Чёртов школьник!

             — Лера, — Ваня улыбнулся во все тридцать два зуба. — Я посмотрел боку но пико. Заберите меня отсюда! Кто-нибудь! Я попятился назад и упёрся спиной во входную дверь. Ваня хихикнул, выходя из комнаты.       — Привет, Ваня… — обречённо вздохнул я, снимая кроссовки. Вместе с Ваней из комнаты выбежало… нечто. Маленькое, писклявое и со смешно топорщащимися ушами. Я вскрикнул и примкнул к стене, желая сделаться хамелеоном, слившись с окружающей обстановкой. Это чудо облаяло меня и, схватив мой кроссовок, начало терроризировать его, рыча и дергаясь всем телом.       — Тоша, фу! — сердито прикрикнул мальчик. Тоша? Это не Тоша, это Антон! Услышав голос хозяина, Тошка замер и, не выпуская мой кроссовок из захвата, посмотрел на меня и глухо зарычал. Я испуганно взвизгнул, вздрогнув. Только бы он не подошёл ко мне! Чего тут бояться? — скажете вы. Может, вам-то бояться и нечего, но вот у меня с детства боязнь собак. Любых собак: маленьких, больших, злых, добрых, шумных, тихих. А все из-за шрама на моём плече. Как я уже говорил, моя мать была глупа и молода, и когда мне было четыре года, она не доглядела. Огромный ротвейлер повалил меня на землю и вгрызся в моё маленькое плечико, пока я замер от шока и безумной боли. Мне правда повезло, что он вцепился мне в плечо, а не в шею (наверняка, я дернулся в момент укуса, и пёс промахнулся), в этом случае смерть наступила бы почти мгновенно. Моя зазевавшаяся мамочка благополучно отбежала на полметра и начала верещать на всю улицу благим матом. Подоспел хозяин ротвейлера, которому удалось отцепить его от меня и отговорить мамашу от похода в суд. В общем, требовалась пересадка кожи, а затем меня зашивали… долгая история! С тех пор я до дрожи боюсь собак. Если у меня такая реакция на маленькую собаку, то при большой у меня может начаться паническая атака. Вот такие вот дела. Ваня подхватил собачонку одной рукой, а второй надавил на её челюсть, после чего мой кроссовок упал на пол.       — Прости, — извинился мальчик. — Он невоспитанный.       — Это кто?.. — я смог оторваться от стены и сделал шаг в сторону Вани.       — Помесь чихуа и йорка, — он улыбнулся и поудобнее перехватил собаку. — Тоша.       — Тоха, — я посмотрел в глаза псу, который возобновил затихшее рычание. — Чего злой-то такой…       — Это он тебя так встречает, — пояснил Ваня и собрался отпустить этого монстрика на пол.       — Э-э, Вань! Может, не надо?       — Да он не кусается! — заверил меня мальчишка.       — Я вижу! — я истерически вскрикнул. — Ваня, я боюсь!       — А ты не бойся. Он не укусит, — Ваня опустил Тошку на пол, я тут же дернулся назад, но мальчик взял меня за руку, успокаивая. — Тоша не укусит, он умеет только лаять. Не бойся, — песик задвигал носиком, вдыхая мой запах, а потом двинулся вперёд, принюхиваясь к моим штанам. — Он просто нюхает. Не нужно бояться. Тошка отвернулся и побежал на кухню, стуча коготками о плитку.       — Пойдём в мою комнату. Комната у Вани оказалась просторной и светлой. Из мебели всего лишь раскладной темно-синий диван и компьютерный стол с ноутбуком (в глаза бросилась вкладка с боку но пико).       — Лера, поговоришь со мной? — я сел на диван возле мальчика. — Ты… гей? Что бля-я?! Нет, ну я, конечно, понимаю, что мой цвет волос способствует таким странным вопросам. Но… так прямо спросить…       — А что, если да?       — Я… Я похоже, тоже, — Ваня смущённо опустил голову.       — С чего ты решил? Гей — это когда парень любит парня, — отличное объяснение! — Ты любишь парня? — я с усмешкой смотрю на мальчика, он стесняется и меня это забавляет.       — Я тебя люблю… Пф, ерунда!       — Нет, — мотаю головой.       — Да! — вскрикивает Ваня.       — Нет! — уже громче повторяю я, поясняя: — Тебе кажется. Послушай, ты правда еще очень маленький, чтобы думать о таком. Мальчишка всхлипнул и прикусил губу. Я думал, что Ваня сейчас как и любой обиженный ребёнок начнёт реветь, но он сжал руки в кулаки и твёрдо посмотрел на меня.       — Это потому что ты любишь того Костю? С ним хочешь быть, да?!       — Давай не будем об этом…       — Нет! Ещё как будем! — Ваня тяжело дышал от накативших чувств и даже покраснел. Он схватил меня за руку, сжав её. Я обернулся назад — в дверном проходе стоял Тошка, недоверчиво взирая на меня, я посмотрел вперёд — мальчик хмурился и решительно смотрел на меня. Бежать некуда.       — Когда я вырасту, я женюсь на тебе! — тоном, не терпящим возражений, сказал мальчик. — Потому что люблю! Понятно? Это типа он предложение мне сделал? Его детские ладошки были сжаты в кулаки, а сам он походил на злого хомячка. Я еле удержался, чтобы не засмеяться. Ну как тут откажешься?       — Понятно-понятно, — я против воли захихикал, смотря на надутого мальчика. — Успокойся, Вань. Лицо мальчишки расслабилось, он вздохнул полной грудью.       — Правда?       — Конечно! — с энтузиазмом ответил я, подумывая позвонить маме, чтобы она забрала меня от этого маленького монстра, пока он не начал командовать, сколько детей будет у нас и решать цвет обоев в нашей спальне. Что-то мне подсказывает, что теперь я хуй от него отделаюсь.