Крутые парни не дрочат, крутые парни ебутся

       — У меня есть условие моего молчания, — он нежно провёл тыльной стороной ладони по напряжённой щеке Юнги, — Переспишь со мной — не расскажу. Но только есть одна проблемка. Я. Тебе. Не. Дам. — Тэхён чётко и вполголоса выговорил каждое слово своим сладким и томным голоском.        — Суччёныш, — зло сквозь зубы процедил Юнги, положив одну руку на горло Тэхена, начиная медленно сжимать, перекрывая путь воздуха к лёгким. Тэхену сразу стало неприятно, и он почувствовал нехватку кислорода, но ухмылка не сошла с его губ. Когда Юнги отошёл от Тошича метра на два, Ким крикнул не своим голосом: "Ещё увидимся, Мин Юнги". После чего зашёлся в сильном кашле, пытаясь отдышаться.        Уходящий парень ничего не ответил, показав свой любимый средний палец.        Может, по Техёну было и не видно, но каждой частичкой своего тела он боялся и одновременно обожал Юнги. Он бы с радостью дал ему здесь и сейчас, и во всех позах. Он бы кричал самые постыдные фразы и стонал бы так, что побелка с этого ободранного потолка сыпалась не переставая. Но Техён был не такой. Эту сучку ещё надо заслужить, а сделать это было не так-то просто. Если по законам Мин Юнги жили все альфачи университета, то по законам Техёна жили все омеги (ну или почти все). В этом числе и два его лучших друга: Ким Сокджин и Пак Чимин (тот самый Пак Чимин, которого так бесчеловечно выебал и бросил на произвол судьбы Юнги). Этим парням палец в рот не клади, ведь они сами возьмут в рот, и далеко не палец. Но, как говорилось ранее, надо заслужить.        Джин и Чим видели сцену между двумя «друзьями». И только когда всё закончилось, они решили подойти к Техёну.        — Что это только что было? Этот придурок точно не видит границ, — Недоумевающе сказал Джин.        Чимин же в это время стоял в сторонке и пытался быть ниже травы, тише воды, потому что про инцидент с Юнги он друзьям так и не рассказал.        — Это? — Тэ показал на шею, разминая её, — Ничего страшного. Я всё решу. Обещаю, будет весело, — сказал Техён очень интригующим голосом.        Юнги не покидала мысль о том, что эта маленькая (позвольте подметить, очень сексуальная и опытная в своём деле) букашка знает о том, что Мин, мать его, Юнги, дрокал. Что вообще за напасть, почему именно Тэхён подобрал его телефон? Лучше бы вообще потерялся или попал в руки преподавателя. Да хоть что! Но за что, за какие такие грехи, именно Ким Тэхён проходил в тот день и в ту минуту по тому проклятому коридору.        Юнги не знал как заткнуть надоедливую омегу. Неужели серьёзно надо его трахнуть для молчания? Юнги решил, что для начала попытается выбить из головы Техёна всю дурь силой, а уже потом, если не поможет, перейдёт на более серьёзные меры.

ХХХ

      На следующий день, во время обеденного перерыва Юнги, Хосыч и Джун сидели за своим столом в столовой. Они разговаривали о великом (о порнухе) и не спеша трапезнячили. Народу была тьма, все столики были забиты. Никто не осмеливался садиться за столик трёх парней, хоть он и был наполовину пуст.       Мин неохотно ковырял невкусный салат, как вдруг с другого конца столовой он услышал громкий ор на всю ивановскую в его адрес.        — Мин Юнги, а что ты ешь?! — совершенно не стыдясь как минимум сотню студентов в помещении, орал Тэхён. По его широкой улыбке и сияющим глазам было заметно, что настроение у него отличное и затыкаться он пока не собирается.        — Твой мозг, разве не очевидно? — неожиданно для всех ответил Юнги, но крича не так громко. Джун с Хосоком посмеялись, а люди вокруг уже ожидали чего-то интересного.        — Тут мест совсем нет, а у вас там его куча! Мы идём к вааааам!!! — держа в одной руке поднос с едой, а второй хватая в охапку друзей, Ким попёрся через толпень и узкие проходы между столиками прямиком к Юнги. Некоторые студенты посмеивались над этим представлением, некоторые недоумевали что тут происходит.       У Юнги невольно начал дёргаться глаз, а вилка в правой руке слегка погнулась. Ну, как слегка… Сложилась пополам!       Быстренько добравшись до столика альф, Тэхён даже не спрашивая, плюхнулся на место рядом с Юном. Джин и Чимин скромно сели рядом.        — Фу, Мин Юнги, как ты можешь это есть?! Этот салат выглядит просто отвратительно! Вот, лучше ешь фруктики и овощи, они полезные, — улыбнулся Тэ и положил красное яблоко на поднос альфы.        — У меня аллергия на яблоки, — сухо ответил Юнги, что Ким ошалел. А где крики? А где "засунь себе его в жопу?!"        — Мин Юнги, — снова начал Тэхён, специально пытаясь выбесить старшего своим неуважительным обращением, — я вот в книге прочитал, что дрочить — это полезно. А ты как думаешь? — так наивно и совершенно по-детски спросил Тэ, жуя свою булочку с кунжутом. Глаза такие светлые, чистые, самое главное, бесстрашные. Надо было просто видеть лицо Юнги. Надо было видеть взрыв его терпения внутри. Он, собрав последние капли душевного спокойствия, начал поворачивать голову в замедленной съёмке. 500 кадров в секунду нахуй снимали максимальные рапиды.        — Я думаю, что тебе пора заткнуться и пойти нахуй, — философски изрёк альфа, с раздражением смотря на младшего.        — Боюсь придется подождать. Я же ещё не доел. Надо хорошо питаться! В здоровом теле – здоровый дух! Тебе тоже стоит об этом задуматься, — разъяснил всё Тэ с лицом эксперта и магистра.        — У геев нет души, — холодно ответил Юнги. Он ещё хотел что-то сказать, но Техён снова перебил его.        — Ах, ну да, у Мин - главного альфача универа - Юнги нет души, но зато есть весьма весёлое, но тёмное хобби. Да, сладкий?        — Жаль, что я не курю. А то пару окурков бы тебе в лоб сейчас прилетело. А не, погоди, я же курю. Беги нахуй, сука, — Юнги раздражённо достал сигарету из пачки и задымил прям посреди столовой. Благо учителей не было, а другие студенты перечить не смели.        Тут в разговор Юнгаря вмешались его друзья, чтобы поддержать друга (что не очень получилось).        — Слушай, парень, ты бы лучше следил за языком. Нам, конечно, плевать, но всё же тот факт, что Юнги сидит сейчас с нами, а не в обезьяннике, нас очень радует. Однако, если ты продолжишь бесстрашно открывать рот, то боюсь вы оба отсюда не уйдете, а уедете. Только ты на скорой, а Юн на бобике, — быстро и с уверенной интонацией проговорил Намджун. Юнги же в этом время, незаметно для всех выдохнул, поняв, что дохуя умный Намджун не догадался, что имел в виду омега.        — Согласен. Его темные делишки тебя не касаются. Как говорится, пока не доказано – не ебёт, что сказано,  — добавил Хосок.       Юнги уловил хитрый взгляд Техёна.        — А что, уже за дроканье сажа… — не успел договорить Техён, как Юнги закрыл ему рот, запихивая туда окурок.        — Я не ясно выразился? Велком ту нахуй, малыш, блять, — зло проговоил Юнги.        Тэ отстранился, выплёвывая сигарету и корчась от жжения и горести. Он выпил залпом свой стакан свежевыжатого сока и, облизнувшись, вернулся в первоначальное ясное состояние.        — Ладно, ещё увидимся, — Техён одарил всех присутствующих очаровательной улыбкой, махнул рукой и ушёл, прихватив Джина и Чимина, которые пребывали в ахуе.