Истинное лицо

Маринетт нахмурилась. Ей конечно же обидно, что ее парень не поведал о своем прошлом, но, а было вообще время для этого? Девушка и виду не показывала, что это как-то задело ее, а наоборот, сделала вид, что она об этом знала. — Ну и что? Что было, то прошло. Сейчас, Адриан со мной. — самодовольно усмехнулась Дюпен-Чен, а в ответ услышала звонкий смех Сомбры, который задел её. — Ты всерьез подумала, что у меня что-то есть к Агресту? Ха, да нужен он мне! Единственный, кого я люблю, так это комп. Меня не интересуют ни парни, ни девушки. На этих словах, Сомбра вышла из комнаты и оставила Маринетт одну, а та не долго думая, побежала вслед гостье. Она натянула поверх своей пижамы теплый халат Адриана. Сомбра на первый взгляд, оказалась очень самоуверенной и стервозной особой. Не понятно было, как таких двух разных людей, как ее и Адриана, могла свести судьба? Или судьбе стало скучно, и она решила пошутить? Тем временем, гостья взяла в руки свой рюкзак, положила свою тетрадь с конспектами и повернулась, дабы попрощаться. — Не боишься, что тебя могут раскрыть? Тогда ведь и последствия будут. Гостья перекинула через плечо рюкзак и обнажила белоснежную улыбку. — В моих действиях не бывает ошибок. Мы все люди и суждены совершать ошибки. Но, я как робот: я боюсь лишь поломки. Только не боюсь воды, как они. У меня нет негативных эмоций, поэтому я никогда не окажусь захваченной злодеем, а вам с Адрианом не придется меня спасать. — Что? — удивилась Мари, надеясь, что она ослышалась. — Вы же герои Парижа, и от меня не утаишь это. — подошла она к синевласке и похлопала по плечу. — Об этом никто не узнает. Ваша переписка зашифрована, благодаря мне. Мне пора. Адриану еще раз привет. — махнула Сомбра рукой и покинула дом. Маринетт всё тщательно обдумывала, а после направилась на кухню, дабы приготовить что-нибудь вкусное. Мари много думала об отношениях между Адрианом и Сомброй. Неприятный осадок возникал в груди, ну, а смысл сейчас накручивать, если это можно обсудить с ним же и прийти в любом случае, к взаимопониманию? В каком-то плане, появилось недоверие к его подруге. А мало ли, что она сказала? Может она сделала это специально? Девушка уже нагрела масло на сковороде и достала из морозилки замороженные котлеты в упаковке, и не смотря на пачку, начала ее вскрывать. Вслед за этим, синевласка выкладывала их на накаленную поверхность, слушая громкое скворчание и выстрелы маслом. Из-за шума сковороды, Мари даже не услышала, как дверь в прихожей открылась. Адриан направлялся на шум, и очень был недоволен тому, что возлюбленная стояла на ногах, так тем более у плиты. Блондин подошел, забрал с рук деревянную лопатку и повел девушку к выходу. — Адриан, что было между вами с Сомброй? — с интересом посмотрела она через плечо в глаза возлюбленного. Юноша понимал, что подобного разговора было не избежать, а все потому, что когда-нибудь, но подруга расскажет про все его девушке, а та устроит истерику, в виде: «Ты не должен с ней общаться»! Но для такой истерики, Маринетт была крайне спокойной, что даже немного поражало. Он отпустил плечи возлюбленной, остановился на месте и немного приспустил голову. — Сомбра моя подруга детства… Пара села за стол. Адриан рассказывал всю историю с этой особой. Начиная с того, как познакомились, и заканчивая сегодняшним днем. Рассказ длился около получаса. Парень рассказывал даже нелепые случаи, а порой и о своей щедрости, но не возвышая себя, так как считал, что обеспеченные, должны помогать малоимущим. Конечно же, Мари слушала с огромным интересом и нисколько не ревновала, даже когда всё зашло до того самого. Правильно сказала Сомбра. Не важно, что тогда было между ними, главное — что он сейчас с ней. День подходил к концу, а вскоре, стемнело. После прекрасного ужина, каждый занялся своими делами. Адриан мыл посуду, а Мари лежала в постели и придумывала коварный план, рыская по полочкам и дверцам шкафа. Когда же работа была сделана, то юноша принял ванну и пришел к закутавшейся в клубочке из одеяла, любимой. Юноша умилялся видом спящей героини в его постели. На это он мог смотреть вечно: дергающийся носик, приоткрытые сочные губы и подрагивающие ресницы. Тыльной стороной ладони, он провел по нежной щеке и слегка улыбнулся. Спалось прекрасно, если бы не что-то мешающее перевернуться на бок. Нет, это не преграда, а будто что-то или кто-то не давал сделать это. Тогда Агрест приоткрыл глаза и начал осматриваться. Рядом в постели никого не было, одеяло было взъерошено, а руки плотно привязаны галстуками к кровати. Как же так? Почему не проснулся, когда все эти манипуляции происходили с ним? Много вопросов возникло в голове, пока в комнату не вошла полностью обнаженная возлюбленная. Она была как сама не своя. Распущенные волосы волной лежали на ее голых плечах, в руках было кроваво-красное яблоко. Взгляд голубых глаз так и говорил, о чем-то серьезном с ее стороны. Взгляд царицы или хищницы. Теперь понятно было, кто сделал все это с ним. — Маринетт, что ты делаешь? — возмущался блондин, дергая связанными галстуками руками. — Мистер Агрест, расслабьтесь и получайте удовольствие. — откусила она яблоко, подошла и засунула его в рот Агресту. Ее хитрые лисьи глаза, пробежали по обнаженному торсу юноше, а соблазнительный язычок, прошелся по верхней и нижней губе, обмакивая их. Он нервно сглотнул и не понимал, почему не мог справиться с такой преградой из ткани, ведь мог сам и титановые цепи порвать. Юноша посмотрел на свою руку, но кольцо отсутствовало на пальце. Теперь, объяснение нашлось. Его силы пропали с тех пор, когда кольцо оказалось на прикроватной тумбе. — Развяжи меня. Ты болеешь, тебе нельзя. — промычал он с яблоком во рту, но девушка полностью поняла блондина. Большее сопротивление, еще сильнее пробуждали в Мари желание отыметь своего парня и насладиться его душераздирающими стонами. Все, что нужно сделать сейчас, так это возбудить Агреста до предела, что она и начала делать, двигаясь возле юноши плавно, демонстрируя свои прекрасные формы. Его веки сомкнулись, дабы не видеть всё это, тогда Маринетт расплылась в похабной улыбке, и стала ласкать язычком, все нежные места на мужском теле. Как бы он не хотел, но организм начал сдаваться, а пах набухал. Сказочные ощущения. В ней столько страсти, желания, что так и хотелось утонуть в этой пучине. Зубками, синевласка прикусывала нежные соски, а пальчиками ласкала кожу у ребер. Адриан невольно вздрагивал, а по телу вот уже бежал электрический разряд. Он громко мычал, но если бы не это чертово яблоко, он кричал бы от удовольствия. Хитрые девичьи, руки стянули синие боксеры. Юноша с интересом наблюдал за дальнейшими действиями возлюбленной и наслаждался лаской, пока она не накрылась одеялом с головой. Теперь, он мог лишь ощущать, что там теперь вытворяет синевласка. Зеленые глаза закатились от удовольствия, когда он почувствовал ласку в паху. Это точно были не руки. Он сжал руки в кулаки, что даже синие вены было видно, и запрокинул голову. Ему это будто делала профессионал. Крышесносные ощущения, заставляли тело подлетать куда-то вверх, а потом резко опускаться на землю. И одно приземление, было крайне удачным. Мышцы напряглись, и семя вырвалось прямо девушке в ротик. Он будто изливается за сегодня сотый раз. Внезапно начало клонить в сон, а все мышцы, будто после состояния тренажерного зала. Весь был обездвижен и изнеможет. Челюсть немного ныла от усталости, держать яблочко. После того, как Маринетт собрала всю оставшуюся вязкую жидкость с набухшей плоти, то вылезла из-под одеяла, сверкая ненасытными глазами. — Наконец, я попробовала тебя на вкус. — снова провела она языком по своим губам. — Я знала, что ты окажешься таким вкусным. Дюпен-Чен вытащила яблоко, положила на тумбочку и села на лицо возлюбленного. Он тут же принялся двигать языком, раздвигая манящие лепестки из кожи, обтекающие сладкой росой. Уже было все равно на то, что Маринетт болеет, ведь в такие моменты, разум вовсе отключается и отказывается выполнять свою функцию. — Ну что ж, на сегодня с тебя хватит. — вздохнула героиня и спустилась. Каким-то образом, она уже успела надеть презерватив на его член и села на него, двигая бедрами сначала медленно, но со временем ускоряя темп. Они снова оказались под одеялом, пусть и воздуха было катастрофически мало, но чувства нехватки, еще больше разжигали огонь в сердце. Сладкие стоны и томные вздохи срывались с их губ. На теле обоих, возникала влага, но это никого не останавливало. Мари прыгала на юноше, как наездница на родео. Ее тело извивалось, губы касались кожи шеи Агреста. Внутри девушки, ощущалось напряжение. Стенки горели, а по ним стекала смазка, подобно лаве. Как же можно от таких ощущений не кончить сразу? Он держался из последних сил, а сама героиня, ориентируясь на учащение дыхания, двигалась быстрее и быстрее, приближая себя и возлюбленного, к желаемой разрядке. Весь пододеяльник был мокрым и стал немного прохладным. Мари устало свалилась рядом с Адрианом и обвила его тело руками. — Может… — вдыхал он клубы воздуха в легкие. — Может развяжешь? Тут же, она опомнилась и развязала блондина. Руки затекли и были будто ватными, но оно того стоило. Он все еще прибывал в состоянии небольшого шока, но как же это не на шутку его возбудило. Кровь начала приливать к конечностям, от чего появились колики. — Вот посмотришь, завтра температуры не будет. — положила Дюпен-Чен свою голову на плечо Адриана и начала засыпать.