Прислуга

      — Прислуга в дом, срочно. Возраст: от 16 до 30 лет. Образование необязательно. Приём по личному собеседованию. — Прочитал вслух подросток, пялясь красными глазами в экран ноутбука, отхлёбывая кофе. — Дрянь. — Сморщился он.       Это было единственное объявление, которое походило на нормальное. Точнее, в нем не было явных намеков на оказание каких-либо «недетских» услуг или педофилию. Саня уже третий день искал работу, не вылазя из компа. Наконец-то, стоящее!       Парень выпрямил спину, пододвинулся ближе к столику. Он уже внимательно разглядывал профиль женщины, если это действительно женщина, а не фейк, опубликовавшей этот пост. Средних лет, даже красивая, несмотря на явно суровый вид педанта. Точно не страшная. Улыбнулся.       За окном ярко мелькнула молния, и послышался страшный грохот, вернувший подростка в реальность: половина второго.       — Черт, снова допоздна. — Но негодование не могло оттеснить на второй план очевидную радость, поэтому спать Саша лёг с чистой душой.

1       Как только парень проснулся, то быстро полез в телефон: проверять уведомления. Instagram, ВК…О! Откликнулась! Педантка пригласила его на собеседование, скинув домашний адрес. С собой попросила взять паспорт и веселое настроение. Миленько.       Мир перестал быть вечно серым и эгоистичным, каким всегда его считал Жолье. Все-таки, ответила. Работа требовалась немедленно, как и прислуга той женщине и ее дому. Болезнь ждать не будет. А только прогрессировать.       — Папа, я в школу! — Закричал он и прислушался. Ответа не последовало. Как обычно.       Тогда Саша умылся, причесал короткие русые волосы и выбежал из квартиры, не забыв закрыть дверь.       Он ничего не слушал. Никого не слушал. Голова была забита определенно другим: подросток думал о новой работе. Согласно информации, данной в объявлении, дел домашних была целая куча, отчего, подчёркнуто, хозяйка дома отметила: «Прислуге будет выделена собственная комната». Отца он оставить не мог на одну лишь мать, которая итак плохо справлялась, безумно уставая. Но двести тысяч рублей… Деньги нужны сейчас, а их вообще не хватает, что уж говорить о лекарствах и должном лечении.       Кому-то приходится принимать важные решения в своей жизни с раннего возраста. У всех личные проблемы и обстоятельства. Так и Саня пришёл к выводу, что не откажется от подобного шанса и использует его максимально. В его случае, заработает максимально.       — Сашенька, ты ведь сам знаешь, как мне тяжело… — Маме не требовалось говорить это сыну: ее утомленное лицо, вялые руки напоминали каждый день ему о непосильном труде, горе на плечах хрупкой женщины.       — Но мама! Я все сравнил: лучший вариант — именно этот! — Они сидели друг напротив друга, в темной кухне. — Первую неделю будет ещё хуже, знаю. Но я попрошу аванс и найму какую-нибудь девушку, сиделку, которая существенно поможет тебе. Двести тысяч! Да хоть десять таких нянек! — Он не заметил, что кричит. Мама попросила его не шуметь: заснул отец. — Школу пока заброшу, но лишь на время.       — Милый! Я не могу допустить, чтобы ты отказывался от образования! Как же ты вступишь во взрослую жизнь без него? Начнёшь ее? Нет, дорогой! Ни за что! — Мать закрыла глаза ладонями и зарыдала, осознавая, что сын ее все равно поступит правильно — по-своему.       — Не плачь, мама, прошу! — Он, как и большинство мужчин, не мог видеть плачущую женщину и оставаться спокойным, не проникаясь сочувствием. — У нас все хорошо! Я нашёл работу, хорошую! Мы живы, вместе! Что ещё нужно? — Сын крепко обнял ее, позволяя выплакаться. Уж слишком тяжела их доля.       Чуть ли не силой, мама выпихнула сынишку на улицу, прогуляться. Она ведь понимала, что он тоже измотался, а отдых ему был необходим перед приемом на работу. Позвонив другу детства, Жолье завернул во двор, где «варился» с самых пелёнок. Дима уже сидел на скамейке, сочувственно глядя на Саню.       — Жив? — Протянул руку он.       — А что мне ещё делать? — Рассмеялся парень, бодро пожимая ладонь. — Я согласился.       Друг изумлённо глянул на него.       — Ты чокнутый? А как же школа?       — В жопу школу. За эти три года, я ее дважды бросал, а знаю не меньше твоего.       — Знать — ты знаешь, да в курсе сам, что все экзаменами определяется, а не мозгами твоими! — Горячо тыкнул в голову он, вытаскивая из кармана сигарету. — А у тебя их вряд ли получится сдать, дурачок! С такой-то посещаемостью!       — Дима, я никогда не брошу маму с папой.       — Я понимаю. Смерть, как понимаю! Вот и ору на тебя: самому плакать хочется. Не повезло тебе в жизни, конечно. Парень ты умный, способный, а такое несчастье…       — Перестань меня жалеть. Слезами делу не поможешь. Другого варика нет. Абсолютно.       — В особняк этот попрешься? — Затянувшись, спросил парень.       — Не попрусь, а побегу! И в ногах буду валяться, если потребуется. Двести тысяч! — Дима печально посмотрел на него.       — Все о деньгах да о деньгах… Зациклился ты на них, Саня. Случай сложный, но…       — Но, но! Я ради них сейчас только и живу! Вкалываю на трёх работах, где мне платят, словно куску дерьма! А эти копейки -ничтожество, по сравнению с суммой, которую предложила та тетка! Естественно, зациклился! Он может в любой момент умереть, а жить — лишь с помощью денег! Лишь с помощью денег!       Дима хотел обнять друга, но тот отстранился.       — Извини, я справлюсь. Ты меня знаешь.       — Я тебя знаю, потому и советую, чтобы отдохнул, братец! Отдохнул! Сам-то живёшь сейчас? Ты умираешь от рутины, Саня! Тебя сжирает чужая беда, чужой недуг!       — Какой, блять, чужой?!«Недуг» отца — мой недуг! — Гневно орал он на друга, следившего за ним. — Был, есть и будет моим! Всю жизнь! Бывай. — Встал со скамейки русый. — Отдохнул. — И быстро покинул площадку.       Сигарета до ночи одиноко горела, на той же старой, всеми забытой лавочке.

2       — Александр, я, конечно, понимаю, что ты оказался в очень трудном положении, но это нечестно — так себя вести.       — Как так? Екатерина Александровна, я не понимаю вас. — Жолье сидел напротив директора школы и старался не терять контроль. Он прекрасно понимал, к чему она клонит.       — Ну, Саша, давай начистоту. Мы ведь взрослые люди. — Женщина поправила юбку, ерзая на кресле. — Есть ребята, которые готовы отдать и сделать что угодно, лишь бы поступить в наш лицей. А вакантных мест у нас практически не остаётся… — Екатерина Андреевна специально не договаривала свои предложения. Сказать, произнести подобное вслух — ослушаться совесть. Но ей не впервые — глаза на такое закрывать, не так ли?       — Я по прописке, или вы забыли? — Саша не хотел показаться грубым, но и пускать все на самотёк — дело нехорошее.       — Прописка — пропиской, но в этот раз… Короче говоря, бросаешь школу — вылетаешь навсегда, понял? Я не собираюсь бегать за тобой и просить тебя остаться здесь. Ты пренебрегаешь нашим прекрасным лицеем, отвергаешь его, а потом, с невинным видом, вновь приходишь! Хватит! Ребята несколько лет в очереди ждут, чтобы попасть сюда, а ты…       — Екатерина Александровна, какое мне дело до других детей? Пусть учатся там, где должны ПО ЗАКОНУ, — чётко выделил он, — а не встают в пять часов утра, чтобы вовремя в школу приехать.       — Не груби мне!!! — Вечно так у взрослых: недостаток аргументов маскируют хамством или оскорблением с твоей, «детской» стороны. — Я тебе проблему выложила. Не хочу видеть подлеца! Убирайся!       И Саня вышел: самому уже тошно стало.       Мать дьявольски расстроится. Он только и думал о том, как будет лить слезы мама, узнав об этом. Долго ещё гулял по улицам, бесцельно, пытаясь выключить мозг. Но из транса его вывел телефонный звонок.       — Алло, здравствуйте! Это Александр? — «Педантка».       — Кхм-кхм, да, я. — Саша удивился.       — Вы придёте сегодня на собеседование?       — Да, естественно! А в чем дело?       — А дело в том, что вы уже опоздали на пятнадцать минут. И продолжаете опаздывать, как я понимаю. — У неё получилось сказать это не грубо, ядовито, а как-то слегка обиженно, но не отчитывающе.       — Ох, извините! Потерял счёт…       — Времени…- Особенно печально проговорила она. — Хорошо, мы вас подождём. Мало ли, вы окажетесь именно тем, кто нам нужен. — И педантка отключилась.       Саня быстро вскочил на велик и пулей помчался к особняку. Из головы не выходили странные «мы», «нам» и «подождём».       Ещё на сайте, подросток заметил, что огромное количество пользователей откликнулось на объявление. Значит, конкуренция точно не маленькая. Хорошая теперь у него характеристика: непунктуальный, безответственный, может, не заинтересованный в работе. Просто лучший!       Поток мыслей прекратил огромный дом из красного кирпича, окружённый зелёным садом.       Возле особняка толпились люди, которые бурно что-то обсуждали. Мужчины, в солидных костюмах, держали какие-то чертежи и схемы, изучали планы, а девушки, с фломастерами в руках, тыкали в их бумаги, отмечая какие-то моменты.       Входная дверь была открыта, поэтому парень не стал разыскивать среди этих незнакомцев педантку и зашёл внутрь. Закрыл дверь.       Гостиная была мировая! Такая просторная! Солнечный свет топил эту комнату, придавая ей уют. Но больше всего Саню удивила тишина. Тишина. Покой. Место казалось храмом, по сравнению с шумной улицей. Саша разглядывал дом и даже не заметил, как в комнату зашла хозяйка.       — Александр! Наконец-то вы пришли! Я уж начала за вас переживать! — Она приветливо улыбнулась и повела его наверх. — Вы бы хоть крикнули, чтобы я к вам подошла.       — Мне так не хотелось нарушать спокойствие… У вас всегда так…       — Мирно? Безмятежно? — Она улыбалась. — Не поверите, — открыла дверь и пропустила Жолье, — но в последнее время здесь творится настоящий хаос! Мой сын женится, — она подмигнула молодому человеку, лет двадцати пяти, который по-домашнему развалился в мягком, большущем, белом кресле и не стеснялся оценивать подростка, — поэтому такой бедлам! Присаживайтесь.       Саня сел в кресло-близнец, напротив хозяина дома. А женщина, в портрете которой ошибся подросток, заняла место нейтральное — диван между ними.       — Так он — мальчишка?! Мама, я не думаю, что стоит брать на себя подобную ответственность. Тем более, он проиллюстрировал нам, что обладает не самыми лучшими качествами.       Саша вспыхнул, но щетинистый брюнет не обращал на него внимание, даже не посмотрел в его сторону.       — Винни, Александр попал в очень трудную жизненную ситуацию.       — Винсент.       — Хорошо, Винни. — Саша хихикнул, отчего привлёк грубый взгляд бледно-зелёных глаз. — Ты полон предубеждения к этому молодому человеку, а ведь не оценил его по достоинству.       — Какое тут достоинство? Убираться в доме — не мужская работа!       — Винсент! Ты взрослый мужчина, а полностью теряешь своё терпение и честь перед молодым человеком! Помнишь, ты сам хотел облегчить труд своей матери? — Сердце екнуло. Знакомая ситуация. — И я имею право сама выбрать прислугу.       — Извини, мама. Как считаешь нужным, так и поступай — ты мудрая женщина. — Он поднялся со своего места, обнял мать и хотел удалиться, но та его остановила.       — Погоди, дорогой! Покажи Александру его комнату. Вижу, вы без багажа? Тогда Винсент подбросит вас до дома, заберёт вещи и привезёт вас обратно, хорошо? Ему нетрудно.       Брюнет же изумленно глянул на мать, но она ответила ему своей тёплой улыбкой.       — Если я настолько неприятен Винсенту, — Саня медленно проговорил имя брюнета, чтобы не допустить ошибки, — то могу сам справиться. Да и вообще, не стоит.       — Винсент, ты же с радостью поможешь мистеру Жолье?       — Конечно, проходи. — Сказал он, открывая дверь перед подростком.       Саша ватно прошёл в коридор, ещё не успевая прийти в себя. Собеседования, как такового, не состоялось, но его взяли! Казалось, будто мать хотела вызвать у сына любые эмоции, лишь бы убрать с лица маску, снять которую не получилось.       Они молча спустились, вышли во двор. Целая кучка женщин и мужчин бросилась к Винсенту, но он тактично извинился перед ними, открывая дверцу своего «Porsche».       — Залезай. — Русый сел рядом с брюнетом, который как-то раздражительно захлопнул дверь. — Адрес свой назови.       — Эм…       — Ты ещё и разговаривать не умеешь? — Словно каждое слово подростка выводило мужчину из себя.       — Извините…       — Адрес, Саша. Так тебя зовут? — Он кивнул. — Вот, Саша! Адрес свой знаешь?       — Естественно. — Оскорбленно ответил парень.       — Может, скажешь его мне?       — Его? — Жолье чувствовал, что Винни приходил в ярость, но это так забавляло мальчика.       Винсент глубоко вдохнул и выпустил воздух. — Адрес, ребёнок. Скажи свой адрес.       — Ааааааа, — протянул Саша. — Адрес!       Зеленые глаза хищно уставились на него, но лицо оставалось спокойным. — Где мамочка живет, малыш? Улицу знаешь? Сколько тебе годиков?       Винсент отъехал на несколько метров от дома и свернул на главную дорогу. От него сладко пахло дорогим парфюмом.       — Шестьдесят вторая, на углу. — Ветер дул в лицо так свободно. — И не малыш я: мне уже шестнадцать лет.       — Ути, какие мы взрослые. — Он всецело сконцентрировался на дороге.       Так хотелось наговорить всяких гадостей этому уроду! Аж кулаки чесались! Но, по-моему, людям нужно рассмотреть силу души человека с другой стороны. Начать с ним конфликт, отстаивая свою честь, — сила? Неееет. Затушить гнев внутри себя, осознавая, что дома тебя ждёт смертельно больной отец, а эта работа — твой единственный шанс — вот сила. Но разве мужлан, что сидит справа от Сани, знает, какие у него проблемы? Нет! Конечно же, нет!       — Так и думал. — Винсент ухмыльнулся. Машина остановилась перед светофором.       — Почему вы меня ненавидите? Я ничего плохого вам не сделал! — Саша смотрел в глаза Винсенту, но как только тот взглянул на него ответно, то опустил взор.       — Малыш, не переживай! Всем людям никогда не получится понравиться. — Он нервно стучал пальцами по кожаному рулю. — Жизнь, все-таки.       — Но это несправедливо!       — Серьезно? — Рассмеялся он.       — И не называйте меня малышом, я такой же мужчина, как и вы!       — Как желаешь, дитя. — Пожал плечами брюнет.       — Ах, ладушки, старик. — Винсент недоуменно посмотрел на Саню, газанул.       — По-твоему, двадцать семь лет — старость?       «Так ему ещё больше, чем я предполагал», — подумал Саша.       — По-твоему, шестнадцать лет — пеленки?       — Да. — Уверенно ответил он, обнажая в улыбке белые ровные зубы.       — Тогда я тоже отвечу, что да. — Саша вылез из машины, забегая в дом за багажом.       Спустя десять минут, парень появился с чемоданом в руках. Винни открыл багажник, забирая чемодан. Но Саша сам хотел его засунуть в багажник. Пока они делили треклятый чемодан, один отсек расстегнулся, и из него вылетел глянцевый журнал, на обложке которого красовался голый, накаченный мужчина.       «Опять Дима со своими приколами!!!»       Винсент поднял журнал, любопытно разглядывая картинку. Без слов, протянул его Саше, лицо которого ужасно покраснело. Он выбросил глянец в мусорное ведро. Обратно они ехали, не разговаривая. Пару раз Жолье слышал, как сдерживает смех Винни. Но открыто, вслух, он не ржал.       Вернулись в особняк они поздно вечером. Толпа давно рассосалась, а лужайка приятно пустовала. Брюнет взял в руки вещи Сани и потащил их наверх. Подросток же не хотел напоминать о произошедшей сцене, поэтому следовал за парнем.       Поставив багаж перед комнатой, Винсент протянул ключ юноше, который его сразу же засунул в замок.       — Приятно было познакомиться, Александр, — сказал брюнет уходившему Саше. Они пожали руки. Впервые Жолье коснулся его. Ладонь была такой крепкой, напористой.       — Взаимно. — Вяло пробубнил он.       — Кстати, симпатичный молодой человек. Я в таких делах не разбираюсь, но он, без шуток, вроде ничего. — Саша яростно посмотрел в его веселые глаза и глядел ему вслед, когда брюнет пожелал парню спокойной ночи и ушёл в свою спальню.

3       Встать пришлось очень рано. Не по-человечески рано!       С пяти часов утра Саша уже был на ногах и, весь на нервах, бегал по дому.       — Да, я понимаю тебя, Саша. — Юлия, педантка, без нотки усталости разговаривала с ним, когда глаза подростка закатывались каждые пять минут. — Но я приучаю вас к успеху: больше времени — больше дел. — Они спустились на кухню, где их ждал готовый завтрак.       Как истинный джентльмен, Жолье позволил сначала сесть за стол даме, а потом опустился сам.       — Ваша работа не будет связана с уборкой квартиры, может, только очень редко. Потому что основная цель — подготовка к свадьбе. Брак, скрывать не будем, несет сугубо коммерческие планы (о любви и речи не идёт), но… — Но дальше Саша слушать не хотел. Ему стало так невыносимо жаль этого щетинистого. Любой достоин счастья, а почему же он не имеет права? И вообще — извращение какое-то! Духовную, высокую близость приравнивать к деньгам! Гнусным деньгам! Стоп. А он почему сидит сейчас здесь? А не оттого ли, что самому нужны эти бумажки?       — Но не исключено, что пара может смириться с подобным порядком вещей и, в конце концов, полюбить друг друга, создать семью…       — А в чем же мои обязанности заключаются? — Не было настроения продолжать этот разговор.       — А в том, Александр, что кандидатура подходящая, — КАНДИДАТУРА! СМЕХ, — ещё не выбрана. На окончательное решение у Винсента будут две недели. Я уверена, что мой мальчик справится.       — То есть я должен буду встречать гостей?       — Абсолютно верно! — Юлия была в восторге от быстрого понимания Саши. — Общаться с ними, обслуживать и так далее. — Девушки придут в наш дом в четыре часа. За это время пытайтесь быть, хотя я не думаю, что это сложно для Вас, доброжелательным, приветливым, отзывчивым. Пусть девчонки не стесняются спрашивать Вас, хорошо?       — Хорошо.       — Пока Вы свободны.       Поговорили, поговорили. Но зачем так рано будить, если прошло лишь два часа после их беседы?       В свою комнату парень поднимался уныло, в паршивом настроении. Он все думал о Винни — Винсенте. Тот ведь стопроцентно был в курсе, для чего нужен его брак. Для бабла, чувак.       Саня чувствовал себя настолько гадко, что начал разговаривать с собой вслух, идя по коридору.       — И твои слова, несчастный денди? Именно, нет у тебя слов, денди Винсент! Ведь не зная, что такое любовь, человеком ты точно не станешь! Я тебе как старейшина говорю, поверь. Эх, продажный! — Любил валять дурака. И строить его из себя тоже.       Произнеся эту короткую речь, подросток покосился налево и увидел облокотившегося о дверной косяк Винсента. Он глазами сдирал кожу с юноши.       — Ой, я не хотел обидеть вас, мистер…       — Забыл мое имя? А я напомню. — Брюнет грозно приблизился. — Мистер Продажный. — Они стояли по разные стороны коридора. — И ещё раз мистер Малявка выкинет что-то вроде этого при мистере Продажном, то мистер Малявка вылетит отсюда. И мистер Продажный, чертов дьявол, даже пенса ему не даст, понял?       » Сильно он взбесился, конечно».       — ПОНЯЛ?! — Злобный голос перешёл на разъяренный крик.       — Понял я, понял. — Покраснев от пяток до ушей, прошептал Саша.       — Славно. А теперь, иди прочь и не попадайся мне на глаза.       — Больно хотелось…       — Что ты сказал? — Обернулся. Даже остановился.       — Доброго вам утра, сэр.       «Тупицу какого-то взяли на работу. Ещё и в доме одном со мной живет!» — промелькнуло в голове у Продажного.       Саня рухнул на мягкую кровать и уставился в потолок. Как же сдержать себя, если этот дядька так бесит?! Думает, если старше, то круче? Действительно? Бредятина!!! Но жаль его все равно было. Любовь! Ему не знакомо это слово.       Винсент в гневе. В гневе выходит из дома и с особой яростью хлопает дверцей машины. Так сильно, что звук привлёк внимание подростка, и он взглянул в окно. Даже на расстоянии, его зеленые глаза обжигают юношу. Своим холодом.       Машина резко тронулась, и разъяренный брюнет исчез.       Столы накрыты. Гостиная просто сияет! Лучшие кушанья. Классическая музыка. И первый стук в дверь:       — Здравипуте! Ой, здрвр… Привет! — Низенькая рыжая девушка ярко улыбнулась Сане, заходя в особняк. — Здесь так уютно!       — Прошу Вас, чувствуйте себя в этом доме, как дома… Тьфу.       Она громко, рассмеялась. И парень захохотал в ответ. Ему нравятся девчонки, которые не стесняются себя, не пытаются замаскировать недостатки. Чудная рыжая.       — Прошу прощения.       — Ох, теперь я и вправду чувствую себя, как дома. — Они обменялись улыбками, и Лиля присела на кожаный диван, осматриваясь.       — Стол накрыт не только на меня, Винсента и его маму. Здесь конкурс будет?       — Ахахахах, да, ему придётся сделать важный выбор. Только меня просили не говорить об этом…       — А мы сделаем вид, будто этой беседы вовсе не существовало, хорошо?       Парень не успел ответить Лиле, как в доме появилась новая невеста.       — Привет, милашка. — Длинноволосая брюнетка с пухлыми красными губами очень близко подошла к парню. — Ты, как я понимаю, прислуга? — Она кокетливо поправила Сане галстук-бабочку и прикусила язык. — Будь душкой, налей будущей хозяйке дома шампанского.       — Как желаете.       — То есть ты любое желание ОБЯЗАН исполнить? — Дина подмигнула рыжей и снова впилась взглядом в Саню.       — Все, что в моих силах. — Он слегка покраснел, и брюнетка заметила это.       — Позже я обязательно проверю, что в твоих силах. — Прошептала на ухо она и присоединилась к рыжей.       Внимание устремилось на входную дверь. Кто-то резко дернул за ручку и уверенно прошёл в зал. Винсент. Он выглядел привлекательно: темные волосы уложены, щетина не запущена, щеки покрыты здоровым румянцем, а глаза блестят.       Саня подбежал к нему, чтобы помочь снять пиджак, но он, незаметно для дам, ущипнул подростка, оттолкнув.       — Я что тебе сказал?! — прошипел на ухо. Голос брюнетки улетучился.       — Вы не можете вечно обижаться. — Шепотом. Зеленые глаза посмотрели на него в духе: неужели? Проверим? — Не злитесь, хотя бы ради девушек.       Они глядели друг на друга. Брюнет был так рядом, что Саня чувствовал ЕГО запах. Сексуальный, мужской… Лицо приобрело алый оттенок, взгляд опустился.       — Хорошо. Так уж и быть. — Проговорил Винсент и, с улыбкой на лице, двинулся к дамам.       Обеим девушкам Винсент понравился. Мило хихикали над его шутками, забавно поправляли волосы и юбки, широко открывали свои красивые глазки…       Саня же чувствовал себя слегка неловко. Брюнет на него вообще внимание не обращал, а если звал, то небрежно и презрительно. Брюнетка тоже сделала вид, будто его вовсе не было в этой комнате, хотя сначала открыто флиртовала. Одна лишь Лиля выглядела настоящей.       Ужин подошел к концу. Гостьи ушли.       — Ну, Винни? Кто тебе понравился? — Саня и Юлия убирались.       — Трудно составить однозначное впечатление и характеристику, ведь видел я их впервые. — Мама кивнула, Саня настроился ловить каждый звук своим ухом.       — Но, не буду скрывать, Дина выглядела безумно красиво и сильно меня зацепила. — Жолье уронил тарелку, которая громко разбилась.       — Прошу прощения, я такой неуклюжий… — Парень начал собирать осколки, но Юлия остановила его, уверив, что сама справится.       — А по-моему, эта девчонка — настоящая лиса. — Мама произнесла это насмешливо, шуткой.       — Мне такая как раз и нужна. — Винсент развалился в любимом кресле и мечтательно уставился в окно.       — Сэр, — Жолье забавно выглядел в домашнем фартуке и с метелочкой в руках, — я бы хотел поговорить с Вами.       Брюнет удивленно посмотрел на него, окинул взглядом.       — О чем же, прислуга?       — Винсент! — Укоризненно возмутилась мама.       — Шучу, шучу! — Развёл руками мужчина, смотря на мальчика. — Идём, раз тебе захотелось со мной поговорить. Они ушли в отдельную комнату, хозяин закрыл за собой дверь.       — И?       Саня думал, как бы вежливо намекнуть Винсенту, что брюнетка ему не пара. Нервно, Жолье крутил метелку.       — Говори! Черт! Выброси эту долбанную метелку! Выглядишь, как… — Но он не договорил, а выхватил метелочку и кинул ее на стол.       — Как?       — Как… Ты хотел со мной поговорить или нет?! — Перевёл тему брюнет, серьезно нервничая.       — Прошу, успокойтесь. — Жолье развязал фартук, поправил рубашку.       — Если ты собрался показывать мне этот стриптиз, то извини, мне пора. В другой раз. — Развернулся.       — Да что ж вы такой сложный, а? — Крикнул Саня. — Дина ваша ко мне сегодня приставала! Вот как! — Одним махом выложил подросток.       — В каком плане? — Парень улыбнулся.       — В…сексуальном. — Проговорил Жолье. И Винсент чуть не лопнул от смеха.       — В сексуальном! К тебе! Ахахахаха!!! — Он держался за живот, аж присел, чтобы успокоиться. — Ох, ладно, признаюсь, ты смешной!       — Но я серьезно!       — И что? Зачем ты мне это говоришь? — Брюнет провёл ладонью по щетине, подошёл к Саше.       — Просто…       — Просто? — Винсент поправил завернувшийся воротничок прислуги.       — Просто не хотел, чтобы вас обманули. — Протороторил Саня, следя за рукой хозяина, которая полезла в карман.       — Ладно. — Он пошёл к выходу.       — А как же? — Заикнулся парень. Его встретил вопросительный взгляд щетинистого. — Э-э…       — Ах, спасибо. Точно, забыл, что прислуга заслуживает моей благодарности. — Козел! И вышел.