Время ночи

      После той ночи Бьякуя еще неделю предпринимал не слишком уж усердные попытки выяснить личность незнакомки-шинигами, а потом и вовсе отложил этот вопрос. Дел хватало и без того, Обществу душ требовалось время на восстановление после восстания Айзена. Кучики размеренно занимался делами клана и отряда, хотя маленький бархатный мешочек с частичкой банкая незнакомки капитан держал при себе.       В один из стабильно расписанных дней капитан Кучики получил адскую бабочку о срочном собрании капитанов. Повод ему был искренне неизвестен, а необходимость отрываться от дел отряда в очередной раз уже изрядно нагнетала. Но отсутствовать на собрании можно лишь при отсутствии в Обществе душ.       Придя в зал первого отряда, Кучики молча занял свое место и погрузился в свои мысли. Его размышления прервал голос Ямомото Генрюсая. Генерал размеренно говорил о трудных временах Готея, о проблемах Общества душ и недокомплекта в капитанском составе.       -… однако, последнюю проблему мы постепенно решаем, - донеслись слова Главнокомандующего, - новым капитаном девятого отряда назначена Кэтсуми Шируба.       Двери зала распахнулись, и уверенной походкой вошла молодая девушка. Бьякуя было бросил небрежный надменный взгляд в сторону вошедшей, но тут же чуть не потерял столь присущее ему самообладание. Между капитанами шла Она. Собранные в высокий хвост черные длинные волосы, идеальная осанка и гордо поднятая голова. Но что-то было не так. Черная форма и капитанское хаори меняли ее образ. Глаза! Совершенно другие глаза! Она просто похожа, но сейчас на меня смотрит спокойный малахит, а не пронзающий холодом изумруд.       -Капитан Кэтсуми Шируба готова приступить к своим обязанностям, - отрапортовала девушка.       Нет, не она. Голос совсем другой, мелодичный и спокойный. Может быть родственница? Но я ведь все посмотрел и о клане Шируба в том числе. Подождем.       -Капитан Кучики, - голос Главнокомандующего вновь выдернул Бьякую из мыслей, - Капитан Шируба в течение трех месяцев находится под вашей опекой. Она никогда не была связана с Готей-13 и ей необходима консультация. К сожалению, у меня нет возможности оставить все на самотек. Передайте свои знания. Нам сейчас как никогда нужна дисциплина в высшем офицерском составе.       Кучики вновь был удивлен за последние несколько минут, но сохранив ледяную маску, отчитался о принятии приказа.       Собрание было окончено и Шируба сама подошла к Кучики. Она была почти на голову ниже него, но даже это не мешало ей выглядеть на равных.       -Готова приступить к обучению, капитан, - она внимательно вглядывалась в глаза Кучики, пытаясь угадать его мысли, но ей еще не было известно, что это самое бессмысленное занятие в Сейрейтее.       -Капитан Шируба, Вам следует познакомиться со своим отрядом, в особенности с лейтенантом. Вечером жду Вас в шестом отряде, - Бьякуя закончил свой краткий экскурс и удалился, не глядя на собеседницу.       Пока новоиспеченная капитан девятого отряда общалась со своим лейтенантом и знакомилась с отрядом, Кучики вновь искал сведения о клане Шируба. Теперь уже с большей внимательностью, но кроме того, что это одна из малочисленных, не самых богатых благородных семей и о трех сыновьях главы клана, он больше ничего не нашел. День шел к концу. В кабинет постучались. Бьякуя взглянул на часы и понял, что настало время долгих лекций.       -Войдите, - спокойно сказал он и бросил взгляд на открывающуюся дверь.       -Капитан Кучики, - чуть склонила голову девушка, - если Вы не заняты, я готова приступить к обучению.       Кучики попросил девушку присесть на место его лейтенанта. Медленно убрал документы со своего стола, вновь осмотрел гостью, в поисках сходств с ночной незнакомкой и сел за свой стол, сложив руки в замок.       -Госпожа Шируба… - Бьякуя только начал произносить свою заготовленную речь, как его неожиданно перебили.       -Простите, капитан, - виновата проговорила девушка, - но можно ли попросить вас обращаться ко мне по имени? Кэтсуми.       -Леди благородной семьи не чтит формальности? И как вы собрались у меня учиться? – ровной холодной интонацией обдал собеседницу Бьякуя. Он не воспринимал ее как капитана. Быть может, если бы перед ним сейчас сидела та незнакомка из леса, он бы говорил с ней на равных, но эта неточная копия того уважения не внушала.       -Нет, что вы. Формальности в работе и публичном общении – это превыше всего. Я чту закон и правила не меньше вашего, однако… - новоиспеченная капитан вновь как-то странно замялась – если вас не затруднит, мне было бы комфортнее обучаться в чуть менее формальной обстановке. Я не прошу чрезмерного, всего лишь обращаться ко мне по имени.       -Хорошо, Кэтсуми, - удовлетворенный пояснениями, Бьякуя согласился, - прежде, чем чему-то научить вас, мне хотелось бы знать, что вам уже известно, какими навыками вы обладаете.       -Что ж, я достаточно сильна в кидо, безусловно обладаю банкаем, шунпо… к сожалению, объективно не могу себя оценить, но владею.       -Где вы обучались навыкам шинигами? – прервал ее капитан.       -Домашнее обучение, - однозначно ответила Кэтсуми.       На какое-то мгновение в кабинете капитана шестого отряда повисла тишина. Кучики решил не отказывать своему любопытству и задать интересующий его вопрос.       -Можете пояснить, Кэтсуми, - размеренно начал он, - почему в официальных источниках о вас нет сведений в клане Шируба?       Девушка озадаченно посмотрела на капитана, вновь пытаясь понять его эмоции, но с этого каменного лица прочитать ничего невозможно. Информация о ней была скрыта намеренно, поскольку она не была чистокровной Шируба, и, казалось бы, своему наставнику можно было открыть свою тайну. Но по привычке девушка ответила, что информация не подлежит разглашению и не имеет никакого отношения к ее личности как капитана боевого отряда Готей-13. Бьякуя такому ответу был не готов, хотя и предполагал, что сегодня его любопытство не будет удовлетворено. Заставить ее рассказывать о себе он не мог, поэтому перешел к долгим рассуждениям об отчетах, документации, общении с лейтенантом, офицерами и рядовыми, о долге капитана, о дисциплине и морали. А в этом время новоиспеченная капитан усердно конспектировала важные замечания Кучики в небольшой бархатный изумрудный блокнот с закладкой в виде серебряной ленты.       Время зашло далеко за полночь, и пора было расходиться. Кучики заметил некоторую усталость на лице Кэтсуми и решил, что за три месяца он еще успеет воспитать приличного капитана из столь усердного слушателя.       -Кэтсуми… - спокойно обратился Бьякуя.       -Да, капитан, - тут же отозвалась девушка.       -На сегодня закончим обучение. Вам еще нужно вернуться домой и подготовиться к новому дню.       -Обо мне можете не беспокоиться, я ночую в казармах. Благодарю за помощь, капитан, - девушка встала из-за стола и чуть склонила в голову в поклоне.       -Завтра в это же время жду вас, госпожа Шируба.       Проводив свою новую коллегу до выхода из казарм шестого отряда, Бьякуя направился в поместье.       На следующий день капитан Кучики взял с собой бархатный мешочек с украденной частицей занпакто. Он поймал себя на мысли, что за весь вчерашний день он ни разу не почувствовал реацу нового капитана. Мысль о сходстве незнакомки в лесу и капитана Шируба не покидала его, но способы проверить эту догадку в голову не приходили. Капитан взял бархатный мешочек лишь по веянию внутренних порывов. Очередной вечер обучения проходил так же размерено, как и предыдущий. Лишь иногда Бьякуя чувствовал, как в него прорываются совершенно чуждые ему эмоции страха и щемящей боли. Он понимал, что эти эмоции явно не принадлежат ему. Но и его усердная подопечная вела себя достойно выходца из благородной семьи.       Сегодня Бькуя решил закончить экскурс в жизнь капитана Готея пораньше. Кэтсуми так же поблагодарила его, и они вновь вместе, но в разные направления, вышли из казарм шестого отряда.       Бьякуя был доволен тем, что девушка не пытается с ним заигрывать, как делают это большинство других представительниц благородных кланов, но его совершенно не устраивал факт отсутствия подробной информации о новом капитане. Готею с лихвой хватило капитанов с темным прошлым.       Капитан Кучики вновь шел в неопределенном направлении, глубоко погруженный в свои мысли. В этот раз внутренние порыв привел его в безлюдное место на окраине Сейрейтея. Капитан опустился рядом с широким деревом и принялся провожать закат. Шум мерного потока реки только добавлял умиротворения ледяному капитану. Бьякуя наконец-то обратил внимание на окружающую обстановку: в разгаре был сезон момиджи. Он сидел под огненно-красным кленом на ковре из ярких опавших листьев. Сезон момиджи наводил на Бьякую не меньшую меланхолию, чем ханами. И будучи наедине с собой, идеальный уставный капитан мог позволить себе немного эмоций.       Он достал бархатный мешочек и аккуратно высыпал на ладонь изумрудный кристалл. В лучах заката его цвет был более глубокий. Что-то завораживало в гранях чужого занпакто. Так ничего и не увидев необычного, Кучики вернул кристалл обратно в бархат и прибрал. Бьякуя окунулся в свои мысли и откинулся на ствол клена.       Проснулся капитан, когда ночь вновь вступила в свои владения, и свет луны прерывисто отражался в реке. Какое-то странное чувство опасности витало вокруг. Кучики медленно открыл глаза и увидел вокруг себя кружащийся поток изумрудных кристаллов.       Вот ты и пришла. Если я до сих пор жив, значит, ты хочешь поговорить.       Бьякуя медленно поднялся и оглянулся в направлении мощного потока реацу. Той самой реацу ночной незнакомки. Нет, он не мог ошибиться. Перед ним стояла именно она: новый капитан девятого отряда. Только ее форма была вновь глубокого изумрудного цвета и такие же ледяные изумрудные глаза. Он не может ошибиться, не важно отсутствие хаори и другой цвет глаз. Кем-то другим эта женщина просто не может быть.       -Госпожа Шируба…       -Верните то, что вам не принадлежит, капитан Кучики, - уверенный жесткий голос волной прошел через капитана.       -О чем вы, Кэтсуми? – спокойно спросил Бьякуя.       -Верните кристалл моего занпакто! – голос Ширубы словно обдавал холодом и отчаянием. Кольцо изумрудных кристаллов немного сжалось вокруг Кучики. Капитану шестого отряда надоели эти детские игры, он спокойно высвободил свой занпакто:       -Заберите его. Честный бой. Однако, если я вновь выиграю, вы правдиво ответите на мои вопросы.       Тишину и спокойствие ночи разрезал всплеск двух капитанских реацу и танец занпакто. Бой двух капитанов был достаточно продолжительный. Сторонний наблюдатель впал бы в эстетический восторг от переплетений розовых лепестков и изумрудных кристаллов. Сенбонзакура и Эмерарудо действительно были прекрасны, но оказаться на их пути означало неминуемую смерть.       Капитаны уже высвободили банкаи. Казалось, Готей вот-вот потеряет одного, а то и двух капитанов в одну ночь. Но опыт и выдержка Кучики оказались сильнее. Капитан шестого отряда смог перехватить в сферу, собравшееся в тучу изумрудное облако. Шируба как ни старалась, не могла прорваться своим банкаем через плотную стену Сенбонзакуры. В какой-то момент девушка и вовсе потеряла бдительность. Холодный розовый лепесток нежно пролетел мимо ее шеи, оставив тонкий порез рядом с артерией. Тонкая полоска крови стекала по шеи к груди молодого капитана.       -Кэтсуми, на счет три запечатываем занпакто, - со спокойствием присущем светскому диалогу начал Бьякуя, - исход очевиден.       Девушка взглянула на своего наставника и сказала: ТРИ!       Бьякуя среагировал мгновенно, словно он чувствовал, что именно так поступит его подопечная. Занпакто были запечатаны. С интересом Кучики наблюдал как изумруды собираются в серебряный клинок, окутываемый изумрудной лентой. Это было действительно красиво, но спустя мгновение, капитан заметил как форма девушки меняет цвет на черный.       Глаза!       Перед капитаном шестого отряда стояла девушка, которую он учил по вечерам, с безмятежными малахитовыми глазами. Удивительно, как занпакто могут влиять на своих хозяев. Что-то снова защемило в груди Бьякуи. Он смотрел на свою недавнюю соперницу и пытался понять смысл ее действий. Холодный аристократ опустил взгляд на кровавую дорожку на шее девушки. Ведомый чувством вины (ведь Бьякуя вовсе не хотел ранить свою подопечную), он провел рядом с шеей Ширубы лечащим кидо, а после благородно предложил платок.       -Я ненавижу вас, капитан Кучики! – тихо произнесла молодая капитан девятого отряда, принимая идеально белый платок и вытирая им свою кровь.       -Нет, Кэтсуми, - парировал Бьякуя, - смею предложить вам тренировку боем, капитан должен быть примером для своих подчиненных. А теперь, я слушаю вашу историю, начиная с вашего появления в клане Шируба и заканчивая тем днем, когда вы надели капитанское хаори.       Девушка испепеляюще взглянула на своего наставника и направилась к дереву. Усевшись подле клена, она облокотилась спиной на его ствол и молчаливым жестом предложила Кучики присесть.       -Что ж… - начала Кэтсуми, высвободив шикай и создавая из него причудливые изумрудные формы, - вы победили, капитан.       Она поймала настороженный взгляд Кучики.       -Не беспокойтесь, новый бой я не начну, просто мне так легче. Мой занпакто всегда меня слушает именно так, а с кем-то другим я не привыкла говорить о себе, - аристократ согласно кивнул, но остался внимателен, - Я не чистокровная Шируба. У всех Шируба холодные серебряные волосы, а мои – черные как смоль. Отец нашел меня в Руконгае, когда я была совсем ребенком. Меня тайно приняли в клан и принялись воспитывать как будущего воина и леди. Я должна была стать козырем в рукаве моего отца, если то потребует ситуация. Когда я достигла 20 лет, во мне проснулись чувства к одному руконгайцу. Отец старался относиться ко мне достаточно снисходительно, но при этом чрезмерной свободы у меня не было. Однажды, мы с ним гуляли по лесу, на нас неожиданно напали пустые. У меня уже был занпакто и я достаточно умело им владела. Однако пустые оказались сильнее, чем я предполагала. Я отвлеклась и спустя секунду услышала хрип своего спутника. Его убил пустой. В этот же миг в порыве отчаяния у меня открылся шикай. Мне удалось их победить. Но не удалось спасти свою первую "любовь", если угодно. Я замкнулась в себе. Начала больше тренироваться. Спустя какое-то время отец стал замечать, что наш дом угнетает меня. Было принято решение отправить меня в Мир живых для получения дополнительного образования. Там прошло еще десять лет, я получала юридическое, историческое, техническое образование. У меня три человеческих диплома с отличием. При этом всем я не переставала тренироваться как шинигами. Банкай достигнуть у меня не получалось. На девятом году в мире живых я встретила человека. Очень хорошего человека. Мы встречались какое-то время, и я вновь была счастлива. Но моему счастью не суждено быть долгим. Этого человека убили в случайной перестрелке. Знаете, когда оказался не в то время не в том месте? Вот он оказался. Все, что я смогла сделать – выйти из гигая, попрощаться и отправить его в Общество душ. После этого в очередном порыве отчаяния я достигла банкая. Долго это продолжаться не могло, Мир живых стал для меня очередной клеткой, и отец вернул меня в Сейрейтей. Еще пять лет тренировок, отсылка в мир живых на время восстания Соуске Айзена, и вот я капитан Готей-13. Поэтому, я не имею понятия о порядках Готея. Поэтому после назначения, я просила Главнокомандующего дать мне хорошего наставника, чтобы быстрее освоиться. Поэтому я здесь.       На протяжении всего этого рассказа в глазах Ширубы собиралась влага. Закончив, девушка запечатала занпакто и обратила взгляд к луне.       -Так получается, тебе нет и пятидесяти лет, - констатировал Кучики, - ты одна из молодых капитанов, Кэтсуми. Но объясни мне, почему ты напала на меня в лесу и сейчас снова?       -В лесу я испугалась, а сейчас… Сейчас вы не чувствуете, капитан?! – ее голос почти срывался, - Неужели вы такая непробиваемая стена, капитан? – девушка перевела взгляд на Кучики и встретилась с его темнеющими глазами, - Мой занпакто открывает мои эмоции сопернику, и, если я программирую эмоции: страх, неуверенность – соперник принимает их за свои и теряет бдительность. И я уверена, что в обычных условиях вы чувствуете все, что со мной происходит. И вам просто смешно! Вы… вы…       Кучики не хотел слушать женскую истерику, но что-то внутри него снова сжалось в отчаянии. Теперь капитан понял, что это вовсе не его эмоция, а чувства этой молодой девушки.       -Идите к черту, капитан! – сорвалась Кэтсуми, и из ее больших малахитовых глаз потекли крупные слезы. Не уходите, капитан.       Ох уж эти женщины. Кучики так привык к размеренности и спокойствию. К сдержанным эмоциям своей сестры. К абсолютным уставным отношениям со всеми и каждым. Но Кэтсуми, изначально казавшаяся ему очередным элементом его стабильности, сейчас разрывала его шаблон и билась о его лед своими эмоциями. В какой-то момент, аристократ думал отдать девушке кристалл ее занпакто, но желание знать чувства другого шинигами взяло свое.       Кучики поднялся и встал напротив уткнувшейся в колени шинигами, протягивая свою руку.       -Кэтсуми, я обещаю, что произошедшее и услышанное останется здесь. Это твои тайны, и ты имеешь на них полное право, - девушка подняла глаза, - Капитаны – это сильные духом личности, они непоколебимы несмотря ни на что. Даже если боль разрывает изнутри, ты должна помнить, что за тобой отряд, что ты их пример для подражания, ты их сила духа, их защита и их наказание. Кучики прикрыл глаза и продолжил.       -Я тоже терял, Кэтсуми. Но сейчас ты должна встать, привести в себя в порядок и завтра предстать перед своим отрядом.       Шируба слушала своего наставника, недавнего противника в бою, опытного коллегу в одном лице и старалась поймать его эмоции. Ей неожиданно пришла мысль, что если она может передавать свои эмоции, то наверняка, она может и почувствовать эмоции противника. Но она устала настолько, что ей хватило сил лишь опереться на руку Бьякуи.       Они молча дошли до казарм и, почтенно кивнув друг другу, разошлись каждый в своем направлении. Время шло к рассвету.       Утром Бьякуя нашел на своем столе аккуратный конверт изумрудного цвета, перевязанный серебряной лентой. Внутри был лист с четкими, плавными иероглифами, словно писал сам Кучики.

«Прошу простить меня, Капитан Кучики. Как говорят в Мире живых, это было время ночи. Время непозволительной слабости. Если Вас не затруднит, то прошу провести со мной тренировку боем. С глубоким уважением, Кэтсуми Шируба.»

      Лейтенант Абарай из интереса наблюдал за своим капитаном, внимательно читающим послание, и на мгновение ему показалось, как он увидел легкую улыбку, проскользнувшую по лицу ледяного капитана шестого отряда.       А ты хороша, Кэтсуми Шируба.