Упади в эту бездну

Первым ощущением которое я почувствовала, был холод. Моё сознание медленно возвращалось. Я попыталась разлепить глаза, которые от долгого нахождения закрытыми, стали тяжёлыми и не хотели открываться. Но когда я наконец открыла их, ничего не изменилось. Перед глазами всё так же было темно. Я лежала на спине, на твердом бетонном полу. Всё тело ломило от боли. Я попыталась вспомнить хоть что нибудь, но мысли были в полнейшем хаосе, нужное воспоминание убегало от меня как мышь, которая никак не попадёт в мышеловку. Я перевернулась на бок и попыталась привстать на руках, но резкая боль заставила меня рухнуть обратно на пол. Глаза постепенно привыкали к темноте, и я смогла разглядеть место где я находилась. Это была маленькая комната с белыми бетонными стенами и полом. Дверь отсутствовала, из мебели была только кровать. В комнате также был оборудован туалет и раковина. Нет. Не может быть. Это просто чушь. Мой живот скрутило от внезапного осознания. Такую комнату я видела только в одном месте. Я возобновила попытки подняться, краем глаза увидела что из спины появился кагуне. Из моего горла вырвался глухой крик. Этого не может быть, не может быть, не может быть. Они бы меня не оставили. Это не может быть реальностью. Постепенно на меня волнами начали наплывать воспоминания. Битва в Кокурии, освобождение Камиширо… Шатаясь, я поднялась на ноги и приблизилась к стене. С криком отчаяния, я ударила кулаком в стену. От моего удара в стене осталась вмятина, но не больше. Вот же сволочи… Они оставили меня, как собаку которая больше не нужна никому… Я столько сделала для Древа Аогири, а они так мне отплатили??? Мой кагуне врезался в стену, сделав вмятину ещё больше. Я начала бить стену кагуне, но за слоем бетона оказался плотный слой железа. Я беспомощно рухнула на пол, а кагуне распался в воздухе. Перебирая в голове воспоминания, я наконец нашла последнее. Канеки-кун. Я нашла его в странном состоянии. Было похоже что касатка его неслабо так помял. Но если Канеки пришёл его освободить, с чего бы Камиширо желать его убить? — Тишину нарушил звук урчания живота. Я была голодна. И причём так, как будто я тут уже много времени. В моей голове лихорадочно мелькали идеи, как выбраться из камеры, но все они были отвергнуты. До нападения на Кокурию я хорошо изучила её строение, и выбраться из камеры было невозможно пока она находилась в закрытом состоянии. Я сдавленно закричала и вцепилась руками в волосы. Выхода не было. Единственной возможностью выбраться было только если кто-то поднимет камеру на поверхность. А в ближайшие несколько месяцев моего нахождения здесь, это вряд ли сделают. — Чёрт, чёрт, чёрт, эти сволочи просто бросили меня здесь умирать!!!.. — Я ударила кулаком по полу, от чего по нему пошла трещина. — Когда я выберусь отсюда, я отомщу им, я заставлю их всех молить о прощении… Я медленно поднялась с пола. Из за моей спины расцвели лепестки моего кагуне. Я закрыла глаза и постаралась успокоить дыхание. Сосредоточив все свои силы в одном месте, направила их в вену вместе с кровью. Мои волосы потускнели, руки на глазах становились тоньше. Я чувствовала как поток крови стремится по вене, пытаясь выбраться из заключающего его тела. Основание моего кагуне стало красным, и медленно этот красный поток передвигался к концам лепестков. Когда концы кагуне стали красными, как спелое яблоко, я расслабила мышцы и одним резким движением впилась в него зубами. Из моего горла рвался крик, но его приглушил поток крови, возвращающийся в своё тело. Я распахнула глаза, красные полосы побежали от них во все стороны. Дождавшись пока вся кровь вернётся в тело, я оторвала зубами кусок моего кагуне и заставила себя проглотить жёсткую массу. Я улыбнулась. Наконец во все мышцы вернулась их сила. Из моего рта вырвался еле слышный шёпот: — Я иду.