девушка уткнулась лицом в плечо брюнету и сжимала его тело крепче. Ньют поднял голову и поцеловал Тару: — Я люблю тебя.
