Змея сбросит кожу

У Андромеды созрел не очень хитроумный план. Сейчас она была совсем одна, когда Эли присоединилась к команде по квиддичу. Они стали медленно друг от друга отдаляться. Больше всего времени ей довелось проводить со Снейпом, который давал ей очередную работу по организации своих полок с ингредиентами или уборке. Он всегда молчал и искоса наблюдал, пока ему не надоедало, и он не удалялся к себе в офис. В моменты его отсутствия, она успевала читать все те безумно интересные книги, которые пылились на полках. Особенно интересен были истории про зелья, способные спасти человека от смерти или погрузить его в пограничные состояние. Они требовали контракта между двумя волшебниками, и один из них должен был платить жестокую цену. Андромеда удивлялась, существует ли вообще хоть один человек, способный на такие жертвы во имя другого. Но все это было, скорее, исторической хроникой, легендой, чем реальным рецептом. Оставшись совсем одна, она сильно задумалась о том, насколько преследовать свои интересы, обрекая кого-то другого на безвольное существование, действительно было правильно, и не близилась ли она таким образом к Иоланте. Создать сложное зелье и наконец-то что-то смочь было приятно, но навязывать кому-то чувства против его воли таким извращенным путем. Ей встречалось слишком много подавленных людей, в том числе — она сама. И все-таки ей нужно было знать, что знала Нокс. И Нокс тоже была подавлена всеми ими и так хотела любви, что это в своем роде действительно могло ей помочь. Андромеда решила поступить иначе, не так как того хотела одноклассница или хотела бы Иоланта. Она пошла поговорить с Биллом Уизли. Найти проще всего его было в библиотеке, но там всегда поблизости была Нокс. Андромеда выбрала подсесть к нему в общем зале, пока он занимался. Видимо, у него была договоренность с остальными гриффиндорцами, чтобы они его не тревожили. Главный зал был почти пуст. — Привет, Билл. Ты в этом году выпускаешься. Хотела узнать у тебя, как это…- неловко начала Андромеда. Определенно, просто влить ему в глотку Амортенцию было бы больше в ее стиле и гораздо проще. Он спокойно посмотрел на нее, откинул назад свои длинные, рыжие волосы. — Я думаю, что мой опыт слабо отличается от опыта твоих старших товарищей по факультету. Андромеда поняла, что этот разговор не будет иметь смысла, пока она просто не раскроет все карты. Билл Уизли явно предпочитал искренность и так просто не велся на условную болтовню. Хорошо, что хоть зал в выходной день был почти пустой и учиться остались только те, кому весной грозили СОВЫ. Все остальные отправились в Хогсмид. — Просто понимаешь… Я не хочу спрашивать слизеринцев, потому что не чувствую себя на своем месте на этом факультете. — это была абсолютная правда. — И не хочу втягивать тебя во все мои семейные истории, — продолжила она. — мне вечно говорят, что я плохо туда подхожу и вообще мало представляю из себя для Слизерина. Билл немного помолчал в раздумьях. — Знаешь, я никогда бы не подумал. — без задней мысли или упрека сказал он. — Мне многие говорили, что ты жестокая и закрытая, но сейчас такой я бы тебя точно не назвал. Андромеда неловко улыбнулась в ответ на эти слова. Это был самый откровенный разговор в ее жизни за последние несколько лет. Она села с ним рядом без приглашения, и он не выразил никакой неприязни. Вообще он был очень дружелюбен, и Андромеда поняла почему многие находили его привлекательным. Однако, на ее взгляд, в том и была проблема для них. Билл был со всеми приветлив, но вряд ли кого-то выделял. — Скажи мне, ты встречаешься с кем-то сейчас? — напрямую спросила она. Билл смутился, но ее серьезное, безэмоциональное выражение лица позволило ему понять, что это не была декларация любви. — Нет, я как-то об этом не думал… — А хотел бы? Даже не из-за чувств, а просто эксперимента ради? После этих слов Билл явно почувствовал себя неловко, но не закрылся от нее и не отвел взгляд. Скорее, наоборот. Он продолжил смотреть на нее с интересом. — Вообще у меня есть одноклассница, которой ты очень нравишься. Эти слова произвели впечатление, он сел поудобнее, ожидая продолжения. Про себя Андромеда подумала, что он наверняка уже вообразил себе, что она говорит про Эли. Эли нравилась многим, но все просто боялись к ней подойти. И тем более, Андромеда и Элла часто сидели вместе на уроках. Переборов все эти догадки, она продолжила: — Она очень стесняется в этом признаться. Настолько стесняется, что просила обманом напоить тебя приворотным зельем. Лицо Уизли помрачнело, но ему явно было любопытно знать, что последует дальше. И Андромеда воспользовалась этим замешательством: — Я нахожусь в этой ситуации, потому что та девочка в своем роде меня шантажирует… — она вздохнула. — И что ты хочешь, чтобы я сделал? — Если честно, то ничего. Я просто ставлю тебя в известность, что тебе могут подлить Амортенцию, даже если это сделаю я. Она вздохнула еще тяжелее, чувствуя одновременно облегчение и вину: — Я хочу сказать, что мне не нравятся все эти манипуляции чувствами. Нокс настолько неуверенная в себе, что просто не может послать тебе валентинку. Внимательно на нее посмотрев, он аккуратно убрал с ее щеки выпавшую ресницу и сдул ее с пальца куда-то в пространство, будто загадав желание. — Я сам ее приглашу. — сказал Билл. И он не соврал. Андромеда, конечно, не поведала Нокс, что зелье так и осталось невыпитым, а было сохранено в чемодане как трофей. Девушка посчитала, что Нокс должна думать будто все это между ней и Уизли было завязано на Амортенции. Хотя между Нокс и Биллом не происходило ничего особенного, отличница явно воспринимала это как самый удивительный роман в ее жизни. И, конечно, все вокруг были в шоке.