Сложный выбор

А теперь следует объяснить, посему Лука был таким грустным, но изо всех сил пытался скрыть это от возлюбленной. Дело в том, что в семье Куфенов была такая традиция: каждый год уплывать в путешествие по Сене на собственном судне. Занимало это не меньше двух недель. Обычно Лука ждал этого путешествие с нетерпением, потому что за год ему порядочно надоедало сидеть на одном месте. Но в этот раз он всячески пытался отговорить родню от этого, ссылаясь на то, что он, похоже, разболевается, что ему вовсе не хочется, и всё в этом духе. Но его мама была непреклонна. Поэтому Лука решил рассказать обо всём Маринетт. Но всё не решался, ведь не мог огорчить возлюбленную, эту нежную девушку с честными глазами и мечтающим видом. Он старался оттянуть момент, когда всё-таки придётся сообщить Маринетт печальную новость. Но когда в один из дней девушка сама заглянула на судно семьи Куфенов, парень не смог, да и не стал сдерживаться. Как только Маринетт вошла в его комнату, он вскочил с кровати, где сидел, с нетерпением дожидаясь её (что-то подсказало ему, что девушка придёт именно сегодня), сказав: —Маринетт, мы должны уплыть на несколько недель, это семейная традиция... Поверь, мне этого не хочется, но так надо! Маринетт как-то странно икнула. Затем едва смогла выдавить: —А...это...точно? —Да,—Лука изо всех сил старался оставаться спокойным, но на последнем слове его голос дрогнул. По щеке Маринетт скатилась слеза, затем ещё и ещё. Девушка стояла посреди комнаты, с пакетом любимых булочек Луки в руке, по её щекам текли слёзы, а плечи то и дело вздрагивали. Лука подошёл к ней и обнял. Маринетт прижалась к нему, продолжая всхлипывать. —Ничего, это ненадолго,—пытался успокоить её Лука, готовый сам впасть в отчаяние. Однако он умел хорошо ладить со своими эмоциями, и при том понимал, что если и он даст волю чувствам, девушка успокоится ещё очень не скоро! Он гладил девушку по голове, повторяя то и дело: —Не волнуйся! Всё будет хорошо!.. Не волнуйся... Когда Маринетт, всё ещё всхлипывая, направилась было к выходу, Лука остановил её, взяв за плечо одной рукой. В другой он держал что-то. —Маринетт,—начал он.—Раз уж судьба разлучает нас, то... Я хотела бы подарить тебе это,—он разжал кулак. На его ладони лежал маленький плюшевый медвежонок-брелок.—Не забывай, что скоро мы опять встретимся. Маринетт трясущимися руками взяла подарок. —С...спасибо, —едва смогла пролепетать она. К горлу опять подступил противный комок. Лука нагнулся и поцеловал возлюбленную в щёку. Она стояла, понуро опустив голову и никак не отреагировала. —Прощай! —воскликнула она и, не в силах больше сдерживаться, выбежала на улицу, закрыв лицо руками. Лука упал на колени и тоже закрыл лицо руками. —Как я переживу всё это?—спрашивал он сам себя, пытаясь не зарыдать. Ведь он был твёрдого мнения, что парням не стоит давать волю чувствам... *** Маринетт плакала, не сдерживаясь. Всю дорогу домой. Весь день и весь вечер. Она не могла ничего есть. Ей ничем не хотелось заниматься. Она проплакала всю ночь, сумев заснуть лишь под утро... Был на удивление ясный и тёплый денёк. Воскресенье. По блестящему лужами от вчерашнего дождя Парижу весело ходили люди. Маринетт сидела на своём балконе, в окружении цветов, которые первый раз в жизни её не радовали. Ей было грустно и одиноко. Казалось, вся она была погружена в тёмную бездну под названием "расставание с любимым человеком". Где-то в комнате звякнул телефон. Маринетт нехотя спустилась вниз и взглянула на экран. Напоминание о дне рождения. Эдриана. Девушка вздохнула, вяло пробормотав: —И как я могла забыть? —хотя это её сейчас совершенно не интересовало.