Сложный выбор

Леди-баг приземлилась за спиной Луки. Он обернулся на этот звук. Героиня Парижа спряталась за крыльцом одного модного бутика. Лука пожал плечами, затем угрюмо зашагал дальше, вновь засунув руки в карманы джинс. —Тикки, выходи!—Леди превратилась в Маринетт и, дождавшись, пока Лука зайдёт за угол, побежала следом.—Стой! Лука, подожди!—она сделала вид, что долго бежала и запыхалась. Парень обернулся, узнав голос возлюбленной: —Слушай, извини, Маринетт! Я не хотел задевать за живое, честно! Ты простишь меня?—он умоляюще взглянул на возлюбленную. —Ты?..—голос Маринетт дрогнул.—Ты просишь прощения у МЕНЯ? После того, как Я тебя выставила за дверь в плохую погоду?! Это я обидела тебя! Как ты можешь просить у меня прощения?! Вот твоя куртка, кстати,—добавила девушка, протягивая Луке плащ. —Пойдём ко мне?—предложил парень.—Ты замёрзла, а куртку накинь на плечи. Я не простужусь, потому что закалён, ведь плаваю в Сене почти круглый год, пока она не покроется льдом. Так что я не заболею! Он заботливо накинул на плечи девушки свою куртку. Только сейчас она поняла, как замёрзла. *** Когда Лука и Маринетт пришли на судно семьи Куфенов, там никого не было. Джулека и Роуз ушли в кино на новый фантастический фильм про единорогов, которых так обожает подруга сестры Луки. Он предложил: —Может, чаю хочешь? Согреешься быстрее... Подождёшь, пока не закончится дождь, потом пойдёшь домой. У тебя ведь нет срочных дел? Маринетт отрицательно покачала головой. Следующие полтора часа прошли в приятных беседах, слушании песен Джаггеда Стоуна, а также тех песен, которые Лука написал сам и играл девушке на гитаре. Маринетт с грустью осознала, что не хочет никуда отсюда уходить, ведь здесь есть Лука... —Было интересно, —сказала Маринетт, выходя на улицу.—Если хочешь, приходи завтра ко мне! Родители в кино уйдут, поэтому я до семи вечера одна дома. —Обязательно приду!—пообещал парень, закрывая за девушкой дверь. *** Когда Маринетт пришла домой, она обнаружила на своём столе записку: "Маринетт, мы сегодня переночуем у твоей тёти! Оставайся одна, утром не проспи школу! Мама." —Отлично!—сказала себе девушка.—Сегодня вечером устроим вечеринку, надо будет пригласить Алю, Нино, Роуз, Джулеку... Ой, да всех из нашего класса, кроме Хлои и Сабрины, конечно же! А ещё... Позову Луку! Он классный, с ним весело, также он умеет играть на гитаре, —Маринетт улыбнулась собственным рассуждениям.—Неужели я влюбляюсь во второй раз? —девушка ухмыльнулась.—Стоп! То есть? Почему я так подумала? Неужели?—поднос с круассанами чуть не полетел на пол.—А Эдриан?.. Как и во всех непонятных ситуациях, девушка тут же набрала номер лучшей подруги: —Аля, приходи сегодня ко мне, позови всех наших, ещё будет Лука! Родители сегодня у родственников, так что я одна! Устроим с тобой ночёвку! Только приходи пораньше, хорошо? Надо кое-что обсудить. *** Уже через 10 минут Маринетт выслушивала от Али: —Ну ты даёшь, подруга! Как так? —недоумевала девушка. —Ты говорила ещё несколько дней назад, что жить без него не можешь, а теперь говоришь, что не питаешь к нему ничего, кроме дружеской симпатии? —Я не уверена... —Тогда давай так, подруга! —Аля вновь взяла инициативу в свои руки.—Сегодня ты пригласишь и его тоже, проведёшь с ним вечер, а завтра сутра, на "свежую" голову, во всём разберёшься! —Договорились,—согласилась Маринетт. —Скорее бы вечер... —Хочешь поскорее отделаться от этой ситуации? —Нет. Хочу с Лукой повидаться. Я скучаю... Ну, и из-за этого тоже, —девушка улыбнулась. Аля чуть не уронила очередной поднос свежеиспечённых кексов для вечеринки. —То есть, ты не хочешь видеть Эдриана, но готова вновь и вновь встречаться с Лукой? —Да,—Маринетт мечтательно закрыла глаза.—Он очень милый и крутой парень, у нас с ним совпадают интересы, мне с ним весело и легко на душе... Это человек, общество которого не может надоесть. А Эдриана я больше не люблю! Неизвестно, правду ли говорила Маринетт, или же здесь была капля лжи... Однако собственные слова девушки отозвались какими-то непонятными отголосками в душе. "Люблю я его или не люблю?"—думала Маринетт, набирая номер Эдриана. *** —Он не сможет прийти,—сообщила Маринетт.—Сначала у него фотосессия, потом фехтование, потом уже наступит вечер и отец его скорее всего не отпустит... —Жаль... —И не говори! —сказала Маринетт. Однако она была вынуждена признаться себе, что испытала некоторое облегчение, когда Эдриан сказал, что не сможет прийти. Нет, она не боялась вновь опозориться перед всеми, как уже не раз было в колледже, когда она превращалась в "мямлезавра" или спотыкалась о сумку возлюбленного, просто... Просто ей не хотелось пока ставить точку в споре с самой собой... В споре под названием:"Кто же: Лука или Эдриан?"