We're not going to heaven.

      Я стояла на кухне, держа в руках нож, и смотрела на свое отражение. Сколько еще у меня есть времени? Сколько нужно протянуть еще, чтобы я, наконец, была свободна от всех, но важнее всего — от самой себя?       Во мне начинают просыпаться чувства, какие я не испытывала уже очень давно, те, которые я пыталась подавить в себе. Они могли бы все испортить, но, черт, мне это так нравится. Нравится, наконец, ощущать в себе приятное тепло, а не холодные колья, которые безжалостно втыкаются в душу. Мне хотелось понравиться тому человеку, к которому я была неравнодушна, но жаль начинать то, что вскоре обязательно должно закончиться. — Ты, вообще, слышишь, что я говорю? — Мэтт легонько ткнул мне вилкой в руку, заставив очнуться. Хорошо, что не в глаз.  — Что? — я болезненно сморщилась, потирая руку. — О чем ты говорил?  — Я замочил нашего соседа, а трупешник зарыл под твоим окном.  — И какой ты реакции от меня ожидаешь? — я с невозмутимым лицом продолжила жевать свой ужин, прекрасно зная, что это очередной пиздеж Мэтта. Хотя, если бы это и было правдой, моя реакция была бы такой же. — Идиотка, я тебе минут двадцать втирал о том, ЧТО У БРУКСА СЕГОДНЯ ТУСА, И ТЫ МОЖЕШЬ ЕХАТЬ СО МНОЙ, ОГЛАШЕННАЯ! — Мэтт по слогам проорал мне концовку предложения в ухо. Новость, конечно, радостная, но слышать я теперь буду явно плохо. — С чего такая честь, братец? В этом есть какой-то подвох? — я подозрительно глянула на него, слишком он сегодня был снисходителен ко мне. Неужели из-за того, что перед папочкой прикрыла? — Подвох в том, я могу передумать, если выебываться будешь, — Мэтт с недовольной моськой начал рассматривать меня. — Че те надо? Не смотри на меня так, или я тебя ударю, — я начала натягивать толстовку, стараясь закрыть как можно больше тела. Не люблю, когда на меня в упор пялились, хотелось натянуть на себя мешок и забиться в угол. — У тебя вообще женские шмотки есть? Можешь сегодня одеться нормально, а то не сразу понятно, где перед, а где зад. Ты же вроде девушка, где сиськи и все такое? — от его речи у меня челюсть вниз поползла. Так открыто плоской меня еще никто не называл. Я, конечно, не топ-модель, но грудь какая-никакая была. — Придурок конченый, что ли? Ты не должен вообще обращать внимание на мои сиськи, ты мой брат, ящер. Я же не заглядываю к тебе в штаны узреть твое подобие мужских гениталий. Я оденусь так, как нравится МНЕ! — я кинула в него полотенцем и пошла в свою комнату.       Можно было уже начать собираться, так как в спину донесся ор: «НЕ БУДЕШЬ ГОТОВА К 18:30, ПОПЕРДОЛИШЬ ТРИ КИЛОМЕТРА ПЕШКОМ!». Как мило.       Осмотрев весь свой гардероб, я поняла, что у отца два сына. Не было ни одной элементарной бабской шмотки, кроме лифчика. Если пойду в нем, определенно привлеку внимание Дилана и заткну Мэтта, а то он во мне мужика видит.       После долговременного поиска я остановила свой выбор на джинсовом сарафане, под который надела белый топ. Выпрямив волосы и нанеся немного макияжа, мне, наконец-то, первый раз в жизни не захотелось плюнуть в свое отражение. Наверное, правду говорят, что влюбленность преображает человека в лучшую сторону. Сама того не желая, я бесспорно поняла, что глупо отторгать свои чувства, когда я только и делаю, что думаю о предмете своего воздыхания на букву Д.       В мою комнату постучали, а затем бесцеремонно открыли с ноги. — Надеюсь, ты одета, если это не так, то мне все равно, — в комнату ввалился Мэтт. Одобрительно покачав головой, он оценил мой вид, подняв большой палец вверх. Наверное, дар речи потерял, после осознания того, что я все-таки женского рода.       Машина остановилась возле дома, из которого с грохотом разносилась музыка. Зайдя внутрь, я увидела беспорядочную кучу народа. Кто-то делал непонятные телодвижения, пытаясь попасть в такт музыке, кто-то в дубле спал на столе и под столом. Сосущиеся парочки были распиханы по всем углам. Теперь понятно, что-то такое настоящая вакханалия.       Мэтт взял меня под локоть и потащил к нашим знакомым, заставляя меня оторвать взгляд, как телочка засасывала парня так, будто пыталась съесть его.       На диване в гостиной сидели Брукс с видом счастливого укурыша, Зак, который пил с каким-то парнем на брудершафт, Эрик, который уже что-то доказывал Мэтту. И, к моей огромнейшей радости и разочарованию, Дилан, к которому с явным напором липла какая-то телка. Кирпичом бы ей в рожу.  — Лиз, чего застыла? Садись, пей, кури, всё в твоих руках, — Брукс протянул мне наполовину пустой бокал с каким-то алкоголем. В моих планах не было напиться, но раз на то пошло… —  Привет, Лиз, прекрасно выглядишь. Это Кэтрин, наша знакомая, — Дилан улыбнулся мне той милой улыбкой, в которую я влюбилась. Дамочка рядом с ним смело начала оглядывать меня с головы до ног и тут же отвернулась. Вот сука. Да я таких на завтрак ем.  — Очень приятно, Кэтрин, — я выдавила из себя подобие улыбки, вышел оскал, как у акулы. Старалась, как могла. — Ты знакома с таким понятием, как личное пространство? — я пыталась нарваться на ссору. Хотелось драки, мяса, крови. Еще бы на голову ему залезла, дура.       Кэтрин посмотрела на меня с легкой ухмылкой и запрыгнула на колени к Дилану. Зато он, к моей радости, быстро пересадил ее обратно на диван. Раунд, сука. Хотя даже завидно — его руки касались ее, а не меня.       Я отошла в сторону взять себе напиток, наблюдая со стороны, как Мэтт пьет водку на перегонки с Заком. Держу пари, кто-то завтра будет умирать. — Ты в порядке? — ко мне подошел Эрик, протягивая бутылку пива. Я немного вздрогнула от его неожиданного появления. — Привет, не совсем. Что это за наглое тело в желтом платье? — я сделала большой глоток терпкой жидкости. Главное, контролировать себя, иначе я активно продемонстрирую ей правила приличия. —  Кэтрин Кларк, наша знакомая или что-то типа того, — Эрик облокотился на стену, потягивая пиво, небрежно наблюдая за людьми вокруг. Казалось, не было в этой беспорядочной толпе однообразных людей именно того человека, который смог бы его заинтересовать. — Настолько хорошая, что трет свою задницу на коленях своих друзей? — Хочешь знать, есть ли что-то между ними? — Эрик, видимо, понял причину моего нервозного состояния. Я нервно мотнула головой. — Они встречались два года назад, но сейчас между ними ничего нет. Она со многими тут встречалась, — по интонации в его голосе я поняла, что она та еще прошмандовка. Напряжение немного спало, но настроения не прибавилось. — Зря я, наверное, пришла, так и знала, что будет какое-то дерьмо, — я нервно начала отклеивать наклейку с банки пива — не знаю, куда деть руки когда нервничаю.  — Расслабься, Лиз, просто выпей. На твоем месте я бы не стал волноваться на счет этого. Так себя конкуренция, у тебя по крайней мере платье трусы прикрывает, а это уже плюс в твои ворота, — Эрик мотнул головой в ее сторону, сделав забавное лицо.       Я улыбнулась, ему удалось немного отстранить меня от дурных мыслей. — Тебе приходилось бывать на моем месте? — мне захотелось узнать, есть ли у него девушка, по натуре я сама по себе жутко любопытна.       Эрик ненадолго замолчал, видимо, подбирая нужный ответ. Я поняла, что кажется затронула больную тему. Боже, дай моей голове побольше мозгов. — Большинству — тем людям кто нравится мне — не нравлюсь я. Люди считают меня странным, видимо, я сам того не замечая, устрашаю людей одним своим присутствием или агрессией. Никто, к сожалению, так и не смог понять то, что если моя человеческая сущность кажется странной, то это не должно значить того, что я лишен чувств, — Эрик устало провел ладонью по голове, взъерошив волосы. Он выглядел очень симпатичным. Видимо, местные девушки просто зажрались.  — Ты просто слишком горячий, бояться обжечься, — я поняла, что сморозила чепуху и поспешила залить свой рот пивом. Посмотрев на лицо Эрика, выражение которого было похоже на «WTF?», нас пробило на дикий смех, и все мое пиво было удачно сфонтанировано на пол.       Мы еще немного поболтали и вернулись к ребятам, которые уже превысили процент алкоголя в крови. Была веселая атмосфера, которой мне иногда так не хватало. Эти ребята действительно мне нравились  — Мэтт, милый, тебе не кажется, что здесь стало слишком шумно, может отойдем? — краем глаза я заметила, как Кэтрин открыто клеилась к брату. Настал мой выход. — Знаешь, Кэт, сейчас в таком состоянии он может отойти только в астрал, прости, детка, но ты в пролете, — довольная, пьяная и с ехидной усмешкой, я почувствовала свою победу.  — Ты бы своим ядом не прыскала, Лиз, или как там тебя, — девушка поднялась, поправила платье и с гордым видом направилась искать себе новую жертву.       Эрик и Брукс куда-то смотались, Мэтт что-то пытался втюхивать Робин. Та, бедная, пыталась отвертеться от него, наверное, желая больше находиться в обществе Дилана, которого уже давно не было видно.       Побродив по дому, я заметила в одной из комнат выход на балкон. Решив подышать свежим воздухом, а заодно и протрезветь, я направилась точно по курсу. С балкона открывался чудесный вид из окна. Полная луна отбрасывала свой тусклый свет на осеннюю природу, на небе не было не облачка, что позволяло видеть бесчисленное количество звезд. Я вдохнула холодный, ночной воздух полной грудью, на улице было прохладно, что заставило меня покрыться мурашками.       В углу небольшой комнаты я услышала тихое шуршание. Там явно кто-то сидел, я заметила лишь огонек догорающей сигареты, так как человек сидел в полной темноте. — Я надеялся немного побыть в одиночестве, но твоему обществу, я почему-то только рад, — человек встал и затушил свою сигарету. Выйдя, наконец, из мрака, передо мной появился Дилан. Неяркое освещение луны делало его силуэт похожим на что-то неземное, призрачное, но все так же прекрасное. — Что ты здесь делаешь? Я думал, тебе хорошо в компании Эрика, — он перевел свой взгляд на небо, смотря куда-то вдаль. — Моя компания была намного лучше твоей. По крайней мере Эрик у меня на коленях не ерзал, — я саркастично закатила глаза. Дилан подавил смешок, доставая из кармана джинсов новую сигарету. — На самом деле я не могу долго находиться в шумных компаниях, я предпочитаю одиночество или общество интересного мне человека. А еще я, кажется, перепила, — я покачала головой, почувствовав противное головокружение. — Вот это больше похоже на правду, Лиз, — Дилан усмехнулся и набросил мне на плечи свой плащ. От него приятно пахло парфюмом и запахом его тела. Теперь голова закружилась точно не от алкоголя.  — Лиз, я хочу сказать тебе одну вещь, — Дилан нервно начал поправлять свои волосы. — Честно сказать, как только я увидел тебя, мое сердце дрогнуло. Я вижу то, как ты смотришь на меня, вижу твою симпатию ко мне и, поверь, я начинаю чувствовать то же самое, что и ты. Может быть, если бы сложилось иначе, я бы мог видеть тебя именно тем человеком, которого бы смог полюбить, а главное, что это чувство было бы взаимным, — Дилан повернулся ко мне и взял мои ледяные руки в свои большие, теплые ладони. Казалось алкоголь мигом выветрился из организма, очистив разум. Сердце бешено колотилось, зная, что сейчас он скажет то самое «но».  — Но причинять тебе боль я не могу. Сейчас я занят очень важным делом. Мне скоро предстоит уехать…очень надолго, — он шумно сглотнул и опустил взгляд в пол, немного судорожно сжав мои ладони. — Мы не сможем быть вместе. — Что за дело? — я прилагала все усилия, чтобы не расплакаться сейчас. Я хочу перестать чувствовать все, запихать все чувства в задницу, а лучше пусть я сдохну прямо здесь. В горле стоял ком, который вот вот хотел перерасти в жуткую истерику.  — Очень важное дело. Я не в силах….я не могу что-то изменить, все уже решено, поздно, — казалось, теперь он говорит сам с собой, будто стараясь доказать себе смысл сказанных слов. Дилан аккуратно прижал меня к себе, утыкаясь носом в макушку моей головы. — Прости меня, Лиз.       Ненавижу жизнь, какого черта я была рождена на свет, если мне не светят даже элементарные, человеческие чувства! Видимо, сам Всевышний поставил точку на мне, тем самым закрыв доступ, запретив мне жить, любить, быть любимой.