My crazy love

      Оживленная улица, прохожие вечно куда-то спешат, не оглядываясь по сторонам. Взгляд устремлён под ноги, и не каждый готов поднять глаза на таких же, выброшенных в море суеты и порой бесконечных дел.       Один из многочисленных бизнес-центров живёт своей жизнью. Время близится к полудню; ближайшие кафе заняты обедающими работниками офисов. Все настолько поглощены своими проблемами, что никому нет дела до притормозившего на одной из парковок белого Феррари, а уж тем более до высокого темноволосого парня, что с лёгкостью выпрыгнул из него и направился в сторону ближайшего здания. Притягательный во всех смыслах альфа, поправляет большие синие наушники и включает свой любимый трек. Музыка доносится до окружающих легкими битами. Между тем парень, минуя центральный зал, идет к лифтам.       Он очень выделяется среди обычных клерков и курьеров, но работники центра слишком погружены в себя, чтобы заметить его. В лифте ситуация немного меняется, и любопытные омеги вовсю глазеют на незнакомого альфу, пытаясь угадать в каком отделе работает этот красавчик. Парень лишь растягивает губы в усмешке и делает вид, что ему нет никакого дела до этих взглядов. Где-то на пятидесятом этаже он выходит и, одаривая омег ослепительной улыбкой, теряется в лабиринте коридоров.       Альфа поправляет воротник своей белой рубашки и оглядывается, скрываясь за дверью служебного помещения. Узкая лесенка, приставленная к маленькому окошку, позволяет ему забраться выше и выбраться на карниз.       Оказавшись на небольшой площадке, парень без страха кидает взгляд вниз. Ветер треплет его волосы, а он на секунду прикрывает глаза, наслаждаясь этой лаской. Узкий карниз рассчитан только на одного человека, поэтому парень осторожно двигается по нему, дотягиваясь до пожарной лестницы и преодолевая по ней ещё этажа три. Он запрыгивает в очередное открытое окно и разминает плечи.       Помещение небольшое, но светлое. Здесь когда-то, видимо, был архив, но сейчас дверь в него заперта. Альфа подходит к противоположному окну, у которого лежит большая сумка. Он открывает её и достаёт большую оптическую винтовку, а затем и глушитель, который профессионально прикручивает к стволу.       Внизу многолюдно, но парень отлично видит цель: Зрелый альфа, который сейчас пьёт кофе и полностью погружён в чтение газеты. Снайпер занимает позицию и, недолго думая, нажимает на спусковой крючок. С улицы доносится громкий крик. Из своего укрытия киллер видит, как жертва падает со стула, а на асфальте растёт кровавое пятно.       — Хм, минус один, — усмехается парень, скидывая винтовку и ключи от машины в сумку, а потом бежит к пожарной лестнице.       Несколько пролетов и он на сороковом этаже. Альфа, запрыгивая в тёмное помещение, сбрасывает наушники и рубашку, натягивая на себя форму одной из местных курьерских служб, что разместились на этом этаже и, подхватывая стоящие у двери коробки, выходит в коридор.       Офисы практически пусты в обеденное время, поэтому альфа беспрепятственно минует коридор и спускается на стоянку, укладывая коробки в багажник небольшого фирменного мотоцикла курьерской службы. Через пару минут он выезжает со стоянки в противоположном от места трагедии направлении.       В тот же миг на знакомом Феррари мигает сигнализация. Из офисного здания выходит высокий блондин-альфа. На нём серая майка с принтом, модные джинсы и красные наушники, в которых слышны биты популярного трека. Через плечо перекинута большая спортивная сумка, которую он бросает на заднее сидение.       Возвращающиеся в офис работники кланяются ему, а он только кивает. Запрыгивая в машину, он стягивает с себя наушники и выезжает с парковки, встречая по пути машины полиции. Уже на выезде из города он догоняет знакомый мотоцикл. Киллер улыбается блондину, который громче включает любимый трек. Шатен снимает шлем одной рукой, позволяя ветру играть с его прядями. Блондин смеётся, продолжая следить за дорогой.       — На этом сегодня мы, пожалуй, закончим, — сказал высокий альфа, разворачиваясь лицом к своим студентам. — Думаю, что на следующем занятии я проведу опрос, а сейчас можете быть свободны.       Студенты начали расходиться, и лишь один замялся у двери.       — Сэр, — начал несмело омега, поправив свои карамельные волосы. — Вы просили меня задержаться? У вас какое-то дело?       — Да, Бэкхён, — улыбнулся альфа. — Ты мой лучший студент. Я знаю, что тебе по плечу любая миссия. Один мой хороший друг работает в очень известной фирме. Они с мужем ждут пополнения, поэтому он ищет себе замену. Он спросил, нет ли у меня студентов, желающих хорошенько заработать. Почему-то я сразу подумал о тебе. В этом году ты оканчиваешь университет, и тебе не помешает хорошая практика. Думаю, что эта работа станет для тебя первым шагом к успеху.       — Сэр, — удивленно хлопал глазами Бэкхён. — Спасибо, сэр. Конечно, я согласен. Боже, как я могу вас отблагодарить?       — О, ничего не нужно, я знаю о твоём положении, поэтому и решил помочь. Просто стань тем, кем бы я мог гордиться.       — Вы не разочаруетесь во мне, сэр, — низко поклонился омега.       — Вот, держи адрес, мой друг ждёт тебя завтра в два.       — Спасибо.       Бэкхён забрал адрес и, ещё раз поклонившись и поблагодарив учителя, побежал в сторону общежития, трепетно сжимая в руках визитку одного из самых известных предприятий страны. Счастливо улыбаясь, он вошёл в свою комнату, но улыбка тут же сошла с его лица.       — Се, ну ты как всегда, — пробурчал Бэкхён, распахивая окна, чтобы выветрить запах пива и сигаретного дыма. — Сколько раз я просил проветривать помещение? И ты опять прогуливаешь лекции? Учти, рано или поздно мне перестанут верить.       Комок из одеял пошевелился, и перед Бэкхёном появилось недовольное лицо его младшего брата.       — Что ты там бурчишь, хён? — прохрипел он, пытаясь выбраться из кольца чьих-то рук.       Бэкхён поморщился, замечая на диване полуобнаженного альфу с параллельного курса.       — Сехун! Я же просил не водить в комнату посторонних! Что здесь делает «это»?       — «Это» зовут Минхёк, и «оно» уже уходит, — ухмыльнулся Сехун, спихивая альфу с дивана.       Минхёк что-то пробурчал, но собрался и ушёл. Бэкхён обречённо начал наводить порядок, комкая грязное бельё пока младший, как ни в чём не бывало, поплёлся в душ. Старший с презрением шипел, собирая с пола использованные презервативы, окурки от сигарет и пустые бутылки.       Приняв душ, младший прошёл мимо красного от злости Бэкхёна и плюхнулся на диван, включая телевизор.       — Сегодня возле бизнес-центра был застрелен глава корпорации NCS — Пак Шихёк. По сведениям полиции работал снайпер. Следов киллера не обнаружено, хотя предположительно выстрел был произведен из соседнего здания. Полиция проводит рейд по офисному центру в поисках улик, — говорил диктор.       — Ага, дожидаются они вас там, — усмехнулся Сехун, закидывая в рот горстку чипсов. — Хотя чем ещё заниматься полиции? Конечно же, обследовать стодвадцатиэтажное здание.       Бэкхён фыркнул, шлёпнув по ногам брата половой тряпкой:       — Ноги подними.       — Хён, ну ты чего такой злой, ну развлеклись немного, что такого-то?       — Се, тебе семнадцать, а ты ведёшь себя, как последняя шлюха. Я помог тебе поступить в лучший университет, но вот уже третий месяц выслушиваю от преподавателей о твоих прогулах. Каждый второй альфа в общежитии рассказывает о твоих похождениях в его постели. Мне стыдно смотреть людям в глаза.       — Не смотри, — пожал плечами младший.       — Но, Се…       — Хён, я хочу жить. Я столько лет был под гнётом отца, а теперь я свободен. Я…       — Так зачем было просить об университете, мог бы сразу идти на панель?       — А я просил? — злился Сехун.       — Твой папа сказал…       — Он хотел от меня избавиться, — ответил младший омега.       — И подкинул проблему мне? — хлопал глазами Бэкхён.       — Он всегда тебя недолюбливал, — засмеялся Сехун.       — Но я ни на что никогда не претендовал, — возмутился старший.       — Ты сын истинного омеги отца. Старший сын, а я так… обуза. Признай, что я тебе тоже не нужен. Я никому не нужен, понимаешь?       — И поэтому ты так себя ведёшь?       — Я всегда был таким. Это ты придумал себе идеального брата. Я никогда не буду таким, как ты хочешь. По-моему, мы не раз говорили об этом.       — И не раз я просил тебя заниматься «этим» в другом месте. Губи свою жизнь где-нибудь подальше. Мне осточертело убирать за тобой, Се.       — Да пошёл ты!       Сехун схватил свою толстовку и вылетел из комнаты, громко хлопая дверью.       — Господи, за что мне всё это? — слезливо спросил Бэкхён, оседая на пол. Он, конечно же, пойдёт искать брата и обязательно вернёт его домой, но вот только им обоим сейчас нужно успокоиться.       Сехун брёл по улицам, разглядывая витрины. Он уже давно успокоился, ведь прекрасно понимал, что брат был прав. Почему Се калечил свою жизнь, он и сам не понимал, просто когда-то, услышав от папы, что он был ошибкой, омега сдался и позволил инстинктам взять верх над собой. Сейчас хотелось плакать, но он был не тем человеком, который мог показать свои истинные эмоции.       Бэкхён был самым родным. Он единственный пытался вытащить Сехуна из его капкана, но младший был слишком принципиален. Родители никогда не заботились о своём ребёнке, Се был полностью на попечении нянек. Как он узнал позже, его отец был, да и до сих пор остается, знатным ловеласом. Папа Бэкхёна ушёл от него, когда Бэку было около трёх. Он сам поднимал сына, пока однажды просто не «сгорел» на работе, а папа Се… он просто залетел от красивого альфы, а родители заставили его жениться. Сехун никому был не нужен, и только полгода назад папа скинул его на плечи Бэкхёна.       — Ты же лучший в университете, помоги брату устроиться, — сказал он тогда, впихнув Сехуна в комнату ничего не понимающего Бёна. — Не скучайте мальчики.       И с тех пор они совсем не скучали. Ссорились каждый день, Сехун хлопал дверью и уходил, а потом Бэкхён полночи искал его и вытаскивал из каких-то подозрительных клубов, оставшуюся часть ночи слушая тихие всхлипы и обещания, что такого больше не повторится, а утром… утром всё начиналось сначала.       Сехун вздохнул, опустившись на лавочку. Сегодня не было настроения веселиться, какое-то нехорошее предчувствие копошилось где-то внутри. На город медленно опускалась ночь, было около полуночи, когда Сехун перепрыгнул через забор общежития и по пожарной лестнице забрался на свой этаж.       — Хён, я дома, — сказал он, открывая дверь. — Ты прости меня, хён, я…       Сехун поднял голову и огляделся, в комнате было пусто. Бэкхёна, который безумно боялся темноты, нигде не было. Сердце тревожно забилось в груди. Омега выскочил в коридор и побежал в сторону выхода.       — Сэр, где мой брат, сэр? — тормошил Сехун спящего вахтёра.       — О, ты вернулся, — похлопал глазами мужчина. — А он, кажись, тебя искать пошёл, вот только что-то долго его нет.       Омега уже не слушал, он выбежал во двор общежития и пытался понять, где ему сейчас искать брата. Телефонный звонок прервал его размышления.       — Да, — нервно приложил трубку к уху омега.       — Господин О Сехун? — донёсся на том конце равнодушный голос.       — Да, это я, а вы…       — Мы из городской больницы, — сердце Сехуна замерло. — Пару часов назад к нам доставили молодого человека. Бён Бэкхён, вам знакомо это имя?       — Да, — шепнул Сехун. — Что с ним?       — Это не телефонный разговор, я жду вас здесь.       — Хорошо, — Сехун сбросил вызов, вытирая рукавом выступившие слёзы, и побежал ловить такси.       Уже через полчаса он вбежал в приёмный покой, направляясь к регистратуре.       — Бён Бэкхён, где я могу его найти? — спросил он у парня за стойкой.       — Одну минуточку, — сказал омега, щёлкая кнопочками на клавиатуре. — Третий этаж, палата 309, лечащий врач — господин Чо Инсон.       — Спасибо, — сказал Сехун, направляясь в указанном направлении.       У нужной палаты высокий альфа в белом халате о чём-то беседовал с медбратом, а потом перевёл взгляд на запыхавшегося парня.       — Доктор Чо? — спросил Сехун, рассматривая мужчину. — Я — О Сехун. Где Бэкки? Что с ним?       — Состояние стабильное, пойдёмте в мой кабинет.       Сехун направился за старшим, уловив на себе сожалеющий взгляд санитара.       — Присаживайтесь, — сказал доктор.       Сехун послушно сел, вслушиваясь в своё сердцебиение.       — Кем вам приходится господин Бён? — спросил Инсон, внимательно посмотрев на младшего.       — Он мой старший брат, — ответил Се, чувствуя напряжение.       — Когда его привезли, он бесперебойно повторял: «Найдите Сехуна», поэтому, я и позвонил вам.       — Что с ним случилось? — спросил Сехун, чувствуя вину.       — Его изнасиловали, — спокойно ответил врач, а Сехун подскочил на месте.       — Что?       — Да, его нашли на улице, растерзанного, видимо кто-то жестоко воспользовался им и…       Инсон замолчал.       — Почему вы молчите? — дрожащим голосом спросил младший.       — Кажется, у вашего брата была течка, — продолжил Инсон. — Есть вероятность того, что он забеременеет.       Сехун медленно осел на пол.       — Это я во всём виноват, — шепнул он, понимая, что из-за своей глупости сломал брату жизнь. Если бы он не ушёл, Бэкхён не стал бы его искать и не нарвался на того больного ублюдка. — Господи…       — Сейчас ваш брат спит, у него очень серьёзные травмы. Я боюсь, что после случившегося, он может замкнуться в себе. Сейчас ему нужен кто-то близкий рядом.       — Доктор, а этого ребёнка можно убить? — поднял на старшего глаза Сехун.       — Пока ещё рано об этом говорить, но да, это возможно, если Бэкхён даст на это письменное согласие.       — А я…       — Нет, я хочу, чтобы он сказал мне об этом лично. Вы не можете решать всё за него, ведь последствия от этого шага могут быть очень серьёзными.       Сехун опустил голову и закрыл лицо ладонями.       — Вы можете навестить его.       О кивнул и поднялся на ноги, направляясь в нужную палату. Бэкхён был слишком бледным, на нежной коже виднелись глубокие царапины и синяки, Сехун забыл, как дышать, внутри бушевал пожар. Он медленно подошёл к кровати и лёг рядом с братом.       — Бэкки-хён, прости меня, прости, — плакал младший. — Это всё из-за меня. Это я виноват.       — Ты ни в чём не виноват, малыш, — послышался хрипловатый голос. — Просто это я оказался не в том месте и не в то время.       — Скажи мне, кто он? Я найду его и…       — Се, — тихо сказал Бэкхён. — Пообещай мне, что не будешь вмешиваться. Пусть это останется нашим маленьким секретом.       — Но хён…       — Милый, прошу тебя, — заплакал старший, а Сехун опешил, неужели его брат знает человека, что так жестоко поступил с ним? — Я прошу…       — Хорошо, — чуть дрогнувшим голосом сказал О.       — Иди ко мне, — протянул младшему руку Бён.       Сехун пододвинулся ближе и обнял брата.       — Теперь всё будет хорошо, хён, — шепнул Сехун, замечая на руке брата ожоги, и кровавую метку на шее.       Глаза О расширились, но он постарался взять себя в руки, этого не может быть, хотя в связи с последними событиями всё возможно. Бэкхён прижался к младшему, вдыхая такой полюбившийся запах мандаринов, и тихо всхлипнул.       — Хён, это он да? Он вернулся?       Бэкхён заплакал сильнее.       — Забудь, Хунни.       — Но ведь это уже не первый раз, хён. Ты так и дальше будешь закрывать глаза на этот беспредел? В этот раз он зашёл слишком далеко, он…       — Он сегодня потерял брата, он был в ярости, а тут я.       — Это не оправдывает его, хочешь, мы пойдем в полицию…       Сехун видел, как побледнел Бэкхён и отрицательно замотал головой.       — Нет, Се, не надо полиции, не надо…       — Хочешь я…       — Не смей! Не смей связываться с ним! Я всеми силами берёг тебя от связи с этим монстром. Для него я забитый сирота, по его мнению, меня некому защитить. Их компания когда-то отняла у меня папу, я не хочу, чтобы они вмешались и в твою жизнь. Давай просто забудем обо всём этом.       — Хён, но… ребёнок, — сказал Сехун и увидел, как в ужасе раскрылись глаза брата.       Бэкхён вспомнил тёмный клуб, своего мучителя, боль и смех альфы, который наполнил помещение, когда омега почувствовал сцепку.       — А теперь можешь сдохнуть, — последнее, что помнил Бэкхён. — Наградил же Бог омегой.       Омега тихо всхлипнул, прижимаясь к брату.       — Доктор сказал, что нужно что-то решить, пока не поздно, — осторожно начал Сехун. — Нужно твое письменное согласие на аборт.       — Нет, — тихо сказал Бэкхён.       — Что? — удивлённо вылупил на него глаза Сехун.       — Я не убью этого ребёнка…       — Но, хён…       — Се, теперь я никому не нужен, эта тварь поставил на мне метку. Ни один альфа теперь не посмотрит на меня. Я не хочу оставаться один, а этот малыш станет для меня утешением.       — Хён, ты не один, я с тобой, — тихо заплакал Сехун. — Мы справимся, хён.       — Эта тварь думает, что я умер. Что ж, пускай. А мы будем счастливы, обязательно.       — Конечно, хён.       Бэкхён медленно засыпал, а Сехун думал о том, что он не может оставить всё просто так. Бэкхён рассказывал ему о семье Пак, на которую работал его папа. Они когда-то были на вершине бизнеса, их курьерские услуги пользовались большим спросом, пока однажды на рынке не появились конкуренты. Глава компании — Пак Шихёк просто озверел, он загонял своих работников и многие страдали от переутомления. Именно из-за ослабленного организма господин Бён и подхватил болезнь, с которой он не смог справиться. У Пак Шихёка было два младших брата: Пак Чанёль и Пак Чимин. И именно Чанёль по какой-то нелепой задумке судьбы стал истинным альфой Бэкхёна. Он увидел его впервые тогда, когда парень пришел в офис NCS просить компенсацию для больного родителя. Чанёль невзлюбил Бэкхёна. Он возненавидел Бэкхёна. Он не мог смириться с тем, что его природная пара какой-то забитый жизнью паренёк из низшего класса. Он издевался над ним, а после того, как Бён старший умер, и Бэкки подал в суд на компанию Паков, Чанёль считал своим долгом унизить мальчишку.       Пак Шихёк подкупил судей, и дело они выиграли. Бэкхён остался без ничего и с позором уехал из своей деревни, слушая лишь оскорбления от своего альфы, человека, который, по сути, должен был его защищать. И вот сейчас, случайная встреча с Паком вновь разрушила жизнь Бэкхёна, но теперь с ним рядом был Сехун. Он обязательно придумает, как отомстить семейке Пак, ведь кто-то сегодня уже начал, так почему же Сехуну не продолжить правое дело. Вот только бы знать, кому ещё насолила эта противная троица, чтобы объединить с ними усилия.