Исповедь дьявола

Автомобиль с бешеной скоростью мчался по шоссе. Вечерний воздух казался тяжёлым и даже горячим. Возможно, из-за слишком частого дыхания. Стив волновался. А что скрывать? Ему предстоит самое дорогое интервью, которое поднимет его на вершину карьерной лестници. Но это была не единственная причина. Мечта. Этот молодой журналист всегда мечтал взять интервью у кого-то известного, любимца миллионов. И, ему казалось, что даже встреча с самим президентом не была бы такой радостной, как встреча с кумиром. Вчера Браун как всегда сидел в своем небольшом уголке, заполняя скучные бумажки и редактируя статью, которую нужно было сдать завтра. Голова у молодого журналиста шла кругом, отчего он, сняв очки, потер уставшие глаза. Парень уж собирался отойти к небольшой кофейне, которая раскинулась за углом и работала круглосуточно, тем самым не раз выручая его в такие вечера возможностью попить ароматного кофе. Мужчину остановил начальник, который очень редко выходил из своего офиса, особенно к подчинённым. Обычно, Стиву приходилось самостоятельно подниматься к нему и зачастую оправдываться почему статья ещё не готова. Но этот случай стал исключением. Браун уже собирался придумать оправдание, так как сроки поджимали, а работа всё ещё стояла не завершенная. Но по виду начальника было видно, что тот совсем не зол. Скорее, взволнован и удивлён. Об этом говорили его лохматые чёрные брови, в некоторых местах покрывшиеся сединой. Они не были нахмурены, а, наоборот, были высокого подняты, образуя складку на лбу. В тот день Стив получил чёрный конверт с приглашением. В первые минуты парень был немного раздосадован, ведь больше он ожидал повышения зарплаты или должности, чем очередного скучного съезда и написания статьи о фирме или местном кружке. Да, ему были нужны деньги. Он давно хотел сделать предложение возлюбленной и сыграть свадьбу. Но, увы, не представлялось возможности, а главное - средств. Далее он был шокирован. Ему нужно было писать не о любительском кружке, а брать интервью у знаменитого актера и певца — самого Себастьяна Михаэлиса. Он не мог поверить, что такая удача совпала именно ему. И что странно, сама звезда, которая в жизни не давала интервью, пригласила именно Брауна к себе на чай в восемь вечера. Такая новость не осталась без внимания. Начальник, радостно похлопав сотрудника по плечу, обещал ему повышение, если всё пройдёт успешно. Селеста, его любимая, попросила автограф у своего кумира, а сам Стив считал, что теперь в его жизни началась белая полоса.

***

Сидя в мягком черном кресле, парень едва уловимо огляделся. Огромная гостинная в преобладающих черных тонах завораживала. Насколько же она была уютна и роскошна, хотя основное внимание журналиста всё же было сосредоточенно на звезде. Мужчина снисходительно улыбался и, видимо, был в хорошем настроении. — Я даже не могу поверить, что сейчас нахожусь здесь у Вас... Уму не постижимо. — в глазах молодого журналиста было счастье. Огромная и искренняя радость. Это позабавило демона. — А Вы поверьте, мистер Браун.— Себастьян взял с низкого столика чашку кофе, но пить её содержимое, как оказалось, не собирался. Скорее, просто для виду. Стив заметил это, но не обратил особо внимания. У каждой знаменитости свои заморочки, а интервью должно пройти успешно. Сам парень внимательно изучал мужчину: довольно стройный и симпатичный на лицо молодой человек. Темные волосы спадали на бледное лицо, которое практически не выдавало эмоций. Но можно было смело сказать, если бы Стив встретил Себастьяна на улице, то обратил бы на него внимание. Его фигура словно выделялись на фоне всех людей. Наверное, виноват был взгляд. У этого человека были необычные глаза цветом переспелой вишни, которые манили к себе. Он словно гипнотезировал тебя, смотря прямо душу. И пожирал её. Именно такая ассоциация появилась у парня, и он даже представить не мог, как близок к истине. — Мистер Михаэлис... — Браун сделал глубокий вздох, понимая, что все мысли перемешались между собой. Он отлично помнил, что заранее приготовил все вопросы и темы, чтобы не вышло таких глупых ситуаций, но сейчас все его мысли улетели куда-то в окно и прощай спокойствие. Молодой журналист просто не знал с чего начать или же, просто пытался продлить этот сладостный момент ожидания. Его первое интервью, да еще и с таким знаменитым человеком. — Да? — Себастьян заметил некоторое волнение этого человека, что со стороны выглядело, конечно, забавно, но на деле такого журналиста давно бы уже выгнали из этого дела. Удивительно. — Не сон ли это? — голос Стива понизился почти до шёпота. Он боялся спугнуть момент. — Почему Вы пригласили именно меня? Себастьян усмехнулся. Он и не собирался натягивать улыбку доброжелательности или же сюсюкаться с этим смертным. Было просто без надобности. Мужчина вздохнул, чувствуя на себе чужой взгляд. Но на этот раз это не столько раздражало, сколько утомляло. Пройдя к окну, Михаэлис взглянул на ярко освещённые улицы Нью-Йорка. Он ненавидел этот город, но продолжал жить в этом городе, где все погрязло в пучину кошмара. — Я не доверяю священникам, Мистер Браун. — весьма неожиданно начал диалог тот, стоя спиной к журналисту. Стив попросту не мог разглядеть его лица и это немного волновало, внушая некоторые мысли о провале. Но парень не смел нарушить эту тишину, просто наблюдая за мужчиной. — Знаете, с чего это началось? — Вы не верите в Бога? — Включите свой диктофон. Я всё Вам расскажу. — Мистер Михаэлис... — Да? — демон не обернулся. Он всё также стоял спиной к журналисту, думая о чём-то своём и отвечая как-то неохотно. Это было заметно. — Почему Вы ранее не соглашались на Интервью? — Стив нажал на кнопочку "Record", и зажёгся красный огонёк. Он был готов записывать каждое слово. — Ведь Вам предлагали большие деньги. Демон промолчал. Его тусклый взгляд вновь вернулся в комнату и секундно задержался на парне. И тогда Браун увидел перед собой не всемирную звезду, а несколько несчастного человека. Этот взгляд выражал безразличие ко всему живому и даже ненависть. — Я хочу исповедоваться Вам, мистер Браун. От этого заявления журналист чуть не выронил диктофон из рук. На мгновение он почувствовал себя каким-то особенным или даже избранным, ведь Себастьян был всем известен, как "тёмная" личность, пришедшая неизвестно откуда и завоевавшая всемирную любовь. Все, кто пытался рваться в прошлое этого загадочного человека либо ничего не находили, либо пропадали без вести. Михаэлису даже контракт с дьяволом приписывали. Наверное, именно это притягивало всё взгляды к нему. — М-мне?.. — Вам. — Себастьян уселся на бордовый диванчик. Он не пытался казаться этому человеку дружелюбным. Наоборот, давал понять, что это его владения и он здесь хозяин. — Это так глупо... Честно говоря, знал бы я сотни лет назад, что дойду до такого состояния и буду изливать душу человеку, пристрелил бы себя сразу. — Сотни лет назад? — Стив решил переспросить, ибо не понял смысл этих слов. Хотя позже до него дошло. — Недавно Вы играли в Голливуде. Вас пригласили на роль главного антогониста — самого дьявола. Что Вы думаете об этом? — Это была самая глупая роль, которую я играл. Они сделали из демона настоящего клоуна. — в голосе Михаэлиса почувствовалось напряжение, которое Стиву захотелось немедленно развеять. — Расскажите о своем детстве. Наши читатели хотели бы знать о вас как можно больше. — Моё детство?.. Я его не помню. — Себастьян откинул голову на мягкую спинку дивана, глубоко вздыхая. — Хотя бы одно воспоминание. Прикрытые глаза брюнета открылись. Взгляд был снова устремлен в пустоту. — Я помню, как всё детство таскал котов домой. Отдавал им свою еду, хотя и сам голодал... Они были такими прелестными существами. Впервые за вечер Себастьян позволил себе улыбнулся, хотя эта улыбка угасла также быстро, как и появилась. Тут терпение журналиста треснуло. Он хотел перейти к более прямым вопросам. К тому, что хотели знать всё. А сейчас их обоих убивала лишь формальная обстановка. — Мистер Михаэлис... нет.. Себастьян, прошу, расскажите мне о себе. Мы все хотим знать о вас всё. До мельчайших подробностей. — в голосе парня была прямая мольба, желание узнать истину. — Наши читатели хотят знать всё о Вашей личной жизни! Когда Стив позвал демона по имени, тот быстро перевёл взгляд на него. Его давно никто не называл так, как этот человек... Прям как Он. Прошла минута. Журналист думал, что сейчас его прогонят отсюда ко всем чертям, однако поворот событий оказался другим. — Я родился 14 января.. В эту ночь шел белый, как пух, снег и светила бледая луна. Я развлекался, отдаваясь греху без остатка. Мне было наплевать на этих шлюх, которых я грубо брал, убивая в них всё живое. Они кричали и просили ещё. Такие мерзкие и пустые... Они были идеальными подстилками. — небольшая пауза. — А потом я нашёл Его. Испуганного, грязного и измученного... С большими синими глазами и такими маленькими ладошками, что помещались в одной моей руке. Он был очень забавным ребёнком, пытавшимся строить из себя взрослого. А сам воровал у меня на кухне сладкое, дуясь, если я не давал Ему шоколад перед обедом... Я начал ему служить, а он мне пакостить. Как маленький ребёнок, Он подстраивал мне козни и обижался, когда я справлялся с каждым заданием. Его имя было таким же чистым и светлым, как вечернее небо. Мне же он дал имя своего пса... И я буквально спал у его ног. Меня выбешивала эта строптивость и вредность. Я мечтал, чтобы наш контракт поскорее закончился, и я бы разорвал его на куски. Я хотел его душу. А потом, как оказалось, и тело. Оно было таким нежным и невинным, что я сдерживал себя каждое утро и вечер. Мне хотелось поджать его под себя и ощутить, как эта желанная душа будет биться, не находя себе покоя. Я хотел его совратить, чтобы скрасить время. Просто из интереса. — Вы.. хотели маленького мальчика? — шок, непонимание и желание сбежать захватили Стива. Ему показалось, что тот шутит. Или же спятилл.. — Да. Хотел. Но потом, одним вечером я услышал его истошный крик. Он звал меня, будто я единственный для него в этом свете. Также, как в день призыва. Только громче. С надеждой... Впервые меня кто-то звал так. И я явился. Он сидел в темноте, на своей огромной кровати, небрежно кутаясь в толстое одеяло и плакал. По его аристократическим щечкам катились слёзы. Он смотрел на меня и судорожно повторял моё имя уже охрипшим голосом. Я прижался губами к макушке юного Лорда, а он вцепился своими подрагивающими пальчиками в ткань моего фрака, уже тихо шепча моё имя мне на ухо... Это вводило меня в дрожь. Вызывая дикое желание, которое граничило с нежностью. Я мог спокойно воспользоваться своим шансом и завладеть им, но вместо этого я всю ночь лежал с ним, покрывая его влажные щеки и глаза нежными поцелуями.. Вдруг этот мальчишка показался мне совершенно другим: маленьким, хрупким... Я хотел защитить его. Я больше никогда не хотел видеть его слёз. — Вы влюбились в мальчика?.. — Да. Я стал с обожанием исполнять каждую его просьбу, указ или же приказ, стараясь заменить ему всех. Каждый его каприз... Конечно, иногда я понимал, что слишком избаловываю его. Тогда я хотел поставить его на место, но вдруг понял, что не смогу даже голос повысить на это существо. А он так мило жмурился, когда я его прижимал к стене, словно боясь чего-то. Но ведь прекрасно знал, что я не смогу его наказать. Хех, маленький хитрец... А ведь он тоже любил меня. Я видел. Его зрачки так расширялись, когда он смотрел на меня и ругал... Смотрел, вздернув подбородок. Он был таким маленьким, что это забавило. Я его часто носил на руках, мыл, одевал и заботился. Так осторожно, словно он был мои маленьким хрупким сокровищем. Даже в постели я был с ним другим, стараясь доставить удовольствие не только себе, но и ему. А его красневшие щечки вызывали у меня умиление. Целовать его было одно блаженство. Я каждый раз пытался ему показать, что он лишь мой. Каждую ночь я оставлял на его шее красные отметки, а он был вынужден укутываться в длинный шарф и говорить, что простудился, кидая недовольные взгляды на меня. Я лишь улыбался. Стив замер, погружённый в эту историю. Это вводило паренька в лёгкий ступор,даже как-то поражало. — Я ужасно ревновал его к той светловолой девчонке, что обнимала и тискала моё сокровище. Она несла ерунду про любовь и вечность... А я злился, скрываясь под маской безразличия. Он же каждый вечер сплетая со мной свои пальцы, говорил о чувствах. Шептал, что лишь мой и больше ничей. Я мог ему простить всё.. Его извинения были для меня как гипноз. Мы могли часами находиться вместе и ни о чём не говорить. Просто молчать. Я в задумчевости перебирал его шелковые прядки сизых волос, а он клал голову мне на грудь, не замечая, как начинал гладить вторую мою ладонь. Не редко он и засыпал так, не отпуская меня до самого утра... Он всегда был моим маленьким мальчиком. — Если вы так любили друг друга, то что произошло? — Наш контракт подошел к концу... Он обнял меня за шею и пролепетал свои последние слова о любви... А потом его глаза закрылись навсегда. Тогда я в первые в жизни потерял контроль. Я рушил всё вокруг... Я не знал, как жить... Я умер. Но он сдержал слово. И даже сейчас он часть меня и принадлежит лишь мне... А я не сдержал. На своём дальнейшем пути я встречал и связывал себя узами контракта со многими, но больше они не имели право выбирать мне имя. Я был лишь Себастьяном... Его Себастьяном. И если потом все они шли в желудок, я сохранил своего маленького Лорда в сердце... — А как же Марина? На нынешний момент Вы являетесь лучшей парой Голливуда... — Она лишь очередной контрагент. Нажелала столько глупостей... Захотела стать девушкой самого известного парня. Стала. — Но... Вы ведь любили друг друга больше, чем всё люди во вселенной... Именно так Вы говорили на камеру. — Да, у нас были отношения. И я часто кидал ее на кровать... Брал и имел. И мне было хорошо. Я забывался на время. Хотя в кровати всё ещё видел Его. Я ненавидел просыпаться с ней по утрам. Ненавидел ее целовать, ведь её губы не были такими сладкими... Я абсолютно её не ревновал. Мне было всё равно, кто имел её на стороне, что и происходило так часто... Она приходила со слезами и жаловалась мне, а это меня выбешивало. — Марина знала об этом? — Да. Я сказал ей перед тем, как она стала частью моей пищеварительной системы. И этот цирк больше ни к чему. Контракт выполнен. — Вы ведь не человек, Себастьян? — голос парня выражал лишь спокойствие, хотя он всё же нервничал. Его рука сжимала материю своего пиджака, а взгляд был устремлен в одну точку. — Не человек. — Я не смогу выйти из этого здания, зная всё это, так? — Верно. — демон скрестил руки на груди, обводя Брауна взглядом. — Однако всё зависит лишь от Вас. — Ясно. — Стив опустил взгляд. Его синие глаза смотрели в пол. Он не думал. Он знал. — Что ж... — Он встал, нажал на кнопку "stop" и отложил диктофон на низкий деревянный столик, поправляя свою одежду. — Очень жаль, что наше интервью не состоялось. Себастьян снисходительно улыбнулся, после встал следом. — И вправду. Я ведь все еще не ответил Вам на вопрос, зачем я пригласил именно Вас. — Бывший дворецкий подошел ближе к парню и продолжил после одобрительного кивка. — Ты очень похож на него. А именно душа и эти глаза... — Вы мне врёте? — Нет. Я хотел бы, чтобы это услышал кто-то, кто похож на него. С такими же большими синими глазами .. — дьявол провёл ладонью по лицу парня, после усмехнувшись. — У вас с Селестой родится прекрасный сын с такими же глазами... Стив не имел ни малейшего понятия, откуда он знает, как зовут его невесту. Ах да, он же демон... Как он поверил в эту историю? Наверное, виновата была эта атмосфера, где абсолютно все давило. И этот взгляд... взгляд пустоты. Он видел каждое отражение слова во взгляде Себастьяна. Он поверил ему. — Позволите вопрос? — Последний. — теперь уже Себастьян потерял абсолютно любой интерес к этому человеку и прошёл к мини-бару, вытаскивая бокал вина. — Как его звали? — Браун опустил взгляд. Ему было неловко о таком спрашивать. После, поймав на себе взгляд демона, уточнил, — Того мальчика... — Сиэль. Как и синее небо... — Тогда так и будут звать нашего с Селестой сына... С такими же большими синими глазами. — по парню было видно, что тот не шутит. С этими словами он прошел к двери. — Всего доброго, мистер Михаэлис. Себастьян не ответил. В комнате раздался хлопок дверь и Браун исчез... Исчез человек, которому демон смог доверить свои чувства после стольких лет молчания. Усевшись в кресло, он начал пить кроваво-красную жидкость и обдумывать что-то, явно находя в алкоголе облегчение.

***

Браун вернулся домой поздно. Был уже час ночи. Селеста уже, наверное, давно спала, улегшись на диване и с книжкой, думая, что дождется любимого... Но не дождалась. С мягкой улыбкой брюнет укрыл её пледом и поцеловал в макушку. Стив не стал её будить. Слишком рано. Сам он прошел на кухню, где несколько часов просто сидел и думал о чем-то. Слишком много событий. Парень не ожидал, что интервью закончится так. Скорее всего, его теперь уволят с работы, но.. это уже неважно. Парень неосознанно коснулся внутреннего кармана пиджака и замер. Нет, он еще не спал и это ему не могло показаться. Порывшись в кармане, он вытащил при слабом свете кухонной лампы небольшой чёрный диктофон. — Не может быть.. Это был тот самый, что Стив оставил в гостинной того странного "человека". Он точно не брал его с собой. Иначе демон не выпустит бы его. Помедлив, он нажал на кнопку и воспроизвел запись. Комнату наполнили тихие голоса. Голос этого неудачника-журналиста и кумира миллионов, о котором уже завтра ничего не будет известно...