Веер вероятностей

Он едва ли знал, где он. Волосы были спутанными, прижимались к спине под футболкой. Будь он чуть менее апатичным, то мог бы расчесать их руками или, хотя бы, обрезать чем-нибудь острым. Может быть, заплести во что-нибудь, завязать чем-то отличным от старой веревки. Рука устало провела по волосам, единственное, за чем он следил, так это за общей чистотой. Не было ни малейшего желания знать, что в его волосах поселились вши или кто-то похуже. Хватало и того, что в голове. На самом деле волосы просто были тем, на чём он предпочитал сосредоточиться. Лучше думать о потерянной, когда-то непокорной и короткой, прическе, чем об искусанных пальцах рук, запахе пота и крови, что так въелся в кожу, что кажется будто уже и не отмыться. Мир скатился в ад давным-давно. Что-то взорвалось в отдалении. Воздух едва ли сместился, пыль поднялась, а птицы закружились в гневных перекличках. - Заткнитесь, - хрипло, надтреснуто, в никуда проговорил мужчина, опуская голову на колени, - заткнитесь, заткнитесь... Мир вздрогнул, затем еще раз. Лесная темнота была нарушена раздражающе яркими лучами прожекторов, тишину пронзал отдаленный звук выстрелов. Он свернулся вокруг собственных рук, закрывая уши руками и кусая измусоленную штанину. Ему хотелось кричать, но надо было оставаться тихим. Тогда всё закончится быстро. Они просто уйдут, просто пройдут мимо, может быть поглумятся несколько минут около его камеры, но уйдут и не будет ни вспышек, ни боли, ни красного. Утром вокруг была тишина, не было птичьих перекличек в верхах деревьев, не шипела небольшая змейка, только шелестела трава, и храпел кто-то с впечатляющим размером легких. Он развернулся, прислоняясь спиной к стене, и опустил руку на скрытое в штанине заточенное шило. Оружие было так себе, но ощущалось похоже на привычную палочку, не имело ничего общего с тем, что его учили там и этого было достаточно для спокойствия. Рядом с ним лежал лесной тролль. Молодой, может быть полукровка с родителем-человеком, но, определенно, лесной тролль. Они сказали, что в этом мире нет магии, только мутанты. - Нет, - тихо зашептал мужчина, сжимая пряди волос руками, - нет. Не вспоминай. Не думай. Успокойся. Они тебя не найдут. Они думают, что ты мертв. Нет. Нет. Нет. В следующий миг послышалось шуршание чего-то странного, небольшой всплеск воды и тревожно-испуганному взору показался молодой мужчина с курчавыми волосами, немного обросший, в тех же тряпках, что были на тролле. Это настолько нарушало привычную картину мира, что приступ паники прошел. О, нет, страх, ярость, гнев и прочие эмоции всё еще бурлили под обманчиво тонкой пленкой самоконтроля, но паника - приступ - сменился интересом. На незнакомце ничего не было, а у него в поношенном рюкзаке еще должно было остаться одеяло из тех, хороших, дней, когда он мог выйти к людям и купить что-нибудь для дальнейшей дороги. Обычно такие вещи либо терялись, либо лежали в рюкзаке до лучших времен. Одеяло было так себе, дешевое, по сути, полотнище ткани, сложенной в несколько слоев, но неплохо грело в те дни, когда он решался развести костер. Под ним обнаружились несколько закаменевших лепешек из какой-то муки, сгрызть их было почти невозможно, но они неплохо размачивались в воде. Обычно он не любил людей, считая их весьма опасной переменной в окружающем его мире. Но этот оборотень-тролль просто спал и не привлекал внимания, что день, начинавшийся как "посмотрим, что будет дальше, но к людям лучше не соваться", продолжался как "хорошо. Я могу с этим работать". Костер горел резво, не дымил, за что отдельное спасибо погоде и сухим веткам ближайшего дерева. Камни вокруг костровища накалялись, нагревая консервную банку, в которой грелась вода с травами, весьма слабая замена чаю. Незнакомец спал неподалеку, закутываясь в одеяло всё сильнее и постепенно переползая ближе к огню. Момент, когда он проснулся, был заметен сразу. Любые размышления, вызванные этим наблюдением, сразу же прекратились. Ему не нужен приступ паники с кипятком на коленях. - Здравствуйте, - он редко говорил, предпочитая общаться знаками, но иногда приходилось, - как вы себя чувствуете? - Где я? - Не знаю, - он постарался как можно непринужденнее пожать плечами, - в лесу. Я Гарри, скрываюсь от сверхсекретной международной шпионско-террористической организации, а вы? - Брюс, я скрываюсь от любых людей с оружием. - У меня нет оружия, - разводит руками английский бродяга и если бы не пустота за бездной голода по человеческому общению в его глазах, Беннер бы даже не подошел.

***

Романофф о спутнике доктора узнает внезапно. Они беседуют о Тессаракте, когда со стороны улицы раздается приглушенный шум. Найти Беннера после инцидента в Сомали было неожиданно тяжело, какое-то время ЩИТ думал, что тот попал в лапы к одной из многочисленных организаций в том регионе, но нет. Доктор снова случайно появился на радаре при пересечении индийской границы. Повезло, считали аналитики. Сейчас Наташе кажется, что ему кто-то помог. На краткий сигнал нет ответа, а это значит, что группа поддержки ликвидирована. Брюс видит её подозрения, она ему нравится, это опасная, хрупкая, рыжая девушка, словно шприц с цветным транквилизатором. - Гарри, - он тихо говорит в потолок. У его товарища страсть к высоким местам с хорошим обзором и минимумом людей. Темноволосый мужчина спрыгивает вниз, едва ли издавая звук, и смотрит на женщину, подняв бровь. - Куда идет Брюс, туда и я. В этой фразе нет ни одного процента готовности к переговорам.

***

- Что скажешь? - Брюс смотрит на материалы доктора Селвига, Гарри листает файлы "Мстителей". - Роджерс и Тор. Поднятая бровь, вспышка раздражения, спокойствие. - Они самые опасные. Еще один безмолвный разговор. - Асс равен Халку по силе, но превосходит в опыте, не думаю, что у него нет навыков борьбы с лесными троллями. А Капитан - прирожденный стратег. Ему нужна только хорошая точка обзора и доверие от подчиненных, чтобы организовать выигрышную тактику. - Говорят, у него твердые моральные принципы. - Да. Вот только опасней людей без принципов только способные выбирать, когда нужно их отодвинуть. И Роджерс это умеет. - А Старк? - Гений, - англичанин жмет плечами - но лиши его электричества и он ничто.

***

Спутник доктора Беннера с первой же минуты поразил Стива тем, насколько он был похож на его старого друга. - Вы родственник Сириуса Блэка? Заняться на хеликариере было нечем, а Брюс выглядел увлеченным тем, что он делал, в отличие от дремавшего в углу мужчины. - Племянник, вы его знали? - В голосе сквозила тоска, прикрытая легким любопытством. - Да, сражался в сто седьмом, прекрасный диверсант-разведчик, мог пробраться внутрь какой угодно крепости. Он был хорошим другом, правда, пропал в августе сорок пятого. Вы знаете, где он сейчас? - Умер в девяносто шестом, - черноволосый мужчина пожал плечами и снова прикрыл глаза. - Гарри не особенно разговорчив, Капитан, - улыбнулся, извиняясь за товарища, Беннер, - и он очень не любит замкнутые пространства с камерами и людьми. - Неприятные воспоминания, - прервал англичанин, бросая острый взгляд под потолок, - я не очень хорошо знал дядю, мы общались года два, может быть, вы расскажите о нем. Брюс? - Вы не будете мешать, - кивнул, возвращаясь к исследованиям, доктор. - Сириус, - после неловкого молчания начал Стив, - был неоднозначным. Стул от ближайшего стола переместился в угол напротив. Ему на несколько мгновений подумалось, что они как будто охраняют Беннера от агентов ЩИТ. - Я помню его вечно усталым, оглядывающимся на каждую тень. Он был из тех солдат, что я вытащил из Аззано, его могли отправить обратно, но он уперся. Он больше дружил с Баки, иногда вместе ходили в бар. - Вы назвали его другом, - проницательно заметил Гарри, смотря карими глазами прямо на него. - Да. Просто. Кажется, будто он прямо сейчас войдет в эту дверь, копируя какую-нибудь собачью повадку. У него и позывной был "пес". У него была эта способность, всегда знать, где кто-то называет его имя. Отменно ориентировался по звездам, не раз выводил нас из тыла врага, просто посмотрев на небо. Мог часами болтать с Пегги о политике, искусстве или погоде. Мы-то были простыми ребятами, - смех был неожиданным даже для него. Когда он последний раз смеялся? Какая разница. - Понимаю, - Гарри переместился, сбросил мокасины на пол, поджимая худые ступни под себя, балансируя на стуле, - он научил меня водить мотоцикл, не на уровне гонок, но для города достаточно. - У него были манеры. На привале пару раз травил какие-то байки о том, как один аристократ себя опозорил, и понимал только Фэлсворт. Потом мы уже специально просили его нас подтягивать, для того чтобы не опозорится перед Пегги. Прекрасно общался с собаками, казалось, что он с ними на одной волне. - Спасибо, капитан Роджерс, - Гарри едва заметно прикрыл глаза, указывая рукой на окно, за которым можно было увидеть идущего в лабораторию агента. - Не за что, - Стив улыбнулся, - приятно вспомнить старых друзей. Если захотите поговорить о нем еще... - Я вас найду. - Капитан Роджерс, - агент открыл дверь, - вас просят пройти на мостик. В следующий раз он видит Гарри за десять секунд до взрыва. Они со Старком ругаются, когда из-под тумбы, за спинами Фьюри и Романофф, поднимается сначала лохматая и сонная голова, а потом помятое тело. - Брюс, выруби чертов генератор, - рычит Гарри, зажимая свои уши и, шатаясь, подходит к скипетру со стороны окна, - выбешивает. Что он, черт возьми, излучает? В следующий миг раздается взрыв, и Стив успевает заметить как племянник Блэка, Беннер и Романофф падают вниз, прежде чем увести Старка к его броне.