Подарок

      Ночь выдалась неспокойной. Несмотря на то, что правитель и тёмный маг сегодня завалились спать довольно-таки рано, жизнь в замке продолжалась. На крыше самой высокой башни вовсю шло возведение подиума для тёмного ритуала Лизарда, внизу эшафота.       — Они желают повесить Роланда и его сестру, — вздохнул Седрик. — Они бы расправились и с королевой-матерью, но она вовремя скрылась в одной из заморских стран. Правда-а-а, — Седрик оступился, натягивая штаны и рухнул на пол. — Правда, если Лизард обретёт могущество, это уже её не спасёт.       — Всё настолько плохо?       — Да. Ну прости меня пожалуйста, я не хотел говорить — не до конца верил тебе. Но сейчас расскажу тебе всю правду, — подняв с пола одежду Софии он положил её на стул, в очередной раз кинув взгляд на прекрасную, растрепанную с румянцем на лице девушку и продолжил одеваться, параллельно рассказывая ей о том, кто же такой Лизард и откуда появился в этом мире.       — Вернёмся на два года назад, в то время когда я прибег к темным заклинаниям и спас близнецов. Я никому не рассказал, что произошло тогда. А произошло следующее, — волшебник встал на четвереньки и достал из-под кровати свои замшевые туфли. — Как только я прочёл заклинание, открылся портал из которого в наш мир хлынул поток тёмной энергии, которая каким-то образом пройдя сквозь меня, приобрела свойства обычной магии. Теперь-то я понимаю, почему так получилось, но тогда растерялся и потратил слишком много времени и сил на детей. На их мать меня просто не хватило. Пока же я ворожил, портал был открыт и от туда в наш мир и пришёл Лизард, — он распрямился. — Я пытался вернуть его обратно, но он натравил на нас с Роландом этих ужасных существ, что плетут паутину безумства и был таков. Я ничего не смог сделать.       — Так это ты виноват в том, что творится сейчас во всём мире?       — Да, — вздохнул маг. — Наверное ты ужасно разочаро-о-ована во мне?       — Нет. Ты же не нарочно.       — Ты говоришь так, потому, что боишься меня обидеть. Но я то знаю, что лишь я несу ответственность за всё это безобразие. Я должен попытаться всё исправить.       Когда чулки были натянуты на жилистые ноги молодого волшебника, он засунул их в туфли, открыл шкаф и извлек из него пару своих старых курток, штаны и рубашку.       — Надень эти вещи, София. Чтобы проникнуть в погреба, лучше всего представиться подвыпившими халдеями, что за пару стаканов прокисшего вина готовы водить дружбу даже с гоблинами.       — Ну ладно, — согласилась девушка.       — Ругаться умеешь? Знаешь непристойные выражения и матерные слова?       — Знаю конечно, только не употребляю. Я ведь хорошая девочка. — хихикнула София.       — Сегодня придётся, — серьезно сказал маг и осмотрев её с ног до головы удовлетворённо кивнул. — Сойдёт, — вынес он вердикт.       Из Софии получился неплохой паренёк. Выдавала её только уж очень женственная походка и высокий голос.       — Ссутулься немного и шагай более размашисто, вот так, — показал Седрик. А лучше молчи, но если вдруг спросят, говори самым низким голосом, каким только сумеешь. Можешь хрипеть — хрипи.       — Угу. Я постараюсь.       — Ну тогда пойдём. Надеюсь, у нас всё полу-у-учиться.       Следуя своему плану, они отправились освобождать из темницы сэра Гудвина и прочих узников, заточённых в винных погребах.       Без проблем они миновали двор и спустились вниз, туда, где за подобием стола сидели трое огромных гоблинов. От волнения у молодых людей затряслись руки, задрожали коленки и скрутило животы. Седрик шел впереди нарочито пошатываясь и неся в руке бутыль с сонным зельем разбавленным чистым спиртом. София шествовала за ним. Завидев их, начальник охраны недовольно встал с бочки и направился к ним.       — Чё припёрлись? — рыкнул он.       София наигранно икнула и прохрипела: — Нам бы поменяться.       Седрик поддержал её: — Дорогой друг. Дамы, кхе, кхе. Дамы требуют вина.- заплетающимся языком проговори маг. — Но увы, у нас только спиртяга — он обнял и погладил бутыль. — Не соблаговолите ли совершить равноценный обмен и стать счастливыми обладателями этого непревзойденного пойла?       Гоблин заржал. — А дамы нынче разборчивые пошли, — он вырвал из рук Седрика бутыль и прикатил ему бочонок вина.       — Может человеки присоединится к нам? — вдруг спросил один из охранников. Седрик, честно говоря растерялся, но София быстро сориентировалась. — Боюсь, дамы не станут долго ждать своих кавалеров, — нашлась она. — Но завтра мы разделим «Живительную влагу» с нашими новыми дружбанами.       На этой ноте они как бы распрощались со своими новыми «друзьями», но ненадолго. Ясное дело, гоблины до выпивки были сами не свои. Они чуть ли не передрались из-за пойла принесённого волшебником. Испив его прямо из горла не разливая по чаркам, они по прошествии пяти минут мирно засопели в углу свернувшись калачиком. Наша сладкая парочка сразу ринулось в погреба.       Меж тем в подвале замка сэр Гудвин изливал душу молодому королю.       — Чёрт, Роланд. Я так больше не могу. Я ведь всё ещё люблю эту чёртову ведьму — мою жену. Не думал я, что это будет так тяжело.       — Сэр Гудвин, я Вас прекрасно понимаю. Помните, что Вы мне сказали, когда я потерял жену? Время залечит раны.       — Какое время, какие раны. Я умудрился испортить жизнь не только супружнице, но и всем своим родным людям. Уини точно не простит мне предательство сына, дочь поддержит её. Про Седрика я вообще молчу. Если он узнает, а он наверняка узнает, что я наложил на него чары, то навеки возненавидит меня.       — Но так было нужно, — Роланд похлопал своего бывшего помощника и наставника по плечу, а потом переспросил: — Ведь это так?       — Самое противное, что я и сам убедил себя в этом.       За этим разговором их и застали появившиеся так внезапно волшебник и принцесса. Однако они так хорошо замаскировались, что теперь ни Роланд, ни Матильда, ни сэр Гудвин не смогли узнать их.       — Который сейчас час? — потянулась Матильда, поднимаясь с соломенного матраса.       — А, черт его знает, — заявил Роланд. — Может эти господа знают.       Все трое вопросительно посмотрели на парочку, которая тщетно пыталась вскрыть замок.       — Не ругайся, — прикрикнула на братца герцогиня.       — Милая сестренка... Моя страна, да и весь мир находится на грани уничтожения, а ты просишь меня не ругаться? — усмехнулся Роланд, и с видом, достойным своего титула, обратился к парочке озадаченных железным замком халдеев.       — Добрые люди. Будьте так любезны сообщить кто вы такие и что тут делаете.       — Мы те, кто поможет вам избежать виселицы, а возможно и побороться с Лизардом за этот мир, — низким голосом ответил Седрик.       — Но кто Вы? — удивленно спросил сэр Гудвин. — Если Вы могущественный волшебник способный вступить в бой с тёмным магом, хотелось бы знать Ваше имя.       — Что Вам до имени человека, которого предали все вокруг? Но я отвечу всем вам. Я Седрик волшебник, твой сын, — он снял капюшон скрывающий его лицо, — ваш покорный слуга, — он отвесил учтивый поклон герцогине, — и некогда друг — он распрямился и посмотрел на короля.       — Седрик? — одновременно выкрикнули все трое. — Да, это я. И я прошу вас как людей - Роланд, Гудвин. Снимите с меня чары, чтобы у нас появился хотя бы шанс расправиться с паразитом, готовым погубить всё вокруг.