Дьяволица.

— «Та-ак… стопэ… какого лешего тут происходит?!» — было первое, что пришло мне в голову, когда я проснулась в теле, итить его мать, годовалого ребенка!       Совсем не понимаю, что произошло. Я прекрасно помню, как вернулась в общагу и завалилась спать, а проснулась вот этой мелкой засранкой! Да ещё и, судя по всему, в какой-то восточной стране. Это я поняла по интерьеру комнаты и по иероглифам на некоторых картинах.  — Мы отдадим её старухе Масуме. Станет взрослее — будет помогать ей, когда внук будет уходить на миссии, — в комнату вошел мужик средних лет с морщинками у глаз. За ним зашли ещё двое: женщина, на вид лет 25, если не меньше, и старик с цепким пренебрежительным взглядом.  — Нам незачем терпеть ни на что не способную дочь слабовольного труса. Она лишь опозорит клан Учиха. Лучше уж убить из жалости. А обременять старушку, которая и так внука в одиночку растить будет, не стоит, — высказался этот старый хрыч. Он явно имел ввиду меня. Может, мне просто снится кошмар? В какой это я мир попала, что тут детей резать собираются?!  — Я не позволю причинить вред ребенку! Вы совсем из ума выжили, раз хотите так поступить?! — единственная женщина из этой компашки встала между мной и старым маньяком. Честь и хвала ей за это! Пока не пойму, что происходит, умирать как-то не хочется.       Хм… Внешность, хоть и не сильно выраженная, но явно азиатская, да и одежда на них, вроде как, кимоно называется. Волосы у всех черные, глаза тоже, и у каждого на одежде один и тот же знак — красный с белым круг на палочке.  — Успокойся, Микото! — повысил голос мужик. Лучше бы на деда орал! — Никто её не тронет. Пусть шиноби ей и не быть, с её наследственностью должно быть сильное потомство.       Бляяя…стящие висюльки над коляской! Это какой у них в стране уровень развития, что они годовалой девчушке уже замужество определяют?! Ой-ей, кажется, сейчас что-то потечёт, и сдержать не получится! Что ж, главное оружие пупсов в бой…  — МУААА…! — начала я орать и плакать.  — Что ж, будь по-вашему, — скорчив рожу явного отвращения, старик поспешил удалиться.  — Микото, займись ею, — сказал мужик и так же удрал. Ха-ха, мужики блин, ребенок разогнал всех.       До вечера за мной приглядывала женщина по имени Микото. У неё отлично выходило нянчиться с дитём, тобишь со мной, отличная мать! Ну, или будет ею… А вот вечером меня куда-то понесли.       Пока меня несли по улице, я осмотрелась. Дома в старинно-японском стиле, небольшие участки с рыночными лавками. И везде один и тот же символ — красно-белый круг на палочке.       Наконец, мы вышли из густонаселенного места и по тропинке, ведущей сквозь заросли деревьев, и подошли к дому. Этот дом ничем особо не отличался от остальных мною увиденных, разве что стоял отдельно от остальных.       Нас вышла встречать старушка с короткими, аккуратно подстриженными седыми волосами, добрым взглядом и лёгкой улыбкой.  — Добрый вечер, Микото, это и есть та несчастная девочка? — переняла меня старушка.  — Да, это она. Ее зовут Мегуми, ей скоро будет год, — ага, значит, меня в этом тельце зовут Мегуми. Что ж, могло быть и хуже. В Китае могли бы и Вынь Хуй Вчаем назвать.  — Мегуми-тян, ты самая, что ни на есть, будущая красавица, — поднесла меня ближе к лицу старушенция. — Как же жалко, что у тебя так плохо судьба сложилась.  — Микаса-сан, если Вам потребуется какая-либо помощь, только скажите, Вас обеспечат всем необходимым, — Микото, убедившись, что выполнила всё, что хотела, ушла. Ну, а мы с бабулей зашли в дом.       В комнате, куда меня занесли, была большая детская кровать с таким же карапузом, как и я.  — Это твой братик — Обито. Мы теперь одна семья, — меня положили в кроватку рядом с новым родственником, который тут же потянул к бабке руки и что-то агукнул.       Та-ак, и что же мы имеем в итоге? Я не пойми как оказалась в ребенке, в другой стране и, скорее всего, в другом времени. А также я чем-то не устраиваю главных места моего проживания, и если я не стану каким-то там шиноби, то меня выдадут насильно замуж, чтобы быть инкубатором детей с хорошей наследственностью.       Возможно, я где-то и сгущаю краски, но лучше буду готовиться к худшему. Как только узнаю, где я и как тут всё устроено, буду уже думать, как мне выкручиваться. Так что быстро учимся ходить, писать и читать. Но начнем мы с того, что покажем, кто тут главный эту мелкому рядом со мной, что подпинывает меня уже в который раз и глядит так, будто я у него корову украла.