Совершенно другая история Золушки

Апрель. Приветливое весеннее солнце греет изголодавшуюся по теплу землю. Легкий ветерок качает безлиственные верхушки деревьев. Кругом суетятся вечно куда-то спешащие люди. Они бегут по своим делам, совершенно не замечая ту легкость в воздухе и красоту весеннего прихода. Иногда у меня такое чувство, что лишь я способен узреть все это. Странно, не так ли? Возможно и да. Но мне, как художнику, свойственно замечать то, что не замечают другие. Мне нравится сидеть в парке на отдаленной скамейке и наблюдать будничную суматоху, контрастирующую с умиротворенной природой. Вот! Прямо сейчас мимо меня быстро-быстро пролетела синичка. Проследив за ней взглядом, увидел, что она села на одно из деревьев, находящихся неподалеку. Ох, у нее там гнездо. Интересно, а птенцы у нее уже есть..? Как жаль, что при мне сейчас нет красок и холста. Именно такие мелочи меня обычно вдохновляют на новую картину. Но это самое вдохновение приходит либо на уроках, либо дома. На уроках можно еще и в тетрадке порисовать, а вот дома вообще невозможно… Глубоко вздохнув, я взглянул на часы и сильно удивился. Уже так поздно… Как это ни печально, но надо идти домой, а то и так на час опоздываю. Видать обыскалась меня моя «любимая» семья. Я только поднялся со скамейки, как в кармане джинсов затрезвонил телефон. Посмотрев на дисплей, я резко прибавил шагу в сторону дома, на ходу отвечая на звонок: - Леша? Где тебя черти носят? Не забыл, что тебе еще домашку мне с Машей делать? – голос моей сводной сестры Олеси звучал как всегда мерзко. Она говорит как-то медленно, гундося себе что-то под нос. Долгое время привыкал к этому. - Уже иду. - Шевели поршнями! – связь оборвалась. Домой я обычно вхожу, как партизан – тихо, дабы никого не тревожить. Обычно у меня это выходит на «УРА», но видимо не сегодня. На пороге меня встретили с «распростертыми объятиями» и «веселыми улыбками на лицах», ага. Алла Владимировна, Олеся, Маша стояли в коридоре, меня дожидались. Весь «суповой набор» - Извините, я немного загулялся, - как можно спокойнее говорю я, разуваясь. - Девочки, по комнатам разойдитесь, мне с ним поговорить надо, - грозно сказала моя мачеха. Сестрицы тут же разбежались, потому что боялись своей мамы не меньше моего. - Где ты был? - В парке… - Что я тебе говорила на этот счет? - Никогда не задерживаться после школы, я помню. - Так почему ты, малец, так наплевательски относишься к моим словам? Или я для тебя не авторитет? Или ты забыл, кто тебя под свое крыло после смерти твоего старика взял? Забыл? – женщина, пыхтя и пылая от злости, подошла ко мне и дала затрещину, – Отвечай! - Извините… - потирая место удара, ответил я. За все прожитое вместе с ней время, я понял для себя одно: никогда не перечить этой женщине. Себе дороже. Поэтому мне уже просто все равно на то, что получаю я довольно часто и весьма увесистые щелбаны, все равно на то, что в этом дома все, буквально все, зависит от меня: уборка, готовка и так далее. Эти две лохудры – ее дочери, мои сводные сестры, палец о палец не ударили за всю жизнь, все на меня надеясь. Но мне уже давно на все наплевать. Протерпел все это с девяти лет, так ничего, протерплю и еще до совершеннолетия. Чуть-чуть осталось. Удар. - Слушаешь меня, нет? – завопила мачеха. - Ай… Да, извините. - Как ты достал, Господи, ты бы только знал! Быстро принимайся за работу! Девочкам конспекты подготовь, шпаргалки, у них контрольная завтра! - Да…

***

Пока я делал домашнюю работу за сестриц, ненароком услышал их разговор. Квартира хоть и богатая, а стены тонкие, уж извините. - Ма-ашк, а ты в курсе, что папа Соболева завтра вечеринку любимому сыночку закатывает? - Соболев, это такой красавчик, который в институт к нам на «Бентли» приезжает? - Да-да, он! Ну ты вообще! Еще и вопросы задаешь! Что у нас много красавчиков, разъезжающих на «Бентли»? - Ну не знаю, - противно захихикала Маша, - Ну и что там за вечеринка-то? - А… Так вот, прошел слушок, что папа ему все это устраивает, чтоб сынок его себе невесту нашел. И знаешь, Аленка, с потока нашего, достала нам пригласительные! Представляешь!? Она вроде с кем-то из его близкого круга хорошо общается. - Серьезно? Пойдем? - Спрашиваешь! Такой шанс! Вот представь: я вся такая красивая выхожу из его белого «Бентли», беру его под руку, и все на меня так смотрят-смотрят! - А чего это сразу ты? Я это буду… И дальше пошел бессмысленный разговор о том, как будут эти клуши добиваться сердца «прекрасного принца». Мда… да у меня больше шансов, нежели у вас. Хотя нет. Они туда попадут, а я… На эту вечеринку я не попаду сто процентов, несмотря на то, что в свои семнадцать лет я не должен находиться под таким чутким контролем опекуна, но Алла так не считает. Была бы ее воля, я бы вечно сидел в этой золотой клетке и пахал, как проклятый. До моего совершеннолетия осталось меньше месяца. У меня отложены деньги на квартиру. Кое-какие подработки в летнее время сыграли важную роль, плюс некоторые проданные картины. Не «Моне» и «Да Винчи», но в свое время спрос был, когда имелось некоторое свободное время в художественной школе. Ее я уже закончил, только иногда туда хожу помогать любимой учительнице с первогодками. Но и этого бывает достаточно, чтобы насладиться некой неумелостью и изяществом совсем еще юных и беспомощных рук детей, так стремящихся к созданию идеального для них творения. Люблю наблюдать. Я пошел в художественную школу еще маленьким. На тот момент мне было около девяти. Мой папа туда меня отправил, за что я ему благодарен буду всю жизнь. Он так и сказал: «Лешенька, когда-нибудь ты напишешь прекрасную картину. На ней будем мы с тобой и мама». Папа очень любил мою покойную мать. Она умерла при родах, поэтому видел я ее только на фотографиях. Но этого было достаточно для того, чтобы убедиться, что она хороший человек, добрый и безумно красивый. Я ее очень любил. В то время отец уже был знаком с Аллой. В один прекрасный день он зашел с ней и двумя девочками чуть старше меня возрастом, к нам домой и сказал: «Сынок, это Аллочка, будет жить у нас. Твоя новая мама». Я не воспринял эту новость. Никак не мог принять решение отца. Он предал маму! Он предал меня… он привел в дом другую женщину, совершенно мне незнакомую и рассчитывает на то, что она сможет заменить мне мать. Три месяца все шло хорошо. Я сдружился с сестренками, да и мачеха была со мной очень ласковой. От нее так и чувствовалось материнское тепло, которого мне так нехватало. Но всего три месяца… По истечению этого времени от рака скончался мой отец. В записке, переданной мне, было сказано, что вновь женился он ради меня. Он не хотел оставлять меня одного после смерти. Понадеялся на эту женщину, к которой я немного, но привязался. Называл ее мамой иногда. После его смерти все изменилось…все. Аллу словно подменили. Уже не было того тепла, нежности. Была только грубость, ущемленность и чувство ненужности. На меня взвалился весь быт квартиры. Как думаете, сможет ли ваш ребенок в свои девять лет совмещать учебу, работу по дому, художественную школу? Плюс все время надо было помогать этим двум горгульям, бегать каждые полчаса то туда, то сюда по поручениям. Не знаю, как я вообще выжил, если честно… У меня всегда все получалось, оценки в школе из-за загруженности, на мое удивление, не ухудшились, постоянно все успевал и делал на отлично. От этого мачеха все сильнее глумилась и загружала меня еще большей работой, в попытке сломать. Но нет! Я рос, росла и жестокость этой дамы. И однажды она подняла на меня руку. В двенадцать лет она меня очень сильно избила за то, что я поздно вернулся из художки. Я, как мог, ей объяснял, что был просто обязан завершить работу сегодня, поскольку завтра ее повезут на местную выставку. И знаете, что потом она сделала? Она втащила за шкирку меня в мою комнату и приказала уничтожить и выкинуть все, что каким-либо образом относится к искусству, мотивируя это тем, что «Не вырастет из тебя талант! Ты – ничтожество». Со всхлипами и слезами я выкидывал краски, мелки, карандаши, ватманы и прочее. После она удалилась, а я просто упал посередине моей маленькой комнатушки, обнял себя руками и плакал на взрыв. Она разрушила мою мечту, мечту моего умершего отца! Она просто монстр… Если бы не моя любимая учительница Ольга Петровна, то мне пришлось бы бросить все это дело, но благодаря ей я продолжил ходить туда. Она меня втайне снабжала всем необходимым, а мачехе сказала, что она учительница математики и готова бесплатно подтянуть меня. Та лишь отмахнулась. Помню, как со всех ног бежал к Ольге Петровне домой и мы часами просто рисовали, наслаждались самим действием. Она учила меня разнообразным азам. Я ей очень сильно благодарен и по сей день. Именно поэтому мне так приятно приходить к ней и помогать ее малышам.

***

Меня разбудили дикие вопли сестер: - Эй, нахлебник! Просыпайся, утро! Вот это да… Уснул прямо за столом, сидя, уткнувшись лбом в тетради с многочисленными конспектами по экономике, с ума сойти… Я посмотрел на часы и чуть не завопил от ужаса. Через пятнадцать минут начинается первый урок, мне не успеть, как не старайся. - Ты все сделал, неудачник? – поинтересовалась у меня Олеся. - Да… Я быстро сходил в душ, надел чистую одежду, собрал сумку, чертыхнулся из-за того, что у меня сегодня контрольная, а я про нее совсем-совсем забыл, и выбежал из дома. Опаздывал я уже на десять с лишним минут. Но, думаю, меня поймут. Во дворе школы, к своему удивлению, я встретил одноклассника Колю. Он один из немногих людей, с кем я вообще общаюсь, и который понимает и принимает мое положение. Боюсь этого громкого слова, но он – мой друг. - Леш! – окрикнул он меня, заметив, - А ты чего опаздываешь? Нехорошо, - тепло улыбнулся он мне во все тридцать два. Колька - он вообще человек своеобразный – панк панком. Цепи, разноцветный ирокез и кожаная куртка на нем круглосуточно. Но он очень хороший, на удивление. Его добрые миндалевидные глаза переполнены теплотой и жизнерадостностью. - А ты чего? – ответил я ему вопросом на вопрос, подбежав поближе. - Проспал. - Да вот, я тоже. - Слушай, я что вспомнил! – неожиданно выкрикнул он, что я аж вздрогнул, - Не хочешь сегодня повеселиться? - Я? Повеселиться? Коль, ты ошибся адресом. - А вот и нет! Я-то как раз по адресу. Короче, без лишних вопросов рассказываю суть: сегодня у одного крутого перчика будет вечеринка и я туда иду фотографом. У меня есть два приглашения, зачем мне дали два я так и не понял, но не суть, так вот, хочу позвать тебя, чтоб ты увидел хоть раз в своей жизни, как отдыхает «Золотая молодежь». – на одном дыхании выпалил он. - Хм…Не у Соболева, случаем? – вспомнив вчерашний разговор между сестрами, поинтересовался я. - Точно! Соболев, да. Пошли, Леш, - протянул он, - Будет весело. - Я-я правда не знаю, Коль… - Ты понимаешь, что это шанс? И вот тут по мне словно разряд тока прошелся. А ведь он прав! Как никогда она сейчас прав! Это ведь действительно мой шанс… Такие случаи, как этот, выпадают нечасто, поэтому я должен воспользоваться им, несмотря на то, что скажет мачеха. После школы я решу эту проблему. - Ладно, уговорил, пойду я, - посмотрев в глаза друга, я улыбнулся.