Истинное лицо

«Почему это все происходит со мной? Господи, почему?» — тряслась девушка от страха под толстым слоем одеяла. — Кхм… Адриан, пойдём выйдем. — отчеканил мужчина. Блондин дёрнулся на месте и последовал за отцом в коридор первого этажа. Карать себя, тут не за что, но вот стыдиться за такую ситуацию, это конечно. Обстановка была действительно накалённой. Хотелось просто встать и уйти от всех проблем, но разве это возможно и правильно, оставить Адриана одному расхлебывать кашу, которую они заварили вместе. Квами залетела под одеяло к хозяйке и погладила ласково по щеке. Тем временем, отец и сын находились в кабинете. Между ними было молчание. Юноша не решался хоть что-то спросить у отца, а тот, у сына. Габриель молча листал бумаги в руке, облокотившись о деревянный стол. — Отец, почему в такую рань, ты решил заявиться ко мне? Было непонятно, почему Габриель был настолько спокойным. Такое состояние даже пугало. Наконец, изучив весь текст в бумагах, мужчина положил их на рабочий стол и снял свои очки. Агрест младший тут же дёрнулся, ведь один повышенный тон отца, пугал до безумия, а страх пронизывал тело тонкими нитями и как яд распространялся по нему. Холодный строгий взгляд буравил юношу. Чтобы не упасть, он подошёл к стене и слегка облокотился о твёрдую холодную поверхность. — Отец, я могу все объяснить. Габриель потирая уставшие от всей этой работы глаза, отстранился от письменного стола. Ему было достаточно увиденного сегодня, и объяснения не нужны. — Что еще объяснять здесь? — он так же продолжал буравить сына взглядом. — Ты молод, и тебе хочется развлекаться. Адриан опустил голову и нахмурился. Невероятно, но отец смог воспринять эту ситуацию, будто они дети малые, без своей головы на плечах. Ему было обидно за свою девушку, что мужчина смог сложить такое мнение о Мари, даже не узнав её хорошо. — Если ты имеешь ввиду, что я с ней из-за постели, то ты дико ошибаешься. Такая реакция Адриана, заставила брови Агреста старшего немного дернуться от удивления. Такого порыва от Адриана, он еще не слышал. Он смеет ослушаться, и поступать как хочет сам. Рука Габриеля сильно сжала угол стола, что даже синие вены стало видно. — Кагами, не такая была? А та неформалка? Они тоже не такие? — пытался он держать тон ровным, но это с трудом получалось. — Слишком рано я выпустил тебя из своих рук. Ты позоришь нашу фамилию. Где твоё воспитание! Над юношей вечно командовал отец. Съешь то, выпей это; сними то, надень это. Подбешивало то, что у него никогда в жизни не было того, чего так хотелось всегда — быть любимым. В его серой жизни однажды, появились камень чудес и влюбленность, что заставляли реанимироваться, казалось бы, мертвое тело и сердце. Он в таком возрасте, что уже и сам может постоять не только за себя, но и за своё право выбора. Если тебе кто-то препятствует, то необходимо устранить это, пусть это даже и будет твой отец. Пепельноволосый мужчина уже подходил к двери, как вдруг, его сын его окликнул. Он лишь остановился, ухмыльнулся и чуть повернув голову, посмотрел на сына. — Мари не такая! Нравится тебе это, или нет, но я буду делать то, что пожелает мое сердце. — стукнул он себя кулаком по груди. — Я никуда не пойду с тобой. Ты снова лишаешь меня всего, что есть. — стиснул зубы Агрест младший. — Отпусти меня, и пойми, что я уже не маленький. Габриель понимал, что Адриан полностью прав. И каково же было больно слышать, как подобные слова из уст твоей кровиночки, льются, полные злости, обиды, отравляя куски ещё пока живой души. Сердце рухнуло в пятки, и впервые, новая эмоция появилась на лице строгого мужчины. У него никогда не было отцовского инстинкта. Было лишь состояние, что твоя семья стала больше. Все из-за большой нагрузки на работе. Хотелось, чтобы семья не знала горя и нищеты. В тот то момент, и начиналось зарождение карьеры дизайнера. Все чертежи были неплохи, дизайны тоже, но почему-то крупные компании отказывали в сотрудничестве. Осуществление своей мечты, стало превыше мечт семьи. Он потерялся. Очерствел, но все начало получаться. Когда Адриану исполнилось шесть лет, компания Агреста росла и набирала обороты популярности, а соответственно, нагрузка нарастала и о семье пришлось забыть до тех пор, пока он не потерял жену и не закрылся в себе. Сам сын своим поведением и внешностью, полностью напоминал ее. Прозрачная слеза скатилась по его правой щеке и поделила на две. События «счастья», пронеслись перед его глазами и он дал волю эмоциям. Инстинкт отца заиграл только сейчас. Поздновато. — Ты прав, Адриан. Прости меня. — смахнул он слезу, но сделал вид, будто поправил оправу. — Пап. Сделай, пожалуйста то, о чем я попросил. — снова он попросил и тот, слегка кивнул. — Какой бы ты ни был, я все равно люблю тебя. (Инцест, посоны! Ахаххахха!!!!! Бета: Молю, не надо!*перекрестилась*) — Ты прав. Что ж, надо познакомиться поближе, с твоей девушкой. — Немного позже. Мне нужно в аптеку за медикаментами, так как ей нездоровится. Адриан взял бумажник и ушёл с дома. Отец пока искал необходимые папки с документами на дом, а изучал он их на кухне, сидя на высоком стуле. Все доверенности, он изучал досконально, вникая в сам текст. Он снял очки, отложил их на тумбу и положил бумаги. Взгляд серебристых глаз, он с пола, перевёл на застывшую в проходе гостью. Он внимательно рассматривал ее лицо, телосложение и мимику. Маленькая и стеснительная. Ужасная модель для обложки журнала. Синевласка смущённо стояла в длинном мужском махровом халатике, и потирая щёчку, бегала глазами. — Мистер Агрест? А-а г-где А-Адриан? — ее голос невероятно дрожал не только от всей этой постыдной ситуации, но и от вообще-то него самого. Это были две основные причины. — Адриан сообщил, что вам нездоровится, мисс Дюпен-Чен, поэтому как заботливый мужчина, он ушёл вам за необходимыми лекарствами. — отчеканил мужчина. — Вернитесь в постель. — Я… не могу. Я должна извиниться за это. — виновато она опустила голову. — В этой ситуации виноват я, и сейчас, я объясню почему. Можно было предположить, что если мой сын стал жить один, то наверняка, у него вскоре, должна появиться спутница, а значит, при входе в комнату, я должен был постучаться. Так? — ухмыльнулся пепельноволосый, а девушка кивнула. — Так что, достаточно извинений. К этому моменту, на плите закипел чайник, издавая громкий свист. Маринетт сняла его с огня, взяла кружку, насыпала кофе и налила горячей воды. Это она дела действительно потрясающе. Живя со своими родителями-пекарями, можно наловчиться всему, даже сделать из обычного кофе, необычный. Своими мелкими умениями, она продолжала рассеивать сомнения Габриеля. Он понемногу начал заводить темы для разговоров и смог добиться нормального общения без заикания. Как оказалось, спутница сына очень мудра, для своего возраста и мыслила не как школьница. — Мисс Дюпен-Чен, вы когда-либо совершали безрассудных поступков, чтобы вернуть что-то? — задал он странный вопрос героине, на что та, немного задумалась и закатила глаза, вспоминая подобные случаи. — Было, но в том то и дело, что они безрассудны. Прошлое, оно прошлое. Не нужно пытаться что-то вернуть, ведь в будущем, вас ждёт ещё что-то лучше. Чтобы стать настоящим счастливым человеком, нужно пережить боль, страдания и потери. Это как игра. Чтобы получить награду, нужно сильно постараться и преодолеть препятствия. Габриель надел очки и локтями облокотился о столешницу. Слова этой девушки, задели его и он стал тщательно обдумывать свои поступки и взвешивать их. Только сейчас он понял, что действительно, его деятельность злодея, не приносит никому пользы, как и тогда. Он подумал только о себе и о своих желаниях, но об окружающих нет. В нем все так же сидит маленький безответственный мальчик. В глазах Мари внезапно, все поплыло. Своей ладонью, она облокотилась о столешницу, а другой, о лоб. Слабость и темнота…