Игра

Твик долго терпел эти навязчивые условия. Нужно было всего-то держать Крэйга за руку, улыбаться ему и не подскакивать с воплями, когда Такер приобнимал его на публике. Пожалуй, этим всё, обычно, и заканчивалось, но, как говорится, годы шли, предпочтения менялись, и несчастному невротику надоел такой расклад. Ведь, как-никак, они росли, а жители Южного Парка так и норовили подтолкнуть их на что-то большее, чем обычные дружественные объятья. Но большего Твик не хотел. Как можно было так непринуждённо вести себя с тем, кто совсем недавно избил тебя при всех одноклассниках, унизил, да ещё и поставил в весьма затруднительное положение? Если до этого сумасшедшим из младшей школы не интересовался никто, то теперь о нём знали все. Уж точно не о таком мечтал Твик, учитывая, что он вздрагивал от одного упоминания своего имени. Над ним начали издеваться… Пока не приходил Крэйг и не бил всем морду. Но такой расклад несчастного кофемана тоже не устраивал. Теперь все говорили у него за спиной. Он часто слышал разнообразные сплетни и подколы, принадлежащие простым прохожим с улицы, перешёптывания со стороны девчонок и совершенно незнакомых ему ребят. А ещё его постоянно в чём-то ограничивали, но, разумеется, из лучших побуждений. Твику даже запретили бегать на физкультуре, так как учитель счёл, что это заденет его «ранимую голубую натуру». Ведь его напарнику она когда-нибудь обязательно, ещё как пригодится! И мальчишка не выдержал. Вытирая рукавом привычной рубашки опухшие покрасневшие глаза, Твик стоял в опустевшем школьном коридоре. Скоро этот кошмар закончится, он поступит в какой-нибудь слабенький колледж, где все забудут о его неординарных предпочтениях, навязанных ему обществом, и сможет жить спокойной, размеренной жизнью, насколько это было возможно для Твика. Слегка успокоившись, мальчишка неторопливо закинул на спину рюкзак и засобирался в класс. Урок начался уже пятнадцать минут назад, но заходить вместе со всеми ему не хотелось. Достаточно упомянуть что-то о личных делах, и услужливые учителя Южного Парка моментально забудут ему эту мелкую оплошность — кто виноват, что азиаты сделали его голубым? Твик скрипнул зубами, стараясь не думать о том, какими всё-таки идиотами бывают жители его городка, и с тяжелым выдохом прислонился к холодной стене. Хотелось послать всё к чёрту и полностью забросить ненужную учёбу, которая уже давно превратилась для него в рутину. На улицах он должен был ходить только рядом с Крэйгом, вцепившись в рукав его синей куртки как в спасательный круг, говорить с ним просто и непринуждённо, периодически обнимая. На переменах они всегда стояли вдвоём, и порой даже не потому, что хотели. Просто так было нужно, потому что иначе Твик превратится бы в обычного дёрганного психа, обсуждаемого на каждом углу, а Крэйг — в неотёсанного грубияна, посмевшего обидеть ранимую душу. Порой даже когда они «зависали» у него дома, поедая чипсы и играя в приставку, под окном скапливалась половина городка, и тогда приходилось задвигать шторы и сидеть в практически полной темноте. — Эй, Твик, включи свет, — монотонным голосом бормочет Такер, поправляя съехавшую на глаза шапку, а мальчишка вздрагивает, то и дело поглядывая в сторону окна. — Нет, давай лучше ты, — полушёпотом произносит кофеман, боязливо поглядывая на выключатель в противоположном углу комнаты. — Мне страшно. — А мне лень. И они продолжают сидеть в темноте, пока один играет в приставку, а другой ест чипсы. И то, только чтобы убить время и не размышлять о том, что заинтригованные жители Южного Парка подумают, ведь они вот уже два часа сидят в комнате Крэйга с выключенным светом. Твик комкает в руках упаковку от чипсов, тяжело выдыхая и чувствуя, как по спине пробегают мурашки. «Завтра в школе будет сложно», — только и вертится в голове. А Крэйг с равнодушием смотрит в мигающий экран. Крэйг Такер. Это он во всём виноват. Твик пытается стать одним целым с прохладной стеной школьного коридора. Короткий момент, который позволяет ему наслаждаться покоем и одиночеством в этом сумасшедшем городке, который он бы предпочёл сжечь вместе с этими отбитыми на всю голову жителями. Да если бы он мог, то сжёг бы и Китай, и Японию, и весь несносный мир. Пожалуй, кроме Крэйга. Ведь он тоже проходит через те же мучения, что и он. Мальчишка крупно вздрогнул и взъерошил светлые волосы. Слишком долго без кофе. Дверь в класс со скрипом приотворилась, и Твик испуганно вздрогнул. Если кто-то увидит, что он почти полностью прогулял этот урок, и при этом всё время торчал под дверью… — Привет, чувак, — привычный монотонный голос и лёгкое похлопывание по плечу приводит невротика в чувство. Так мог говорить только один человек на Земле, и имя ему — Крэйг Такер. Губы парня сомкнулись в непринуждённой улыбке, которая обычно редко появлялась на его лице. Твик сделал неуверенный шаг к нему, крупно вздрогнув, а затем обнял. — Всё настолько плохо? — как-то успокаивающе спросил Такер, в ответ на что кофеман горько всхлипнул и замер, после чего резко оттолкнул Крэйга от себя. — Это всё ты! Ты в этом виноват! — неразборчиво пробормотал Твик, делая резкие жесты руками, сам попутно сотрясаясь и, казалось, с трудом удерживаясь на ногах. Глаза невротика застелила пелена слёз. — Лучше бы тогда, в младшей школе, ты не предлагал мне никаких отношений! С чего все вообще взяли, что я голубой?! Крэйг стоял, засунув руки в карманы и прислонившись к стене, с безразличием слушая сбивчивую речь друга по несчастью, при этом не перебивая его. Под конец своего рассказа, если его можно было назвать таковым, невротик тяжело вздохнул и прикрыл глаза, ощущая упадок сил, как при неделе бессонницы. — Пошли, я куплю тебе кофе, — наконец отозвался Такер, и Твик сжал руки в кулаки. — Зачем ты до сих пор притворяешься? Здесь же никого нет! Закончи эту глупую детскую игру! — взвизгнул парень, обнимая себя руками и сотрясаясь в беззвучных рыданиях. — Я не голубой, блять, понимаешь? — с пеной у рта доказывал Твик, глазами выискивая спасительную чашку кофе, которую несколько минут назад по неосторожности забыл на парте в классе во время прошлого урока. На лице Крэйга появилась лёгкая улыбка, и он положил руку другу на плечо. — Чувак, но ведь они этого не знают. — Невротик замер, пытаясь уловить смысл сказанного. Чёртов Такер. Вечно он всё портит. Крэйг всегда был рядом. Ещё с тех самых пор, как их признали голубыми. Он не сторонился его, не пытался оттолкнуть. Просто шёл рядом, и ему было абсолютно плевать на мнение остальных. И это бесило Твика. Ведь он так не мог. — И что мне теперь с этим делать? — раздражённо спросил парень, ощущая, как у него начинает дёргаться глаз. — Ну, например, это, — Крэйг наклонился к его лицу, и Твик ощутил приятное прохладное дыхание на губах вместе с лёгким ароматом свежести, который всегда ощущался где-то рядом. Наверное, невротик уже бы до кончиков пальцев пропитался этим ароматом, если бы каждый день не глушил кофе литрами. Такер был так близко, но его это совершенно не отталкивало… Звонок мерзкой трелью ударил по ушам, заставляя двоих парней скривиться. — Блять. — Прошипел Крэйг, медленно отстраняясь, пока тем временем из класса выходили ученики, удивлённо на них озираясь и перешёптываясь. — Ладно, пошли. Купим тебе кофе. Твик блаженно улыбнулся, медленно кивнув.