Смерть Леви

– Ты как? – Дэя заметила, как Армин, темнее тучи, волочил своё существование. Она застала его, когда он сидел под деревом, смотря куда-то вдаль. Блондин явно не ожидал её увидеть, и, наверное, все ещё побаивался. – Н-нормально, – дрожащим голосом выдавил он. – Ничего если я присяду? – Он с опаской посмотрел на неё, словно принимая решение. – Не бойся: я не укушу, – девушка лучезарно улыбнулась, из-за чего Арлерт смутился и слегка подвинулся. Сначала они молчали: изредка тишину нарушал ветер, шелест травы, да и Дэя пару раз чихнула, пока не решилась прервать затянувшееся молчание: – Мне тоже тяжело, – Девушка почувствовала как ей стало легче, когда она сказала это, словно от огромного валуна на ее душе откололся маленький камушек – вроде бы ничего такого, но дышать стало легче. – Я и не думал, что убить кого-то так просто, – тихо проговорил он, будто про себя. – Знаешь, я вроде как бессмертная, но тогда так испугалась за свою жизнь, что сделала это. Я отняла то, что не могут отнять у меня. Звучит отвратительно, – С досадой она опять прокрутила это в своей голове, погружаясь в уныние. Опять затянувшаяся пауза. – Мне кажется, что нам с тобой не время горевать о прошлом. Сейчас главное спасти наших друзей, разве нет? – Дэя посмотрела на него, улыбаясь, чувствуя, как стена недоверия медленно тает. Он же не обернулся: – Может, ты и права, – Армин сделал глубокий вдох. – Чем это вы тут занимаетесь? – Леви появился, словно из воздуха. Голубоглазый от неожиданности закашлялся, а Дэя подскочила на месте. – Да ничего, просто общаемся, – всплеснув руками, нахмурила брови, показывая некое недовольство. – Слышь, сопля, ноги в руки и за мной, – проигнорировав все её невербальные посылы, сказал капрал. Она уже раскрывала рот, собираясь сказать что-то, но он присек её попытку. – Живо. Девушка кивнула в сторону блондина, прощаясь с ним таким образом и гадая: «Чем это она так понадобилась, что ее буквально выдернули из разговора?». Аккерман дал ей в руки какие-то инструменты, о предназначении которых Дэя могла только догадываться. Они направились к одному из пленных, чьи глаза почти не отражали жизни, хотя их ещё и не начали мучать. Леви надел резиновые перчатки, которые закрывали все до самых локтей, белый фартук и платок на голову, что убирал волосы со лба – некий ободок. Девушка, держа в руках орудия пыток – она поняла это почти сразу – с каждой минутой все бледнела: её тело тихо покидал дух. Она не любила смотреть на чьи-то мучения, когда кого-нибудь пытали в фильмах – лишь прикрывала глаза или перематывала на конец сцены. – М-может я пойду? – Заикаясь процедила героиня. Мужчина, видимо услышав голос Дэи, резко проснулся. Осмотрелся вокруг, изучил взглядом капрала, дошедщи до девушки испуганно выкрикнул «Ведьма!», после чего забился в конвульсиях, пытаясь выбраться. Её это задело. Она прекрасно понимала, что он сказал это, поскольку увидел её белые концы волос, и не нашёл более логичной причины, предположив, что она колдунья. – А если бы я волосы в розовый покрасила, что бы ты сказал? – Она цокнула языком. – Пытай эту мразь. – В каком смысле «покрасила»? – Леви даже не обернулся. Девушку обдал холодный пот, внутри все сжалось. Нет, она не должна палиться, только не сейчас! Дэя уже несколько раз думала раскрыться, сказать, кто она, но все не было случая. – А... – Она искала более логичное и правдоподобное оправдание. – Ну, если можно было бы перекрашивать волосы, как забор, тогда бы на мою «аномалию» меньше обращали внимание, – широко улыбнулась, прекрасно понимая, что на неё даже не смотрят. – Дай сюда щипцы, – девушка судорожно начала искать инструмент, теряясь среди металлического мерцания. Капрал развернулся и злостно взял нужный ему прибор. – Никакой пользы. Девушка посмотрела заключённому в глаза, пустые и холодные – такие же эпитеты можно привести и к глазам капрала, но они были совсем разными. Когда Дэя смотрела в глаза Леви, она видела столько цветов и оттенков, сколько редко видела даже в природе. А сейчас она смотрела в мёртвые глаза человека, который давно уже умер внутри и не испытывает страха или сожаления перед своей погибелью. Ей стало совсем противно смотреть на такого человека, который убил и пытал стольких людей, что никакой подвиг не мог загладить его вину. Но была ли она лучше? Из раздумий её вытянул нечеловеческий крик. Мгновение – нет ногтя на большом пальце руки узника. Девушка побледнела, крик ещё долго эхом раздавался у неё в голове; она уже хотела убежать, но опять вопль – на этот раз она была словно прибита ногами к полу. Зажмурившись, Дэя вся сжалась, стараясь абстрагироваться от всего этого. Ей не было его жалко – наоборот, были противны многие его поступки – но она не могла открыть глаза и спокойно наблюдать за чьими-то пытками. После четвёртого крика раздался голос Леви: – Почему ты зажмурилась? – Услышав, девушка все равно не открывала их. – Жалеешь его? – Не хочу опускаться до его уровня. Мои руки в крови, но я не могу смотреть на человеческие страдания. Даже на страдания уже прогнивших внутри. Не могу... – Под конец её голос дрогнул. – Где эта тварь?! Мамочка в здании! – Шумно вошла в комнату Ханджи Зое, подлетев к Дэе и обняв её. – Этот противный капрал заставил тебя на это смотреть? Девушка просто кивнула головой. – Может, вы хотя бы зададите вопрос перед пыткой? – Хриплым от криков голосом выговорил офицер. – Мы не такие опытные, как ты, – холодно бросил Леви. – Вышла отсюда. Он схватил девушку за плечо и вывел из помещения, заперев за собой дверь. Стало даже обидно, что её, как нерадивого ученика, выставили за дверь. Но когда она в очередной раз услышала крик, после чего последовали неразборчивые, хриплые слова, то была даже рада, что находилась за дверью. После нескольких минут капрал и Ханджи вышли оттуда с омраченным выражением лица. – Он ничего не скажет, – процедил Леви. – Явно предан своему делу... Черт! – Зое вскрикнула, когда со злостью ударилась об угол. – Есть идея получше, – Аккерман поправил резиновые перчатки. Ханджи, будто прочитав его мысли, достала ключи из карманов. – Какого черта, Зое, не трогай мои вещи! – Да ладно тебе! – Она похлопала его по плечу, но он отдёрнул его, кинув на девушку полный ненависти взгляд. – Я же как лучше пытаюсь. Дэя молча наблюдала за их перепалкой. – Солнышко, сходи за бумагой и пером, пожалуйста, – улыбаясь, попросила Ханжи. Девушка пулей выполнила просьбу, все ещё чувствуя вину за нытьё в такой неподходящий момент. Зоэ быстро что-то написала. – Можно посмотреть? – Героиня взяла листок в руки, пробуя прочитать надписи. Совершенно непонятные ей символы – видимо, она могла понять только их устную речь – после чего отдала листок со словами «Хороший план». Не дай бог они ещё подумают, что она не умеет читать. Они вывели второго пленника, который выглядел моложе и приятнее. Парочка заставила его вслух читать написанное: – Раскололся после одного ногтя, – ехидно проговорил Леви. – И что с того? У него только мир и король на уме. Я его на дух не переношу . Когда вы меня отпустите? – Когда сказанное тобой подтвердится, – выпалила Зоэ. Дэя была в восторге: они все так хитро продумали, избегая ненужных пыток – сейчас девушка действительно их зауважала. – Ну, что? Пойми, мне тоже это не нравится, но нам нужно знать, где держат Эрена и Хисторию. – Наш настоящий король – Райсс, – вот так просто выдавил пленник.