Ты ему - волк...

POV Кай. Я рассматривал спящего на лужайке человека... Он сам пахнет карамелью. Так удивительно. И такая нежная кожа. Я наклонился совсем близко, чувствуя запах сахара на его губах. Коротко провел по ним языком и отстранился. Сладко... Спит. Такой безмятежный. Я сунул леденец в рот и пошел к дому. У меня были странные ощущения. Я не должен быть так заинтересован человеком. Как бы глупо не звучало, но они - не мы, не оборотни, и им не понять нас. И нам нельзя быть с ними, они такие хрупкие. Я не ликантроп. Я именно рожденный оборотень. Моя мать была из другой стаи. Она не стала парой моему отцу, и ей пришлось вернуться домой. Я знаю, что она меня любит. Отец вел себя достойно в этом плане... Но не хочу об этом, не хочу говорить о семье. Мне не понятно, что такое "отношения". Я знаю принцип поведения, что должен делать ведущий в паре, а что - ведомый. Интересно наблюдать, когда ведущий - девушка... Смешно, как курица с яйцом, честное слово. Даже самые кровожадные сучки превращаются в ненормальных заботливых мамаш и хлопочут над своими... У оборотней нет разделения на сексуальные предпочтения. Если нас что-то возбуждает - на то есть причина. И все. БэкХен. Меня заводит его запах. Безумно мне нравится его внешняя хрупкость и внутренняя сила, он привлекательный, красивый... Но я не уверен. Я уже жалел, что ляпнул что-то такое просто назло Сухо. С другой стороны, я ревновал, когда увидел, как он треплется с Чанелем... Но быть собственником для доминанта - нормально. *** Когда я пришел домой, Сухо уже не было, а БэкХен просто лежал в моей кровати. Спит, судя по мерному дыханию. Я посмотрел на него... как пальцы стискивают одеяло, как он хмурится во сне и становится похож на мышонка. Несмотря на то, что я младше, он мне казался щенком, о котором нужно заботиться... Но, при этом, достаточно развитом, чтоб трахать. Да... Это вот интересно... Я скинул свою одежду и улегся рядом. Вот пока он не видит, это познавательно... В конце концов, он мой партнер, и я имею право узнать его получше. Я откинул с него одеяло и понял, что злюсь. Это не сон - это обморок. Я слишком сильно его избил. И ему не хватало сил заживить раны. Он очень стойко держался все это время, но человеческое тело было просто не способно принять и выдержать такое... Я повредил ему и внутренние органы, кажется... У нас температура тела выше человеческой, но он горел даже по нашим меркам, и то, что я принял за румянец, оказалось лихорадкой. Способность лечить других. Я умел, но никогда никому не говорил об этом. Я прижал его к себе и тихо заурчал, чувствуя, как он начинает вяло порыкивать в ответ... Я глубоко дышал, сердцебиение учащалось. Его сердце... Я чувствовал его, внутренними глазами видел сеть кровеносных сосудов, видел эти ужасные повреждения... Ему надо было много есть, чтоб были силы, но, измотанный поездкой, сексом и моральными терзаниями, он сам сделал себе хуже. Почему Сухо о нем не позаботился?! Ответ разозлил меня еще больше - потому что это моя обязанность... Я не должен был где-то шляться... А как минимум сначала позаботиться, чтоб он устроился здесь максимально комфортно... Я делился с ним своей силой, она циркулировала между нами, и его Зверь доверчиво принимал мою помощь. Каждый Зверь уникален... Я знаю своего. Мой - пробивной, сильный и гордый, а еще - довольно вспыльчивый. При этом, он здоровый. Как я уже говорил, я образец генофонда. Многие сучки хотят родить мне наследника. Но это пока не горит. А вот его Зверь выглядел так, словно попал в мясорубку, - весь шрамированный, одно ухо стояло слишком прямо, как будто не функционировало, через морду тянулся ужасный шрам, пересекая верхнюю челюсть, она - причина потери обоняния, лапы крупные, но какие-то худые, да и сам он выглядел изможденным. Я даже не представлял, что может довести до такого. А цвет... Вот цвет у него, и правда, был молочный... Красивый... Наши Звери потерлись друг о друга, в моем сознании это выглядело, как значок инь-ян. Мой - черный с белой полосой, его - белый с черными глазами... Они, как два сгустка энергии, - перемешивались и переливались... Я чувствовал его запах, забирал его боль... Обморок становился сном, он выглядел и чувствовал себя явно лучше. После такого тесного знакомства мне опять хотелось его, но я боялся снова причинить ему боль, о которой он будет молчать. Я ненавижу чувствовать себя виноватым, поэтому делаю это крайне редко. Придется попробовать с ним в человеческом виде. Может, стоит задуматься о партнере посильней, чем он? Но нет... Я теперь несу за него ответственность. Измены я не признавал, для меня нет смягчающих обстоятельств, это, в любом случае, предательство! Он чуть поурчал во сне и плотней ко мне прижался... Сейчас разгар весны... Я хотел постоянно... А его попа так замечательно терлась о мой пах... Я прижался губами к жилке на шее, чувствуя ускорившийся ритм сердца. Я плюнул на ладонь, растер слюну по головке и постепенно начал вводить его в узкий проход. От этого его ресницы дрогнули. Я повернул его на бок, чтоб было удобней, одной рукой приподнимал его ногу, а на вторую опирался, согнув ее в локте. Так я мог видеть его всего... Он дернулся от боли и неожиданности, когда я одним рывком вошел в него до самого конца. - Кай... - Да? - Можно я попрошу? - Ты уже, - я улыбнулся, покусывая его за ухо. - Я слушаю. - Я хочу поцеловать волка...