Небесные родители

Георгий и Демон-Отец летели недолго, пролетели оранжевую струну – вход в Лету. На лету Демон-Отец разговаривал с Георгием. -Ты, когда умер, сразу попал в Лету, вот для чего были слабы твое крещение и крест. Крест, небось, купил недавно? - Как Вы догадались? - Догадался. Как я ненавижу этот цирк с крестами. Талантливых людей обрекают на десятилетия на кладбищах. Моих детей проводят через цирк с крестами, когда если и должен судить своих детей, так только я. - Вы будите меня судить? - Обязательно. Есть те, кто минует всяческого суда, некрещённые, не отпетые и те, у которых нет ангела-хранителя (по крайней мере на христианской земле так). Но такие счастливчики быстро узнают, что нужно явиться в Небесную канцелярию за новой астрологической картой. Там ее по одному отпечатку пальца составляют. А в астрологической карте – назначение на будущее воплощение. - То есть любой некрещенный преступник может проснуться в раю? - Называй этот рай Летой. За преступниками следит особый отдел, и сразу попадают к ангелам-оперативникам, когда умирают. Их отправляют на кладбища на подольше, либо в специальные желтые дома в Лете, это для тех, у кого сознание окончательно ебнулось: психи, маньяки, даунов – солнечных детей туда же, если даун не смог за жизнь хоть как-то развиться, а то почти поголовно своих матерей насилуют. За всеми этими личностями в желтых домах особый пригляд, их даже пытаются лечить. За разговором Георгий и Демон-Отец добрались до дома, где жили родители Георгия. Это был уютный дом из красного кирпича. Вокруг был сад, очень похожий на картины Моне, необычайно красочный и прекрасный. - Открывайте, свои, - сказал Демон-Отец, перелая через ограду. Из дома вышли мать и отец Георгия. - Его амнистировали, - сказал Демон-Отец. – И смотрите, что у него сейчас есть – крылья. - Да, нам так и говорили, когда отправляли на землю, что у нас родится демоненок и его задача заполучить в этом воплощении крылья, а для этого нужно встретить великую любовь или получать вдохновение от тяжелой работы, написании книг, например, а наш стихи писал - сказал отец Георгия. - Я тоже писала стихи, - сказала мать Георгия, - но я не демон, поэтому без крыльев. - Мы ждем твою сестру, она только наша, а ты как подкидыш, тебе наша мама словно сурогатная, у тебя другие мать и отец, - сказал отец Георгия. - Мама, ты у меня единственная, - сказал Георгий и обнял мать, объятие было приятным, таким же как в Клоаке. - Как хорошо, что Софа-мяу этого не слышит, - сказал Демон-Отец. – Софа-мяу твоя настоящая мать, демонесса с детьми так их и называют: Даша-мяу, Маша-мяу, Софа-мяу. И Софа-мяу сейчас где? На Земле в теле твоей дочери. Георгию стало внезапно понятно то единение душ в разговорах, которое было с Соней. - И ты, сука, о ней не заботился, даже не навещал, - сказал Демон-отец. - Вы за это его накажете? – спросила мать Георгия. - Обязательно. Накажу ремнем, когда долетим до дома он примет облик ребенка. Мать Георгия вздохнула. - Но ты не забывай нас, навещай, - сказал отец Георгия. Накажет ремнем, - пронеслось в голове Георгия, для него для пятидесяти пятилетнего мужчины было это дико, наказание кладбищем, пожалуй, получше будет. - Полетели, - позвал Демон-отец. Лететь было не долго, они снова пересекли оранжевую струну. Здесь было еще прекраснее, чем в Лете. Здесь все было как на картинах не только Моне, но и Густава Климта. Долго ли, коротко они летели, но долетели до двухэтажного особняка. Дом показался Георгию необычайно знакомым. Георгий посмотрел на Демона-Отца, «Нил» выскочило из памяти. - Вы Нил? – спросил Георгий - Смотрите-ка память возвращается, - усмехнулся демон. В памяти всплыло еще «надзиратель Нил» и «злыдень Нил», - но Георгий не стал об этом сообщать. Тем временем Нил с Георгием вошли в дом. В прихожий было большое зеркало, Георгий посмотрел на себя, на него смотрел мальчик лет пятнадцати, совершенно на него в детстве не похожий. Навстречу выскочили разные дети и кинулись его обнимать. - Георг вернулся! Мы открыли праздничную скатерть-самобранку. - Как открыли? Вы не в курсе, что праздничную самобранку можно открывать лишь на день рождения или Новый год. Значит, кто-то из вас в день рождения будет без праздничной скатерти-самобранки. - Не важно, зато Георг вернулся! Мы думали еще пять лет ждать. А он вырвался от этих крестоносцев. - Не вырвался, а я его уговорил вернуться, еще сомневался, - сказал Нил. - Георг вернулся! Георг вернулся! – кричали дети. - Праздновать будем, когда я его накажу. - Нет сначала праздновать, а потом накажи, тем более уже поздно, а скатерть-самобранка долго ждать не будет, скатается, - сказала самая младшая – Маша – всплыло в голове Георгия - Хорошо, празднуйте, а накажу утром, - Нил поцеловал Машу. - Спасибо, отец, - зазвучал гул голосов. Георгия усадили за скатерть-самобранку, чего только на ней не было: пироги, икра красная, икра черная, блины, всевозможные салаты. Георгию тем временем возвращалась память и о днях в отчем доме и о предыдущих воплощениях. После каждого воплощения была порка, от порки было очень плохо морально и физически – словно теряешь всю внутренную энергию, а затем его утешала и питала энергией Мама-мяу и он восстанавливался. Но сейчас Мама-мяу в теле его дочери, кто будет его утешать и питать?