Крутые парни не дрочат, крутые парни ебутся

      Вынув член из омеги на пару секунд, альфа резко вошёл до основания, буквально упираясь в простату парня.        — Можешь стонать, — прошептал он на ухо, удерживая за волосы, придавая этому щепотку грубости. Растраханный омежка наконец простонал с облегчением, выкрикивая всё, что накопилось в лёгких за время молчания. От грубых и глубоких толчков альфы паренёк сильнее возбуждался и зарывался в агонии, рыча вперемежку со стонами.       Повторяя свои действия раз за разом, альфа почувствовал приближающуюся разрядку. В один момент останавливаясь и начиная двигаться интенсивнее, отпустил волосы омеги и поцеловал, сплетая горячие и влажные языки. Затем отстранился и, буквально укусив кожу на шее до боли, поцеловал, оставляя яркую отметину. Сделав ещё пару лёгких движений, излился внутрь парня, выдыхая. Омега же, не сдерживаясь, кончил ещё во время укуса в шею, и сжимая член альфы в себе, простонал его имя.        — Юнги…        — Хороший мальчик, — шепчет альфа и, проведя пальцем по нижней пухлой губе омеги, выходит из него. Оставляя истощенного паренька на диване, Юнги достает одну сигарету, поджигает и не спеша затягивается, пропуская едкий дым через легкие и выдыхая через рот.        — А теперь можешь проваливать, — проговорил Юн хриплым голосом, накидывая на себя халат.        — Что, прости? — возмущённо и непонимающе спросил омега, приподнимаясь и всё ещё пытаясь отойти от страстного секса.        — Ты тупой что ли? Я сказал пиздуй, — даже не взглянув на парня, Юнги вышел из комнаты, перемещаясь на кухню, где за столом сидели ещё два каких-то парня. Из гостиной послышались злобные крики, на что альфа поморщился, присаживаясь на стул и сбрасывая пепел сигареты в пепельницу. В дверях показался полуодетый омега.        — Ну ты и ублюдок, Мин Юнги, ты же говорил, что я лучший!        — Ну да, ты самое лучшее и нереальное бревно в моей жизни, — усмехнулся Юн, — даже моя мамка и то поактивнее была бы. Омега сжал губы в гневе и обиде.        — Блять, ну ты и уёбок…        — Захлопни форточку, пожалуйста, а то дует, — надменно взглянув на парня, прохрипел Мин.        — Ненавижу тебя! Я ухожу! — сжимая кулаки, прокричал омега.        — Ага, окно вон там, — показал пальцем на соседнюю комнату, не желая даже поднимать взгляд. Омега, не выдержав, быстро собрал свои вещи и выбежал из квартиры весь в слезах и проклиная Юнги как мог.        — Заебало... — измотанно прошептал альфа, туша сигарету об стол.        — Это тот невинный первокурсник с факультета танцев? Чи…мин, кажется, — чуть поморщился, напрягая извилины, Хосок, друг и бро Юнги.        — В яблочко, — щёлкнул пальцами старший, закуривая новую сигарету.        — Бедняжка. Его лишил девственности такой обмудок как ты.        — Заткнись. Этот мальчик ещё пепла даже не жрал. Наивная сучка, которая мечтала о нежности. Щас блевану, — скривился Юн, — не выебал бы я, выебал бы кто-нибудь другой, — он посмотрел на Намджуна, второго друга. Этот парень, привыкший ко всем закидонам Юнги, тихо сидел в телефоне, краем уха слушая друзей.        — Чего ты там пялишь? — облизнулся Юн, вальяжно стряхивая пепел с сигареты и взяв телефон в руки. Намджун обошел взглядом друзей, заблокировал телефон и сложил руки на столе, решив, что можно поделиться информацией.        — Знаете Тэхёна? Ну, из той группы, с которой ещё у нас бывают совмещённые пары истории мировой музыки. Он ещё известен тем, что никому не даёт. Даже Юнги ещё не посчастливилось ему вставить, — Юнги раздражённо дёрнул губой, не отрываясь от экрана телефона, но внимательно слушая. Намджун, получив понимающие кивки от парней, продолжил, — так вот, недавно мне подкинули один сайтик с категорией NSFW, где его красивая задница, и не только она, засвечивается на фото и видео эротического характера. Он там вытворяет немыслимые вещи, — заключил Нам, улыбаясь и следя в особенности за реакцией Юнги, который, кажется, заинтересовался и даже отвлекся от мобилы.        — Оооо, — восторженно воскликнул Хосок, представляя, как о гордость Юнги вытирают ноги. Ведь и правда, даже ему, самому завидному альфачу универа, под которого все ложатся, не удалось полакомиться тем юношей.        — Ты так и будешь лыбиться или уже покажешь? — спустя минуту молчания огрызнулся Юн, злобно смотря на друга. Намджун ухмыльнулся и протянул свой телефон Юнги. Тот грубо выхватил его, вводя известный пароль.       В браузере уже была открыта нужная страница, и Мин сразу увидел, что хотел. Пролистав несколько фотографий, он отметил, что эта детка отлично выглядит без одежды, а на хуйце Юна было бы вообще заебись. Альфа даже не моргнул, лишь передёрнул скулами, вглядываясь в экран телефона, ведь парень на картинках выглядел сногсшибательно. Юнги почувствовал сильное желание выебать эту куколку так жёстко, как только это возможно. Парню хотелось сглотнуть, но он не мог себе этого позволить. Ещё слюнями заходиться на какого-то парня — хах, да ни в жизнь. Стоит заметить, что несмотря на холодное выражение его лица, в штанах альфа почувствовал неладное. Он резко заблокировал телефон и бросил его Джуну (как этот хрупкий айфон ещё не разблядился от удара об стол). Продолжая внешне изображать полное спокойствие, внутри Мин уже был готов взорваться. На минуточку, последние пару лет своей никчёмной жизни, Юнги ни разу не чувствовал настоящего возбуждения. Он ебал всё, что хотел, и с этим проблем не было, потому возбуждаться просто так не приходилось. В следствие, неожиданная реакция "лучшего друга" снизу повергла всё сознание Мин Юнги в шок и хаос. Само существование этой мысли, что он мог возбудиться на какого-то слащавого паренька с универа, да еще и на простом фото, Юнги не мог принять. Однако, вся его сущность как ебыря, пищала об обратном. Развитие событий было совсем не хорошее. Кое-как спокойно выпроводив друзей на улицу (хоть и была уже ночь), Юнги решил, что с этим надо что-то делать. И, о Господи, случилось то, во что бы никто не поверил. Это событие осталось клеймом стыда на гордости Юнги. И вот внимание! Мин Юнги ДРОКАЛ в ванной. МИН, МАТЬ ЕГО, ЮНГИ!!! Эта мысль не могла уложиться в голове Юна ещё ооочень долго, а факт, что ему это понравилось, был вообще запрещен всеми законами в его организме. И всё это не казалось бы такой огромной проблемой с одной стороны, если с другой не стояли бы его братья и не плыл перед глазами главный закон его существования, придуманный им же.       В университете искусств, в котором пытался учиться альфа, существовала определенная иерархия, которую сам вождь (ёбырь) Мин Юнги и учредил. Из-за определенного мировоззрения, которое внушил себе парень ещё с подросткового возраста (там трудное детство, неблагополучная семья повлияли), у парня в голове сложился некий идеал мужчины. Тобишь самец должен быть самцом. Благодаря своему внешнему виду, манере разговора и дерзости, он установил свой авторитет в учебном заведении, будто какой-то глава мафиозной банды. Он по умолчанию не страшился никого и ничего, ведь один его язык мог так съязвить, что ты хочешь не хочешь, а пойдешь прогуляться нахуй, а взгляд умел сдирать краску со стен. В конце концов, он продиктовал свои правила и идеалы, самого себя загнав в эти рамки. Его самые приближенные друзья были именно теми, кого Юн уважал и, кто уважал его, а главный закон его жизни, который он и установил в универе, гласил: "Крутые парни не дрочат, крутые парни ебутся". В его банде позором было дрокать напропалую. Юнги никогда не делал ничего, что бы противоречило его суждениям, а дрочил он последний раз в 10 лет мелким шпендиком. Он ебался, когда хотел, и ему даже пальцем не нужно было шевелить для этого, ведь его хотели все, а кто не хотел, тот просто завидовал.       И вот этот самый самец дрочил на фотки какого-то парня. Об этом определенно никто не должен узнать: ни братаны, ни знакомые и вообще никто из ёбаного универа, иначе жизнь Юнги точно пойдет по пизде, а уважение братьев испарится так же быстро, как он дрочил.       Этот секрет Мин должен унести с собой в могилу.