Мог бы и взять трубку

Юра смотрел на мальчишку также недоуменно. Как подумал Сергей. Лёшу только что отправили на станцию за закончившейся «Кока-колой» к виски. На дорогу как раз потребовалось чуть больше полутора часов. — Юра, так у тебя есть Лёша? — улыбнулся издевательски мальчишка и легко прикоснулся своими губами к щекам бывшего. Только и коснулся. А тот дернулся как под током. И отшатнулся от мальчишки. — Ждан, ты хоть понимаешь, чем это может закончиться? — глухо выплюнул Юра. — Лёша мне … просто друг. Вот на правду похоже не было. — Ну, вот, Сергей. А ты переживал за какого-то Лёшу, — процедил мальчишка. — Видишь, как он быстро от него отказался? Да. Я хочу посмотреть, чем у вас все это закончится. Тогда мальчишку надо было послать на х*й. Надо было это сделать в самом начале ещё. После первого… Трям. Словно в каком-то трансе под пристальным взглядом с поволокой Юра подошел к Сергею. Взял его за руку. Опер спиной о дерево. И легко поцеловал в плотно сжатые губы Сергея. — Доволен? — выплюнул Юра, отстраняясь от Сергея и вытирая губы тыльной стороной ладони. Отошел на несколько шагов — Трям. Это не считается, — пропел мальчишка. — Давайте по-настоящему, чтоб с языками в глотку. Сейчас покажу, как. Мальчишка снова повис на Юре и теперь уже буквально впился в его рот. Бывший сначала тоже никак не реагировал. Но потом они начали уже действительно целоваться. Сначала нежно, но со все ускоряющимся темпом. Мальчишка наконец лениво и словно нехотя оторвался от губ Юры. Провел языком от подбородка бывшего по шее до ключицы, задрал на груди футболку, положил руки на соски. Сжал их пальцами, покрутил. До этого плоские соски мгновенно потемнели и стали твердыми. И не только они у Юры. Сергей хорошо это видел. — Сладко, с тобой Юрочка… как раньше. Иди, сюда, Сергей. Я же сказал. Теперь делайте все по-настоящему. — По-настоящему?! — психанул Сергей и впился резко и грубо в рот Юры. Тот неожиданно также яростно и жестко ответил на поцелуй. Они минут пять сосались, почти кусая друг другу губы в кровь. До скрипящих друг о друга дёсен. До воздуха, полностью заканчивающего в легких. Сергей, казалось, был в таком же непонятном трансе, как и Юра. Оба чувствовали эти языки в глотке. Краем глаза Сергей заметил, как мальчишка небрежно опустил руку себе на член. И начал двигать сквозь ткань по паху. Расстегнул, уже не стесняясь, ширинку и скользнул в нее рукой. — Теперь раздевайтесь. — Ты совсем больным на голову стал?! — выдохнул в губы Сергею Юра. Но фраза явно предназначалась не Сергею. — А раньше он таким не был? — тихо прошептал Сергей Юре на ухо. — Что нам теперь делать? — Не знаю. Это тебе решать, — также тихо ответил Юра. — Но кайфанет он круто, если ты готов. — Ай, ай, ай… ну вот, на самом интересном… Чего встали, как вкопанные? — снова понеслось в спины. — Юра, да трахни ты его уже. Или ты, Сергей — Юру. Хотя нет. Ты, Юра — Сергея. А, подожди, я понял, в чем проблема. Сейчас, исправим. Мальчишка подошёл к Сергею, опустился на колени, расстегнул ширинку, достал из трусов член и обхватил его губами. — Видишь, Юра, я только к нему прикоснулся, и хочешь потрогать, какой он влажный. У Сергея и вправду встал. Как всегда, с мальчишкой. Несмотря на всю чудовищность ситуации. Юра не смело положил руку на член Сергея. Нежно погладил пальцами от головке к мошонке. Несмело сжал и ее. Теперь член Сергея ласкали уже двое. Мальчишка и Юра. — Хорошо, — обреченно кивнул Сергей Юре, чувствуя, как со дна сердца поднимается бешеная злость и обида. На собственное так остро реагирующее на мальчишку тело. — Давай сделаем это. Для него. Юра трахал Сергея также зло и остервенело. Практически рвал. Как будто тоже вымещал всю обиду на мальчишку. А тот успел спустить сперму дважды. Наконец-то ад для Сергея закончился. Юра последний резко толкнулся членом в заднице и наконец обмяк. Себя Сергей довёл рукой. — Прости, — выдохнул в последний момент Юра. — Что я тебя так. — Понимаю. И вдруг они оба удивлённо, опять же, как показалось Сергею, повернули головы на новые звуки. Мальчишка негромко плакал. Пытался душить рыдания, но явно не мог сдерживаться. Потом развернулся и убежал в лес. — Да что с ним? — выдохнул Сергей. — Только что ты его навсегда потерял, — отвернулся, по-деловому подбирая одежду, Юра. — Он думал, ты особенный. А ты оказался таким, как все. — И что мне теперь делать? — выплюнул Сергей, чувствуя, как к горлу тоже поступает тяжёлый комок. — Одевайся и уезжай в город. Если не хочешь больших проблем, — бросил Юра. — Найди меня в контакте. Я попытаюсь поговорить со Жданом. Но ничего не обещаю. Эй, эй, эй… на выпей. Бл*дь, ты, чего рыдать из-за этого мудака надумал? Мудак Ждан, понимаешь ты? Запах того костра с тела и волос Сергей пытался дома смыть трижды. Но все равно все воняло. Также, как и себя Сергей ещё долго чувствовал бл*ской подстилкой. Тело после секса нещадно ломило. Но боль он чувствовал тоже как в какой-то пелене. Как поволока в глазах мальчишки. С Юрой они встретились у метро через три недели. Все это время мальчишка больше не звонил, не писал «В контакте», но и не закрывал «личку». Просто вообще нигде не появлялся. На звонки телефон отвечал, что «абонент находится вне зоны доступа». Юра холодно поздоровался первым. — Ну, чего ты хотел от меня? — буркнул он, присаживаясь на гранитный парапет ограждения рядом с Сергеем. — Ты, что, не жрал все это время вообще ничего? Ещё тощее прежнего. — Не помню, — честно признался Сергей. Он действительно не помнил, что делал эти дни. Наверное, что-то все-таки ел. Но пил много. — Как Ждан? С ним все в порядке? — поднял Сергей глаза на Юру. — С ним-то? А сам как думаешь? — невесело усмехнулся собеседник. — Да нормально уже с ним все. Но психанул тогда знатно. Не ожидал он от тебя. Проверить хотел. Плюс, под наркотой он был. Ты, что, не заметил? Там настроение, пиз*ц, как меняется. — Зачем… зачем ты это сделал? Зачем ты так меня подставил? — трясущимися руками Сергей прикурил сигарету. — Ты сам себя подставил. Я же сказал тогда, решать тебе, — тоже потянулся за сигаретами Юра. — А ты как думаешь, почему ещё? Люблю его тоже до сих пор. Думал, может шанс. Может, после тебя, узнав, какой ты на самом деле, вернется ко мне. — И как? Вернулся? — Нет. — Короче, хорошо отдохнули, — горько усмехнулся Сергей. — Как ты думаешь, Ждан сможет простить меня? — Не знаю, парень, — положил Юра руку на плечо Сергея. — Меня не простил. А на будущее запомни. С такими, как этот Ждан, самому надо последней сукой и отморозком стать. Вот только тогда он к тебе потянется. Бывай. Мальчишка объявился через две недели. Позвонил и предложил встретиться. Говорил с Сергеем сухо. И так, как будто они расстались только вчера. — Подъёду к тебе к шести. Жди, — пообещал он. В шесть у подъезда никого не было. Мальчишка появился только в полвосьмого вечера. На мотоцикле. Тормознул около скамейки, на которой уже ни на что ни надеясь, сидел Сергей. — Дождался. Я так и знал, что будешь сидеть здесь, как привязанная псина, — хмыкнул он. — Зачем ты позвонил через месяц? — уставился мимо мальчишки Сергей. — Трям. Затем, что о тебе вчера спросила моя сука-мать. Я сказал, что мы расстались. Она тут же откровенно за тебя обрадовалась, — хохотнул мальчишка. — Садись на мотоцикл. Мы едем к ней. — Никуда я больше с тобой не поеду, — покачал головой Сергей. — Хватило. — Ты …и не поедешь? — искренне удивился мальчишка. — Ай, ай, ай … что-то у нас новенькое. Сергей поднялся со скамейки и направился к подъезду. — Куда потопал? — слез с мотоцикла мальчишка. — Домой. Я ждал тебя полтора часа. Теперь у меня дела, — замер перед дверью Сергей. Зная, что всего лишь и надо-то. Суметь открыть её. — И я выбираю их. Делай свой выбор. Сзади крепко обхватили руки мальчишки. — Стоять. Я сказал, ты поедешь со мной, — жарко выдохнул он в ухо Сергею. — Я соскучился по траху с тобой. — Только не говори, что все это время у тебя никого не было, — усмехнулся Сергей, послушно стоя и принюхиваюсь к любимому запаху тела мальчишки. — А я и не говорю, что не было. Я сказал, что соскучился именно по тебе. Если не поедешь к матери, или не пригласишь к себе, явыебу прямо на этой скамейке. — Здесь видеокамера, Ждан. К матери Ждана они в тот вечер все же поехали. Женщина болезненно скривилась, увидев Сергея. А когда мальчишка пошёл во двор, чтобы выгулять по-быстрому собак и сгонять за хлебом, было уже очень поздно, виновата бросила: — Сергей, вы только не подумайте, что я не рада вас видеть. Как раз искренне рада. Но не рядом с моим сыном. И из-за него. А не из-за вас. Понимаете разницу? — Теперь — да, — помог женщине накрыть на стол Сергей. — Ну, а если вы все понимаете, то зачем к нему вернулись? — горько выдохнула мать Ждана. — Знаете, хуже всего, что он вылитый Иван в молодости. А такая разница… хотите фотографии покажу? Только пока его нет. А то Ждан, какие находит, где мы с супругом вместе, везде мои изображения отрывает или вырезает. Фотографий совсем немного осталось. Женщина покопалась в тайнике в полу. Протянула фотографии, заботливо убранные в непрозрачную плотную бумагу. — Только Ждану не говорите, где я их от него прячу. С фотографии действительно смотрел… чуть в возрасте улыбающийся и ещё более плотный Ждан. На заднем фоне виднелась комната с богатой обстановкой, стол, заваленный деликатесами, ряды дорогих иностранных бутылок. Сегодня женщина поставила на ужин простую вареную картошку и уже, не стесняясь, мутный самогон. — Почему вы не попытались объяснить Ждану, что ни в чем не виноваты? — вернул фотографии Сергей. — Я виновата, Сереж, — протянула женщина, берясь за бутылку. — Он всем обо мне первым делом рассказывает. И это правда. Они вдвоём с сестрой тогда ополчились против меня. Продуху не давали. Я в психиатричке из-за них лежала. Эта, старшая, хоть начала что-то понемногу понимать, когда сама матерью стала. Залетела в девятнадцать, хорошо хоть не от брата. Армяночка у нас в семье подрастает. Темненькая. Потому знаю, что не от Ждана. Но все равно красивая девка вышла. А этот… В дверь сильно постучали. Женщина пошла открывать. На пороге стоял мальчишка с полными пакетами еды. — Уши аж горят, маман. Обо мне, что ль, всю дорогу глотки рвали? — ухмыльнулся он. — Сергей, оформляй пакеты. Давайте накатим сегодня. За нашу…пиз*ец как счастливую семью. — Где ты взял деньги? — тихо спросил Сергей. — Трям. У меня работа все-таки имеется. Не забывай, — нахмурился мальчишка. От еды и больше выпитого мать Ждана быстро захмелела. Пошла спать к себе в комнату. — Вот …бл*ть старая, — выругался мальчишка и полез по шкафам, — белье, сука, забыла дать. Из одной из интенсивно перерываемых полок вдруг вывалилась старенькая черно-белая ещё фотография. Мальчишка с интересом поднял её с полу. Подошёл к столу, привычно взялся за ножницы. Сергей быстро подлетел к нему. С силой вырвал у мальчишки ножницы. — Не смей так больше делать, понял? Или я сейчас уйду, и ты больше никогда меня не увидишь. — Ай, ай, ай… опять что-то новенькое. Второй раз за вечер. Удивляешь, — заржал мальчишка. — И почему, по-твоему, я не должен это делать? — Из уважения, что вы хоть когда были счастливы.