Пролог
Пак Чимин, блондин с красивым и немножечко детским лицом, с красивым подтянутым телом и маленькими пухлыми пальцами… Которые вовсе не подходят для клавиш рояля или фортепиано. А так как он очень любит этот уволакивающий звук, то пошел работать настройщиком этих прекрасных инструментов.
Он может сказать с легкостью, что ему нравится эта работа.
Еще в семь лет он полюбил рояль, его мама часто сидела и играла для сына и даже пыталась научить, но эти пальчики не предназначены для такого инструмента… к сожалению.
Но Чимин еще с детства был упрямым и настойчивым парнем, поэтому занимался каждую свободную минуту. Мама с болью в сердце наблюдала за его стараниями и страданиями. И однажды таки не выдержала.
— Чимини, солнышко рояль это не твое, может попробуешь другие инструменты? — мама нежно гладила сына по голове.
— Нет, я хочу играть только на рояле, — твердо сказал Чим
— Солнышко, у меня уже сердце болит наблюдать за твоими страданиями, — сказала мама с болью в голосе.
Чимин очень любил мамочку и огорчать её не хотел, поэтому после того разговора прекратил свои попытки, но прекратить любить инструмент он не смог.
Рояль был его первой любовью, и, к сожалению, как всегда всё закончилось плачевно.
***
Наши дни.
— Чимин, у тебя вызов, — сообщил его коллега Хосок, вырывая того из мыслей.
С самого утра были какие-то несчастья. Будильник не сработал и Пак чуть не опоздал, когда пил кофе угадайте что… разлил на себя. Чимин должен был бежать переодеваться, а он и так уже опаздывал. По дороге в него чуть не врезалась машина, а он вообще-то на моцике ехал и еще немного и можно было покупать цветы на могилку. Когда уже подходил к работе какое-то лохматое существо пометило его обувь.
Сегодня точно не мой день — думал Пак
— Спасибо Хоби, — Пак взял листок с адресом и уехал.
Уже подъезжая к поместью, а Пак не мог подобрать другого слова, он понял что это не просто клиент. Да, у него полно богатых клиентов, так как позволить себе рояль мог не каждый, но этот был похоже ну, очень богатым.
Пак хмыкнул и постучал в дверь. С двери показалось приветливое лицо женщины.
— Добрый день. Вы приехали настраивать рояль?
— Добрый день. Да, — улыбнулся Пак.
— Заходите в гостиную, хозяин сейчас подойдет, — сказала женщина и исчезла.
— Хорошо, — сказал Чим, но в комнате уже никого не было.
Чимин начал рассматривать гостиную, которая вместила бы в себя три его квартиры. Вся комната была в пастельных цветах, мебель дорогая, антикварная и просто шикарная, в комнате вся левая сторона был из стекла, поэтому комната купалась в лучах солнца, в комнате был камин и О БОЖЕ…
«КРАСНЫЙ РОЯЛЬ… Я сплю».
Чимин медленно начал подходить, будто боялся спугнуть инструмент. Вытянул руку, которая дрожала и положил на рояль, а потом начал нежно проводить по нему. Внутри у парня взрывались эстетические бомбы.
— Хороший цвет, правда?
Пак услышав голос отдернул руку, будто его током ударило и посмотрел на владельца хриплого голоса.
Перед ним стоял парень хрупкого телосложения, невысокий, с молочной кожей, пепельными волосами, и лисьими глазами. Пак трудно сглотнул… Парень был очень красивым и во вкусе Чимина, но Чимин никогда себе в этом не признается.
Пак немного подзалип, как будто смотрел видео про котиков, хотя этот парень и был чем-то похож на кота… на такого, который не каждому позволит себя потискать.
«Интересно, а мне позволит»— подумал Пак и сразу хотел себя ударить.
Возьми себя в руки.
— Да, нечасто увидишь такую красоту. Насколько я понял, настраивать будем именно его.
— Да, — по-кошачьи ухмыльнулся владелец.
— Как я могу к Вам обращаться? — спросил Пак.
— Юнги, Мин Юнги. А Вы? — Юнги начал хищно к нему подходить.
— Пак Чимин. Если Вы не против, я начну, — сказал Чимин, который не то что не отходил, он даже не моргнул.
Поведение младшего Мина, кажется, забавляло.
— Конечно, — Юнги выглядел как котик, который только что птичку съел.
— Ладно, только возьму инструменты, — сказал Пак и пошел к машине.
Как только он вышел из того дома и больше не чувствовал на себе этого странного взгляда Юнги, наконец-то выдохнул.
«Ух, бля… знал же, что сегодня не мой день».
Чимин собрался с силами и вернулся в дом. Юнги уже сидел за роялем и своими длинными пальцами, которые сводили Чимина с ума, водил по клавишам, но не сильно, потому что звука не было, он как будто гладил их.
То как этот странный, загадочный парень со своей пепельной шевелюрой, в которой плескалось солнце сидел за роялем и длинными пальцами водил по клавишам, это было самое прекрасное, что Чимин видел в своей жизни.
По всему телу пробежались чувствительные муравьи, в горле стало сухо как в пустыне, сердце кажется собралось выпрыгнуть из груди и пойти по магазинам, а член решил, что уже закончилась ночь и встал.
«Блять…».
— Долго еще будешь там стоять? — спросил Юнги несмотря на оцепеневшего парня, — хотя подожди я же тебе в час плачу, — ухмыльнулся Мин.
Эти слова отрезвили Пака. Он сжал руки в кулаки и сладко улыбнулся.
— Правильно, хозяин, — передразнил парень прислугу Юнги.
Если бы Мин повернулся, то Чимин бы увидел как тот улыбается.
Пак подошел на ватных ногах к Мину и с громким звуком поставил инструменты на пол.
Сбросил куртку и бросил на диван рядом.
— Ну что же, начнем, — сказал Пак и полез под инструмент.
Юнги начал с ля первой октавы, а Чимин проверял и подкручивал, если это было нужно и так до последней ноты.
Через час они закончили. Для Пака этот час был очень длинным, хоть он и профессионал своего дела, но, когда нога Юнги
случайно задевала его, нежно проводя по боку…
— Всё готово, — сказал Пак вытирая пот со лба. Юнги едва слышно сглотнул.
— Ладно. Надеюсь, Вы сделали всё правильно и Вам не придется еще раз сюда приезжать, — ухмыльнулся Мин.
«Что? Он думает, что я специально что-то сделал не так, чтобы приехать еще раз? Чтобы сгрести у него побольше денег?»
Пак изменился в лице, и Юнги это заметил.
— Не волнуйтесь. Даже если я сделал что-то не так, к Вам приедет кто-то другой, чтобы исправить мою ошибку, — холодно сказал Чим, выхватил деньги из рук и вышел из проклятого дома.
«Не мой день… Точно не мой день» — повторял себе Пак.
Но остальные дни не стали лучше, неудачи будто ходили за ними. Лохматое существо, как будто ждало его каждый день, чтобы пометить как свою сучку, кофе, кажется, устало быть в чашке и всё порывалась вылиться, а клиенты попадались не как раньше: образованные и приятные люди, а наоборот какие-то тупые олухи, которые не знают даже, где крышка поднимается.
Пак вздохнул и упал головой на стол в кафетерии…
Не мой день… Не мой месяц… Не мой год. Не моя жизнь и захныкал.
— Чимин, там тебя начальство вызывает, — сказал Хосок даже не улыбаясь, он видел какой друг замаханый последнее время.
— Ну что опять… — Чим сдвинулся со стульчика и пошел в кабинет к начальству.
— Можно? — постучал Пак.
— Что случилось, Намджун? — устало спросил Пак.
— Надо срочно поехать в одно место и посмотреть, что там с роялем, — сказал Джун.
— Что? Но почему я? — удивлению Пака не было предела…
«Какой срочный вызов… Мы что, в скорой работаем».
— Как почему? Ты один из лучших, — улыбнулся Джун.
Намджун вообще классный начальник, возможно немного рукожоп, но это его фишка. И если бы Чимин не был таким замаханым, то поблагодарил бы и даже, возможно, прослезился.
— Ладно, давай адрес, — Чимин взял ее, даже не взглянув.
Доехал до нужного дома и понял почему всю дорогу пейзаж ему казался таким знакомым.
«Мин, Твою же Мать, Юнги».
Чимин взял инструменты и направился к двери даже не надев при этом хотя бы фальшивую улыбку.
В жопу
и постучал.
Как всегда выглянула женщина и провела его уже к знакомой комнаты.
— Мм, какие люди, — послышался хрипловатый голос и несмотря на состояние Чимина, в штанах его друг ожил и будто хотел поздороваться с этим сексуальным гавнюком.
«Я так не думаю».
— Перейдем сразу к делу. В чем проблема? —
Возможно в твоей голове …
— Вы мастер, вот и скажите, — ухмыльнулся Мин, а Чимин представил, как тычет этого котяру головой в унитаз и смывает ухмылку.
— Сейчас и скажу, — очень страшно улыбнулся Чимин потому что Юнги передернуло.
Пак направился к роялю. Опять понадобилась час на проверку, но всё было хорошо, но конечно, Мин Юнги, этот бессмертный котяра думал иначе.
«Или я тупой, или он… таки наверное он».
— С роялем всё хорошо, если что звоните еще раз, но мне, кажется, что этого уже не произойдет, — Пак сладко улыбнулся и пошел прежде, чем Юнги мог что-то сказать или возразить.
Если вы думаете, что после этого у Чимина всё наладилось, то вы ошибаетесь… Лохматая тварь правда больше не помечала, потому что Пак в не очень хороших чувствах пнул ее куда-далеко и та, кажется, еще не вернулась. А вот Юнги возвращался через день. И всегда он требовал Пака, а бедный Чимин просто сходил с ума.
— Слушай, а что там с тем роялем? — спросил заинтересованный Чон.
— БЛЯТЬ, НИЧЕГО С НИМ НЕТ, ЭТО У ВЛАДЕЛЬЦА ПОХОДУ ЧТО-ТО С ГОЛОВОЙ, — прорычал Пак и стукнул по столу.
Хосок отпрыгнул.
— Эй, ну ты чего, успокойся. У тебя же завтра выходной? Ну вот, немного отдохнешь, — сказал Чон и подсунул булочку поближе к Паку.
Чимин вздохнул и вгрызся в булочку представляя на ее месте горло Мин Юнги.
Выходной, как долго этого ждал Пак, неделя была просто ужасная. Он гулял себе по набережной и вдыхал свежий воздух, над головой чайки кричали.
Какое умиротворение.
И здесь прозвенел телефон.
«Брать или нет?» Пак сомневался, но через пару секунд раздумий таки поднял.
Нам: — Чимин.
Чим: — Ооо, когда ты меня так называешь, это не к добру. Чего ты хочешь?
Нам: — Нужно, чтобы ты поехал по одному адресу, это не надолго и я оставлю тебя дальше вдыхать свежий воздух на набережной.
Чим: — Но откуда ты…
Нам — Мы с тобой уже сколько работаем, ты думаешь, я не знаю тебя. Хех. Так что, выручишь?
Чим — Хорошо… диктуй.
Как только Нам начал диктовать Чимин уже все понял… Мин, Чертов, Юнги.
Наверное потому, что он такой богатый, Нам так заботится о нем.
Вот он у уже знакомых дверей, опять та же женщина с той же улыбкой.
Уже заходя в гостиную он слышит эти непревзойденные, магические звуки рояля, которые разносятся по всему дому, по телу пробежал табун муравьев. А за самим инструментом сидит сексуальный, как черт, в черном атласном халате Мин Юнги и своими длинными и такими возбуждающими пальцами нажимает на клавиши.
Чимин простонал…
«Блять, он моей смерти хочет».
Юнги услышал, кажется, тот же стон, потому что обернулся и посмотрел на Чимина, а в глазах искорки насмешки и снова ухмылка.
«Ну блять, так и запишите — Мин Юнги сам напросился».
Чимин быстро сократил расстояние между ними, Юнги встал, но это не сильно ему помогло. Пак поднял его за бёдра и задницей положил на клавиши… и жестко… очень жестко накрыл чужие губы, он не стал спрашивать разрешения просто силой проник языком внутрь. Из рояля вышла какофония звуков. Руки начали жадно и напористо обследовать тело.
Юнги очень старался не подавать виду, но не сдержался и громко застонал в губы. Чимин на это ухмыльнулся.
Он начал толкаться своим возбуждением в пах Юнги. А тот уже просто плавился, он действительно пытался взять на себя роль доминанта в этой игре, но Чимин не поступался и это еще больше возбуждало Юнги.
Еще не было у него человека, который давал ему отпор, а этот блондинистый, сексуальный засранец с его чертовски охуенной задницей делал это каждую секунду, и это срывало крышу.
Чимин переключился на шею котяры и начал облизывать, и покусывать кожу, пока она не стала красная. Руки за то время сняли с Юнги сексуальный атласный халатик и бросили куда-то в сторону.
— А убирать кто будет? — прохрипел Юнги.
— Хм, думаю, — начал Чимин, разделяя каждое слово поцелуем, — милая, — поцелуй в скулу, — женщина — сказал Пак.
Юнги засмеялся, но уже через секунду внезапно замолчал.
Чимин рукой накрыл возбуждение Юнги и стал поглаживать.
— Ты хотел что-то… сказать? — Чимин приблизился к лицу Юнги и облизал кончиком языка чужие губы.
Здесь уже даже статуя бы не сдержалась, а Юнги не статуя, а простой человек, который хочет этого засранца, он громко застонал и прогнулся.
— Я тоже так подумал, — ухмыльнулся Чим.
Юнги зарычал, а Чимин рассмеялся.
— Мм, котик недоволен, — сладко сказал Пак и начал губами спускаться ниже, наткнулся на препятствие в виде футболки, сбросил её и начал языком обследовать голое тело.
— Котик? Ты что, зоофил? — Юнги тяжело дышал, но сдаваться так просто не собирался.
Пак оставлял мокрую дорожку на теле и уже почти спустился к сокровенному, когда снова начал двигаться вверх. От такого перехода Юнги застонал от досады.
— Всё зависит от того действительно ли ты котик… мяукни, — Чимин посмотрел снизу вверх.
Юнги рассмеялся: — Да, НЕ дожде…
Чимин начал облизывать возбужденный сосок парня, обводя языком ореолу, грубо всасывая, при этом рукой сжимая колом стоящий член.
Юнги просто плавился…
— Нравится? Мяукни, и я продолжу, — издевался Чимин.
Юнги злобно прищурился. А Чим закусил зубами сосок. Юнги вскрикнул. А Чимин начал зализывать, будто извиняясь, а руки при этом поглаживали и сжимали возбужденный орган.
— Мяу… О Боже… мяу, — Юнги окончательно сдался и он не жалел. А Пак победно улыбнулся и перестал играться.
Приподнял парня и стянул с него штаны, а потом быстро снял с себя всю одежду. Если до этого Юнги тяжело дышал, то увидев обнаженное тело этого, Твою Мать, Аполлона, чуть не задохнулся.
— Может мы перейдем на кровать, мой сексуальный зоофил ? — задыхался Мин все еще не отводя взгляда от голого тела, которое предназначалось для секса и только с Мин Юнги.
— Еще с первого дня, как я увидел тебя у рояля, хотел выебать прямо на нем и сегодня я это сделаю, — облизал губы парень.
Он снял Юнги с клавиш, закрыл крышку рояля и положил того сверху, а потом и сам залез и навис над этим горячим и сексуальным телом.
В комнате царила тишина, нарушаемая только их сбитым дыханием, они смотрели друг другу в глаза и между ними будто шёл немой диалог, а затем Юнги кивнул и Чимин грубо накрыл чужие губы. Поцелуй был жарким и опьяняющим, было всё мало и мало.
Пак разорвал поцелуй и медленно провел кончиками пальцев по лицу Юнги, а затем легко почти невесомо провел по этим чувствительным и горячим губам, надавил на них и сунул пальцы. К большому удивлению Чимина, Юнги начал их посасывать, причмокивая при этом.
Юнги видел удивление на этом прекрасном лице и улыбнулся, насколько это позволяли пальцы во рту. Он, если быть честным, тоже был сам от себя в шоке.
Чимин ухмыльнулся: — Ммм, котик-то оказывается у нас шаловливый.
Чимин вытянул пальцы с громким и пошлым звуком.
И снова накрыл чужие губы своими, проникая языком внутрь, а пальцы начали медленно скользить вниз пока не остановились у колечка мышц, немного надавил и засунул первый палец. Юнги охнул и хотел, наверное сквернословить, но чужой язык помешал и он снова расслабился. Вторая рука Пака зарылась в пепельные волосы Юнги и стала нежно потягивать.
Что? У меня чей-то палец в заднице? Да нет.
Когда Чим почувствовал, как Юнги расслабился проник вторым пальцем, по лицу Юнги потекла слеза и то, наверное первая за последние десять лет.
Чимин оторвался от губ и ласково слизал одинокую слезу. У Юнги, кажется, сердце на секундочку остановилось… Такое ведь может быть?
Он смотрел на этого удивительного парня, который так естественно и незаметно проник в его сердце.
Пак снова впился в чужие губы, разлука была слишком длинная, и начал растягивать стеночки пальцами расставляя их в виде ножниц. Когда Юнги немного привык и начал насаживаться сам, Чимин проник третьим пальцем.
Юнги почувствовал боль и захотел это всё прекратить…
«Что я вообще делаю? Надо остановиться».
А на самом деле начал надсаживаться на пальцы и стонать. Пак начал трахать его дырочку своими пальцами, и когда прикоснулся к заветной точке, котик начал сладко стонать…
«Бля, даже не знал, что я так умею».
Чимин резко вытащил пальцы… а Юнги простонал и подумал:
«Вот как они себя чувствовали, бедняги».
Чимин растер естественную смазку по члену и сперва головкой вошел в дырочку, а потом резким движением вошел наполовину.
Такой боли Мин Юнги еще не испытывал…
— Блять… — сжал зубы Юнги и прошипел.
— Котику нельзя так говорить, — издевался Чим.
— Ты сейчас договоришься, зоофил несчастный… АГХ…
Чимин вошел во всю длину, а он не был маленьким…
— Мм, и что ты мне сделаешь? Коготками спину расцарапаешь? — спросил Чимин и начал носом водить за ушком и вдоль шеи.
— Мм…ах… — сказать что-то умнее он не смог, и вообще, благодарите и за это.
Когда Юнги привык, начал повиливать бедрами, для Чимина это был как зеленый знак.
Он начал двигаться в Юнги, а пальцами вцепился в бедра юноши и утром там точно будут синяки и не только там, Пак где только мог оставил свои отметины.
В Юнги было очень узко, очень горячо и очень охуенно. Фрикции с самого начала были немного грубоватые, но такие необходимые.
— Ты даже не представляешь, как в тебе охуенно… — простонал Чимин, — я так долго не выдержу.
— И не надо… двигайся… ещё скорее, — Юнги прогнулся, как кот.
Чим входил на всю длину и выходил, а рояль под ними скрипел… В комнате теперь можно было услышать, сбитое дыхание, шлепки яиц по заднице, тихие стоны и скрип рояля…
«О Боже, это лучшая музыка которую я слышал» — подумал Чимин.
Темп становился все быстрее, а воздуха в легких становилось всё меньше… Через несколько толчков Пак попал членом по простате, стал вдалбливаться еще быстрее, пока Юнги не кончил себе на живот, выкрикивая имя Пака. Спустя еще пару толчков, кончил и Чимин на красный рояль.
Два голых сплетенных тела лежала на красном рояле и восстанавливали дыхание.
— Я вижу с роялем всё хорошо, — сощурив глаза сказал Чимин, смотря на Юнги, который лежал на нем.
— Что? А как я еще должен тебя сюда затянуть? А ты тупой олень не понимал намеков, — хрипловато сказал Юнги.
— Что? Намеков? — удивленно посмотрел Пак.
— А я про что, тупой олень… Айщ.
Чимин ущипнул Юнги за живот и одним резким движением снова навис над Мином.
— Боже, каждый раз как я тебе улыбался, моя нога во время того, как ты ремонтировал, мои заигрывание, но ты их совсем не так понял.
— Ты о первом дне, когда сказал, чтобы я всё правильно сделал? — вспомнил Чимин, а Юнги кивнул. — Я подумал, что ты намекаешь, что я хочу побольше с тебя денег содрать.
— Ну, а я о чем… молчу, — замолчал Мин, он не хотел, чтобы его еще раз ущипнули, — ну и если честно, для меня это все было в новинку. Я впервые за кем-то приударивал, если можно это так назвать. Ты мне с первого взгляда понравился, поэтому я и вызвал тебя настраивать рояль.
— Стоп… Что? А когда ты меня тогда увидел, — не понимал Чим.
— На фирме, я тогда пришел в гости к Намджуну, — сказал Юнги.
— Ты знаешь Намджуна? — Пак только удивленно моргал.
— Он мой друг еще с младших классов, — сказал Юнги и опустил глаза.
Чимин слез с Юнги и сел сбоку…
«Намджун всё знал, и специально меня всё время отправлял? Знал».. Чимин чувствовал себя обманутым.
— Эй, малыш. Не обижайся… Это я попросил мне помочь, он сначала не хотел и говорил, что тебе врать не будет, но когда он увидел, как я влюблен в тебя — решил помочь. — Мин тоже сел и начал поглаживать Чимина по руке.
Юнги чувствовал себя виновным, ему самому не раз врали и он знал, как это неприятно…
«Стоп… что я только что сказал…?»
Пак повернулся и резким движением нежно положил Юнги снова на рояль и навис над ним.
— Что ты сказал? — улыбался Чимин.
— Что? …Я ну.....ни… ничего, — кажется, Юнги был напуган впервые в своей жизни.
«Слишком многое у меня происходит с этим парнем впервые… Впервые плачу за сколько лет… Впервые влюбился… Впервые я в роли пассива… и кажется, не в последний».
— Котик, тебя не учили, что врать хозяину не красиво, — сказал Чим и начал носиком водить за ушком и покусывать, пока руки поглаживали голое тело.
— О, Боже… я кажется, влюбился в тебя, ахаа.— простонал Юнги.
— Кажется? — Чимин ухмыльнулся и занялся мочкой уха.
— Ооо…я влюбился… слышишь… да, влюбился в такого тугодума, как ты, — прогнулся Юнги.
— Я кажется, тоже, — прошептал Чимин, а Юнги оттолкнул от себя Чима и сел.
— Что ты сказал? — глаза Мина были размером с планетку.
— Ладно не так… я люблю тебя, Мин Юнги, — сказал Пак и улыбнулся.
По лицу Юнги покатилась слеза… он просто никак не ожидал на взаимность этого хорошего, и как оказалось нежного парня.
Чимин приблизился и слизал слезу, а потом нежно поцеловал.
— Это значит, что мы вместе? — спросил Мин и даже не заметил, что задержал дыхание.
— Это значит, что сперму с рояля можешь не вытирать, её будет еще много, — сказал Чимин, снова кладя Юнги в лежачее положение.
— А мне нравится, как выглядит белая сперма на красном рояле, — сказал Юнги.
— Поэтому я и люблю тебя, котик, — сказал Чимин покусывая ключицу парня.
— Только не говори, что я снова должен мяукнуть, — настороженно сказал Юнги.
Чимин начал покусывать ключицу Мина, а потом целуя каждый сантиметр кожи, направился к ушку и прошептал.
— Только если сам захочешь, — ухмыльнулся Чимин.
И Юнги таки мяукал и не раз, и не только этой ночью. А рояль, а что рояль? Он как всегда стоял в гостиной полностью красный с белыми следами от любви двух тел.
