Смерть Леви

Дэю трясло. Она быстрыми движениями срывала с себя форму разведчика, из-за чего её больная рука сильно заныла, ей было тошно находится в этом мире, носить их одежду, понимать их речь, привязываться к обычным персонажам из Манги. Наша героиня запуталась в своих желаниях и не нашла ничего лучше, чем просто испариться, растаять и вернуться к контрольным работам и родителям. Но каждый раз, когда она представляла родной дом в груди сильно кололо. Она надела свои школьные штаны, свою белую рубашку и достала из кармана свой выключенный телефон, экран которого треснул и разросся прозрачной паутинкой. Штаны ей были велики и она их примотала верёвкой. Теперь в зеркало на неё смотрела прежняя Кордэлия Ридл. Но почему по щекам стекали слезы? От всего этого напряжения она сильно сжала кулак и разбила зеркало в осколки. Весь пол был в стекле, а пару осколков даже остались у девушки в руке, но ей стало легче. Она разбила то, что напоминало ей о том, кто она и кем является. Девушка отдышалась, вытащила из руки осколки и, как ни в чем не бывало, вышла из палаты с таким взглядом, словно хочет кого-нибудь убить. Её от всего тошнило и все её раздражало. Тут Дэю что-то схватило. Чёрные, как ночь, руки прижали к её рту и носу тряпку, она почувствовала противный приторно-сладкий запах, и все потускнело. Скоро наша главная героиня по количеству вырубаний сможет потягаться с похищениями Эрена. Очнулась она привязанной к кровати. После пробуждения голова у неё раскалывалась, как после трёх литров алкоголя в чистом виде. – Где я? – Хрипло процедила девушка. – Ох, проснулась наконец, – послышался приятный женский голос откуда-то из темноты. Кордэлия напряглась, уже догадываясь, кто перед ней стоит. Послышался щелчок спички об коробочку, и все осветилось тухлым светом. Девушка увидела темный капюшон, и тут все её догадки подтвердились. Ночной силуэт поджог несколько факелов и свет стал таким ярким, что у нашей героини даже глаза защипали. Незнакомец снял капюшон, и на плечи ей скатились кудрявые каштановые пряди. На Ридл смотрели два светящихся глаза: один карий, а другой цвета свежей травы. Они сверкали не от света, а от ярости, лицо цвета шоколада, хоть и было очень худым и изящным, выглядело каким-то изнеможённым, синяки под глазами и крохотные морщинки виднелись на лбу и у глаз. На вид ей было где-то за тридцать пять. В ней Дэя узнала девушку из рассказов Аккермана старшего. У неё даже дух перехватило: – Ты...Ты же тоже из моего мира? –Выпалила она. – Хах,схватываешь на лету, – женщина пододвинула ещё один стул к Кордэлии и села напротив неё. Теперь Ридл рассмотрела окружение внимательней: влажный песок под ногами и стены из камня – скорее всего, они были в какой-то пещере: – Слушай, землячка, – она попыталась придать разговору дружеский вид, но уже и не знала, как разговаривать с обычным человеком, о существовании которого она могла только догадываться, – не хочешь мне рассказать, почему хотела убить и сюда приволокла? – Знаешь, я работала медсестрой, – бархатный голос был разбавлен такой сильной грустью, и на душе становилось тяжело. – Как-то раз одна очень милая пожилая женщина дала мне книгу. С такой заманчивой надписью: «Ответь на все свои вопросы». И совсем не попросила денег! Представляешь! Какой же я дурой была! А потом я оказалась здесь, в этом мире, в каком-то очень странном лагере: совсем без телефона, городов или ещё каких-то технологий. Да. Я была растеряна. Они пытались меня убить, но, как ты наверное уже поняла, у них не получилось и они поставили меня на свою защиту, обещая в награду еды. И потом я встретила его, – она очень грустно улыбнулась, из-за чего у Дэи проснулся порыв обнять её, но она быстро это подавила в себе, вспоминая где она находится. – Знаешь, это было судьбой. И я даже не преувеличу, сказав это. А потом...– Обстановка накалилась. Дыхания нашей героини прерывалось, ей вдруг захотелось встать и бежать туда, куда глаза гладят. Ночной силуэт состроила такое пугающее лицо и так резко, что Кордэлии стало не по себе. –...вы его у меня отняли. – Тогда убей меня, – неожиданно хладнокровно процедила больше не единственная попаданка. Голос у неё не дрожал, и, казалось, она произнесла это с какой-то завидной решимостью, как какой-нибудь самоубийца. Девушка просто увидела самый легкий вариант решения проблем: уйти от них. – Зачем все эти игры с похищением? И тут похитительница засмеялась. Так звонко и искренне, что Дэя уже не знала, что ей делать или говорить. – Кто тебе сказал, что мне нужно убить тебя? – Что? – Опешила Кордэлия. Сердце у неё бешено застучало. Она совсем не боялась за свою жизнь, но мысль, что Леви может умереть, больным ножом протыкала сердце, совсем как когда ей вручили мангу с названием: «Смерть Леви». Тут она подумала, если название книги должно было её заманить, она же могла просто не обратить внимание на эту книжонку, пройти дальше, но вот, она сидит связанная по рукам и ногам, и в горле у неё пересыхает, и сердце останавливается от одной мыли, что Леви убьют. – Мне сказали, что если я его убью, то она вернёт его к жизни, – женщина достала нож из кармана. – Боюсь тебя разочаровать, – оскалилась Дэя, – но я ему и даром не сдалась. – Разве? – Убийца весело улыбнулась и подошла к Ридл вплотную, девушка даже вздрогнула от неожиданности, темный силуэт убрал волосы Дэе за ухо. – А вот эта темная метка – не его работа? Дэя стала красной, как рак и жалобно заикала: – Н-н-нет э-э-это н-н-не то... он просто... И похититель опять зашилась звонким смехом. – Какие вы милые! Даже жалко такую пару расстраивать! – Она успокоилась. – Я, к слову, Джоан. Он дал мне это имя, а старое я уже и не вспомню. Тут послышался громкий звук, словно взрыв. По пещере эхом разжался хруст шагов на песке: – Чертова сопля, почему ты не можешь хотя бы час не влипать в передряги? – Раздался раздражённый голос. Дэя не знала что ей и думать. С одной стороны, она была счастлива, а с другой – очень напугана. И что же ей делать со всем этим комом чувств? – Явился не запылился, Леви Аккерман!