Следы

      Ырынга нехотя тратила свои силы. Она тяжело дышала, догорая уже до конца. Прошло немало времени для нее. Уж проще драться часами напролет, чем вот так долго держать форму стали. Когда-то дева и этого себе позволить не могла, а оголяла лезвием лишь руки.       — О, почти закончила, — Вальтер, оказывается, лежал неподалеку, плюя в потолок.       Он всячески делал вид, что все под контролем и поэтому ему даже не нужно следить за процессом. И хотя это была ложь, Ырынга все же не выбралась. Хотя она всячески пыталась это сделать, то дергаясь, то раскачиваясь. Но была вынуждена признать, что попалась как девчонка.       Мужчина подошел к рычагу, который держал цепи натянутыми, и отпустил его. Затем ухватился за конец крепких пут и поволок воительницу куда-то прочь из комнаты.       Она хоть и устала, но так просто даваться не собиралась. Оттолкнулась от пола, совершила какой-то опасный крутящий прием и пронзила пальцами то место, где только что должен был быть Вальтер…       Но телепортация снова спасла его. И хотя девушка успела заметить, куда «прыгнул» ее противник, она все равно не смогла ему достойно ответить из своего положения. Поэтому получила удар в нос, дезориентировавший ее окончательно. Всего на несколько секунд, но этого хватило, чтоб свалить девушку на пол и привязать ее ноги к собственным рукам.       — Креветкой ты намного надежнее, — заключил снайпер, продолжая волочить, — и чего тебе не лежалось?       Ырынга успела подумать лишь о том, что демон обращался с нею также, пока она была молода. Обучение подлому бою помогло, но только против тех, кому ты не доверяешь. Здесь же она даже представить не могла, что Вальтер ее подставит.       Хотя… что их связывало? Почти ничего. Они и знакомы-то недавно. Но у снайпера не было причин ее атаковать!       За всеми этими раздумьями прошло несколько минут, и девушка ощутила новую порцию жара. Они попали в цех… в кузню! Внизу кипело докрасна разгоряченное железо. В котлах его было много. И Вальтер даже не стал туда смотреть, чтобы только не лишиться зрения.       — Ну что, готова? — улыбнулся он лучезарной улыбкой, оборачиваясь снова к деве.       — Что тебе нужно? — напряглась та, судорожно дергая руками за спиной.       — В каком смысле? — прикинулся тот дурачком, касаясь пальцем своего подбородка.       — Зачем ты пытаешься меня убить? Зачем издеваешься? — сильнее только оскалилась воительница с болью.       — О нет, подруга. Убивать я тебя не планирую, — рассмеялся стрелок почти дружелюбно.       Затем он шагнул ей навстречу и наклонился ниже, встречая в ответ абсолютно обиженные обозленные глаза. Но его настроения это не портило.       — Это игра на доверие, — совершенно радостно оповестил ее он.       «Что?! — Ырынга посмотрела на Вальтера, как на последнего кретина, — как после такого можно доверять? Он совсем рехнулся? Мое доверие к нему только больше пошатнулось…». Но мысли испарились, как только снайпер стал подтаскивать ее ближе к краю платформы. Воительница стала извиваться в попытках отползти обратно.       Но мужчина вновь рассмеялся с нотками садизма в голосе. Остановил ее ногой, прижав за горло к полу, и принялся захлестывать и крепить цепь к перилам.       — Не надо, — сдавленно попросила Ырынга, — слишком высокая… температура… для меня…       Она мучительно старалась набрать воздуха в легкие, но это становилось все труднее. Дева поймала глазами зрачки Вальтера.       — Как друга прошу… — предприняла последнюю попытку воззвать к его совести воительница.       В какое-то мгновение на ее месте перед его глазами встал образ Алисы. Зеленые красивые светлые глазища, сжатое силой крохотное хрупкое тельце, которое таким количеством цепей можно было целиком обмотать. И вот она такая вся несчастная лежит перед ним на полу, ожидая в очередной раз болезненной смерти…       Но не остановила Вальтера такая галлюцинация. Он был совершенно спокоен в каком-то смысле и без лишних слов столкнул тело вниз. В самое жерло кипящего жидкого железа, тающего на дне котла.       Ырынга не сдержала крика боли, когда повисла в нескольких метрах от самого ада и от боли ощутила, как ее ноги начали обугливаться и чернеть. Девушка запрокинула голову, с ужасом глядя наверх, проклиная все и всех. Проклиная этот день и этого обманщика. Она еще не хотела покидать эту землю. Она хотела пока что остаться здесь!       — Тело! Нет! Тело! Надо сохранить тело! — истерично затараторила дева, начиная метаться бессильно туда-сюда, поджимая обгорающие пальчики и откровенно плача от такого предательства.       — Ой, кажется, слишком низко, — жестоко и цинично хмыкнул Вальтер, надевая наконец-то защитные очки.       Он взялся за цепи и поднял пленницу чуть выше, когда к нему подошли местные работники. Им было непонятно и совершено не нравилось то, что делал здесь инквизитор со своей пленницей. Пусть она будет хоть трижды судимой или приговоренной стать игрушкой — но не обращаются же со своими пленниками так птицы!       Вальтер же надел на лицо самое очаровательное и убедительное выражение, каким только владел. Отвлекся от бедной Ырынги, которой было не намного лучше от того, что ее тело чуть-чуть подняли. Она по-прежнему медленно плавилась от всего этого жара и начала тихо постанывать, прикладывая все усилия к тому, чтобы хотя бы перед смертью не опозориться.       Но, в любом случае, ей приходилось ждать и думать о выживании, пока стрелок не побеседовал с чужаками ровно столько времени, сколько он хотел потратить. Затем все же сделал вид, что они его убедили, театрально вздохнул и принялся вытаскивать жертву из жерла.       Ырынга уже плохо соображала, теряя рассудок от поднявшейся температуры в теле. От боли ее организму сделалось плохо, поэтому бедолага не смогла толком сопротивляться, оказавшись на твердом полу. К тому же, цепи раскалились настолько, что впаялись с шипением в ее кожу. Да настолько глубоко, что отдирать их теперь придется только с мясом, которое издавало приятный аромат бефстроганов.       Но если Вальтер вдохнул этот запах без стеснения, то работникам стало плохо. Они не привыкли к такой жестокости и расступились в стороны, потеряв дар речи. Стрелок не брал девушку на руки, а вновь коснулся другого конца цепи толстой перчаткой и потащил беднягу дальше.       — На этом мы не закончили, — прокомментировал свои действия стрелок, дотаскивая пленницу до нового круга ада.       Слегка приподнимая зрачки, дева могла оценить, что лежала теперь перед крепкой толстой дверью, скрывающей в своем чреве новое испытание. И только когда она открылась, и весь морозильный холод обжег раскаленное тело ледяным дыханием, Ырынга поняла все. Вот теперь ей еще больше хотелось плакать.       «Только не опять! Только не лед!», — она беспомощно уткнулась лицом в пол и задрожала плечами, будто сдерживала слезы. Но возможно ее просто били конвульсии из-за полученных ожогов. Сейчас трудно определить.       Вальтер затолкал подругу в холодильник, не развязывая и не ослабляя путы. И запер прямо там, тщательно проверяя дверь на цельность и крепость. Повесил табличку «не входить, идет проверка» и радостно развернулся, чтобы уходить. Но тут внезапно столкнулся лицом к лицу с Майхелем. Тот был в легком недоумении, придя сюда по следу крови, тянущемуся через весь коридор из самой котельной.       — Ты?! Что ты… — столько вопросов было в голове начальника, а задать все разом у него не получалось.       — Я все объясню, не беспокойтесь, — пожал плечами снайпер, — так было нужно. Эта девушка должна понести наказание.       — Она выживет после такого, думаешь? — усомнился мужчина.       — Конечно. Я позабочусь об этом, — хмыкнул стрелок, — это та, которая не птица. Может быть, вы запомнили ее.       — Ааа… чужачка? — чуть спокойнее выдохнул Майхел, — но я думал, вы вместе.       — О, нет, не совсем, — рассмеялся Вальтер тихо, — мы вместе. Но иногда лупить ее полезно. Эти маги нечистокровные совсем достали.       — Нечистокровные? — уточнил начальник.       — Ну как бы маг, но не истока. Обладает альтернативными способностями, — пояснил снайпер.       И так между ними завязался разговор. Начальник делился с ним последними наблюдениями и новостями. Выяснилось, что Вальтера ни в чем не подозревали, а искали того же маньяка, который убил первых двоих человек. Правда, снайпер пока еще и сам не знал наверняка, не его ли это было рук дело? Но кто знает?       Рассказал мужчина и о том, что ЧС уже ввели на территории, и теперь на фабрику никому нельзя входить, но и выпускать никого не собираются на момент расследования. Вальтер искренне соглашался со всеми его решениями, объясняя это тем, что иными путями мир снаружи не сохранить. Как только люди познают насилие и не идеальность системы, отвечающей за порядок — начнется хаос. А хаосом непросто управлять.       Он видел, что Майхелю плевать на судьбу Ырынги и это было удобно. В это время девушка ужасно замерзала внутри, апатично глядя в одну точку, валяясь на полу. Она обессилила слишком быстро, сгорела слишком сильно, а теперь не имеет возможности как-то вырваться.       Инстинкты самосохранения заиграли где-то далеко на заднем плане. На передний план вышла боль и обида, вытекающие наружу кроткой жидкостью, замерзающей довольно быстро, особенно при соприкосновении с полом. Ни о каких мольбах у девы не было и речи, однако она очень хотела жить. Как никогда! Мечтала задержаться еще здесь. Желала остаться…       Но демон почему-то не приходил. Он снова игнорировал призывы. Ырынга некоторое время еще сопротивлялась хотя бы мысленно, чуть-чуть водя глазами по сторонам и шевеля пальцами. Однако вскоре перестала делать и это, окончательно затихнув, готовая потерять сознание.       Вот тогда Вальтер и явился снова. Дева ощутила его, но не открыла глаза. Она рассудком была уже почти не здесь. Поэтому не стала реагировать, даже когда ее подняли на руки.       Чужие прикосновения ощущались, как новые ожоги на коже, которая во многих местах уже потеряла чувствительность. Однако те участки, которые еще могли испытывать какие-то ощущения — предательски били сигналами в мозг, не давая ему кануть в лету. Дева мучительно нахмурилась и вновь бессильно обвисла. Теперь уже окончательно. Она потеряла сознание, что было единственным спасительным выходом для нее. Холод и жар сделали свое дело. Организм, в котором пряталась богиня, был земного происхождения. Оттого и хрупкий.       Ырынгу насильно вернули в чувство. Она лежала на полу, почти не чувствуя своего тела. Затем вместе с сознанием стала возвращаться и боль…       — Нет, пожалуйста, не надо… — застонала девушка, жалобно жмурясь и утыкаясь лицом в пол.       — Я не могу это все прекратить. Ты умрешь, если тебя бросить, — обидно издевался Вальтер, делая вид, что не понимает ее.       — Просто отпусти! — воительница нашла в себе какие-то силы для того чтобы огрызнуться.       — Ооо! — протянул Вальтер чрезвычайно довольно и недобро, — так ты еще не настолько ослабла. Что ж…       Ей не нравилось это его «что ж». Но что она могла? Девушка была слишком горделива, чтоб сожалеть о своих словах и действиях. И молить его она больше ни о чем не желала. Предстоит ей здесь умереть? Так тому и быть. Она только упрекала себя за мгновения слабости.       А где они были? Снова в той комнате, в которой он связал ее впервые. Руки и ноги уже просто выли от усталости в выкрученных конечностях. Но это не предел страданиям. Ырынга познала новые неземные ощущения, когда Вальтер вплел ее волосы в веревки и стал поднимать над полом с помощью механизма до тех пор, пока даже обугленные пальцы ног не перестали касаться пола. И весь собственный вес тела стал собственным врагом для девы. Она даже глаза закрыть нормально не могла из-за натяжения и отдалась целиком этому чувству, накрывающему ее сильнее всего.       — Эй-эй, не умирать! — похлопал бедную пленницу по щекам Вальтер, невзначай заставляя ее слегка крутиться.       Та отреагировала бы, но он лишил ее возможности ярко эмоционировать. Хоть волосы и были у Ырынги густыми, но примерно семьдесят килограмм не могли держать без последствий. Эта боль вырывающихся и застрявших волосков сводила с ума уставший мозг. Сейчас дева хотела это просто прекратить. Любой ценой. Она устала сопротивляться. Если б ей давали больше свободного времени на переваривание или для возможности терпеть — то издевательства можно было растянуть подольше. Но тут… одна сплошная безнадега.       — О, кажется, затихла, — прокомментировал перемены Вальтер, совершая новые манипуляции с путами, — кажется, ты заслужила послабления. Такой мне Ырынга нравится больше.       Он одним резким движением срезал ее волосы, и всем весом дева повисла на веревке, крепящейся к цепи, связывающей руки и ноги. Так было значительно проще, хотя выворачивающиеся лопатки так не думали. Но, морщась, воительница испытала и легкое облегчение.       Вальтер ойкнул, делая вид, что случайно забыл третью точку опоры. И привязал порванные куски веревки и волос к горлу Ырынги. Она слегка придушилась, но немного дышать могла. Хотя первый вздох сделала судорожно и вновь ощутила себя крайне несчастно. Морщась и хмурясь, приподняла веки, просто созерцая стрелка. Не пытаясь уже даже постичь его планы.       Вальтер некоторое время искренне наслаждался сложившейся картиной, после чего все же подошел и положил ладонь на грудную клетку девы снизу. Подарил ей возможность немного отдохнуть от боли, принимая часть веса и давления на себя. И Ырынга испытала вслед за спокойствием и легкую благодарность. Но это не было приятным ощущением, ради которого она готова была стрелку в ноги бросаться. Просто здесь и сейчас ей полегчало. Можно дышать ровнее.       — Еще держишься? — спросил Вальтер, глядя ей в глаза.       «Неприятно, но не более», — отвела зрачки в сторону дева, не зная, зачем отвечает ему. Даже, пускай, и мысленно. Но вместе с минимальным удобством ей стала возвращаться и уверенность. Хотя если снайпер отпустит ее сейчас на волю путов или вновь пригрозит жерлом «вулкана» — нутро девушки сожмется от нестерпимого желания стать маленькой и слабой. Ей все это было настолько унизительно, что было бы проще принять смерть. А так… Вальтер видел слишком много. Он этого не заслуживал!       — Вот и умница. Я знал, что ты намного сильнее, чем выглядишь, — погладил ее по лицу снайпер, нежно, тепло и мягко улыбаясь.       Удивление растеклось внутри бедной Ырынги. Она вновь вернула зрачки на него, выражая всю эту эмоции в немом взгляде. Однако Вальтеру и этого было достаточно. Он прекрасно ее понимал.       — Петр тебя погубит, Ырынга, — вдруг проговорил Вальтер уже серьезнее, давая голосом понять, что он не врет ни капли, — ты же понимаешь это? Он всеми нами попользуется, чтобы выкинуть потом. А я хочу, чтобы ты выбрала правильных союзников. Не нужно его сейчас бросать и предавать, но запомни на будущее. Он тебя так не пощадит никогда, как я сейчас.       Снайпер достал одной рукой из пятого измерения очередную микстуру. Транжирил нещадно, скотина. Но ему это сейчас было тактически необходимо сделать. И хотя Ырынга совершенно не доверяла очередному грядущему испытанию, она уже не боялась выпить даже яд из рук Вальтера. Хуже быть не может. Только смерть. А лучше… ну если станет — то это будет настоящим подарком! Хотя дева представить даже не могла, что какое-то чудодейственное зелье способно вновь поставить ее на ноги. Однако почему бы не попробовать?       И как только тело стало понемногу приходить в норму, Ырынга потеряла дар речи от всего этого. А так как процесс был не мгновенным, хоть и быстрым, Вальтер еще имел возможность продолжить разговор с не спорящим оппонентом.       — Мне нужен такой союзник как ты. И никто кроме тебя. Понимаешь? — мужчина с жаром наклонился вперед, касаясь лбом лба Ырынги, — никто другой не выдержал бы ничего подобного. Но ты… уникальная. И я хочу, чтобы ты доверяла мне больше, чем демону. Ты сможешь?       — Ты даешь выбор без выбора, — вздохнула, наконец, смиренно дева, — я не стану тебе хорошим союзником. Я в сильнейшей зависимости от демона…       — Однако же он позволил мне сделать с тобою все, что сейчас произошло, — разозлено оскалился Вальтер, — и это его забота? Ему на нас плевать. Пока мы не понадобимся.       — Ты… намекаешь на восстание? — страх дрогнул в ее голосе, — он нас убьет за такие мысли. Лучше не говори больше ничего.       — Он и так знает, что мы трое — кучки говна, которые живут только ради собственных личных интересов. Так почему бы нам не пойти дальше и не пойти, при этом, поперек? Раз ему плевать — значит, мы имеем право сплотиться. И я протягиваю руку помощи тебе первой, Ырынга. Ты пока еще не в себе. И я дам тебе время все обдумать и переосмыслить. Но ответ мне нужен здесь и сейчас. Ты со мной? Ырынга.       Дева мучительно принимала это решение, не желая ни того и ни другого. Она терялась и смущенно водила глазами из стороны в сторону, будто искала в стенах подмогу. Но при всем этом она не хотела и повторения того кошмара, который ей Вальтер недавно устроил.       Девушка была в растерянном смятении, не зная, что предпринять. Ей не давали возможности все обдумать крепче. Поэтому она жалостливо зажмурилась и кивнула, соглашаясь с условиями Вальтера. Демон демоном, а холодильник и котел были для нее ближайшей и самой реальной проблемой. А там будь, что будет. Вальтер чокнулся. И это факт. Почему-то дева на него сейчас даже обижаться в полную силу не могла, поскольку пребывала в легком, но неизгладимом шоке.