Android

      Коннору не нравились андроиды. Неизвестно, что скрывается за их искусственной кожей. Даже несмотря на то, что они очень похожи внешне на людей, пластиковые уроды никогда не внушали особого доверия.       Но жизнь самого молодого лейтенанта во всём Детройте неожиданно встала с ног на уши, как только ему на попечение дали андроида. Это была новейшая модель HN-800, присланная Киберлайф в полицейский участок для помощи в расследовании по делам девиантов. Новейшей моделью этого андроида назвать было сложно. Он имел внешность мужчины, который точно перешагнул за порог сорока лет. Его ясно-голубые глаза излучали ледяное спокойствие, которое ни один раз бросало Коннора в дрожь. Его седые волосы были собраны в аккуратный хвостик, а лицо украшено такой же седоватой бородой. «Моё имя Хэнк, андроид, присланный из Киберлайф».

***

      Лёгкие Коннора судорожно сжимались и разжимались, пытаясь насытиться кислородам, а ноздри будто горели пламенем. Когда-нибудь юный лейтенант всё-таки выкинет эту пачку сигарет из своего глубокого кармана кожаной куртки. Парню пришлось лицезреть, как Хэнк с ловкостью перепрыгивает через изгородь и бросается в погоню, подобно охотничьей собаке. Они выслеживали девианта на протяжении недели, но он уходил буквально в самый последний момент, пытаясь запутать полицейских. Лейтенант привалился спиной к сетчатой изгороди, на что та отозвалась железным лязгом и немного прогнулась. Андерсон всё ещё никак не мог отдышаться и только сейчас вспомнил про свою разбитую нижнюю губу. Кровь уже перестала течь и местами превратилась в засохшую корочку. — Чёртов пластиковый урод, — прорычал себе под нос Коннор, недовольно морщась от металлического привкуса во рту. Выудив из кармана сегодня купленную пачку сигарет, он извлёк оттуда одну сигарету. Чуть зажимая её губами, парень поджёг её кончик, делая неспешную затяжку и с шумом выдыхая дым через зубы.

***

— Лейтенант? — послышался откуда-то сзади, как показалось, обеспокоенный голос подчинённого андроида. — Вы в порядке?       Коннор медленно развернулся, чуть поёжившись от вечерней осенней прохлады. Его кожаная куртка была недостаточно тёплой, чтобы согреть и, к сожалению, под ней была лишь тёмно-серая футболка. — Да, почему ты спрашиваешь? — меж губ лейтенанта была зажата привычная сигарета, которая едва заметно дымилась. Девианта они (если быть точнее, Хэнк), поймали, допрос привёл лишь к тому, что свихнувшаяся машина напала на своего хозяина потому, что человек хотел заменить робота на более новую модель. — Ваша губа даёт мне поводы для переживания, — медленно проговорил андроид, практически сверля лицо человека. — Переживания? — буркнул себе под нос Коннор, сделав последнюю затяжку и отточенным броском выкинув окурок в ближайшую урну. — Вас что-то смущает? Лейтенант отвернулся от Хэнка, помолчав несколько секунд. — Разве ты… — начал было Коннор, но почти сразу же осёкся. — Впрочем, неважно. До завтра, Хэнк.       Не обернувшись, парень побрёл к своей далеко не новой машине. Залезая в холодный салон, он поднёс ледяные ладони ко рту и подышал на них тёплым воздухом, в попытке хотя бы чуть-чуть отогреть окоченевшие пальцы. Устало откинувшись на сидение, он завёл машину и, выехав с парковки, поехал домой.       Поведение андроида немного насторожило лейтенанта. Поводы для переживания? Андроиды вообще способны переживать? Неужели андроид полицейский, который помогает в расследованиях по делам девиантов, сам окажется девиантом? Андерсон фыркнул громче, чем сам ожидал. Его мысли были откровенной чушью. Все эти фразы, которые произносит Хэнк, заложены в его программу создателями, для полного образа человекоподобного существа.       Припарковавшись напротив своего дома, Коннор быстро, насколько это было возможно, пробрался в дом, захлопывая дверь и поворачивая ключ два раза в замочной скважине. — Вильям, я дома, мохнатый ты ублюдок!       Откуда-то из-за угла выкатилась пухлая рыже-белая тушка. Корги бросился к ногам своего хозяина, заливаясь радостным тявканьем. Позволив себе немного растянуть губы в улыбке, парень потрепал единственного друга за уши и погладил по макушке. Насыпав сухого корма в миску пса, Андерсон окинул взглядом кухню.       Его взгляд невольно зацепился за фотографию в рамке, стоящую прямо посередине кухонного стола в окружении бутылок из-под дешевого виски и пива. Вновь вселенская печаль свалилась на плечи и будто тяжёлый груз начала тянуть куда-то вниз. Коннор подошёл к столу и дрожащими руками потянулся к рамке. Ткнувшись пальцами в её края, он тяжело вздохнул, а после, не сдержавшись, всхлипнул. На фотографии была изображена молодая девушка. Она улыбалась, подобно лучистому солнцу и на её лице так уютно расположились очаровательные ямочки. Её волнистые длинные каштановые волосы были собраны в небрежный пучок, и некоторые прядки, выбившись из него, опадали на лицо. На её коленях сидел мальчишка, лет трёх. Он, казалось, был серьёзен, но его глаза выдавали озорство, плещущееся внутри совсем юного тельца. Лицо ребёнка украшала россыпь маленьких родинок, цвета молочного шоколада, а на щеках виднелись ямочки.       Коннор медленно сполз на пол, и, встав на колени, прижимая рамку к груди. Пытаясь проглотить подступающий ком к горлу, он ронял одну слезу за другой. — П-прости ме-еня, прости… — заикаясь, проговорил парень, всхлипывая всё громче и громче. — Я-я… Не смог, н-не уберёг…       Его виски, подобно тискам, сковала сильная пульсирующая боль. Кое-как поднявшись, на негнущихся ногах и крепко прижимая к груди рамку с фотографией, лейтенант схватил первую бутылку со стола и сделал три мощных глотка. Горло привычно обожгло. Продолжая реветь навзрыд, парень уложил на край стола фоторамку и, склонившись над ней, погладил пальцем тонкое стекло. Его слёзы начали капать прямо на поверхность рамки. Обхватив пальцами бутылку какого-то дешёвого пойла, Коннор вновь начал пить, теряя счёт глоткам. Ему нужно было прямо сейчас напиться до беспамятства, отключиться или вовсе, больше никогда не просыпаться. Тупая боль, подобно острому кинжалу, кромсала его грудь всё сильнее и сильнее с каждым тяжёлым вздохом.       Наконец, напившись посильнее, Андерсон откинулся на спинку стула. Он утёр слёзы с покраснеших щёк тыльной стороной ладони и уставился пустым взглядом в потолок. Выудив заряженный пистолет из кобуры, парень медленно сомкнул свои заплаканные карие глаза. Прислонив холодное дуло пистолета к виску, он пристроил свой палец прямо на спусковом крючке. Его рука задрожала ещё сильнее, чем было ранее. — Давай же, всем будет только легче!       Он судорожно сглотнул, последний раз всхлипнув. Нужно сделать это. Прямо сейчас. Всего лишь слегка надавить и… — Дэннис, — шёпотом, очень хриплым шёпотом проговорил лейтенант, открывая свои уставшие глаза. Пистолет сам выскользнул из его ладони и со стуком упал на пол.       Андерсон, поднявшись со стула и сильно шатаясь, побрёл в сторону зала и рухнул на неудобный диван, подминая под себя подушку.       «Дэннис. Я живу только ради Дэнниса». — Быстро пронеслось в голове Коннора, перед тем, как он провалился в сон.