Потому, что я хочу узнать тебя

Дождливый осенний вечер, плавно переходящий в ночь, был омерзителен. Женщина поправила свой капюшон от плаща ещё немного, чтобы закрыть голову. Крупные капли дождя доставляли некоторые неудобства, но она заставляла себя идти медленно и не спешить. Сверкнула молния, на секунду показав ее лицо в полумраке. Голубые глаза с примесью фиолетового оттенка отражали неуверенность, неизменная, но намокшая из-за дождя темно-голубая лента на левом запястье поистрепалась. Прядь вечно непослушных волос, все-таки прорвалась наружу, из-под капюшона, но женщина лишь нетерпеливо поправила волосы под плащ. На душе было неспокойно. Она вновь и вновь возвращалась к событиям трехмесячной давности, к тому дню, когда ее дорогая подруга покинула этот мир, а глава клана Учиха, остался без супруги. Микото была сильной куноичи. Не смотря на кроткий нрав и надлежащее клановое воспитание, она доросла до уровня Джонина, поэтому посылая ее Минато и Микото на миссию, Сарутоби Хирузен был уверен, что все пройдет гладко. Однако судьба распорядилась иначе, врагов было больше, чем предполагалось, и Микото сгорела заживо… В пламени того самого катона в котором сама была столь искусна… Кушина вспомнила тот последний, наполненный ужасом и неотвратимости гибели взгляд Микото брошенный в ее сторону и по ее спине вновь пробежала стая мурашек… По щеке невольно поползла слеза, а в голову вновь закралась четкая мысль-» на ее месте, должна была быть ты»… По мере своего движения, образы в голове аловолосой женщины сменялись… Вот похоронная церемония, на которой присутствовали все члены клана Учиха… Минато, невероятно печальный, обнимающий ее и шепчущий, что она ничего не могла сделать. Лишь в глазах двух человек не отражалось ничего: ни грусти, ни слез, ни сожалений, ни, как казалось, жизни… Этими людьми были Фугаку Учиха, и его маленький сын — Итачи. Оба не проронили ни слова, ни слезинки, хотя эта миссия унесла жизни матери и супруги этих людей… Кушина откровенно боялась смотреть ему в глаза, поэтому лишь сильнее жалась к Минато. Затем она твердо приняла решение извиниться и попросить прощения. За что именно, она не знала сама. За то, что Микото погибла на Миссии именно с ней? За то, что не смогла ее защитить? Тем не менее, хотя разговор вышел скомканным, она запомнила не столько слова, сколько взгляд, которым ее наградил Фугаку. — Фугаку, я искренне соболезную твоей утрате и утрате Итачи тоже… Если мы с Минато, если я могу чем-то тебе помочь- обращайся. — Ты не виновата в ее гибели — Фугаку произнес это, казалось, даже не обращаясь к ней. Она знала, на что идет согласившись на эту миссию. На мгновение, всего лишь краткое мгновение ей показалось, что в углу его глаз появились влага, но лишь, на мгновение. В следующий миг перед ней вновь был ледяной глава клана Учиха. — Я ценю сказанное тобой, спасибо, я знаю, что Микото всегда доставляло удовольствие нахождение в твоем обществе — он сказал это почти грубо, но Кушина вдруг поняла, что он не мог по другому. В следующий момент она сделала самую глупую вещь, которая запустила вереницу дальнейших событий: — Если хочешь мы могли бы сходить в раменную на выходных, не знаю, любишь ли ты рамен, но мне он всегда предает сил. На секунду лицо Фугаку было удивленным, но он моментально взял себя в руки и лишь кротко ответил: — Почему бы и нет, хорошо, Кушина. Тот поход в раменную, не раскрыл перед ней Фугаку, да и глупо было на это надеяться, однако у Кушины нашелся другой слушатель- Итачи. Мальчик очень понравился Узумаки и своими шутками, она заставляла Итачи все больше улыбаться и не выглядеть таким мрачным. Она искренне верила, что Микото поблагодарила ее за это, если бы могла. Фугаку же пусть и понемногу, но стал привыкать к ее обществу. Минато тоже иногда присоединялся к ним, но у него было больше обязанностей. Кушина тоже когда-нибудь хотела ребенка, но не спешила с этим. Все-таки она была джинчурики и отлично понимала, какую опасность таила в себе беременность для нее. Неожиданно для нее что-то в Фугаку интересновало Хабанеро. Любовь к Минато оставалась, ей нравился этот улыбчивый желтоволосый шиноби. Однако Фугаку не выходил у нее из головы. Это не было любовью или чем-то подобным, живой интерес который разгорался с каждым днем. Со временем она смогла уговорить его на встречи не только в Ичираку, но и просто прогулки по Конохе. Она старалась разговорить его и попытаться понять его натуру. Ведь по сути она не знала его… Хотя он был супругом Микото, поначалу она воспринимала его холодность за фирменное Учиховское высокомерие. Что взять с напыщенного сноба, который на всех смотрит сверху вниз? Временами ей было даже жаль Микото, по незнанию она видела в Фугаку нелюдимого тирана закрытого от всех. Лишь по прошествии времени и проведя за походами в раменную не один вечер она поняла, что Фугаку скрывал то же что и она… затаенную боль, которая, с утратой Микото усилилась во сто крат. Что значит быть лидером клана Учиха? Не иметь права на слабость, проявление эмоций либо утраты контроля. Прошедший войну, потерявший близких и любимых и получивший великую силу и одновременно проклятие своего клана- мангёкё шаринган… Она даже приблизительно не могла представить какого это — руководить кланом, который все в деревне боялись и питали к нему затаенную неприязнь. Лишь некоторые из простых граждан пришли на Похороны к Микото, остальные предпочли ничего не заметить… Когда женщина почти подошла к его дому картинка в голове вновь сменилась, заставляя Кушину опустить голову и покраснеть, она пыталась убедить себя, что сделанное было ошибкой, но не смогла… В тот день она сорвала этот запретный плод… Она застала его в единственном заведении, где они хоть как-то пересекались- в Ичираку. Он не был пьян, но запах алкоголя, был отчетливо слышен, поэтому, несмотря на возражения она вызвалась проводить его домой. Выглядело это комично, да и Фугаку вполне отдавал себе отчет в том, что делает, но он согласился. Когда она вошла в пустой дом чужого мужчины, она сама не поняла, что произошло раньше, слетвевшая с нее одежда, либо поцелуй, который она подарила Учихе. Он не отстранился, не начал вырываться или прогонять ее, он задал единственный вопрос, глядя ей в глаза: — Почему? — Потому, что я хочу узнать тебя… После этих слов она вновь накрыла его губы своими, расстегивая его жилет, в то время как он срывал ее. Грубо, нетерпеливо, словно неопытный мальчишка… Она знала, что им никто не помешает, чувствовала, что это не правильно и все же, продолжала целовать его тело. Абсолютно не похожее на тело Минато, угловатое, лишенное фирминной «учиховской» притягательности, на которую покупались молодые бесклановые куноичи. Однако в нем было что-то другое… дух воина и бойца, которому хотелось подчиниться… В этот момент она поняла, что же так заинтересовало ее. Желание подчинения… желание принадлежать, а не обладать… Она никогда не испытывала этого чувства с Минато, он не был властным, напористым и никогда не стремился укротить ее. Фугаку же, после непродолжительных ласк обошел ее сзади и прошептал на ухо… — Прогнись… Она безропотно подчинилась, раздвинув ноги и ухватившись руками за край стола, который стоял в прихожей… Он вошел резко, на всю длину и женщина невольно закусила губу, даже не подумав, что ощущения могут быть столь странными… С одной стороны он был груб, хотя и пытался ее раззадорить, но входил глубоко и нервно, чувствовалось, что Фугаку не хватало женщины и он старался, насытиться ей, словно лев, добравшийся до куска мяса после длительной голодовки. Однако Кушина ловила себя на мысли, что ей нравился такой секс… Грубый без банальностей и шептаний на ухо и прочего. То, с каким рвением и страстью он вколачивал свою плоть, в ее лоно говорило обо всем лучше любых слов. Фугаку обхватил грудь женщины руками и наконец, поцеловал ее сам продолжая входить в нее, затем резко поднял ее на руки и развернул лицом к себе. Ее волосы распустились по плечам, тело было потным, а взгляд затуманенным… Единственное, что она смогла сказать было: Ещё… Фугаку… продолжай, прошу… Это не правильно, но я хочу ещё… Неожиданно, ее взгляд приобрел хищное выражение, она толкнула его на пол, но он не отпустил ее и упал вместе с ней… Два тела вновь соприкоснулись и алые волосы женщины накрыли тела любовников, словно покрывало из осенних листьев клена… Кушина нащупала плоть Фугаку под ней и вновь направила ее в себя, он не стал останавливать ее, а лишь принялся вновь интенсивно двигать бедрами. В этот момент Узумаки позволила себе раскрыться полностью и застонала громко и порывисто, показывая всю свою страсть, до крови сжимая грудь мужчины и крича его имя. Темп нарастал, Фугаку не помня себя грубо схватил ее и притянул к себе, он поцеловал женщину, чужую женщину и нисколько не жалел о содеянном. Тем временем женщина, издав отчаянный крик, обмякла, но он все ещё был не удовлетворен и поэтому ерзал под ней, сказывалось долгое воздержание. — Я все сделаю сама… Спустившись с его тела она взяла в рот его естество и начала неистово сосать его распаляя и свое собственное желание и желание мужчины, однако неожиданно она почувствовала сильные руки у себя на затылке и не прекращая своего дела подстроилась под толчки мужчины… Излившись в горло Кушины Фугаку медленно произнес: — Это было очень хорошо… Спасибо тебе, Кушина… Однако это… — Не правильно, я знаю, но так было нужно … Молчи Фугаку, просто молчи… Об этом никто не должен узнать… Скрипит входная дверь, мужчина сидит перед камином который оборудовал здесь не так давно, а на полу расстелен футон…. На двоих… Лишь скользнув взглядом по нему Кушина поняла — он ждал ее. — Как ты узнал? — Не только ты узнала меня, Кушина, у меня было время, чтобы изучить твои привычки, у нас есть время, для целей с которыми ты пришла, а пока просто, сядь рядом, пожалуйста… — Мы должны прекратить это, Фугаку, это не правильно — несмело произнесла аловолосая. Это зашло слишком далеко…. — Обычно ты заводишь эти разговоры уже после… Мы оба знаем, ты будешь приходить сюда снова и снова, а я не стану прогонять тебя… — Почему? — произнесла Узумаки садясь рядом с ним… — Потому, что я хочу узнать тебя…- ответил мужчина.