The End Of THE F...ING World (Конец гребанного мира)

*** POV Джеймс Выстрел. Кровь кипит в моем теле, оно все дрожит, пот выступил на лбу во время самого быстрого бега в моей гребанной жизни. Я останавливаюсь и чувствую, как мне становится плохо. Но я не чувствую боли, наверное, это конец. Послышалось еще огромное колличество выстрелов, но они были будто оглушены. Взмах крыла чайки, которая медленно пролитает прямо над моей головой, был пойман моим заостренным слухом. Я быстро поворачиваюсь и вижу, как Алисса лежит на земле и истекает кровью. До меня слишком медленно доходят происходящие вещи. Еще утром мы смотрели друг на друга, нежно улыбаясь и радуясь быстротекущим мгновениям. Когда мы были вместе, я никогда не мог насладиться ее присутствием, ее необычно красивыми глазами. Они то ли голубого, то серого оттенка. Сколько я бы не рассматривал эти глаза, я никогда не смог бы точно определиться с их цветом. А сейчас... Сейчас она лежит, не двигаясь, с закрытыми глазами. Пришедшая мысль о том, что я больше никогда не смогу их увидеть, сразу разожгла во мне и превратила весь страх и боль в нереальную ярость. Кровь внутри меня закипела, а сердце уже давно разрывалось на маленькие кусочки. В горле образовался страшный комок, что я почувствовал, как не могу сглотнуть слюну. Никогда еще я не испытывал такой боли и злости. Они не могли в нее стрелять, это просто невозможно! Люди не могут быть прям настолько несправедливы, надежда об этом еще наделила меня невероятными возможностями будущего. Мне уже плевать на все и на всех и я еще быстрее, чем убегал, лечу прямо в ее направлении. Перед моими пылающими глазами только Алисса. Ее имя делает меня сильнее, чем моя мама и молитва. Мое горло разрывается оттого, как громко я кричу ее имя, опять прокручивая в голове все те моменты, которые я пережил вместе с ней. Она была лучшим человеком в моей жизни и если она умрет, я не буду долго ждать и сдохну рядом с ней. Холодный ветер бьет в пылавшее лицо, передо мной перестрелка каких-то жалких людишек, но я не обращаю на это внимание и со скоростью света бегу к ней. Мое сердце обливается кровью от того, как сильно его сейчас ранили. Во всем моем теле туман, и мне кажется, что как-только он немного развеется, мое тело распадется на миллионы маленьких осколков, но мне будет плевать. Главное, чтоб она не бросала эту землю и жила. Я хочу, чтобы она еще успела насладиться этим морским воздухом, солнечными лучами, которые так нежно и мило окутывают ее прекрасное личико. Нет, эта красота не может так просто покинуть этот темный и грязный мир. Без нее, этот мир будет такой пустой и бессмысленный. Правда, только для меня, если пуля не пробьет мое тело насквозь и не заденет какой-нибудь сверхважный орган, что я не смогу добежать до нее. Мне кажется, я уже вечность бегу к ней, и вот добежать до нее осталось лишь пять метров, и вдруг она подымает свою голову. Та горячая лава во мне вмиг превратилась в какую-то теплую весну. Ее лицо вмиг исказилось сумасшедшим страхом и безумием. Медленно приподымаясь, она повернула голову назад и с быстротой молнии шарахнулась от женщины, что держала ее кисти даже до сих пор. Кровь, что была на Алиссе была вовсе не ее, а этого чернокожого полицейского. Глаза этой женщины, что лежала на земле были широко раскрыты и застыли, смотря в безодню. Ее лицо выражало такое сумасшедшее спокойствие, что даже подумать было смешно, что минутой назад она занималась погоней за двумя быстро повзрослевшими подростками. - Алисса, ты в порядке? - Я крепко обнял ее, и слезы брызнули у меня с глаз. Почувствовав ее тепло, меня сразу окутало безмерным счастьем и спокойствием. - Джеймс, господи, я еще никогда не хотела так срать. Блять, я так рада, что в тебя не попали. Лучше бы ты этого не делал, мне еще никогда не было так страшно. - На своей шее я почувствовал горячие слезы той девушки, что не была особо идеальна, но все, что касалось ее для меня было совершенством. - Присядь, быстро к лодке, не подымай голову. - Она резко отодвинулась от меня и, схватив за руку, потащила к лодке и мы присели. - Кстати, что вообще происходит? - До меня только сейчас дошло, что полиции вовсе похер на нас и они отстреливаются от совершенно незнакомых нам объектов. - Алисса, ты понимаешь? Она закрыла глаза, глубоко вздохнула и быстро выглянула из нашего места безопасности. - Алисса, что там? - Ее глаза округлились, и рот невольно раскрылся. - Да, что там вообще происходит? - Такое знакомое лицо, но я никак не могу разглядеть. И их трое, нет четверо. Смотри, остался один полицейский, и то он ранен... Стойте! - Она встала и таким образом вышла из нашей зоны безопасности и подняла руки вверх, энергично размахивая ими. - Не стреляйте! - Черт, что ты делаешь? Сядь немедленно! - Прошипел я, и беспокойство набрало еще большие обороты. - Ну как, все ОК? Голос из-за спины был настолько неожидан, что я схватил Алиссу за штаны с перепугу и... Стянул их до колен. - Ааа!! Джеймс, блять?! Какого хера? - Она быстро схватилась за край штанов, одела их вновь на свои бедра и ловким движением застегнула ремень, который до этого почему-то был видимо расстегнут. - Оу, кхм-кхм у твоей подружки видимо месячные... - И знакомая ухмылка озарила лицо парня, которого совсем будто вчера мы бросили. - Эм, ну тип, я догадался и взял для тебя пару тампонов. - Он убрал выпавшие пряди за свою ухо, которые постоянно непослушно закрывали большую часть довольно привлекательного лица. - Ты че, этот парень с заправки? - Алисса начала громко ржать, издавая такие странные звуки, что если бы она "засмеялась" где-то в закрытой зоне и никто бы не знал, что там человек - можно было бы с уверенностью сказать, что это смеется лошадь. - Слушай, чувак, а че ты тут делаешь? - Знаете, вообще-то сначала вы бы могли поблагодарить меня, что я спас ваши шкуры и бля, заметьте не первый раз, а вы еще не рады меня видеть. - Он нагнулся и поднял маленький камень. Подкинул два раза на своей ладони, а потом резко повернулся и бросил в голову полицейского, но попал в плечо. Человек не издал ни звука и не шевельнулся, будто он камнем попал в камень. Эти мертвые тела создавали не очень комфортную обстановку и мне становилось не по себе. Даже представлять не хочу, во что мы вляпались сейчас и какие теперь проблемы нас ждут.Как же я обо всем жалею. - Эм, конечно спасибо, что спас нас. - Неуверенно произнес я, еще отходя от того шока, что совсем недавно пережил. - Но зачем? - Закончила мою мысль Алисса. - Ну, мне сложно сказать, а особенно объяснить. Просто вы показали мне как можно жить по настоящему, не сидеть и просирать свое время там, где тебя тошнит по черному. Только увидев тебя, Алис, мне показалось, что перед глазами у меня пролетели все картинки грустных и счастливых моментов прошлого и в голове мелькнула мысль, что ты именно тот знак моих наполеоновских перемен... И кстати, эту рыжую корову я давно терпеть не могу. - Все целы? - Я вздрогнул, и эта необычная блондинка тоже. Мы повернулись и увидели перед собой двух парней (видимо, Алисса ошиблась при подсчете наших спасителей), которые были совершенно другими. Они были близнецами и по внешнему виду я бы оценил их, как парни, которые только вчера решили изменить свой имидж. У них были темные покрашенные волосы с несколькими зелеными прядями и полностью одинаковая одежда: Грязные, рваные джинсы, оранжевая махровая кофта и огромные золотые цепи вокруг шеи, что четыре раза обвивали их "держателей головы". Еще какая-то короткая женская кожаная куртка с шипами и розовая заколка, что держала их непослушные волосы. Это выглядело очень странно и смешно, но прикольно. Я сразу понял, что их образ сразу понравиться Алиссе. Их обувь была чиста, что сразу не складывалось в голове: Грязные джинсы и блестящие лаковые туфли, что прямо отражали твое лицо не хуже зеркала, когда ты на них смотришь. - Да, мы ОК, вроде. - Она почесала свой затылок и запрокинула голову назад, разглядывая невероятно чистое небо без единой тучки. И вдруг она резко вернула голову в прежнюю позицию и сузила глаза. - А вы кто вообще?.. И кстати, кажется, тебя ранили. - Что?! Где?? Бро, не умирай! - Брат близнец раненого с внешне спокойного и даже серьёзного превратился в смазливого жалкого труса. Его лицо резко поменялось и эмоции были ну слишком переигранные. Он схватил брата за руку и взволнованно рассматривал рану, бешено болтая неразборчивые слова, кажется, на иностранном языке. Раненый до этого не произнес ни слова и вел себя довольно сдержанно, что никто бы и не подумал, что его плечо истекает кровью, и он молча терпит мучительную боль. - Господи, да отстань ты от меня, все хорошо. Всего лишь чуточку задели плечо. Мы с Алиссой и парнем с заправки спокойно наблюдали за близнецами и мне показалось, что эта рана совсем не та, что "чуточку задели плечо". Рана была глубокой и должна была пробить кость, но тогда бы этот парень орал бы как сумасшедший от боли, поэтому эта версия исключена. Ну да, в этом я хорошо разбираюсь. Сразу вспоминаю, как отрезал коту коготь и как он вырывался, расцарапав мне всю ногу своей лапой, которую я чуть позже отрезал. Мне всегда доставляло много удовольствия разрезать живым животным брюхо или просто перерезать глотку, наблюдая за реакцией то ли отчаянной собаке, то умирающей мышке. - Джеймс, с тобой все норм? - Алисса стояла прямо напротив меня, вытирая тыльной стороной своей руки мою щеку. Неужели я опять заплакал и даже не понял этого? - Да ладно тебе, не сдохнет он. Че ты сразу хоронишь его? Да и вообще слюни тут распустил, ты ж уже мужик вроде. Это сразу рассмешило все мужское окружение, кроме меня. Как же я ненавижу иногда людей! Не зря, я хотел испытать то, как человек истекает кровью и насладиться звуком его последнего вздоха. Правда до сих пор не могу понять, как я мог даже мысль такую допустить, чтобы моей первой жертвой была Алисса. Тут неожиданно для всех Алисса со всего размаху залетела своей ногой между ног того кассира с заправки, что только что пытался унизить меня. Он завыл так страшно, схватившись за свою промежность, что все мы, кроме девушки, скривились, представляя как это все-таки больно. Упав на колени и бросив оружие, он жалобно посмотрел на мою спутницу всего этого приключения. - Аа, черт, ебаный в рот, зачем, ааа, зачем же та-а-ак жесто-око?? - Он взвыл, а мы все замолчали, не знав как отреагировать. - Да ладно тебе, целы будут твои яйца. Но если ты его еще раз тронешь - то не надолго. - Алисса ехидно улыбнулась, в принципе так как обычно, и показала рукой в сторону моря и стала делать ею плавные движения, напоминая какие-то танцы. - Эм, что ты делаешь? - Спросил один из братьев, который приложил к ране второго намоченный платочек. Я и не заметил, когда это он сделал. - Ты, кстати, как там тебя? - Ты про мое имя? - Нет, блять, про задницу. - И она закатила свои глаза. - Уф, ну и юмор у тебя... Меня зовут Блэк, а брата - Уайт. Знаешь, эти цвета противоположны друг другу, так и мы с ним совершенно не похожи. - Я посмотрел на их почти идеально одинаковые лица, даже родинки, и оценил их вид и одежду и был совершенно не согласен с его словами. - Аха-ха! Ты точно уверен, что вы "совсем не похожи"? - И эта блондинка засмеялась, и честно говоря, я тоже не смог удержаться. Ее смех был настолько искренен и громкий, что мне почудилось, что я первый раз узнаю, что такое "смех" по настоящему, по живому. И самое удивительное, он длился настолько долго, что мою голову посетило мириады мыслей. Не знаю, в детстве у меня не было... Не буду усложнять - у меня просто не было детства. Моя мама постоянно была в какой-то жуткой депрессии и лишь иногда, когда я рисовал и приносил ей посмотреть, она медленно брала мои рисунки в руки и рассматривала, почти не моргая и не отрываясь. Она садилась в свое любимое кресло и, сгорбатившись, продолжала любоваться. И в конце концов она подымала свою голову и смотрела мне прямо в глаза. Сначала я не мог понять, почему она так делает, но потом я привык. Мама разглядывала меня и в неторопливом темпе её уголки губ начинали приподыматься, преображая грустную полуулыбку. Это все, чего я мог добиться от неё. Я никогда не видел, чтобы она хотя бы широко улыбнулась, уже не говорю про улыбалась. За всю свою жизнь она ни разу даже в половину не посмеялась так, как сейчас эта девчонка со своим паршивым характером и воспитанностью. Алиссе никогда не будут понятны такие понятия, как элегантность, спокойствие и умение разговаривать с людьми. Но она счастлива и знает, чего хочет, поэтому Алиссу я уважаю больше, чем свою мать, которая не подумала о своей семье, обо мне и о том, что у каждого человека есть шанс что-то исправить и изменить. Вот как мы с моей новой одноклассницей решили избежать всего и всех и пошли в неведомый путь к приключениям. Но по крайней мере мы не убили себя и никогда этого не сделаем. Жизнь одна и никому не нужно ничего доказывать. С недавних пор мне стало плевать на чужое мнение и я не стану ни для кого жертовать своей жизнью, не стану умирать, чтобы меня пожелели и вообще она всегда успеет прийти, так что не нужно ее торопить. Ну хоть в чем-то моя мать показала мне важный урок, хотя он был слишком жестоким для шестилетнего мальчика и вообще для любого человека в любом возрасте. Никто бы не выдержал, увидев свою мать умирающую на своих же глазах, особенно в тот момент, когда ты хочешь спасти, а никак уже нельзя. Последний свой рисунок я показал ей в 6 лет и вскоре она совершила суицид. На нем я нарисовал всю нашу семью возле того озера, в котором она утонула, специально въехав в него. Откуда нам известно, может завтра нас не будет в живых, так как наши жизни уже сегодня висели на волоске и естественно счастливое свободное будущее. - Ээй??!! В смысле?? Блять, вы уже заебали!.. Короче, ребят, нас теперь пятеро и мы должны как можно быстрее сматываться отсюда к гребанным хуям! - Он начал рассматривать лежащих расстрелянных полицейских, совершенно не ожидающих такого мощного подкрепления со стороны обвиняемых молодых преступников. Кажется, они были все мертвы, но испытывать судьбу не хотелось никому и у всех было лишь одно очевидное желание: смыться отсюда. Через минут двадцать мы уже плыли в море куда указывает сердце. Мы еле поместились все на лодке, но это было лучше, чем оставаться им и продолжать путь нам вдвоем. Мы были знакомы совершенно немного, но они показались мне клевыми ребятами, кроме одного... Я постоянно возвращался мыслями к Алиссе, но она совсем забыла обо мне, находясь в новом мужском обществе. Чувствую, как этот с заправки ей нравится. Ненавижу, когда она разговаривает с кем-то, кроме меня. Если вдруг я вновь захочу лишить кого-то жизни, то я уже выбрал себе жертву.