Я. Спросил. Сколько. Можно. Чертов. Ким. Тэхен!

      Чонгук старается двигаться совсем бесшумно. У него вроде как есть целых полчаса на «собирание компромата», но кто его знает, этого Хоби-хена… Проскальзывая около закрытых дверей танцевального зала, он слышит смех. На фоне ритмичной музыки по залу разливается громкий и звонкий смех Хосока, к которому примешивается более тихий и словно сдержанный - Юнги. Гука от этого перекашивает – Шуга лишний раз ему даже не улыбнется, не то чтобы посмеяться… Ну, ничего, Чон Хосок, ничего, ты так просто не отделаешься… Тихо прикасаясь к ручке двери в раздевалку, Чонгук в последний раз спрашивает себя – стоит ли оно того, но все еще слышащийся смех развивает все сомнения. Ну уж нет! Если даже Тэхену не удалось охомутать Юнги, то какому-то Хосоку Гук его не отдаст! Он решительно раскрывает дверь и так и замирает на пороге. В мало освещенной, почти пустой (маленькие настенные шкафчики для личной одежды и большой – для верхней не в счет) комнате, спиной к нему стоит парень. Его туловище скрывает широкая толстовка черного цвета с накинутым на голову капюшоном. Ноги также скрываются за широкими брюками, но понятно, что парень худоват, ведь на вид, в них можно было бы еще и Чонгука запихнуть (с его-то, хоть и стройными, но подкачанными ногами). Он нервно копается в шкафчике, но как только слышит щелчок открывающейся двери – замирает на месте, словно каменная статуя. Гук понимает – шкафчик не его. Ему бы промолчать, сделать вид, что не понял или уйти просто, чтобы не поднимать шума и свершить задуманное, но прежде чем подумать об этом, он громко орет. - Ну, здравствуй, воришка! Осознав, что сказал это слишком громко и Шуга с Хоби скорее всего сейчас прибегут на шум – ведь кроме них сегодня в здании никто не занимается – Гук понял, что спалится и сам, ведь случайно оказаться он здесь просто не мог. Он уже пытается лихорадочно сообразить, куда бы себя деть, но «воришка» вдруг подает голос. - Ты какого хрена орешь? – предварительно выронив из рук чужие вещи, шипит парень, всем корпусом поворачиваясь к Гуку и несясь на него. - Тэх… - договорить ему не дает горячая ладонь на собственном рте. Ви вжимает его в ребро двери, которую Чонгук так и не успел закрыть, и сквозь сжатые губы быстро шепчет. - Ты что тут забыл? И нахрена орать, даже если забыл? Господи, почему от тебя столько проблем? Как же ты меня… Но парень резко замолкает и, толкнув Чонгука, захлопывает дверь. - Ты это слышал, хен? – раздается взволнованный голос Хоупа и звук приближающихся шагов. Блондин вцепляется взглядом в Гука, а тот в свою очередь в Тэхена. «Я тебя сдам со всеми потрохами» - читается в глазах обоих, и оба, как по команде бросаются к большому шкафу для верхней одежды. Гук запрыгивает первый, следом за ним впихивается Тэхен. Красноволосый шипит, ведь места очень мало и Тэхен уже дважды наступил ему на ногу, а тот в свою очередь громко пыхтит, но когда дверь раздевалки распахивается, оба резко затихают, кажется, перестав даже дышать. - Шуга-хен, тут точно кто-то был… - Хосок быстрыми шагами забегает в раздевалку и кидается к открытому шкафчику, – И этот кто-то знатно покопался в моих вещах… - немного напряженно замечает он, сгребая разбросанные по полу вещи в охапку. - Его тут нет? – слышится из-за двери суровый голос Юнги, и в проходе появляется его темная макушка. - Неет, ты же слышал хлопок двери… Он скорее всего уже убежал… - поджав губы, жалуется Хоби, кажется даже шмыгнув носом. - Далеко не уйдет! - раздается злобный выкрик, и Юнги пропадает из поля зрения парней. Ну, точнее из поля зрения Хосока. Чонгуку и Ви ничерта не видно из шкафа, да и если бы было видно, это бы не сильно помогло. В шкафу невероятно душно, тесно и жарко. Свет сюда не проникает совсем, а елозания Тэхена и вовсе делают жизнь невыносимой. Чонгук бесшумно припадает к самому уху блондина и одними губами шепчет. - Перестань елозить! Ты хочешь, чтобы нас спалили? Тэхен не хочет, поэтому и не отвечает, но перестать шевелиться все равно не может. Стоять вот так – зажатым между стеной и грудью Гука – не самое лучшее занятие. Ким буквально ощущает чужое дыхание на своем затылке, буквально спиной чувствует стук его сердца и вздымающуюся грудь. А еще, Тэхен чувствует, что начинает возбуждаться… В голову лезут самые непристойные картинки из его нескромного опыта и… Пиздец, как неудобно вот так стоять! И как тут не елозить, скажите? Периодически слышатся тихие вздохи Хоупа. Сколько еще он будет тут сидеть? Ну, собрал бы вещи, пошел домой… Ничего ведь не пропало… В комнате настолько тихо, что чужое дыхание кажется просто невыносимо громким, а едва слышимые перетаптывания старшего с ноги на ногу сравнимы со звуком обрушения каменной лавины. Чонгука это безумно бесит! Ну, серьезно? Нельзя пару минут просто постоять? Что у этого Тэхена шило в заднице, что ли? Не выдержав очередного «топа», Чонгук неслышно тянет и так почти прижатого к нему парня на себя и несильно кусает в мочку уха, давая понять, что еще немного – и Тэ получит. Блондин же, получив точку опоры в виде груди Чона, резко откидывает голову тому на плечо и, закатив глаза, шумно дышит. - Тэхен, мать его! – рычит (если можно рычать почти неслышным шепотом) ему в ухо Гук, стараясь успокоить и свое, непонятно почему, сбившееся дыхание. Он уже было хочет все-таки треснуть Тэхена, но видит, что парню как-то совсем нехорошо. Его сердце стучит невыносимо быстро, лоб покрывается испариной, а приоткрытые губы сильно подрагивают. - Ты в порядке? Тэхен ему не отвечает. Он все также шумно глотает ртом воздух. - Тебе плохо? – все еще шепчет Гук, – Давай выйдем, а? Если ты помрешь у меня на руках… - Я… - совсем тихо лепечет блондин, повернув голову к шее Чонгука, – Не надо выходить… У меня кажется клаустрофобия… - больше он не произносит ни звука, но упрямо тыкается носом в шею красноволосого парня, давая понять, что сдаваться не намерен. А у Гука словно отключается мозг. Ну и что ему делать? Нет, по-хорошему, надо просто забить и выйти из чертового шкафа. Пусть лучше Шуга и Хосок обидятся, пусть больше не заговорят с ними, чем Тэхен тут сейчас и впрямь откинется… Но, с другой стороны, сам Тэхен против, не желает палиться… Может он и справится? Наверное, правильнее было бы все же взять ответственность на себя и «спасти парня от мучений», но Чонгук этого не делает. Частично боится потерять то немногое, что есть между ним и Шугой, частично стыдится собственной глупости, а частично не уверен, что имеет право решать что-то за Тэхена. Если он сам не вырывается из шкафа, значит еще может контролировать себя, значит еще в состоянии мыслить здраво и, очевидно, не хочет спалиться больше, чем боится… Поэтому Чонгук просто стоит, вслушиваясь в его судорожные вздохи, которые становятся громче. Если так продолжится, то Хосок все услышит, и все мучения Тэхена окажутся напрасными… Но что младшему сделать? Как его успокоить? Кажется, он что-то читал об этом, но сейчас, как назло, все выскочило из головы… Единственное, что крутилось перед глазами сейчас – это та самая, первосентябрьская стычка, когда они оказались приблизительно в таком же положении (имеется в виду физическое), и Тэхен тогда, кажется, был очень даже спокоен… Гук старается не вспоминать о том случае, ведь объяснить ни действия блондина, ни, тем более, свои собственные он не может, но сейчас… Кажется пришло время все-таки поразмышлять… Дыхание Тэхена все учащается, поэтому Чон, набрав в легкие побольше воздуха, аккуратно приподнимает руки, очерчивая ими стройную фигуру блондина, и мягко прикладывает холодные ладони к месту на толстовке, где предположительно должен быть живот. Немного помедлив, он начинает успокаивающе поглаживать его, то переводя руки в район талии, то возвращая обратно на живот. Все это делают его руки, а сам Гук внимательно следит за старшим. Глаза светловолосого резко распахиваются, ощутив едва уловимые прикосновения на своем теле, и он, кажется, перестает дышать окончательно. Затуманенный взгляд смотрит куда-то вверх, а приоткрытые пересохшие губы открываются шире. Чонгуку начинает казаться, что Тэхен все-таки откинулся, но в этот момент Ким, наконец, глубоко вдыхает и выдыхает. Потом еще. И еще. Его дыхание медленно восстанавливается, а в глазах начинает появляться осмысленность. Чонгук понимает, что, кажется, в кои-то веки, делает все правильно, и решает закрепить результат. Он на секунду отводит руки от почти успокоившегося парня, на что тот дергает головой и попадает носом по шее младшего, задирает толстовку Тэхена и осторожно прикасается уже к голой коже живота, собираясь продолжить свои манипуляции… Но не успевает… Едва слышно охнувший Тэхен с силой вгрызается зубами в его шею, оставляя там ярко красную метку. Чонгук на это инстинктивно впивается ногтями в живот Тэхена, притягивая ближе, а глаза сами собой закатываются от странного чувства (наслаждения? да не, бред какой-то), которое Чонгук и сам определить не может. С его губ срывается едва слышный вздох, который он тут же пытается подавить. Гневный голос вернувшегося Юнги слышится где-то очень далеко, и только тот факт, что Шуга сейчас и впрямь очень гневный, спасает парней в шкафу от провала. Репер что-то грозно бубнит, то ли успокаивая Хосока, то ли проклиная «нахала», но Гук этого не слышит. Он чувствует на своей шее уже мягкие губы Тэхена, которыми тот посасывает укушенное место. Его глаза снова закрыты, но дышит он куда спокойней, а дрожи в конечностях как не бывало. Краем сознания так же подмечает, что сам правой рукой мягко ласкает нежную кожу впалого живота, вырисовывая там какие-то узоры, а левой слегка теребит растрепавшиеся светлые волосы. Тэхен же, закончив свое, кхм, дело, улыбается и слегка отодвигается, позволяя руке Чонгука поглубже запутаться в своих волосах. Лицо парня окончательно расслабляется, а безвольно висевшие руки приподнимаются: одна находит блуждающую по животу кисть младшего и слегка пихает ее, как бы дразня, а вторая поднимается к скуле красноволосого и легонько поглаживает ее. Его, кажется, совсем не смущает такое положение, в отличие от Гука, к которому медленно возвращается сознание. Первое, что он подмечает – голоса в комнате стихли. И это значит либо то, что Юнги с Хосоком ушли, и тогда можно, наконец, выбираться, либо (упаси Боже) услышали их и теперь вслушиваются в «странные звуки из шкафа»… Вторым становится то, что он возбудился. Ага, кажется, у него на немного умирающего Тэхена встал… Кхм, стыд-то какой! Чонгук сначала думает попытаться отстраниться, но, к своему сожалению, понимает, что Тэхен уже заметил. Не мог не заметить. Третье плавно вытекает из второго, и это то, что Тэхен заметил и его это ни капли не смутило. Казалось даже, что наоборот – он сейчас специально немного покачивался из стороны в сторону, каждый чертов раз убеждаясь в неловком положении младшего… Так они стоят около минуты. Тэхен все еще, прикрыв глаза, игнорирует окружающий мир, давая понять, что не спит, только изредка сжимающими волосы Гука движениями рук. А сам Чонгук пытался собраться в кучу и уже что-нибудь сделать. Какого черта он не слушал, что говорил Юнги? Он теперь бы мог знать, что творится за пределами этого шкафа и не стоять тут как болван, ожидая своей участи. Они ведь могли пойти в полицию… Вот сейчас сюда как нагрянут полицейские с собаками и не спасет их больше этот волшебный шкаф… Эта мысль окончательно отрезвила Чонгука, и он, покосившись глазами на расслабленного Тэхена, хотел было уже грубо толкнуть его и вылезти из шкафа, но смог только глубоко вздохнуть. Так, ладно, кажется, он начинает понимать, почему старший не слышит слова «нет»… Такой расслабленный, нежащийся от чужих ласк (да, Гук машинально продолжал поглаживать Тэхена все это время) и слегка улыбающийся Тэхен крышесносно действует на окружающих. Ну, на Чонгука так точно. Взять и оттолкнуть его сейчас кажется каким-то кощунством… Поэтому красноволосый чуть ли не вскрикивает от облегчения, когда Тэхен медленно открывает глаза и тихо шепчет: - Кукки~, отпусти… У Чона в этот момент в голове словно выключатель щелкает. Он резко хватает кисти рук старшего и, задрав их над головой, грубо толкает его к противоположной стенке (благо шкаф оказался с выезжающей дверцей), наваливаясь сзади и громко рыча. - Ким, мать твою, Тэхен! Ты мне только что засос на шею поставил и еще смеешь говорить, чтобы я тебя отпустил?! Я?! - Чон, мать его, Чонгук! Оставь в покое уже мою мать! – Тэхен попытался вырваться, но Гук был в разы сильнее, поэтому он вскоре прекратил попытки, – Это, во-первых! Во-вторых, какого черта ты орешь? И я это даже не про конкретно сейчас говорю, а вообще! Мы из-за твоих оров и оказались в этом шкафу! И, в-третьих, - тут голос Тэхена приобрел какие-то дъявольские, до ужаса соблазнительные нотки, а проскальзывающая в словах томность, походившая скорее на (о Боги, серьезно?!) стоны, окончательно выбивали из колеи, – Может, мы уже выйдем отсюда? Мне, конечно, очень на руку, что ты ТАК сильно любишь Юнги, но боюсь, меня может настигнуть очередной приступ, и тогда мы точно отсюда не выйдем… Последние слова Тэхен буквально простонал, отчего у Чонгука поползли мурашки по спине, и он пугливо отодвинулся к противоположной стене, тем самым освобождая старшего. Блондин же, кинув на красноволосого косой взгляд через плечо, фыркнул и открыл дверцу шкафа. Он, как мог, старался держаться спиной к Чонгуку, ведь у него возникли некоторый, кхм, проблемы в нижней части тела, и лучше бы Чону о них не знать… Признание обоюдности сделает все совсем неловким и… - Ладно, надо валить! – Чонгук, наконец, покинул свое укрытие и пулей пронесся мимо Тэхена к двери, но его ждало разочарование, – Черт, закрыто! - Какого лешего ты опять орешь? Гукки, прости, конечно, но ты придурок! – Тэхен спешно отвернулся от красноволосого и подошел к окну, – Сейчас сюда охранник прибежит, если ты не заткнешься! Понравилось сидеть в шкафу? Хотя, о чем это я… - хмыкнул Ви, хватаясь за ручку и надавливая. - Ты так бесишь! – как ошпаренный подлетел Чонгук и зажал блондина между подоконником и собственным телом. Возбуждение уже схлынуло, и теперь он без опасений давил на Тэхена всем, так сказать, собой, - Если не перестанешь умничать, то пожалеешь… - Трахнешь, что ли меня? – фыркнул Тэхен, давя игривую улыбку на губах. Правда этого и не нужно, ведь она сама сползла с лица, когда он почувствовал горячий шепот в самое ухо. - Уж не сомневайся, это – будет лучшим для тебя из всевозможных исходов. У меня богатая фантазия… - Чон слегка прикусил чужое ухо, отчего по телу Тэхена пробежала волна смущения. Гук лишь усмехнулся на это. Как же здорово знать о чужих слабостях и давить на них, когда это необходимо. Тэхен, например, безумно любвеобильный и обожает физический контакт, какой бы степени близости он не был. А от Чонгука, с которым у него вроде как терки – и подавно… - Ладно, - шумно сглотнул Ким, – Я молчу. Просто давай уже выберемся отсюда… Он чуть отклонился назад, заставляя Чонгука отступить на пару шагов, и раскрыл окно. - Какой этаж? – невесело поинтересовался Чонгук. - Третий… - прикусил губу старший, – Но совсем недалеко пожарная лестница… - Насколько недалеко? - Ну, пару метров… Сам посмотри, мне кажется, прорвемся… - протянул Тэхен, поглядывая на бледнеющего Гука из-за плеча, – В чем дело? - Ни в чем… - потряс головой Чон, делая небольшой, осторожный шаг к окну. Потом еще один, еще меньше предыдущего. - Ты боишься высоты. – заключил Тэхен, вздыхая. - Ничего я не… - попытался было отнекаться Чонгук, но сам себя оборвал, – Разве что немного… Тэхен закатил глаза и недовольно захлопнул окно. - Ладно, тогда пойдем на крайние меры… - вздохнул блондин, доставая из кармана мобильный. - Кому ты звонишь? – намного спокойнее поинтересовался Чонгук, подходя ближе. - Шшш… - шикнул парень и уже через секунду фальшиво широко улыбнулся, – Чимина~, привет! У меня к тебе небольшая просьба… - Тэхен в двух словах описал ситуацию и немного кивнул трубке, – Да, больше не к кому… Считай, так ты вернешь свой должок… - в трубке что-то пробубнили. - Что там? – не выдержал Чонгук, как только Тэхен оторвал трубку от лица. - Ничего, Чимин сейчас нас вытащит… - Эм, спасибо… - сам себе не верит Чонгук, произнося это. Тэхен, похоже, тоже не поверил, поднимая на красноволосого удивленный взгляд. - С чего вдруг такие любезности? - Ну… Ты меня тут одного не бросил, Чимина, вон, привлек… - мямлил Гук, не смотря в насмешливые глаза напротив. - Пф, а с чего ты решил, что это из-за тебя? – фыркнул он, закатив глаза, – Просто я не хочу, чтобы наутро ты меня сдал, вот и все… Чонгук на это не ответил. Тут нечего сказать. И пусть Тэхен никогда этого не признает, Гук-то знает, что хен его не оставил не только поэтому. И красный след на шее – прямое доказательство этого. Можно, конечно, найти тысячу отмазок, свалить все на обстоятельства, но… Назовем это интуицией – она подсказывает Чону, что копать нужно глубже. Правда, насколько глубже он пока не знает, но очень скоро выяснит. Ничего не бывает просто так…

***

      Благими намерениями устлана дорога в ад… Так там говорится? Так и получилось. После «инцидента» в раздевалке наступает личный ад Чонгука. И, очевидно, Тэхена тоже. Хосок, опасаясь всего и вся, неотступно следует за Юнги по пятам, захватывая его внимание на всех перерывах, а иногда и на парах. Они с Шугой вместе обедают, лениво прогуливаются по университетским коридорам, сидят на скамейке в парке (на земле – излюбленном месте Юнги для чтения - холодно, ведь до ноября осталось меньше недели), Юнги провожает Хоби до дома из университета и ходит почти на каждую его тренировку… И так уже пять дней подряд! Чонгук просто кипит от ревности, не зная как подступиться к хену, ведь Хосок заполняет собой все пространство, и Шуга даже по сторонам рядом с ним не смотрит. И с каждым днем его взгляд все больше похож на влюбленный! Нет! Ни. За. Что. Хосок? Серьезно? Нет. - Давай на время объединимся? – Чонгук усаживается рядом с Тэхеном и Джи Ханом во время обеда. Он долго решался на этот шаг, ведь сотрудничать с Ким Тэхеном – что-то просто невообразимое для их отношений. Но один он ничего не сделает, так что выбора особо и нет… - Так мне еще отношения не предлагали… - сухо отвечает блондин, тщательно прожевывая рис и даже не глядя на младшего, – Четко и по делу. Мне даже нравится. Тэхен сам себе хмыкает и опускает взгляд на ложку. - Блин, Тэ, я серьезно! Надо что-то делать, иначе Хосок победит… - Тэ? – переспрашивает блондин, чуть улыбаясь, - Ммм, видимо, ты действительно отчаялся… - Ты можешь нормально разговаривать вообще? – бесится Чон, вставая с места, но его запястье перехватывает рука Тэхена. - Ладно, что ты предлагаешь? – сдается Ви, чуть вздыхая. Чонгук возвращается в сидячее положение и немного косится на Джи Хана, – Ты серьезно? Джи Хан знает про Юнги больше нас с тобой вместе взятых… Но это, видимо, не аргумент для Гука. Он все также настороженно смотрит на него, игнорируя возмущения Кима. А сам Джи Хан словно и не слышит парней. Он с каменным лицом ест свой обед, временами поглядывая по сторонам. Ему плевать на Хосока, Юнги и все что с ними связано, а перепалки Тэ и Гука давно перестали вызывать смех, так что разговор ему вообще не интересен. Правда, где-то на пятом аргументе Тэхена о том, почему Джи Хану можно доверять, он фыркает и поднимается на ноги. - Джи Хан, серьезно? – вопит недовольный Тэхен, – Я тут защищаю тебя, как могу, а ты просто так свалишь? - Тэ-Тэ, мне это не интересно. Решай свои проблемы сам… - он многозначительно смотрит на блондина, чуть приподняв темные брови, и, не дожидаясь ответа, уходит от столика. Ви издает звук, похожий на хныканье, и опускает голову на стол. - Эм… Вы что, поругались? – не к месту интересуется Чон, на что Тэхен злобно рычит и поднимает голову. - Да, Чонгук, только что, благодаря тебе! Как ты меня достал уже, ты рушишь мою жизнь! – зло выдает блондин на одном дыхании. - Я?! – откровенно говоря, охреневает Чонгук, – Да это ты уже больше года портишь мне жизнь! И это я даже… - Ты пришел отношения выяснять? – перебивает его Тэхен, закатывая глаза. - Хм… - только и может выдавить из себя красноволосый, – Ладно, мы отвлеклись… - Давай так, у тебя есть план? – заинтересованно смотрит на него старший. - Ну… Не то чтобы прямо план… - мнется Чонгук, пытаясь правильно подобрать слова. - Господи, почему с тобой так сложно? Я же тебя не на секс развожу, в конце концов! – злится Тэхен. Причем злится довольно громко, так что люди с пары соседних столиков заинтересованно поворачивают к ним головы. Гук хлопает себя по лбу и пинает Тэхена под столом. - А потом ты наезжаешь, что я постоянно ору! –фыркает он, – Так, в общем, суть в том, что я думаю, что Юнги надо переключить. - В каком плане? На что? – не понимает Ким. - Не на что, а на кого… Спокойно, - увидев расширившиеся глаза парня, поясняет Чонгук, – Это только на время и только, чтобы интерес к Хосоку уменьшить… Потом этот парень – кстати, Шуга совсем гей? – в общем, он свинтит, и тогда наш «дружный» дуэт распадется и снова каждый сам за себя… Вот так вот. К концу Чон немного поубавляет пыл, ведь в глазах Тэхена отражается разочарование и скептицизм. - И это твой план? – кисло тянет он, – А что если Юнги, который да – совсем гей – влюбится в этого парня? Нам тогда что делать? Опять его отвлекать кем-то еще? - Ну… Нет, он не успеет… - Ага, как же! – восклицает Тэхен. Какое-то время они сидят молча, обдумывая каждый свое. Гук, например, безумно злится, что логично выстроенный им план развалился на глазах от пары слов Тэхена. Как он мог об этом не подумать? Это ведь и впрямь возможно… Хотя это может привести к еще одному разбитому сердцу, но это, в каком-то смысле, даже на руку, такой Шуга будет менее уверенным и неприступным. Наверное… Чонгук уже почти открывает рот, чтобы озвучить эту мысль, но Тэхен подает голос первым. - Нет, знаешь, на самом деле, идея неплохая, но надо кое-что подкорректировать... Не думаю, что Юнги прямо сразу влюбится в того парня, но главное, чтобы он не смог вернуться к Хосоку. Это могу организовать я, в теории… Не думаю, что соблазнить его будет особо трудно, а Юнги на него после этого точно не посмотрит… - задумчиво тянет Тэхен. - Ты прямо как элитная шлюха рассуждаешь! – не удерживается от колкости Гук, но, получив грозный взгляд и не сильный удар под дых, поправляется, – Но так не пойдет. Во-первых, вовсе не факт, что это сработает – это я про соблазнение Хосока, - хмыкает Чонгук, – Во-вторых, он может в отместку начать крутить роман с этим «отвлекающим парнем», а это, опять-таки, может привести к влюбленности, а в-третьих, Юнги может заподозрить… Так что нет, это не вариант! – уверенно заканчивает Чон, обводя столовую скучающим взглядом. А Тэхен почему-то улыбается. Не спрашивайте почему, он и сам не знает. Просто так приятно, что Чонгук против того, чтобы Тэхен с кем-то спал ради благого дела… И пусть он привел много других аргументов, а этот не назвал, приятное тепло все равно разливается в грудной клетке блондина. - Ты чего? – хмурится младший, натыкаясь взглядом на широко улыбающегося Кима. Тот лишь шире улыбается, чуть хихикнув, – Ладно, не суть. Кстати, может нам попробовать что-нибудь накопать на Хосока, пока Юнги будет «отвлечен»? - Ты прав, грязное белье есть у всех… - покусывает нижнюю губу Тэхен. - Тебе ли не знать! – снова не сдерживается Гук, на что получает ощутимый пинок, и широко улыбается, – Хен, ты такой забавный, когда злишься… Скулы Тэхена предательски розовеют, но на смуглой коже это, слава Богу, практически незаметно. Да, не каждый день он получает почти комплименты от Чонгука. Да что там день, не каждый год… - Я не злюсь… - тихо отвечает Тэхен, но тут же чуть трясет головой, словно стряхивая с себя приятное наваждение, и уже громче добавляет, – В общем, это неплохой план. Лучше, чем ничего. Только кого бы выбрать на роль отвлекателя… - действительно задумывается Ким. У него много знакомых, подходящих на роль соблазнителей, но тут ведь нужен проверенный человек, который до крайностей не пойдет, а главное – сможет Шугу привлечь… Он ведь пустышек на дух не переносит, красивым телом тут не отделаешься… - Знаешь, я не уверен на все сто, но может попросить Чимина? – неожиданно выдает Чонгук, – Я его, конечно, совсем не знаю, но он очень общительный и, кажется, вы с ним в доверительных отношениях… Тэхен поднимает на красноволосого задумчивый взгляд и виснет на несколько секунд. - Чимин? – все-таки подает голос блондин, – Хм… Чимин и впрямь неплохой вариант. У него красивое тело, он и впрямь очень общительный, может разговор на многие темы поддержать, а еще танцами занимается, так что им даже будет о чем поговорить. И да, Чимину можно доверять, он голову не потеряет… Но есть одно НО. Тэхен же после этого будет ему до конца жизни обязан…